"Я сжечь ее хотел, колдунью злую"


Название"Я сжечь ее хотел, колдунью злую"
страница9/34
Дата публикации02.04.2013
Размер4.63 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   34
XI


В субботу Передонов собрался итти к исправнику. Этот хотя и не такая

важная птица, как предводитель дворянства, - думал Передонов,- однако может

навредить больше всех, а захочет, так он может и помочь своим отзывом перед

начальством. Полиция - важное дело.

Передонов вынул из картонки шапку с кокардою. Он решил, что отныне

будет носить только ее. Хорошо директору носить шляпу, - он на хорошем

счету у начальства, а Передонову еще надо добиться инспекторского места;

нечего рассчитывать на протекцию, надо и самому во всем показывать себя с

наилучшей стороны. Уже несколько дней назад, перед тем как начать свои

походы по властям, он думал это, да только под руку попадалась шляпа.

Теперь же Передонов устроил иначе: он шляпу швырнул на печь, - так-то

вернее не попадется.

Варвары не было дома, Клавдия мыла полы в горницах. Передонов вошел в

кухню вымыть руки. На столе увидел он сверток синей бумаги, и из него

высыпалось несколько изюминок. Это был фунт изюма, купленный для булки к

чаю,- ее пекли дома. Передонов принялся есть изюм, как он был, не мытый и

не чищенный, и съел весь фунт быстро и жадно, стоя у стола, озираясь на

дверь, чтобы Клавдия не вошла невзначай. Потом тщательно свернул толстую

синюю обертку, под сюртуком вынес ее в переднюю и там положил в карман в

пальто, чтобы на улице выбросить и таким способом уничтожить следы.

Он ушел. А Клавдия скоро хватилась изюма, испугалась, принялась

искать, - но не нашла. Варвара вернулась, узнала о пропаже изюма и

накинулась на Клавдию с бранью: она была уверена, что Клавдия съела изюм.

На улице было ветрено и тихо. Лишь изредка набегали тучки. Лужи

подсыхали. Небо бледно радовалось. Но тоскливо было на душе у Передонова.

По дороге он зашел к портному, поторопить его, - скорее бы шил

заказанную третьего дня новую форму.

Проходя мимо церкви, Передонов снял шапку и трижды перекрестился,

истово и широко, чтобы видели все, кто мог бы увидеть проходившего мимо

церкви будущего инспектора. Прежде он этого не делал, но теперь надо

держать ухо востро. Может быть, сзади идет себе тишком какой-нибудь

соглядатай или за деревом таится кто-нибудь и наблюдает.

Исправник жил на одной из дальних городских улиц. В воротах,

распахнутых настежь, попался Передонову городовой, - встреча, наводившая в

последние дни на Передонова уныние. На дворе видно было несколько мужиков,

но не таких, как везде, - эти были какие-то особенные, необыкновенно

смирные и молчаливые. Грязно было во дворе. Стояли телеги, покрытые

рогожею.

В темных сенях попался Передонову еще один городовой, низенький, тощий

человек вида исполнительного, но все же унылого. Он стоял неподвижно и

держал подмышкой книгу в кожаном черном переплете. Отрепанная босая девица

выбежала из боковой двери, стащила пальто с Передонова и провела его в

гостиную, приговаривая:

- Пожалуйте, Семен Григорьевич сейчас выдут.

В гостиной были низкие потолки. Они давили Передонова. Мебель тесно

жалась к стенке. На полу лежали веревочные маты. Справа и слева из-за стены

слышались шопоты и шорохи. Из дверей выглядывали бледные женщины и

золотушные мальчики, все с жадными, блестящими глазами. Из шопота иногда

выделялись вопросы и ответы погромче.

- Принес. . .

- Куда нести?

- Куда поставить прикажете?

- От Ермошкина, Сидора Петровича.

Скоро вышел исправник. Он застегивал мундирный сюртук и сладко

улыбался.

- Извините, что задержал, - сказал он, пожимая руку Передонова обеими

своими большими и загребистыми руками, - там разные посетители по делам.

Служба наша такая, не терпит отлагательства.

Семен Григорьевич Миньчуков, мужчина длинный, плотный, черноволосый, с

облезлыми по середине головы волосами, держался слегка сгибаясь, руки вниз,

пальцы грабельками. Он часто улыбался с таким видом, точно сейчас съел

что-то запрещенное, но приятное и теперь облизывался. Губы у него

ярко-красные, толстые, нос мясистый, лицо вожделяющее, усердное и глупое.

Передонова смущало все, что он здесь видел и слышал. Он бормотал

несвязные слова и сидя на кресле, старался шапку держать так, чтобы

исправник видел кокарду. Миньчуков сидел против него, по другую сторону

стола, а загребистые руки его тихонько двигались на коленях, сжимались и

разжимались.

- Болтают нивесть что, - говорил Передонов, - чего и не было. А я сам

могу донести. Я ничего такого, а за ними я знаю. Только я не хочу. Они за

глаза всякую ерунду говорят, а в глаза смеются. Согласитесь сами, в моем

положении это щекотливо. У меня протекция, а они гадят. Они совершенно

напрасно меня выслеживают, только время теряют, а меня стесняют. Куда ни

пойдешь, а уж по всему городу известно. Так уж я надеюсь, что в случае чего

вы меня поддержите.

- Как же, как же, помилуйте, с величайшим удовольствием, - сказал

Миньчуков, простирая

вперед свои широкие ладони, - конечно, мы, полиция, должны знать, если

за кем есть что-нибудь неблагонадежное или нет.

- Мне, конечно, наплевать, - сердито сказал Передонов, - пусть бы

болтали, да боюсь, что они мне нагадят в моей службе. Они хитрые. Вы не

смотрите, что они все болтают, хоть, например, Рутилов. А вы почем знаете,

может, он под казначейство подкоп ведет. Так это с больной головы на

здоровую.

Миньчукову казалось сначала, что Передонов подвыпил и мелет вздор.

Потом, вслушавшись, он сообразил, что Передонов жалуется на кого-то, кто на

него клевещет, и просит принять какие-нибудь меры.

- Молодые люди, - продолжал Передонов, думая о Володине, - а много о

себе думают. Против других умышляют, а и сами-то нечисты. Молодые люди,

известно, увлекаются. Иные и в полиции служат, а тоже туда же суются.

И он долго говорил о молодых людях, по почему-то не хотел назвать

Володина. Про полицейских же молодых людей он сказал на всякий случай, чтоб

Миньчуков понял, что у него и относительно служащих в полиции есть

кое-какие неблагоприятные сведения. Миньчуков решил, что Передонов намекает

на двух молодых чиновников полицейского управления: молоденькие, смешливые,

ухаживают за барышнями. Смущение и явный страх Передонова заражал невольно

и Миньчукова.

- Я буду следить, - сказал он озабоченно, минуту призадумался и опять

начал сладко улыбаться. - Два есть у меня молоденьких чиновничка, совсем

еще желторотые. Одного из них мамаша, поверите ли, в угол ставит, ей-богу.

Передонов отрывисто захохотал.

Между тем Варвара побывала у Грушиной, где узнала поразившую ее

новость.

- Душенька, Варвара Дмитриевна, - торопливо заговорила Грушина, едва

только Варвара переступила порог ее дома, - какую я вам новость скажу, вы

просто ахнете.

- Ну, какая там новость? - ухмыляясь, спросила Варвара.

- Нет, вы только подумайте, какие есть на свете низкие люди! На какие

штуки идут, чтобы только достичь своей цели!

- Да в чем дело-то?

- Ну вот, постойте, я вам расскажу.

Но хитрая Грушина прежде начала угощать Варвару кофеем, потом погнала

из дома на улицу своих ребятишек, причем старшая девочка заупрямилась и не

хотела итти.

- Ах, ты, негодная дрянь! - закричала на нее Грушина.

- Сама дрянь, - отвечала дерзкая девочка и затопала на мать ногами.

Грушина схватила девочку за волосы, выбросила из дому на двор и

заперла дверь. . .

- Тварь капризная, - жаловалась она Варваре,- с этими детьми просто

беда. Я одна, сладу нет никакого. Им бы отца надо было.

- Вот замуж выйдете, будет им отец, - сказала Варвара.

- Тоже какой еще попадется, голубушка Варвара Дмитриевна, - другой

тиранить их начнет.

В это время девочка забежала с улицы, бросила в окно горсть песку и

осыпала им голову и платье у матери. Грушина высунулась в окно и закричала:

- Я тебя, дрянь этакая, выдеру, - вот ты вернись домой, я тебе задам,

дрянь паршивая!

- Сама дрянь, злая дура! - кричала на улице девочка, прыгала на одной

ноге и показывала матери грязные кулачки.

Грушина крикнула дочке:

- Погоди ты у меня!

И закрыла окно. Потом она села спокойно, как ни в чем не бывало,

заговорила:

- Новость-то я вам хотела рассказать, да уж не знаю. Вы, голубушка

Варвара Дмитриевна, не тревожьтесь, они ничего не успеют.

- Да что такое? - испуганно спросила Варвара, и блюдце с кофе

задрожало в ее руках.

- Знаете, нынче поступил в гимназию, прямо в пятый класс, один

гимназист, Пыльников, будто бы из Рубани, потому что его тетка в нашем

уезде имение купила.

- Ну, знаю, - сказала Варвара, - видела, как же, еще они с теткой

приходили, такой смазливенький, на девочку похож и все краснеет.

- Голубушка Варвара Дмитриевна, как же ему не быть похожим на девочку,

- ведь это и есть переодетая барышня!

- Да что вы! - воскликнула Варвара.

- Нарочно они так придумали, чтобы Ардальона Борисыча подловить, -

говорила Грушина, торопясь, размахивая руками и радостно волнуясь оттого,

что передает такое важное известие. - Видите ли, у этой барышни есть

двоюродный брат сирота, он и учился в Рубани, так мать-то этой барышни его

из гимназии взяла, а по его бумагам барышня сюда и поступила. И вы

заметьте, они его поместили на квартире, где других гимназистов нет, он там

один, так что все шито-крыто, думали, останется.

- А вы как узнали? - недоверчиво спросила Варвара.

- Голубушка Варвара Дмитриевна, слухом земля полнится. И так сразу

стало подозрительно: все мальчики - как мальчики, а этот - тихоня, ходит

как в воду опущенный. А по роже посмотреть - молодец молодцом должен быть,

румяный, грудастый. И такой скромный, товарищи замечают: ему слово скажут,

а он уж и краснеет. Они его и дразнят девчонкой. Только они думают, что это

так, чтобы посмеяться, не знают, что это - правда. И представьте, какие они

хитрые: ведь и хозяйка ничего не знает.

- Как же вы-то узнали? - повторяла Варвара.

- Голубчик Варвара Дмитриевна, чего я не узнаю! Я всех в уезде знаю.

Как же, ведь это всем известно, что у них еще мальчик дома живет, таких же

лет, как этот. Отчего же они не отдали их вместе в гимназию? Говорят, что

он летом болен был, так один год отдохнет, а потом опять поступит в

гимназию. Но все это вздор,- это-то и есть гимназист. И опять же известно,

что у них была барышня, а они говорят, что она замуж вышла и на Кавказ

уехала. И опять врут, ничего она не уехала, а живет здесь под видом

мальчика.

- Да какой же им расчет? - спросила Варвара.

- Как какой расчет! - оживленно говорила Грушина. - Подцепит

какого-нибудь из учителей, мало ли у нас холостых, а то и так кого-нибудь.

Под видом-то мальчика она может и на квартиру притти, и мало ли что может.

Варвара сказала испуганно:

- Смазливая девчонка-то.

- Еще бы, писаная красавица, - согласилась Грушина, - это она только

стесняется, а погодите, попривыкнет, разойдется, так она тут всех в городе

закружит. И представьте, какие они хитрые: я, как только узнала об этаких

делах, сейчас же постаралась встретиться с его хозяйкой, - или с ее

хозяйкой, - уж как и сказать-то не знаешь.

- Чистый оборотень, тьфу, прости господи! - сказала Варвара.

- Пошла я ко всенощной в их приход, к Пантелеймону, а она -

богомольная. Ольга Васильевна, говорю, отчего это у вас нынче только один

гимназист живет? Ведь вам, говорю, с одним невыгодно. А она говорит: да на

что, говорит, мне больше? суета с ними. Я и говорю: ведь вы, говорю, в

прежние года все двух-трех держали. А она и говорит, - представьте

голубушка Варвара Дмитриевна! - да они, говорит, уж так и условились, чтобы

Сашенька один у меня жил. Они, говорит, люди не бедные, заплатили побольше,

а то они, говорит, боятся, что он с другими мальчиками избалуется. Каковы?

- Вот-то пройдохи! - злобно сказала Варвара. - Что ж вы ей сказали,

что это - девчонка?

- Я ей говорю: смотрите, говорю, Ольга Васильевна, не девчонку ли вам

подсунули вместо мальчика.

- Ну, а она что?

- Ну, она думала, я шучу, смеется. Тогда я посерьезнее сказала:

голубушка Ольга Васильевна, говорю, знаете, ведь, говорят, что это -

девчонка. Но только она не верит: пустяки, говорит, какая же это девчонка,

я ведь, говорит, не слепая...

Этот рассказ поразил Варвару. Она совершенно поверила, что все это так

и есть и что на ее жениха готовится нападение еще с одной стороны. Надо

было как-нибудь поскорее сорвать маску с переодетой барышни. Долго

совещались они, как это сделать, но пока ничего не придумали.

Дома еще более расстроила Варвару пропажа изюма.

Когда Передонов вернулся домой, Варвара торопливо и взволнованно

рассказала ему, что Клавдия куда-то дела фунт изюму и не признается.

- Да еще что выдумала, - раздраженно говорила Варвара, - это, говорит,

может быть, барин скушали. Они, говорит, на кухню за чем-то выходили, когда

я полы мыла, и долго, говорит, там пробыли.

- И вовсе недолго, - хмуро сказал Передонов, - я только руки помыл, а

изюму я там и не видел.

- Клавдюшка, Клавдюшка! - закричала Варвара: - вот барин говорит, что

он и не видел изюма, - значит, ты его и тогда уже припрятала куда-то.

Клавдия показала из кухни раскрасневшееся, опухшее от слез лицо.

- Не брала я вашего изюму, - прокричала она рыдающим голосом, - я вам

его откуплю, только не брала я вашего изюму!

- И откупишь! и откупишь! - сердито закричала Варвара, - я тебя не

обязана изюмом откармливать.

Передонов захохотал и крикнул:

- Дюшка фунт изюму оплела!

- Обидчики! - закричала Клавдия и хлопнула дверью.

За обедом Варвара не могла удержаться, чтобы не передать того, что

слышала о Пыльникове. Она не думала, будет ли это для нее вредно или

полезно, как отнесется к этому Передонов, - говорила просто со зла.

Передонов старался припомнить Пыльникова, да как-то все не мог ясно

представить его себе. До сих пор он мало обращал внимания на этого нового

ученика и презирал его за смазливость и чистоту, за то, что он вел себя

скромно, учился хорошо и был самым младшим по возрасту из учеников пятого

класса. Теперь же Варварин рассказ зажег в нем блудливое любопытство.

Нескромные мысли медленно зашевелились в его темной голове...

"Надо сходить ко всенощной, - подумал он,- посмотреть на эту

переодетую девчонку".

Вдруг вбежала Клавдия, ликуя, бросила на стол смятую в комок синюю

оберточную бумагу и закричала:

- Вот на меня говорили, что я изюм съела, а это что? Нужно очень мне

ваш изюм, как же.

Передонов догадался, в чем дело; он забыл выбросить на улице обертку,

и теперь Клавдия нашла ее в пальто в кармане.

- Ах, чорт! - воскликнул он.

- Что это, откуда? - закричала Варвара.

- У Ардальон Борисыча в кармане нашла, - злорадно отвечала Клавдия, -

сами съели, а на меня наклеп взвели. Известно, Ардальон Борисыч большие

сластуны, только чего ж на других валить, коли сами...

- Ну, поехала, - сердито сказал Передонов, - и все врешь. Ты мне

подсунула, я не брал ничего.

- Чего мне подсовывать, что вы, бог с вами, - растерянно сказала

Клавдия.

- Как ты смела по карманам лазить! - закричала Варвара. - Ты там денег

ищешь?

- Ничего я по карманам не лазаю, - грубо отвечала Клавдия. - Я взяла

пальто почистить, все в грязи.

- А в карман зачем полезла?

- Да она сама из кармана вывалилась, что мне по карманам

лазить,-оправдывалась Клавдия.

- Врешь, дюшка, - сказал Переделов.

- Какая я вам дюшка, чтой-то такое, насмешники этакие! - закричала

Клавдия. - Чорт с вами, откуплю вам ваш изюм, подавитесь вы им, - сами

сожрали, а я откупай, Да и откуплю, - совести, видно, в вас нет, стыда в

глазах нет, а еще господа называетесь!

Клавдия ушла в кухню, плача и ругаясь. Передонов отрывисто захохотал и

сказал:

- Взъерепенилась как.

- И пусть откупает, - говорила Варвара, - им все спускать, так они все

сожрать готовы, черти голодушные.

И долго потом они оба дразнили Клавдию тем, что она съела фунт изюма.

Деньги за этот изюм вычли из ее жалованья и всем гостям рассказывали об

этом изюме.

Кот, словно привлеченный криками, вышел из кухни, пробираясь вдоль

стен, и сел около Передонова, глядя на него жадными и злыми глазами.

Передонов нагнулся, чтобы его поймать. Кот яростно фыркнул, оцарапал руку

Передонова, убежал и забился под шкап. Он выглядывал оттуда, и узкие

зеленые зрачки его сверкали.

"Точно оборотень", - пугливо подумал Передонов.

Между тем Варвара, все думая о Пыльникове, заговорила:

- Чем бы по вечерам на биллиард ходить каждый вечер, сходил бы иногда

к гимназистам на квартиры. Они знают, что учителя к ним редко заглядывают,

а инспектора и раз в год не дождешься, так у них там всякое безобразие

творится, и картеж, и пьянство. Да вот сходил бы к этой девчонке-то

переодетой. Пойди попозже, как спать станут ложиться; мало ли как тогда

можно будет ее уличить да сконфузить.

Передонов подумал и захохотал.

"Варвара - хитрая шельма, - подумал он, - она научит".







1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   34

Похожие:

\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconБерезовский: каюсь, что привел к власти Путина
Вплоть до сегодняшнего дня, я не планировал открывать Фейсбук, не хотел жить в социальных сетях. Вчера, в Прощеное Воскресенье, я...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconИрвин Ялом Когда Ницше плакал
Ты должен быть готов сжечь сам себя: как ты сможешь обновиться, не став сначала пеплом?
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" icon10 придуманных книг, которые стоит сжечь
...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconКлаус Дж. Джоул Деньги   это любовь, или То, во что стоит верить. Том 1 3
А хотел я найти такой способ создания желанного жизненного опыта, который бы работал очень легко и без пробежек в полнолуние с ногой,...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconСтивеном Кингом "Дети кукурузы"
«еще одной»ссоры; to turn down – снизить, убавить ) and he didn't want it to happen (а он не хотел, чтобы она произошла; to happen...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconОчередной урок сш про "тусклое стекло"
В субботу я прочитал текст три раза, прежде чем понял, о чем вообще хотел сказать автор. Ну, или то, что я бы на его месте хотел...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconЛюбовь Майкла к животным и его тайные пожертвования
В то время она работала в приюте для животных в Лондоне. Майкл очень любил животных, так же сильно, как и детей и он хотел помочь...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconАлексей Вайсберг «Фредерик Бегбедер. 99 франков»
Роман «99 франков» представляет собой злую сатиру на рекламный бизнес, безжалостно разоблачает этот безумный и полный превратностей...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconАнонс Роман «99 франков»
Роман «99 франков» представляет собой злую сатиру на рекламный бизнес, безжалостно разоблачает этот безумный и полный превратностей...
\"Я сжечь ее хотел, колдунью злую\" iconФранков Роман «99 франков»
Роман «99 франков» представляет собой злую сатиру на рекламный бизнес, безжалостно разоблачает этот безумный и полный превратностей...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница