Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3


НазваниеУчебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3
страница28/30
Дата публикации05.03.2013
Размер3.82 Mb.
ТипУчебное пособие
userdocs.ru > География > Учебное пособие
1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   30
^

Глава третья. Специальные процедуры и техники


Для получения более надежной достоверной информации при составлении опросного листа имеет смысл наряду с «традиционной» системой закрытых и полузакрытых вопросов (альтернативных и многовариантных, прямых и косвенных с использованием порядковых и номинальных шкал) прибегнуть и к специальным процедурам, от которых исследователи чаще всего отказываются ввиду их трудоемкости или «чужеродности» для социологии.

Однако именно эти процедуры позволяют заметно расширить поле социологических фактов, затронув не только поверхностный срез общественного мнения, но и неотчетливое содержание «коллективного бессознательного»1, которое во многом и обусловливает функционирование этнического среза как индивидуально-личностного, так и группового сознания. В ряду этих процедур особое место принадлежит контент-анализу.
^

3.1. Контент-анализ при изучении ответов на открытые вопросы


Под контент-анализом (Content Analysis) следует понимать анализ содержания коммуникации, предполагающий такую классификацию исследуемого содержания, которая позволяла бы выявить его основную структуру.

Этот термин чаще применяется скорее к анализу печатного или визуального материала, однако, как мы увидим, может успешно использоваться и при обработке ответов на открытые вопросы, задаваемые при проведении опроса2.

Основные операции контент-анализа были разработаны американскими социологами X.Лассуэлом и Б.Берельсоном3. Для перевода качественной информации в количественную выделяются два типа единиц: смысловые или качественные единицы анализа и единицы счета или количественные. Единицы счета могут совпадать и не совпадать с единицами анализа. При их совпадении квантификация сводится к определению частот упоминания выделенной смысловой единицы, при несовпадении единицей счета может стать физическая протяженность или площадь текста, заполненного смысловыми единицами4.

По Ласуэллу и его последователям основной единицей анализа может быть символ или понятие. Используя именно символ как аналитическую единицу Ласуэлл в годы второй мировой войны произвел контент-анализ текстов американской газеты «Истинный американец» и, на основании его результатов, доказал, что эта газета является профашистской, что стало поводом для ее запрещения. Другой исследователь — Л. Лоуэнталь5 использовал как единицу анализа не символ, а целую тему (рекламные биографии «видных американцев»).

В самом общем виде процедура подсчета при контент-анализе аналогична стандартным приемам классификации по выделенным группировкам, ранжирования и шкального измерения.

Таким образом, исследователи вырабатывают ряд категорий, характеризующих исследуемые вопросы, а затем классифицируют анализируемое содержание в соответствии с этими предзаданными категориями. В некоторых случаях эти категории «рождаются» из самого материала—в ходе его первичного осмысления, однако об этом — несколько ниже. Важно то, чтобы категории были определены как можно четче, чтобы свести к минимуму смещение, возникающее в результате субъективных суждений различных исследователей. Тем не менее, это смещение фактически неизбежно, что приводит к критике метода контент-анализа за его субъективность.

По мнению В. А. Ядова6, этого негативного эффекта можно избежать, если произвести контроль на обоснованность с помощью судей (соответствие предложенных качественных единиц поставленным задачам) или использовать для определения устойчивости данных ряд повторных кодировок разными кодировщиками на основе единой инструкции.

Рассмотрев некоторые самые общие принципы этой процедуры, обратимся к конкретным случаям применения контент-анализа в этносоциальном исследовании.

Контент-анализ при изучении системы автостереотипов. Уже говорилось, что основным эмпирическим индикатором национального характера является система этностереотипов. Если речь идет о характере «своего» народа — это автостереотипы, если о характере другого — гетеростереотиы.

При формулировке открытого вопроса: «Назовите пять основных качеств, присущих, с Вашей точки зрения, большинству русских» смысловой единицей анализа совершенно очевидно становятся черты характера. Отсюда, не менее ясно и то, что в качестве системы «предзаданных категорий» следует использовать структуру характерологических свойств личности. Мы обратились, несколько адаптируя ее с учетом специфики этносоциального исследования, к структуре, разработанной проф. В. Н. Панферовым7.

Всего было названо 304 качества-автостереотипа, в том числе 230 понятий (основная смысловая единица) и 74 оценочных суждения, развернутых в предложения (дополнительная смысловая единица), которые содержались в 2125 ответах (почтовый опрос населения Санкт-Петербурга, 724 чел.). Эти ответы были классифицированы по девяти категориям (рубрикам) с внутренним делением в каждой из рубрик на качества с преобладанием положительной оценки и качества с преобладанием отрицательной оценки. Матричная структура выглядит следующим образом:

^ 1. Общий стиль поведения: в эту категорию вошли качества, которые в целом определяют поступки человека, его поведенческие реакции. Например, простота (простодушие), откровенность (прямота), честность, терпимость, искренность, порядочность, постоянство, с одной стороны, и злоба, нетерпимость, неискренность, непостоянство — с другой. Всего 40 качеств, содержащихся в 456 ответах.

^ 2. Общий стиль деятельности: в эту категорию вносились качества, в которых отражается отношение человека к деятельности в целом; в то числе и к трудовой. Например, трудолюбие, выносливость, работоспособность, с одной стороны, и лень, безделие, халатность, разгильдяйство, — с другой. Всего 25 качеств, содержащихся в 300 ответах.

^ 3. Отношение к людям: к этой категории причислялись качества, которые наиболее очевидно проявляются в межличностных отношениях. Например, гостеприимство, радушие, отзывчивость, милосердие, доверчивость, общительность, с одной стороны, и завистливость, недоверчивость, бестактность, — с другой. Всего 50 качеств, содержащихся в 548 ответах.

^ 4. Отношение к себе: в эту категорию вошли качества в известном смысле противоположные предыдущей рубрике, в которых отчетливо проступает самоотношение. Например, гордость, самолюбие, уверенность в себе, с одной стороны, и непритязательность, закомплексованность, неудовлетворенность собой, — с другой. Всего 23 качества, содержащихся в 73 ответах.

^ 5. Волевые качества: в эту категорию попали качества, которые характеризуют человека с точки зрения волевых усилий или отсутствия таковых. Например, терпение, стойкость, уравновешенность, смелость, с одной стороны, и безволие, пассивность, покорность, нерешительность, — с другой. Всего 40 качеств, содержащихся в 264 ответах.

^ 6. Качества ума: к этой категории причислялись качества, отражающие интеллект, способности человека, проявляющиеся в рациональном поведении. Например, ум, смекалка, любознательность, талантливость, с одной стороны, и глупость, ограниченность, тупоумие, бездарность, — с другой. Всего 26 качеств, содержащихся в 114 ответах.

^ 7. Эмоциональные качества: эта категория состояла из качеств, связанных с эмоционально-чувственной сферой самовыражения. Например, чувствительность, сентиментальность, порывистость, с одной стороны, и бесчувственность, импульсивность, — с другой. Всего 14 качеств, содержащихся в 41 ответе.

Следующие две рубрики были внесены нами дополнительно, исходя из содержания смысловых единиц, и уже выходят за пределы собственно характерологических свойств:

^ 8. Социальное поведение: в эту категорию включались социальные и политические характеристики личности. Например, патриотизм, коллективизм, национальная гордость или пьянство, воровство, паразитизм. Всего 41 качество, содержащееся в 188 ответах.

^ 9. Ментальные характеристики: это наиболее общая и условная категория классификации, в нее вносились развернутые суждения, определяющие менталитет народа, его, по Леви-Строссу, «психологическую оснастку». Например, расчет на «авось», непредсказуемость в критической ситуации, вера в доброго царя, широта души при узости ума и т. п. Всего 45 суждений, содержащихся в 141 ответе.

В последнем случае, когда речь идет о квантификации суждений, а не понятий, необходимо группировать смысловые единицы по их подобию. Так, например, были объединены в одно смысловое «гнездо» такие суждения как «вера в доброго царя», «вера в вождя», «вера в сильную личность», «вера в идола» и т. п.

При интерпретации полученных данных (уже после первичной квантификации единиц анализа) вообще рекомендуется для укрупнения смысловых «блоков» производить вторичную группировку. Так, например, вполне корректно рассматривать как единое «гнездо» понятий-символов такие как отвага, смелость, храбрость, мужество или доброжелательность, добродушие, дружелюбие, радушие и т. п. При подобном укрупнении процентные соотношения признаков обретают большую наглядность и отчетливость.

По результатам контент-анализа в целом и последующего ранжирования наиболее часто фиксируемых респондентами качеств, составляется «образ» типичного русского или американца, который по сути своей и представляет ту модальную или базовую личность, о которой говорили Р. Линтон, А. Инкелес и Д. Левинсон8

Контент-анализ при изучении негативных гетеростереотипов («образа этнического врага»). Схожая процедура использовалась нами и при классификации данных, содержащихся в ответе на вопрос: «Что Вам лично несимпатично в поведении, характере представителей этого народа?». Вопрос адресовался той части респондентов, которая сообщила о наличии негативных гетеростереотипов («испытываете ли Вы неприязнь...») и назвала объект своей неприязни.

В ходе первичной обработки смысловых единиц анализа (негативный гетеро- стереотип) было обнаружено, что независимо от того, какой именно народ оценивается, ему приписываются одни и те же черты, будь-то чеченец, еврей или цыган. По-видимому, «образ врага» носит достаточно расплывчатый нечеткий характер, и стереотипы обладают скорее социальной и культурной окраской, чем сугубо этнической (отвержение «по крови»). Этот факт позволил классифицировать данные в пределах одной матрицы, независимо от того, на кого конкретно была направлена неприязнь носителя гетеростереотипа.

Всего участники образа, обладающие отрицательными этноустановками, назвали 174 негативных качества, содержащихся в 610 ответах. В этом случае, учитывая содержание исходных данных, классификация (8 категорий) выглядела несколько по-иному, чем при анализе автостереотипов:

1. Общий стиль поведения: например, вседозволенность, агрессивность, бескультурье, необузданность. Всего 25 качеств (174 ответа).

2. Отношение к людям: например, высокомерие, хамство, лицемерие, двуличие. Всего 39 качеств (197 ответов).

3. Отношение к себе: например, самомнение, самоуверенность, гонор. Всего 5 качеств (12 ответов).

4. Качества ума: например, глупость, тупость, тугодумие, примитивность. Всего 4 качества (13 ответов).

5. Внешность: например, отталкивающая внешность, нечистоплотность, неопрятность. Всего 8 качеств (23 ответа).

6. Социальное поведение: например, спекуляция, корысть, криминальность, тунеядство, клановость. Всего 51 качество (81 ответ).

7. Проекция этнических отношений: например, «плохое отношение к русским», «непорядочность в отношениях с другими народами», «считают себя лучше нас». Всего 30 суждений (68 ответов).

8. Интегральные оценки отвержения, в том числе: «чужаки», «непохожи на нас», «неприятное поведение», идеологические характеристики («фашисты», «экстремисты», «террористы» и т. п.). Всего 26 качеств (42 ответа).

И в этом случае, так же как и при анализе автостереотипов, для большей наглядности процентных соотношений производилась вторичная группировка смысловых единиц в «гнезда» признаков по критерию подобия: например, бескультурие, невоспитанность, развязность или нахальство, беспардонность, бесцеремонность, хамство.

Модальная личность «врага» выглядит следующим образом: это человек наглый (35,6%), высокомерный (24,0%), нахальный (18,7%) и жестокий (8,7%), который «плохо» относится к русским (10,1%).

Если вспомнить модальные качества русского человека, станет очевидно, что признаки «врага» являются как бы зеркальным отражением «нас самих»: «мы» «их» не любим, потому что «они» не такие как «мы» в межличностном общении, в социальном поведении, в отношении к нам. Действительно, «мы» — добрые, «они» — жестокие; «мы» — скромные, «они» — высокомерные, «мы» — терпимые, «они» нас ненавидят. Отсюда — вывод: «мы» — «их» жертвы.

С подробной интерпретацией результатов контент-анализа по вопросу о типичных качествах русского человека, так же как и о признаках обобщенного «образа врага», можно ознакомиться в нескольких публикациях последних лет9.

Контент-анализ символов «упорядоченной повседневности» в массовом сознании. «Символический подход» в социологии и социальной психологии исходит из особой роли символа, под которым понимается любой артефакт, любой знак или понятие, что-то выражающие или на что-то указывающие. Социально обусловленные символы не только передают значимую информацию, но и выражают групповые эмоции и ощущения и наконец, что важнее всего, способствуют социальной сплоченности.

Символический интеракционизм Дж. Мида10, развивающаяся в его рамках «драматургия» Ирвинга Гоффманна11, этномедология Г. Гарфинкеля12, став основной альтернативой классическому функционализму Т. Парсонса, исходят из решающего значения рефлексивности в формировании самости как социального феномена. По Гоффманну обыденная жизнь — это своего рода спектакль предзаданных ролей, по ходу которого происходит обмен «впечатлениями», возможный лишь благодаря общеразделяемой символике. Как полагает Гарфинкель, упорядоченность течения повседневного бытия воспринимается «членами» (т. е. людьми) как нечто само собой разумеющееся благодаря символическому единству среды.

Эмпирическая верификация этих теоретических положений была осуществлена нами впервые в отечественной социологии, предметом исследования стал образ «упорядоченной повседневности» в границах определенного отрезка социального времени на уровне как группового, так и индивидуально-личностного сознания.

Апробация методики состоялась в апреле 1996 года (200 студентов СПбГУ и Псковского пединститута), основной массив был получен весной 1997 года (622 чел. — квотная выборка населения Санкт-Петербурга; 100 чел. — контрольная выборка случайного типа населения пос. Ижморский Кемеровской области; 100 чел. — контрольная выборка случайного типа населения г. Выборга Ленинградской области).

Вопрос, предложенный респондентам, формулировался следующим образом: «Напишите, пожалуйста, пять слов, понятий, выражений, которые Вам первыми приходят в голову, когда Вы вспоминаете о советских временах, и пять слов, понятий, выражений, которые бы Вы отнесли к сегодняшним временам». Кроме инструкции, содержащейся в самом вопросе, и в устной форме до начала опроса специально разъяснялось, что слова и выражения могут быть абсолютно любыми, главное, — чтобы они были первыми, которые вспомнились.

Полученные ассоциативные ряды составили в совокупности модальную символику «упорядоченной повседневности» советской и современной эпох.

Всего было высказано: по советским временам — 532 слова и выражения, содержащихся в 2386 ответах; по современности — 480 слов и выражений, содержащихся в 2415 ответах.

Смысловой единицей анализа, совпадающей с единицей счета, стало слово (например, «коммунизм» или «ваучер») и выражение (например, «народ и партия едины» или «хотели как лучше, получилось как всегда»).

В отличие от контент-анализа этнических стереотипов здесь не могли применяться предзаданные категории, так как подобное эмпирическое исследование проводилось впервые, и содержание символической информации просто невозможно было предугадать.

Поэтому 1 этапом обработки стал предварительный («черновой») просмотр первичных данных с одной только целью разработки предзаданных категорий. Ввиду объемности материала каждая из категорий (основных матриц) включала еще и субкатегории (субматрицы), в сумме было получено 7 основных категорий и 29 субкатегорий. 2 этап предусматривал уже непосредственную («чистовую») классификацию данных по категориям. На 3 этапе происходило укрупнение смысловых единиц (группировка по «гнездам» символов для получения значимых процентных соотношений). 4 этап был посвящен ранжированию смысловых единиц и интерпретации советской и современной символики. Результатом 5, заключительного, этапа стал модальный символический образ советского прошлого и современной действительности.

Основные аналитические категории и субкатегории выглядят следующим образом:

1. Политические символы, которые включают 7 субкатегорий — понятия (например, «коммунизм» или «демократия»); события (например, «первые пятилетки», «завоевание космоса»); политические институты (например, «КПСС» или «Государственная Дума»); идеологическое обеспечение (например, «демонстрация» или «партсобрание»); правопорядок (например, «мафия» или «правовой беспредел»); СССР (Россия) и мир (например, «железный занавес» или «виза»); политические персоналии (например, Ленин или Жириновский). Символическая насыщенность этой категории выглядит таким образом: советская эпоха — 27,6% от числа всех смысловых единиц и 41,7% от общей суммы ответов; современность — соответственно 19,2% и 32,3%.

2. Экономические символы, в которые входят 4 субкатегории — понятия (например, «соцсоревнование» или «бизнес»); экономические институты (например, «плановая экономика» или «банковская система»); экономические явления (например, «дефицит» или «инфляция»); финансы (например, «копейка» или «курс доллара»). Наполненность символами этой категории несколько меньше, чем в первом случае: советская эпоха — 12,6% от числа всех смысловых единиц и 18,6% от общей суммы ответов; современность — соответственно 15,6% и 26,5%.

3. Персонификация времени с 3 субкатегориями — политические роли (например, «коммунист» или «спикер»); социальные роли (например, «тунеядец» или «бомж»); профессии и социальные группы (например, «рабочий» или «новые русские»). Плотность информации в пределах этой категории заметно ниже: советская эпоха — 6,2% от числа всех смысловых единиц и 4,8% от общей суммы ответов; современность соответственно 8,1% и 9,9%.

4. Образ жизни, включающий 4 субкатегории — предметный мир (например, «гастроном» или «супермаркет»); быт и его приметы (например, «очередь» или «презентация»); товары (например, «колбаса» или «иномарка»); духовная сфера (например, «образование» или «Санта-Барбара»). Эта категория по численности включенных в нее слов насыщеннее предыдущей: советская эпоха— 12,4% от числа всех смысловых единиц и 7,5% от общей суммы ответов; современность — соответственно 15,8% и 8,2%.

5. Психологические оценки, состоящие из 3 субкатегории — состояния (например, «весело» или «страшно»); отношения (например, «чувство локтя» или «взаимное недоверие»); качества (например, «открытость» или «подозрительность»). В этой категории оказалось достаточно много символов: советская эпоха —17,9% от числа всех смысловых единиц и 13,7% от общей суммы ответов; современность—соответственно 20,6% и 11,7%.

6. Социальные оценки, не имеющие субкатегорий, однако предусматривающие две рубрики соответственно знаку оценки —«плюс» или «минус» (например, «уверенность в завтрашнем дне» или «развал экономики»). Численность такого рода оценок относительно всей символической «совокупности» выглядит так: 15,4% от числа всех смысловых единиц и 8,1% от общей суммы ответов: современность — соответственно 16,2% и 10,9%.

7. Выражения, классифицированные по 3 субкатегориям — лозунги и идеологемы (например, «слава КПСС» или «процесс пошел»); пословицы и идиомы (например, «хочешь жить — умей вертеться»); юмор (например, «мир, труд, жвачка» или «прихватизация»). Эта категория оказалась наименее насыщенной: советская эпоха — 7,9% от числа всех смысловых единиц и 5,6% от общей суммы ответов; современность — соответственно 4,5% и 0,5%.

Мы не случайно так подробно представили качественные и количественные соотношения по отдельным категориям контент-анализа. Именно так выглядит еще до начала содержательной интерпретации символов категориальная или матричная квантификация смысловых единиц на основе суммирования ответов.

Корректность категорий нами проверялась повторной кодировкой другим кодировщиком примерно 100 опросных листов — число символов, отнесенных разными кодировщиками в различным категориям, не превысило 3%.

Модальный образ «социального времени» (первых двадцать мест по результатам ранжирования) представлен в сводной таблице (см. табл. 2).

Исследование показало, что контент-анализ символики прошлого и настоящего дает не только наглядный, но и знаковый образ эпохи, который существует в массовом сознании, во многом обусловливая социальное самочувствие граждан современной России. Что же касается содержания приведенной ниже таблицы, на наш взгляд, данные ее настолько красноречивы, что в комментариях не нуждаются. Особо любознательных можно отослать к кн. «Петербуржцы - 97. Социологические очерки» (СПб., 1997).

Таблица 2 Символика времени, %


Советская эпоха

Современность

1. партия 33,2

свобода 18,2

2. очередь 18,6

3. зарплата 17.0

безработица 17.8

война в Чечне 16,8

4. коммунизм 16,4

демократия 16,4

5. стабильность 1 3,4

перестройка 1 3,6

6. дефицит 1 2,0

новые русские 1 3,0

7. комсомол 10,8

бизнес 10,6

8. СССР 9,0

беспорядок 9,2

9. пионер 9,0

доллар 9,2

10. уверенность 8,2

рынок 9,0

11 . демонстрация 8,0

выборы 8,6

12. Ленин 7,6

инфляция 7,8

13. Брежнев 6,0

нищета 7,8

14. спокойствие 6,0

гласность 7,2

15. колбаса 6,0

деньги 6,8

16. талоны 5,8

беспредел 6,4

17. застой 5,4

президент 6,2

18. субботник 5,2

страх 6,0

19. мир 5,2

неуверенность 5,6

20. пятилетка 4,8

мафия 5,0



1   ...   22   23   24   25   26   27   28   29   30

Похожие:

Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconЗапертый в Клетке. Часть Первая (из Трех). Множество ретроспектив....

Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconЗигмунд Фрейд Введение в психоанализ «З. Фрейд. Введение в психоанализ»:...
Оригинал: Sigmund Freud, “Vorlesungen zur Einfuhrung in die Psyhoanalyse und Neue Folge”
Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconУчебное пособие для учащихся
Н. Л. Моргунова (глава I), С. А. Попов (глава II), Ю. С. Зобов (главы Ш, V § 1, 2, 3, 5), П. Е. Матвиевский (глава IV), Ю. П. Злобин...
Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconДаниил Хармс. Глава первая Глава вторая Глава третья Глава четвёртая...

Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconJohann Wolfgang von Goethe
Фауст. Первая часть трагедии. Первая часть «Фауста» печатается без «Посвящения», «Театрального вступления» и «Сна в Вальпургиеву...
Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconКнига первая (А) глава первая
И дети первое время называют всех мужчин отцами, а женщин матерями и лишь потом различают каждого в отдельности
Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconКнига первая глава первая
И дети первое время называют всех мужчин отцами, а женщин матерями и лишь потом различают каждого в отдельности
Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconКнига первая часть первая
Охватывает; без постижения существования невозможно постичь истину
Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconОстров Англия", глава 16: "
Покупка Луизианы («Острова», часть первая: "Остров Англия", глава 16: "Париж,весна 1803 года"; А. Баранов, 2002 г. (фрагмент)
Учебное пособие. Спб, 1999 введение 1 часть первая. Этничность и общество 3 глава первая. В поисках предмета 3 о границах предметной области 3 iconМетафизика книга первая глава первая
И причина этого в том, что зрение больше всех других чувств содействует нашему познанию и обнаруживает много различий [в вещах]
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница