Стивен Кинг Долгая прогулка


НазваниеСтивен Кинг Долгая прогулка
страница9/41
Дата публикации21.04.2013
Размер3.56 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Философия > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   41


Любовь это обман! — орал Олсон. — В мире есть только три великие истины — это хорошо пожрать, хорошо потрахаться и хорошо посрать, и все! А когда ты становишься как Фентер или Зак...

Заткнись, — произнес чей-то скучающий голос, и Гэррети сразу понял, что это Стеббинс. Впрочем, когда он обернулся, Стеббинс все так же шел в одиночестве вдоль обочины, глядя на дорогу перед собой.

Реактивный самолет громко пролетел где-то впереди, перечеркнув ночное небо воздушной белой линией. Летел он достаточно низко, чтобы все могли увидеть его ходовые огни, пульсирующие желтым и зеленым. Бейкер снова начал насвистывать. Гэррети позволил векам опуститься почти до конца. Ноги шли сами по себе.

Наполовину погруженное в сон сознание начало ускользать от него. Случайные мысли лениво гонялись друг за другом на этом просторном поле. Он вспомнил как мама пела ему ирландскую колыбельную когда он был очень маленьким... что-то про моллюски и мидии, живехоньки-живы. И ее лицо, такое огромное и прекрасное, как лицо актрисы на киноэкране. Ему хотелось целовать ее и любить ее всегда. А когда вырастет, он возьмет ее в жены.

Потом его сменило добродушное лицо полячки Джен, чьи темные волосы спускались чуть ли не до талии. На ней был пляжный халат поверх купальника, потому что они направлялись на пляж Рейд. На Гэррети были потрепанные джинсовые шорты и шлепанцы.

Джен пропала. Ее лицо превратилось в лицо Джимми Оуэнса, мальчика из соседнего дома. Гэррети было пять, и Джимми было пять, когда мать Джимми застала их играющих в доктора в песочнице рядом с домом Джимми. У них обоих стоял. Так это называется — стоял. Мать Джимми позвонила его матери, и его мама пришла и забрала его, усадила в спальне и спросила, понравится ли ему, если она заставит его выйти наружу и пройтись по улице совсем без одежды? Его засыпающее тело содрогнулось в спазме унизительного, глубокого стыда. Он плакал и умолял не заставлять его ходить по улице без одежды... и не говорить отцу.

Вот им уже семь. Они с Джимми Оуэнсом пялятся сквозь грязное стекло офиса Строительной Компании Бёрра на календарь с голыми дамами, зная на что они смотрят, но зная не до конца, испытывая томительное, вязкое, стыдливое возбуждение. Там была одна светловолосая дама, вокруг ее бедер был повязан кусок голубого шелка, и они смотрели на него долго, очень-очень долго. Они спорили о том, что может быть под этим шелком. Джимми говорил, что видел свою маму голой. Джимми говорил, что знает. Джимми говорил, что там волосы и щель. Ему не хотелось в это верить, ведь то, что говорил Джимми было отвратительно.

Впрочем, он был согласен, что женщины должны сильно отличаться от мужчин в этой части, и они провели долгий летний вечер, наполненный сиреневым закатом, обсуждая этот вопрос, хлопая комаров и глядя запись бейсбольной игры на участке фирмы по перевозке мебели через дорогу от офиса Бёрра. Он чувствовал, по-настоящему чувствовал в полудреме жесткий бордюр под своей задницей.

В следующем году он ударил Джимми Оуэнса в рот стволом своей новехонькой пневматической винтовки когда они играли в войну, и тому пришлось наложить четыре шва на верхнюю губу. Годом позже они уехали. Он не хотел бить Джимми по рту, это вышло случайно. В этом он был уверен, хотя тогда он уже знал, что Джимми был прав, потому что тоже видел свою маму голой (он не хотел подсматривать — это вышло случайно). Там были волосы. Волосы и щель.

Шшш, это не волк, любовь моя, всего лишь твоя игрушка, видишь?... Моллюски и мидии, живехоньки, живы... Мама любит своего сыночка.... Шшшш... засыпай...

Предупреждение! Предупреждение 47-му!

Чей-то локоть грубо заехал ему по ребрам.

— Это тебя, парень. Проснись и пой, — ухмылялся МакФриз.

Сколько времени? — хрипло спросил Гэррети.

8:35.

Но прошло как будто...

...несколько часов, — сказал МакФриз. — Мне знакомо это чувство.

Такое четкое ощущение...

Это все твой мозг, — сказал МакФриз, — нашел старый аварийный выход. Вот круто было бы, если ноги так могли!

Я пользуюсь мылом Дайал, — вставил Пирсон, скорчив идиотскую рожу. — Вот круто было бы, если бы все так делали!

Гэррети подумал, что воспоминания похожи на линию, нарисованную в грязи. Чем дальше идешь, тем более расплывчатой она становится, тем тяжелее ее разглядеть. Пока наконец не остается один только ровный песок и черная дыра в пустоту, откуда ты пришел. Воспоминания похожи на дорогу. Здесь, сейчас они реальны, осязаемы, вещественны. Но дорога несколько часов назад, дорога 9-ти часов утра отошла слишком далеко в прошлое, чтобы иметь смысл.

Они прошли уже почти 50 миль. Прошел слух, что на 50-й миле их будет ждать Мейджор со своим джипом, чтобы подбить промежуточные итоги и произнести короткую речь. Гэррети решил, что скорей всего это полная херь.

Начался длинный и крутой подъем, и Гэррети снова захотелось снять куртку. Но он не стал. Впрочем, он расстегнул ее, и с минуту шел спиной вперед. Огни Карибу мерцали на горизонте, и он подумал о жене Лота, которая обернулась и была обращена в соляной столп.

Предупреждение! Предупреждение 47-му! 47-й, это второе предупреждение!

Гэррети потребовалась секунда, прежде чем он понял, что это относится к нему. Второе предупреждение за десять минут. Страх вернулся снова. Он вспомнил безымянного мальчика, который умер просто потому, что сбрасывал скорость слишком часто. Неужели то же самое происходит с ним?

Он огляделся вокруг. МакФриз, Харкнесс, Бейкер и Олсон — все смотрели на него. У Олсона был особенно довольный вид. Даже в темноте Гэррети легко читал выражение на его лице. Олсон пережил шестерых. Он хотел, чтобы Гэррети стал счастливым 7-м номером. Он хотел, чтобы Гэррети умер.

Что, лоха увидел? — резко спросил Гэррети.

Нет, — сказал Олсон, отводя взгляд. — Нет, конечно нет.

Теперь Гэррети шел с определенной целью, агрессивно размахивая руками. Сейчас без двадцати девять. Без двадцати одиннадцать — через 8 миль — он снова будет свободен. Он ощутил истерическое желание доказать, что сумеет сделать это, что нет необходимости пускать слух о нем, что никто не увидит, как он получает билет... по крайней мере, пока.

Туман, по-прежнему стелящийся понизу, полз по дороге лентами, похожий на дым. Силуэты Идущих рассекали его подобно темным островам, каким-то образом сорвавшимся с места. На 50-й миле они прошли мимо небольшой запертой автомастерской с проржавевшей бензоколонкой — всего лишь смутный зловещий силуэт в тумане. Единственным источником света служила лампа в телефонной будке. Мейджор не появился. Никто не появился.

Дорога совершила плавный поворот, а после него был этот безумно-желтый знак. Надпись начали передавать друг другу, но прежде чем слух дошел до Гэррети, он смог прочитать ее самостоятельно:

^ КРУТОЙ ПОДЪЕМ ГРУЗОВИКИ ТОЛЬКО НА НИЗКОЙ ПЕРЕДАЧЕ

Стоны и охи. Где-то впереди Баркович оживленно выкрикнул:

Ну же, братья! Кто со мной наперегонки до вершины?

Заткни свою поганую пасть, ты, чертов урод, — спокойно сказал кто-то.

А ты заставь меня, дебил! — взвизгнул Баркович. — Давай, иди сюда, заставь меня!

Он начинает сдавать, — сказал Бейкер.

Нет, — ответил МакФриз, — он просто выделывается. Типы вроде него могут выделываться до бесконечности.

Олсон заговорил мертвенно-спокойным голосом:

Мне кажется, я этот холм не осилю. Четыре мили в час точно не сделаю.

Холм возвышался над ними. Идущие уже почти достигли его подножия. Из-за тумана вершину было не разглядеть. Мы ведь не знаем, подумал Гэррети, а он может длиться вечно.

Подъем начался.

Гэррети обнаружил, что ощущения не так уж ужасны, если смотреть прямо под ноги и чуть наклониться вперед. Смотришь только на маленький кусочек асфальта между ступней, и создается впечатление, будто идешь по ровной поверхности. Но конечно убедить себя в том, что воздух в твоих легких и горле не раскаляется никак не получится — потому что он раскаляется.

Затем снова начали обмениваться слухами — очевидно, кое у кого по-прежнему хватало на это дыхания. Говорили, что подъем длиной в четыре сотни метров. Говорили, что он длиной в три с лишним километра. Говорили, что ни один Идущий никогда не получал билет на этом холме. Говорили, что трое Идущих получили билеты на этом холме в прошлом году. После этого говорить перестали.

Я не могу, — монотонно повторял Олсон, — я больше не могу.

Он дышал часто, как собака, но продолжал идти, так же как и все продолжали идти. Стали слышны тихие ночные шумы и сиплое, прерывистое дыхание. Кроме этого можно было расслышать только бормотание Олсона, шарканье множества ног и рокочущий, рычащий звук двигателя вездехода, который пыхтел рядом.

Гэррети ощутил, как в желудке нарастает сбивающий с толку страх. Он ведь может умереть здесь. Это совсем несложно. Он достаточно напортачил и уже получил два предупреждения. Не так уж далеко до края. Все что надо сделать — сбавить шаг немного, и он получит третье, последнее предупреждение. А затем...

Предупреждение! Предупреждение 70-му!

Они играют для тебя, Олсон, — сказал МакФриз между двумя вдохами. — Подбери копыта. Я хочу посмотреть, как ты спляшешь на вершине как Фред Астер.

Тебе-то что до этого? — свирепо спросил Олсон.

МакФриз ничего не ответил. Олсон нашел внутри себя какие-то резервы и ускорился. Гэррети подумал с болезненным удовлетворением, не был ли этот его резерв последним. Еще он подумал о Стеббинсе, замыкающем строй далеко позади. Как ты там, Стеббинс? Устал небось?

Впереди парень по имени Ларсон, номер 60, вдруг взял и сел на дорогу. Получил предупреждение. Другие Идущие разделились, обходя его, как Красное море разделилось, пропуская Сынов Израилевых.

Я просто отдохну немного, ладно? — сказал Ларсон с доверчивой, робко-испуганной улыбкой. — Я просто не могу сейчас идти. Хорошо?

Он улыбнулся еще шире солдату, который спрыгнул к нему с вездехода с винтовкой в одной руке и стальным хронометром в другой.

Предупреждение 60-му, — сказал солдат. — Второе предупреждение.

Послушайте, я догоню, — торопливо сказал Ларсон. — Я просто отдыхаю. Не может же человек все время идти. Не все же время, правда, парни?

Проходя мимо него, Олсон издал едва слышный стон и отшатнулся от Ларсона, когда тот попытался дотронуться до его штанины.

Гэррети чувствовал, как кровь стучит в висках. Ларсон получил третье предупреждение. Сейчас он поймет, подумал Гэррети, он поймет, встанет и будет нагонять.

В самом конце Ларсон видимо и вправду понял. Действительность обрушилась на него.

Эй! — сказал Ларсон где-то позади высоким, встревоженным голосом. — Эй, секундочку, не надо этого делать, я встаю, эй, не надо! Не...

Выстрел. Подъем продолжается.

Девяносто три бутылки пива остались на полке, — тихо сказал МакФриз.

Гэррети не стал отвечать. Он шел, уставившись на свои ноги и максимально сосредоточившись на том, чтобы добраться до вершины, не получив третьего предупреждения. Этот чудовищный холм вот-вот закончится. Должен закончиться.

Впереди кто-то захлебнулся криком, и тут же несколько винтовок выстрелили в унисон.

Баркович, — сказал Бейкер сипло. — Это был Баркович. Я совершенно уверен.

Ошибся, деревня! — выкрикнул Баркович из темноты. — Стопроцентно мертвецкая ошибочка!

Они так и не увидели того парня, которого пристрелили сразу после Ларсона. Он шел в авангарде, и когда они подошли к тому месту, его уже успели убрать с дороги. Гэррети оторвал взгляд от асфальта и немедленно пожалел об этом. Он едва мог разглядеть вершину холма. Предстояло пройти не меньше сотни метров, но выглядело это расстояние как тысяча миль. Все молчали. Каждый погрузился в свой собственный мир боли и титанических усилий. Секунды растягивались в часы.

Недалеко от вершины в основную дорогу вливалась изрытая колеями грязная проселочная, а на перекрестке стоял фермер со своей семьей. Они смотрели, как Идущие проходят мимо — старик с морщинистым лбом, женщина с продолговатым лицом в грузном суконном пальто и трое изможденных подростков.

Не хватает только... вил, — задыхаясь сказал МакФриз. Пот стекал по его лицу. — И Грэнта... Вуда... чтобы нарисовать его.[13]

Кто-то выкрикнул:

Здоров, папаша!

Фермер, фермерская жена и фермерские дети ничего не ответили. Сыр сам по себе, безумно подумал Гэррети. Вот, молочная ферма, и сыр сам по себе. Фермер с семьей не улыбались. Не хмурились. Не подавали признаков жизни. Они просто смотрели. Это напомнило Гэррети вестерны, которые он смотрел в детстве по субботам, где героя оставляют умирать в пустыне, а потом прилетают стервятники и кружат над ним. Фермер с семьей остались позади, и Гэррети вздохнул с облегчением. Наверное он со своей женой и тощими детьми придут сюда снова в девять часов вечера 1-го мая через год... и еще через год, и дальше, до бесконечности. Интересно, скольких пристрелили у них на глазах? Дюжину? Две дюжины? Плохие мысли. Гэррети отхлебнул из фляги, прополоскал рот, чтобы избавиться от спекшейся слюны, и выплюнул.

А холм все продолжался. Впереди Толанд потерял сознание и был застрелен после того, как оставшийся рядом с ним солдат трижды предупредил его бесчувственное тело. Гэррети казалось, что они взбираются на этот холм как минимум месяц. Да, как минимум месяц, и это еще скромные прикидки, потому что идут они уже больше трех лет. Он хихикнул, снова набрал полный рот воды, прополоскал его и проглотил. Никаких колик. Колики сейчас его добили бы. Но они возможны. Вполне возможны, потому что кто-то налил в его ботинки жидкого свинца, когда Гэррети отвернулся.
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   41

Похожие:

Стивен Кинг Долгая прогулка iconСердца в Атлантиде Стивен Кинг Это Стивен Кинг, которого вы еще не...

Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Сердца в Атлантиде Это Стивен Кинг, которого вы еще не знали
Это — жестокий психологизм и «городская сага», «гиперреализм» и «магический реализм» — одновременно. Это — история времени и пространства,...
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Кэрри Стивен Кинг Кэрри часть первая. Кровавый спорт сообщение из еженедельника
Сообщение из еженедельника Энтерпрайз, г. Вестоу-вер (штат Мэн), 19 августа 1966 года
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Мизери Стивен Кинг Мизери Стефани и Джиму Леонардам -...
Мне хотелось бы с благодарностью упомянуть здесь имена трех медиков, которые очень помогли мне, предоставив для этой книги фактический...
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Оно Стивен Кинг Оно часть I тень прошлого они начинают!
Ужас, продолжавшийся в последующие двадцать восемь лет, — да и вообще был ли ему конец? — начался, насколько я могу судить, с кораблика,...
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Мертвая зона Стивен Кинг Мертвая зона Пролог
Ко времени окончания колледжа Джон Смит начисто забыл о падении на лед в тот злополучный январский день 1953 года. Откровенно говоря,...
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Кладбище домашних животных стивен кинг кладбище домашних животных часть I
«отцом». Этого человека Луис встретил вечером, когда с женой и двумя детьми переезжал в большой белый дом в Ладлоу. С ними переехал...
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Способный ученик Стивен Кинг Способный ученик То, что...
Тодд Боуден, тринадцать лет, нормальный рост, здоровый вес, волосы цвета спелой пшеницы, голубые глаза, ровные белые зубы, загорелое...
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Ярость Стивен Кинг Ярость При увеличении числа переменных...
Утро, с которого все и началось, было замечательным. Прекрасное майское утро. А все благодаря белке, которую я заметил на втором...
Стивен Кинг Долгая прогулка iconСтивен Кинг Джо Хилл Полный газ Стивен Кинг, Джо Хилл Полный газ
Стены его покрывала штукатурка, а напротив, на бетонных островках, стояли бензоколонки. От хора надсадно ревущих моторов окна забегаловки...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница