Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями)


НазваниеАнтология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями)
страница34/42
Дата публикации21.04.2013
Размер4.02 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > География > Документы
1   ...   30   31   32   33   34   35   36   37   ...   42
^
Абердинские ведьмы




Мания преследования ведовства, вдохновленная опубликованной в 1597 г. «Демонологией» короля Якова, захлестнула Абердин, где в результате сожгли 24 человека, как мужчин, так и женщин. Обвинения охватывали весь спектр ведовских занятий: танцы с дьяволом вокруг городского креста, использование лигатуры с целью заставить мужей изменять женам, порча молока, падеж скота или приворот при помощи гнутого пенни, завернутого в сукно вместе с кусочком красного воска.

Старую Дженет Уишарт, чей случай был очень характерен, обвинили в том, что она наложила заклятие (cantrip) на Александра Томсона, отчего его то била дрожь, то прошибал пот. Сходным образом ее колдовство стало причиной смерти и Эндрю Уэбстера. Другие также умирали от ее дурного глаза. Она вызывала бури, бросая в воздух горячие уголья; насылала дурные сны; а также расчленила висевший на виселице труп. Ее и еще одну ведьму сожгли, что обошлось в 11 фунтов и 10 шиллингов, которые пошли в уплату за «торф, бочонки дегтя и уголь», а также на оплату услуг палача.

Среди других обвиняемых многие предстали перед судом только потому, что на них показала одна осужденная ведьма, которая активно сотрудничала с судьями, чем и продлила свою жизнь. Она поклялась, что была на большом сборище в Атхолле, где видела 2000 ведьм. «Она хорошо знала их всех, а также какую метку дал дьявол каждой особо. Многих из них испытывали водой, привязав большие пальцы ног к пальцам рук; когда их в таком положении бросали в воду, они никогда не тонули».



^
Обвинительный акт Айсобел Грирсон




Обвинительный акт по делу Айсобел Грирсон, жены Джона Булла, был составлен 10 марта 1607 г. Шесть пунктов обвинения, цитируемые ниже, взяты прямо из судебных протоколов.

1. Затаив жгучую злобу и ненависть против Адама Кларка, которую она испытывала на протяжении полутора лет, Айсобел Грирсон использовала всевозможные дьявольские средства, чтобы отомстить ему. В особенности в ноябре 1606 г., когда Айсобел Грирсон между 11 и 12 часами ночи, приняв облик «собственного кота и в сопровождении великого множества других кошек, пришла в его дом, где и учинила ужасный шум и беспорядок. Все это время Адам, который лежал со своей женой в постели, и их слуги, бывшие тогда в доме, испытывали такой страх, что едва не сходили с ума». В то же время дьявол в образе черного человека таскал служанку по дому за волосы, так что она после этого шесть недель пролежала больная.

2. Свою злобу на Уильяма Бернета, мужа Маргарет Миллер, вдовы, Айсобел Грирсон пыталась выместить убийством «при помощи дьявольских и безбожных средств, как отъявленная колдунья и ведьма». В январе 1650 г. она подбросила кусок сырого мяса ему на крыльцо, после чего дьявол в образе голого младенца полгода появлялся по ночам в доме. Являлся он и в образе самой Айсобел Грирсон, которая «самым бесчестным и пакостным образом мочилась на упомянутую Маргарет Миллер и в разных частях упомянутого дома». Уильям Бернет зачах и умер в 1605 г., «в великой тоске и страдании»; Айсобел обвинили в том, что она явилась «орудием смерти и болезни упомянутого Уильяма».

3. Айсобел Грирсон обвинили в том, что она наслала болезнь на Роберта Педдана в октябре 1598 г., за девять лет до процесса. Промучившись некоторое время, Роберт вспомнил, что задолжал Айсобел 9 шиллингов и 4 пенса; в свое время он отказался платить этот долг, и Айсобел пригрозила, что «он пожалеет». Педдан вернул Айсобел деньги и попросил возвратить ему здоровье; через некоторое время он выздоровел.

4. Роберт Педдан заявил, что в июне 1606 г., проходя мимо открытого окна его дома, Айсобел протянула руку, чтобы приласкать кота. В тот момент Роберт как раз варил эль, который немедленно скис, превратившись в жидкость «гнилую и черную, как вода из сточной канавы, с запахом столь гнусным и отвратительным, что ни один человек не мог ни пить его, ни выносить эту вонь».

5. Айсобел обвинили в том, что она замышляла убийство Маргарет Доналдсон, жены Роберта Педдана, в 1600 г. Заболев, Маргарет решила, что это Айсобел околдовала ее, и попросила соседей содействовать ее примирению с ведьмой, после чего здоровье ее пошло на поправку. Однако Айсобел думала, что Маргарет ославила ее ведьмой, и вернулась с проклятием: «Гореть тебе в адском пламени, чтоб тебя черти в адском котле сварили». Маргарет снова заболела, но через девять недель поправилась. В декабре 1606 г. Айсобел опять повстречалась с Маргарет и еще раз прокляла ее: «Прочь от меня, воровка, а не то я вырву у тебя сердце за то, что распространяешь обо мне сплетни». И снова Маргарет слегла.

6. Финальный обвинительный акт гласил, что Айсобел Грирсон «обыкновенная колдунья и ведьма, которая делает людям зло, насылая и вылечивая болезни и недуги, а также зарабатывает себе на жизнь дьявольскими и неугодными Богу средствами; кроме того, она пользуется заклинаниями и другими дьявольскими уловками».

После того как шесть надежных свидетелей дали свои показания (последний пункт обвинения в подтверждениях не нуждался), присяжные признали Айсобел «виновной в совершении всех и каждого преступных деяний, упомянутых в обвинительном акте». Айсобел Грирсон удушили и сожгли на Замковом холме в Эдинбурге, а ее имущество конфисковал король.



^
Ведовской процесс в Перте




Следующий протокол процесса в Перте в 1623 г. ценен тем, что содержит в себе указания на то, какие именно обвинения могли повлечь за собой арест за ведовство в Шотландии: в данном случае это были простые народные заговоры, преимущественно благотворные, а также мытье и купание. Предполагалось наличие примитивного договора с дьяволом. В других шотландских процессах договор приводился дословно, как в обвинительном акте по делу трех женщин, сожженных в Борроустоунзе 23 декабря 1679 г., с ссылкой на книги Левит (глава 20) и Второзаконие (глава 18). Тех женщин обвинили в том, что они «вступили в сговор с дьяволом, врагом нашего спасения, отреклись от Господа и Спасителя нашего и крещения и отдались, как душой, так и телом, дьяволу».

Ниже следует дословный протокол допроса Айсобел Холден во время судебной сессии в Перте в 1623 г.


15 мая 1623 года Айсобел Холден, подозреваемая в ведовстве, приведена на сессию суда в Перте, после молитвы Господу отворить ее сердце и освободить язык, чтобы открыть правду, рассказала следующее:

^ Вопрос : Умеет ли она исцелять мужчин, женщин или детей, страдающих каким-нибудь недугом?

Ответ : Нет.

В.: Это она вылечила ребенка Эндрю Дункана?

О.: Она, как ее научила Дженет Кау, пошла с Александром Локартом к Таррет-порт, зачерпнула оттуда воды, принесла ее в дом Дункана и, встав на колени, омыла ребенка во имя Отца, Сына и Святого Духа. После этого она взяла эту воду и сорочку ребенка и пошла с Александром Локартом к реке, куда выплеснула воду и бросила сорочку. Но при этом она разлила немного воды, о чем теперь горько сожалеет, ибо если кто наступит на эту воду, то болезнь перекинется на него.

^ В.: Разговаривала ли она когда-либо с феями?

О.: Десять лет тому назад, когда она лежала в постели, ее, по воле Господа или дьявола, неизвестно, перенесли на склон холма. Холм открылся, и она вошла внутрь. Она оставалась там три дня, то есть с четверга до 12 часов в воскресенье. Потом она повстречала седобородого человека, который и привел ее домой.

^ Свидетель Джон Рох под присягой показал: Примерно в то же время он был в мастерской у Джеймса Кристи, который делал для него детскую кроватку, потому что его жене приходила пора рожать. В ту же самую мастерскую вошла упомянутая Айсобел Холден и посоветовала ему не торопиться, потому что колыбелька еще не скоро понадобится: его жена родит не раньше чем через пять недель. Кроме того, ребенку ее не лежать в колыбели, потому что он родится, будет крещен и, не коснувшись материнской груди, умрет. И как Айсобел сказала, так оно все и вышло, до последней малости.

^ В.: Как она об этом узнала?

О.: Седобородый человек рассказал.

Свидетель Джон Рох продолжает: Айсобел Холден пришла к Маргарет Бьюканан, супруге Дэвида Ринда, которая тогда была в отменном здравии и занималась обычной своей работой, и велела ей готовиться к смерти, ибо в канун поста, до которого оставалось несколько дней, ее не станет. И как она сказала, так и вышло: еще до названного ею срока женщина умерла.

^ В.: Откуда она узнала, сколько женщине отпущено жить?

О.: Она спросила об этом у того же самого седобородого человека, и он ей рассказал.


16 мая 1623 года.

^ Свидетель Патрик Ратвен, кожевенник из Перта, под присягой показал:

Когда Маргарет Хорнсклеф его заколдовала, к нему пришла Айсобел Холден. Она подошла к его кровати и улеглась прямо на него, голова к голове, обняла его и стала бормотать какие-то слова которых он не мог разобрать.
Признание: Перед тем как Патрика заколдовали, она встретилась с ним и запретила ему выходить, пока она сама не пойдет с ним.


19 мая 1623 года.

^ Свидетель Стивен Рей из Муиртона под присягой показал:

Три года тому назад Айсобел Холден украла немного пива из трактира «Замок Бальхаусси». Он погнался за ней и привел назад. Она хлопнула его по плечу и воскликнула: «Иди своим путем! Год и один день не видать тебе и корки хлеба». Так оно и случилось. Год после этого он был так тяжело болен, что совсем не мог работать.

Признает, что украла пиво и что мужчина после этого заболел. Она сказала ему только: «Тот, кто вывел меня из страны фей, отомстит за меня».

Признает, что молча пошла к священному источнику Ратвена и также молча вернулась с водой, в которой искупала ребенка Джона Гау. Когда набирала из колодца воду, оставила там кое-какую детскую одежонку, которую взяла с собой специально для этого. А когда пришла домой, помыла ребенка в этой воде, точно так же как ребенка Джона Пауриса перед этим.


21 мая 1623 года.

Признание: Она давала детям снадобья, в том числе, когда жена Дэвида Морриса пришла к ней, послала своего сына набрать листьев звездчатой травы, из которых велела матери ребенка сделать настой.

^ Свидетельница миссис Дэвид Моррис под присягой показала:

Айсобел Холден, непрошеная, пришла к ней в дом и увидела ребенка. Заявила, что это «подменыш». Взялась его лечить и дала такое снадобье, от которого ребенок вскоре умер.
Уильям Янг, писец суда Пресвитерианской церкви города Перта, по приказу последней, руку приложил.

Джонатан Дэвидсон, общественный нотариус и клерк суда города Перта, по общему распоряжению, руку приложил.


Процесс продолжался еще два дня, 22 и 26 мая, когда были сделаны аналогичные признания.

Вопрос: Где она обучилась своим искусствам?

Ответ: Когда я рожала, меня стащили с кровати, бросили в лужу у дверей моего дома в Даннинге и там оставили в большом смущении и затруднении.

^ В.: Кто это сделал?

О.: Феи, одни рыжие, другие седые, верхами. Главный среди них, маленький костлявый человек, ехал на серой лошади. Он говорил со мной и велел мне рассказывать о Боге, делать добро бедным людям и объяснил как: обмывать их водой, купать, протаскивать сквозь петлю из шерсти и прочее.

Значительная часть документа отсутствует, но сохранилось достаточно, чтобы с уверенностью предположить, что Айсобел Холден признали виновной, задушили и сожгли.



^
Айсобел Гауди




В четырех последовательных признаниях, сделанных, судя по всему, без применения пыток, между 13 апреля и 27 мая 1662 г., Айсобел, по сути, изложила основные народные поверья о ведовстве в Шотландии. Похоже, женщина была совершенно безумна, хотя из ее утверждений очевидно, что она верила абсолютно всему, о чем рассказывала, включая даже такие невероятные вещи, как превращение в сороку или кошку и полеты на шабаш.

Ее история как ведьмы начинается году примерно в 1647 г., когда она повстречала дьявола в церкви в Олдерне. Там она заключила с ним договор, отреклась от христианского крещения, приняла новое имя Дженет, получила печать дьявола на плечо и была заново крещена собственной кровью, которую высосал из ее тела дьявол. Потом она присягнула сатане на верность, положив одну ладонь на макушку, а другую на подошву ноги. Церемония завершилась проповедью, которую дьявол, как заправский священник, прочел с кафедры.



Айсобел поведала о том, как она обманывала собственного мужа, оставляя в кровати метлу или табурет, когда улетала по ночам на шабаш. Добиралась она туда на любом снопе соломы, воскликнув предварительно: «Конь и шляпа, во имя дьявола». В полете она могла подстрелить любого христианина, который, увидев ее, забывал осенить себя крестным знамением. На шабаше, прежде чем приступить к трапезе, ведьмы произносили молитву:
Эту пищу вкушаем мы во имя дьявола,

В печали, со вздохами и большим стыдом;

Мы уничтожим и дом, и хозяйство;

Овец в овчарне и коров в коровнике,

А от того, что останется, от всех запасов,

Мало будет толку впредь.
В ее бредовых измышлениях содержится прямое указание на идею ведовского союза из 13 человек. У каждой ведьмы был собственный демон, известный под именем не менее курьезным, чем те, которыми награждали обыкновенно демонов-помощников: Свинья, Рори, Лев Рыкающий, Роберт Рул, или Рыжий. Группа из нескольких ведьм или все 13 вызывали бури, ударяя мокрой тряпкой по камню и произнося заклинание, которое Айсобел без утайки поведала судьям:
Тряпкой по камню я бью,

Чтобы, во имя дьявола, вызвать грозу,

И пусть не уляжется она, пока не захочу я.
Бывали случаи, когда ведьмы превращались в различных животных, произнося соответствующие заклинания, или пускали в людей стрелы, которые, как утверждала Айсобел, на ее глазах затачивали малютки эльфы, чтобы нанести людям вред или даже убить их; однако им не всегда удавалось попасть в цель, и когда они промахивались, дьявол ужасно злился.

Дьявол был строг со своими ведьмами, как утверждает Айсобел, и поколачивал их, повторяя при этом: «Знаю я, что вы обо мне болтаете!» Особенно его бесило, когда кто-либо из них не являлся на встречи или не выполнял его приказов. Александру Элдеру доставалось чаще всех, так как он был слишком слаб, чтобы сопротивляться. А вот Маргарет Уилсон на удар отвечала ударом, и Бесси Уилсон «на каждое слово находила десять, и притом во всю глотку». Обычно ведьмы разбегались, крича: «Смилуйся, смилуйся над нами! Пощади, пощади, о Повелитель!» Юмористический аспект этого рассказа привлек Крукшенка, и его портрет Черного Джона, то есть дьявола, угощающего колотушками олдернских ведьм, украшает издание «Писем о демонологии и ведовстве» Вальтера Скотта.

Судебные протоколы не сообщают, какая судьба постигла Айсобел Гауди, однако нет никаких оснований сомневаться в том, что ее казнили. Стоит также заметить, что если Реставрация в Англии повлекла за собой уменьшение числа ведовских процессов, то в Шотландии первые годы правления Карла II ознаменовались ужесточением преследований ведьм.

^
Томас Уир




Долго еще после казни в 1670 г. Томаса Уира помнили в народе как одного из самых знаменитых колдунов Шотландии. Прежняя репутация Уира как офицера парламентской армии, под чьим началом гвардия защищала Эдинбург, и радикального евангелиста подогревала всеобщий интерес к его фигуре. В возрасте 70 лет он вдруг сознался, без всякого принуждения, в целом списке ужасных преступлений, начиная с прелюбодейства, включая инцест, содомию, и, наконец, самом страшном грехе из всех — ведовстве. Сначала ему никто не верил. Он втянул в это дело и свою сестру Джейн, 60 лет, которую сожгли как ведьму на основании ее собственного признания, без каких-либо дополнительных свидетельств.

Жизнь его, вкратце, сложилась так. Родился он в Ланарке, в хорошей семье, около 1600 г. В 1641 г. служил в чине лейтенанта в Шотландской пуританской армии, и после гражданской войны не расстался с прежними взглядами, оставаясь ревностным противником роялистов. В 1649 и 1650 гг. он уже в чине майора командовал гвардейцами, которые защищали Эдинбург. На жизнь он зарабатывал, исполняя должность наблюдателя на гражданской службе. Помимо военной карьеры, он отличался и на религиозном поприще, неутомимо посещая встречи протестантов-евангелистов, однако старательно избегал публично молиться и проповедовать на молитвенных собраниях.

Среди строгих пресвитериан он приобрел такую славу, что все знали: если где соберутся четверо, то один из них — непременно майор Уир. На закрытых собраниях он молился так истово, что другие только диву давались, и из-за того многие люди того же склада чрезвычайно ценили его общество. Многие приходили к нему в дом, чтобы услышать, как он произносит свои молитвы.

Достигнув преклонного возраста, в 1670 г. — согласно некоторым хроникам, ему было тогда 76 лет — Томас Уир принялся разоблачать ужасающие тайны своей жизни, которые он так долго и успешно скрывал. Сначала никто ему не верил, однако он продолжал настаивать на своем, и тогда провост послал к нему врачей. Те, однако, сочли его вполне здоровым и заявили, что «причиной его недуга является только воспаленная совесть». Пришлось провосту его арестовать на основании собственных показаний. Майор Уир предстал перед судом 9 апреля 1670 г., ему было предъявлено обвинение из четырех пунктов:

1. Попытка изнасилования сестры, когда той было 10 лет. Продолжительное сожительство с ней же с тех пор, когда ей исполнилось 16, и до 50, когда он оставил ее, «гнушаясь ее возрастом».

2. Сожительство с приемной дочерью Маргарет Бурдон, дочерью покойной жены.

3. Супружеская измена, к которой он склонил «нескольких разных персон»; прелюбодейство с Бесси Уимз, «его служанкой, которую он держал в доме… на протяжении 20 лет, в течение которых он делил с ней ложе так часто, как если бы она была его женой».

4. Совокупления с кобылами и коровами, «в особенности с одной кобылой, на которой он ездил на запад, к Нью-Миллз».



Очевидно, ведовство предполагалось как нечто само собой разумеющееся, так как в официальном обвинении оно не фигурирует, но в свидетельских показаниях упоминается часто. Сестру майора Уира, Джейн, вместе с ним обвиняли в инцесте и колдовстве, «но особенно в том, что она обращалась за советами к ведьмам, некромантам и дьяволам».

Главным доказательством вины Уиров стали их собственные признания, подкрепленные свидетельствами тех очевидцев, в чьем присутствии они были сделаны. Однако сестра жены Уира, Маргарет, показала, что в возрасте 27 лет «она застала майора, своего зятя, и его сестру Джейн в амбаре в Уикет-Шо, где они вместе, обнаженные, лежали в постели, и она была на нем, а постель под ними ходила ходуном, и она также слышала, как они обменивались скандальными словами». Майор Уир сознался и в том, что совокуплялся годах в 1651-м и 1652-м со своей кобылой, за каковым занятием застала его одна женщина и донесла на него. Ей, однако, не поверили, и «общинный палач собственноручно прогнал ее кнутом через весь город (Ланарк) за клевету на известного своей святостью человека».

Джейн Уир еще больше запутала дело рассказом о демоне-помощнике, который помогал ей прясть «необычайно много пряжи скорее, чем три или четыре женщины могли бы сделать то же самое». Очень давно, когда она еще работала учительницей в школе в Далките, она отдала душу дьяволу, произнеся в присутствии одной маленькой женщины: «Все мои горести и печали, идите за мной к двери». Еще в 1648 г. она и ее брат «ездили из Эдинбурга в Маслборо и обратно в карете шестерней, причем лошади выглядели так, словно были из огня». Именно Джейн Уир заявила, что терновый с резным навершием посох майора был на самом деле его магическим жезлом. С ее подсказки люди немедленно вспомнили, что Томас Уир всегда опирался на него во время молитвы, как будто его вдохновлял сам дьявол.

Присяжные большинством голосов вынесли Томасу Уиру приговор «виновен», его сестре такой же приговор вынесли единогласно.

Майора Уира удушили и сожгли на специальной площадке для казней между Эдинбургом и Лифом 11 апреля 1670 г., а его сестру Джейн на следующий день на Травяном рынке Эдинбурга. На лестнице перед виселицей женщина обратилась к толпе: «Я вижу толпу людей, которые пришли сюда посмотреть на смерть жалкой старухи, но сомневаюсь, что среди вас много таких, кто скорбит и оплакивает нарушение Завета».

Немало современных памфлетов и страниц личных дневников было посвящено описанию этого события, его продолжали обсуждать еще, по крайней мере, целое столетие. Дом Уиров в Эдинбурге стоял пустой, обогащая местный фольклор историями о привидениях и рассказами о таинственных происшествиях. Призрачные кареты подъезжали к крыльцу, чтобы отвезти майора и его сестру в ад. Сто лет дом пустовал, пока наконец какая-то обедневшая чета, соблазнившись низкой арендной платой, не въехала в него, к величайшему удивлению всего города; но уже на следующее утро они сбежали, утверждая, что всю ночь пролежали без сна, глядя на телячью голову, которая глазела на них из темноты. После этого дом Уиров пустовал еще 50 лет. Незадолго до его сноса в 1830 г. Вальтер Скотт подтвердил, как сильно здание занимало воображение эдинбуржцев: «Дерзок был тот школяр, который осмеливался приблизиться к мрачной развалине, с риском увидеть зачарованный посох майора, дозором обходящий старинные комнаты, или услышать жужжание магического колеса, доставившего сестре его славу искусной пряхи».



^
Мошенница из Баргаррана




Множество мужчин и женщин расстались с жизнью по вине детей, причем их убийцы не только не были наказаны, но, наоборот, заслужили всеобщее одобрение. Почти через 100 лет после дела уорбойсских ведьм в Англии появился его шотландский эквивалент: дело ренфрюширских ведьм 1697 г. В то время как в Англии мания преследования ведовства уже подходила к концу, некая одиннадцатилетняя девочка Кристина (Кристиан) Шоу, третий ребенок в семье Джона Шоу, лэрда Баргаррана, возле Пейсли, графство Ренфрюшир, сумела сделать так, что 21 человеку было предъявлено обвинение в ведовстве и семеро из них сгорели на костре в Пейсли. Симптомы истерии и злобы, продемонстрированные этой «баргарранской мошенницей», как назвал ее в 1785 г. Хьюго Арно, очень напоминают поведение ее ближайших американских «коллег» — столь же извращенных, хотя и причинивших меньше несчастий и горя детей Гудвинов или Маргарет Рул. Как и они, Кристина Шоу была осведомлена о существовании других одержимых детей, а память о том, как Дженет Дуглас околдовала сэра Джорджа Максвелла, была еще совсем свежа в графстве: с тех пор минуло всего 20 лет.

В понедельник, 17 августа 1696 г., маленькая Кристина увидела, как «молодая видная девушка» украла кружку молока, и пригрозила ее выдать. Девушка, Кэтрин Кэмпбелл, «нрава гордого и мстительного», пожелала, чтобы дьявол протащил душу Кристины через ад. 21 августа пользовавшаяся дурной репутацией старуха по имени Агнес Нейсмит задала Кристине вопрос, как та поживает, на что девочка фыркнула. 22 августа с Кристиной случился припадок: она согнулась пополам, язык ее запал в горло, и она кричала, что Кэтрин и Агнес мучают ее. Во время припадков или приступов одержимости девочка выплевывала всевозможные кусочки, которые, по ее словам, заставляли ее глотать невидимые мучительницы: гнутые булавки, мелкие косточки, угольки, сено, гальку, волосяные шарики, свечное сало, перья и яичную скорлупу. Она спорила с призраками, цитировала им Библию. Врач, доктор Мэтью Брисбейн, доложил, что Кристина во всем, за исключением своих припадков, «абсолютно здорова», и признался в своей неспособности определить суть ее недомогания. Второй врач, доктор Маршалл, согласился с ним.



Пять месяцев спустя, 19 января 1697 г., Тайный совет Шотландии назначил комиссию по расследованию предполагаемого ведовства в Баргарране. Кристина тем временем значительно расширила круг обвиняемых: Элизабет Андерсон, 17 лет; ее отец, Александр, нищий; Джин Фултон, ее бабка; и два ее кузена, «косоглазый» Джеймс, 14 лет, и Томас Линдсей, 11 лет. В числе обвиняемых оказались даже две женщины из высшего сословия: Маргарет Лэнг, «персона чрезвычайно серьезная и рассудительная», и ее семнадцатилетняя дочь Марта Семпл. Эти двое отважно предстали перед обвинителями, хотя легко могли бы скрыться, причем Маргарет презрительно заявила: «Пусть дрожат те, кто боится, и бегут те, у кого в том нужда, а я не побегу». Пренебрежение, которое она выказывала на протяжении всего процесса ко всему происходящему, напоминает отважное поведение Агнес Сэмюэл во время Уорбойсского суда.

Некоторые из обвиненных, Элизабет Андерсон к примеру, обвиняли других, пока не набрался, наконец 21 человек. Кристина утверждала, что все они — ведьмы, которые преследуют ее в облике призраков, и изображала припадок за припадком, как только кому-нибудь из них приказывали до нее дотронуться. В точности как салемская церковь в 1692 г., кирха объявила 11 февраля днем всеобщего поста ради освобождения Кристины от одержимости. Кроме того, священники постоянно посещали Кристину, по всей видимости, это поощрило ее бредовые измышления.

Следственная комиссия тоже не сидела сложа руки и через два месяца представила свой отчет, в который входили и признания троих внуков Джин Фултон: Элизабет Андерсон, Джеймса и Томаса Линдсея. Все трое дополнили обвинения Кристины недостающими деталями. Они описали, как бабка брала их с собой на шабаш и как там им давали по куску печени некрещеного младенца, однако поскольку они отказались есть, то теперь могли признаться, в отличие от других ведьм и колдунов, которые отведали плоти и теперь должны были молчать. Они сообщили, что убили священника (тот скончался уже довольно давно), втыкая булавки в его восковое изображение; задушили двоих детей (которых также давно не было в живых) и перевернули паром, в результате чего утонули два человека. Элизабет сообщила, что видела, как дьявол разговаривал с ее отцом, Агнес Нейсмит и другими во дворе Баргаррана и как они сговаривались убить Кристину Шоу, «остановив ее дыхание». Покопавшись как следует в памяти, она припомнила еще одну такую же встречу, имевшую место семь лет тому назад, и как она летала со своим отцом.



Эти детские фантазии оказались достаточным поводом для создания новой комиссии, которая возникла 5 апреля 1697 г. и получила право выносить смертный приговор. Новые судьи исторгли еще два признания и 13 апреля 1697 г. передали предварительное заключение по делу на рассмотрение суда присяжных. Сторона обвинения под предводительством самого лорда-адвоката предупредила присяжных, что если те оправдают заключенных (уже признанных ведьмами благодаря наличию дьявольских меток), то «станут соучастниками отступничества и святотатства и разделят вину за все убийства, мучения и соблазнения, которые тем удалось совершить». После такого напутственного слова присяжные заседали семь часов и вынесли семь вердиктов «виновны» трем мужчинам (включая четырнадцатилетнего Джеймса Линдсея) и четырем женщинам: двум благородным дамам, Маргарет Лэнг и ее дочери, служанке Кэтрин Кэмпбелл и Агнес Нейсмит. Их и сожгли 10 июня 1697 г. в Пейсли. Подкова на Джорджстрит до сих пор отмечает место их казни. В одном из отчетов отмечается, что осужденных слишком рано сняли с виселицы и бросили в огонь; так что, очевидно, кого-то сжигали живьем. У одного человека взяли палку, чтобы запихивать в костер ноги ведьм, когда те высовывали их, и после он отказался взять ее назад, заявив: «Чтобы я взял в свой дом палку, которая коснулась ведьмы?»

После казни припадки у Кристины Шоу прекратились, мусор она больше не выплевывала, призраков не видела. В 1839 г. двое писателей посетили дом Шоу и обнаружили в стене крохотное отверстие, которое обыкновенно было закрыто кроватью Кристины (в комнате с тех самых пор ничего не изменилось). «Стоит только предположить, — писали Дж. Митчелл и Дж. Дики в книге „Философия ведовства” (1839), — что у Кристины Шоу был сообщник, в чем, в общем-то, нет причин сомневаться, и становится понятно, как легко могла солома, булавки, куриные кости и прочее попадать в ее кровать через это отверстие в стене». Обвинение, кстати, отметило, что предметы, выходившие из ее рта, «были так сухи, точно и не побывали в желудке». (Сэр Фрэнсис Грант. «Разгромленное саддукейство». 1698).

В 1718 г. Кристина вышла замуж за священника, а потом, семь лет спустя, когда он скончался, прославилась тем, что ввезла из Голландии оборудование для производства тонких швейных ниток (которые так и назывались — «Баргарран»), что в конечном итоге и привело к превращению Пейсли в крупный центр прядильной промышленности.

Следует заметить, что вынесение в 1697 г. смертного приговора 7 ведьмам особенно неприятно поражает на фоне случая 1692 г., когда 6 обитателей Пейсли были наказаны за то, что пытались ославить 12 представителей местных хороших семей как ведьм. Клеветников заставили выплатить ущерб, а потом выставили к столбу с плакатами следующего содержания: «Мы стоим здесь за то, что опорочили доброе имя…», за чем следовал полный список оклеветанных.



^
Ведьмы из Питтенвима




Ни одной из обвиненных в ведовстве обитательниц приморского городка Питтенвим на востоке Шотландии не был вынесен официальный смертный приговор, тем не менее двое умерли при ужасающих обстоятельствах, сложившихся в результате обвинений, а третья рассталась с жизнью под пыткой, запрещенной законом. Трагедия разыгралась по вине шестнадцатилетнего Патрика Мортона. Его история во многом напоминает случай Кристины Шоу 1697 г., припадки которой были в подробностях отражены во многих памфлетах, имевших широкое хождение среди публики. Поскольку Патрик слышал чтение этих памфлетов проповедником по меньшей мере дважды, есть серьезные основания подозревать, что парень просто старательно имитировал поведение мошенницы из Баргаррана. И в самом деле в протоколе заседания церковного совета сказано: «Его состояние во многом напоминает состояние девочки из Баргаррана с Запада».

В 1704 г. Мортон работал в кузне своего отца, когда Беатрис Лэнг, жена бывшего казначея Питтенвима, попросила его выковать для нее несколько гвоздей. Патрик был слишком занят чем-то еще и отказал ей, так что женщина ушла, «грозя отомстить, что его несколько испугало». На следующий день он увидел, как Беатрис бросает горячие угли в ведро с водой, и понял, что его судьба в руках ведьмы. Вскоре он почувствовал необычайную слабость в конечностях, потерял аппетит и стал худеть. К маю 1704 г. у него проявились все симптомы эпилепсии: затрудненное дыхание, раздутый живот, онемение всего тела, западание языка. Юноша выдвинул несообразные обвинения против Беатрис Лэнг, миссис Николас Лоусон и других женщин, которые якобы преследовали его. Подобно детям из Салема, он демонстрировал отметины на руках, оставшиеся якобы от щипков ведьм. 19 мая 1704 г. он сообщил местному священнику, что ему не будет покоя, пока миссис Лэнг не накажут.

Истерические припадки Патрика подробно описывает «Повесть о горестях Патрика Мортона». Там, в частности, содержится и отчет Патрика об одной из его галлюцинаций:

Он рассказал, что видел сатану, который подошел к его постели и сказал ему: «Дитя мое, я дам тебе серебряный костюм и серебряный позумент на шляпу, если ты признаешь, что Спасителя не существует; хотя две мои возлюбленные дочери (Беатрис Лэнг и миссис Николас Лоусон) понесут наказание, зато тебе потом будет хорошо».


После того как в Тайный совет 13 июня 1704 г. было подано прошение, обвиняемые были заключены в тюрьму. Несмотря на высокое общественное положение, Беатрис Лэнг страшно пытали. Сначала ее обыскали на предмет печати дьявола, потом пять дней и ночей не давали спать. Признание не замедлило последовать, обвиняемая указала на Дженет Корнфут, миссис Николас Лоусон, Айсобел Адам и других; однако очень скоро женщина взяла свои слова обратно. В отместку судьи забили ее в колодки, перевели в «Воровскую дыру» и держали в «темнице, где не было ни света, ни человеческого разговора» пять месяцев. Наконец два влиятельных члена Тайного совета умерили пыл местных судей, и Беатрис Лэнг вместе с другими обвиняемыми освободили, взыскав с них штраф в восемь шотландских фунтов (в 1700 г. пара одеял стоила три шотландских фунта, или пять шиллингов). Но гнев местных жителей был столь велик, что женщина не могла вернуться домой, а вынуждена была скитаться, пока не умерла, «всеми покинутая», в больнице св. Андрея.

Какого рода признания добивались судьи, ясно из примера Айсобел Адам, которой после тюремного заключения также вернули свободу в обмен на совершенно нелегальный штраф:

Созналась, что в канун дня св. Мартина (11 ноября) около полуночи пришла к Беатрис Лэнг, где увидела черного человечка в шляпе и черном плаще, который сидел у стола, а Беатрис сказала: «Вот джентльмен, у которого есть для тебя работа»… Когда она поступила к нему на службу, дьявол поцеловал ее и сказал, что знает, как недовольна она своей судьбой, а у него на службе она получит богатств столько, сколько пожелает. А также созналась, что на Новый год дьявол пришел к ней в дом Томаса Адама, где она повторила клятвы, данные ей при новом крещении; также созналась, что была в доме Макгрегора вместе с Беатрис Лэнг, (миссис) Николас Лоусон, Дженет Корнфут и Томасом Брауном, с которыми они сговаривались удушить Макгрегора.

Вторым расстался с жизнью Томас Браун. Его уморили голодом в тюрьме.

Третьей жертвой галлюцинаций Патрика Мортона стала Дженет Корнфут. На основании нового обвинения в порче, поступившего от Александра Макгрегора, женщину пытали. Под пыткой, включавшей порку кнутом, причем порол местный священник Патрик Каупер собственноручно, Дженет Корнфут дала показания, от которых потом отказалась. Чтобы ее пример не повлиял на других обвиняемых, Дженет из тюрьмы перевели на колокольню. Она сбежала, но ее поймали и снова привели к священнику (снискавшему известность усердного охотника на ведьм), но он отказался предоставить ей убежище. Тогда Дженет укрылась в доме одной из обвиняемых ведьм.

В ночь на 30 января 1705 г. толпа, разъяренная побегом Дженет, схватила ее, связала, избила и потащила на берег. Там ее подвесили на веревке между берегом и кораблем и стали раскачивать и бросать в нее камнями. Потом Дженет развязали, снова избили и наконец накрыли снятой с петель дверью, поверх которой навалили камней, и так раздавили до смерти. «А чтобы убедиться, что она мертва, они позвали человека с лошадью, запряженной в сани, и велели ему проехать взад и вперед по трупу несколько раз». Ни судьи, ни священник не пытались предотвратить линчевание, хотя в тот же вечер бейлиф разогнал толпу. Священник даже отказался похоронить жертву по христианскому обряду, а заводил, которые подбили толпу на это чудовищное преступление, не наказали.

Патрика Мортона впоследствии разоблачили как мошенника, а вскоре после этого один шотландский джентльмен сказал: «Любой разумный человек постыдился бы верить такому, как он».




1   ...   30   31   32   33   34   35   36   37   ...   42

Похожие:

Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconОхота с ловчими птицами на фазана охота с ловчей птицей охота с ловчими птицами
Охота с ловчими птицами в Тульской области. Представление об охоте с ловчими птицами у современного охотника связано с древностью...
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconГенрих Инститорис, Яков Шпренгер Молот ведьм
«Существует ли колдовство?», «Что надо думать о волках, которые крадут и пожирают как взрослых людей, так и мальчиков?», «О способе,...
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconГенрих Инститорис Яков Шпренгер Молот ведьм
«Существует ли колдовство?», «Что надо думать о волках, которые крадут и пожирают как взрослых людей, так и мальчиков?», «О способе,...
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconМонархия сословного представительства
Абсолютная монархия. (XVI-XVIII вв.) – период зарождения капитализма и кризиса феодализма
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconВопросы для подготовки к экзамену по курсу «социология»
Развитие социологической мысли в Украине в XVI – XVIII вв., основные ее представители ( И. Вишенский, С. Яворский, С. Климовский,...
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconСтанислав Львовский Дождь в Испании падает в основном по плоскости...
Современная американская поэзия: Антология / Сост. Эйприл Линднер. — М.: Оги, 2007. — 504 с
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) icon1. Наука сформировалась: в Древней Греции; в Европе в XVI-XVIII вв.;...
С современной точки зрения систематизирующим фактором Периодической системы Д. И. Менделеева является
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) icon-
«чёрная сотня», «черносотенцы» звучали почти как оскорбительные прозвища. Так в начале XX века окрестили людей консервативных, крайне...
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconВологодская книга 2011
Переписные книги вологодских монастырей xvi–xviii вв.: исследование и тексты / Гос ист музей; отв ред. М. С. Черкасова – Вологда:...
Антология Бич и молот. Охота на ведьм в XVI-XVIII веках (с иллюстрациями) iconМонеты Германии в XVIII-XX веках
Монеты Германии с восемнадцатого по двадцатый века претерпевали существенные изменения. Монеты Германии неоднократно сменяли свои...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница