IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее


Скачать 259.69 Kb.
НазваниеIV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее
Дата публикации14.05.2013
Размер259.69 Kb.
ТипУрок
userdocs.ru > География > Урок
 IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний НАТО на миротворчество
Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее Советом Безопасности, предлагаются (и уже практикуются) ведущими странами НАТО во главе с США. Эти подходы не только прошли апробирование в ряде регионов (в наиболее полном виде в 1999 году в войне НАТО против Югославии). Странами НАТО была сделана попытка юридически закрепить вмешательство во внутренние дела суверенных государств с использованием гуманитарных предлогов в официальных документах Североатлантического альянса, принятых на Вашингтонском саммите в апреле 1999 года.
Так, по словам Б.Клинтона, отныне “такие операции, как югославская, становятся одной из типичных задач НАТО. Члены союза заявляют, что теперь для усиления собственной безопасности они должны быть готовы действовать не только на территории стран – участниц, но и на территориях как географически, так и по сути связанных с НАТО”24.
Предотвращению конфликтов и урегулированию кризисов посвящен раздел в новой Стратегической концепции Североатлантического союза. Эти задачи для “нового альянса” определены в ней как первостепенные. Альянс должен быть в постоянной готовности “содействовать эффективному предотвращению конфликтов и активно участвовать в урегулировании кризисных ситуаций, включая операции по реагированию на кризисы” (ст.10). При этом военные возможности блока “составляют основу способности альянса при всех вероятных обстоятельствах содействовать предотвращению конфликтов и урегулированию кризисов на основе операций по реагированию на кризисы, не подпадающих под Статью 5 Вашингтонского договора”, т.е. за пределами территории НАТО (ст.29). “В этом контексте, - подчеркивается в ст. 31 Стратегической концепции, - НАТО напоминает о своих... решениях в отношении операций по реагированию на кризис на Балканах”. Соответственно, ставится задача вооруженным силам НАТО, которые “должны быть готовы к участию в предотвращении конфликтов и ведению операций по реагированию на кризис вне статьи 5 Вашингтонского договора” (ст.41)25
Разумеется, не обошлось и без ложного пафоса – здесь же авторы документа пытаются убедить всех и, очевидно, себя в том числе, что такие операции “служат в поддержку более широкой цели укрепления и распространения стабильности”. Что ж, в регионах, подвергшихся массированной ракетно-бомбовой “гуманитарной” обработке, действительно может наступить стабильность, но стабильность зачастую кладбищенского типа.
Не случайно при принятии заключительных документов на юбилейном саммите НАТО возникли противоречия между лидером альянса США и Францией, которую поддержала Германия. Главные разногласия касались как раз права альянса проводить военные операции за пределами территории своих стран без санкции Совета Безопасности ООН, на чем решительно настаивали Вашингтон и его самый ближайший союзник - Лондон. В результате был принят компромиссный вариант. В частности, появилась фраза о том, что “Совет Безопасности ООН несет первостепенную ответственность за поддержание международного мира и безопасности”. Но в то же время Х.Солана, бывший в то время генсеком НАТО, на заключительной пресс-конференции вновь заявил, что для осуществления военных действий блока за пределами своей территории санкции СБ ООН вовсе не обязательны. Поэтому ссылка в ст. 31 Стратегической концепции альянса на международное право не должна никого обманывать. Военно-политическое руководство блока НАТО в случае принятия решения на проведение гуманитарной интервенции за пределами блока, явно не намерено “утруждать” Совет Безопасности ООН, особенно если не будет заранее уверено в положительном для себя решении. 
Ведущие страны НАТО пытаются, похоже, подменить мировое сообщество (из 190 государств мира 186 являются членами ООН) узкой группой государств, в которую входят США как единоличный лидер, Великобритания, Франция, Германия, Италия; остальным странам – членам НАТО и “сочувствующим” этому блоку не-членам отводится роль статистов. Именно эта “пятерка” в одностороннем порядке пытается присвоить себе право вмешиваться во внутренние дела государств для разрешения гуманитарных кризисов. Причем такое вмешательство всегда прикрывается вполне человеколюбивыми и даже благородными провозглашаемыми целями: предотвращение или пресечение гуманитарной катастрофы, оказание помощи пострадавшему населению, содействие в установлении мира и стабильности в государстве и регионе в целом, становлении демократических прав и свобод.
Казалось бы, вполне гуманные и справедливые устремления. В конце концов, не столь важно, кто возглавит миротворческий процесс и возьмет на себя всю тяжесть по нормализации обстановки в районе кризиса. Важен конечный позитивный результат. Но у представителей многих независимых, не входящих в сферу влияния альянса государств, у не ангажированных политиков и объективных аналитиков в связи с устремлениями блока НАТО к лидерству в миротворческом процессе в глобальном масштабе возникает ряд серьезных опасений, многие из которых, к сожалению, оправдались в ходе “победоносной” “гуманитарной акции” НАТО в Югославии. Акции, основным содержанием которой стали интенсивные ракетно-бомбовые удары по суверенной стране, а конечным итогом – почти полное разрушение ее экономики и подрыв социальной инфраструктуры. То есть результатами этой войны фактически стали: та же гуманитарная катастрофа, но уже сконструированная НАТО, причем в гораздо больших масштабах; этническая чистка (Косово покинули от 250 до 350 тысяч сербов и других граждан неалбанской национальности); фактическое отторжение от СРЮ ее провинций Косово и Метохии и, конечно же, едва ли не безраздельное господство США и НАТО на Балканах, которые еще недавно были в основном нейтральным регионом. 
В чем заключаются эти опасения?
Первое. Международное сообщество в лице ООН подменяется региональным сообществом – Североатлантическим альянсом, а точнее – небольшой группой его ведущих государств во главе с США. Соответственно, именно эта группа наиболее промышленно развитых государств мира присваивает себе право определять наличие гуманитарного кризиса в том или ином государстве, степень его остроты и опасности, влияния на региональную и глобальную стабильность. Причем эти оценки осуществляются по собственным критериям, в целом ряде случаев не соответствующим общепринятым международным принципам и законам. 
Но определением и оценкой угроз эти государства далеко не ограничиваются. 
Особую тревогу вызывает то обстоятельство, что государства – лидеры НАТО вознамерились совмещать в своем лице функции и главного судьи, выдающего санкции на силовое вмешательство, и исполнителя силовых акций, и “архитектора” постконфликтного государственного переустройства, и “старшего надзирателя” за исполнением своих послевоенных предначертаний и планов. Этот вывод подтверждает опыт Косово, где НАТО продемонстрировала всему миру свое понимание концепции гуманитарного вмешательства.
Министр иностранных дел России И.Иванов так оценивает подобного рода военные акции: “Не выдерживают критики любые попытки оправдать силовые акции без согласия на то Совета Безопасности ООН, в частности, ссылками на некое "право на гуманитарное вмешательство". Такое использование силы становится заложником политических пристрастий и предвзятой трактовки событий. Нельзя самочинно, без какого-либо мандата международного сообщества судить, кто прав или виноват и как наказать виновного. Это - прямой путь к анархии и хаосу в мире”.26
Второе. Как отмечают многие исследователи проблемы, уже сейчас наблюдается тенденция слияния натовской концепции гуманитарной интервенции с другой рожденной на Западе концепцией – “ограниченного суверенитета”, предполагающей вмешательство во внутренние дела государства под различными предлогами (в т.ч. экологическими, миротворческими, гуманитарными и др.). Не есть ли именно ограничение суверенитета неугодных альянсу по тем или иным причинам государств их главной целью? Благо ни по военному, ни по экономическому, да и ни по какому другому потенциалу (политическому, информационному и др.) этому блоку сегодня нет равных. Ведь для установления нового миропорядка по образцу, задуманному США и их главными союзниками по НАТО, не обойтись без определенной корректировки внутренней политики некоторых государств, вплоть до смены их политического курса и смещения неугодных или “строптивых” режимов. 
Что касается правовой базы, то вполне вероятно, что решения, принятые Советом НАТО в Вашингтоне в апреле 1999 года, кладут начало коренной перестройке по задумкам НАТО сложившейся международно-правовой базы, в которой незыблемые до сего времени принципы суверенитета, независимости и территориальной целостности, невмешательства во внутренние дела государств могут быть пересмотрены и им будет отведена второстепенная роль.
Третье. Возникает вопрос: где пролегает граница между “гуманитарной помощью” и “гуманитарным вмешательством”? Каково соотношение этих двух видов деятельности международного сообщества? И где проходит та грань, которая отделяет гуманитарное вмешательство от “негуманитарного”? Ясно, что эти границы должны быть определены четкими международными законами. Субъективное начертание таких границ государствами – “судьями” или региональными организациями (например, военно-политическим руководством Североатлантического альянса) может не только не предотвратить развития кризиса, но и усугубить его. Тем более что в гуманитарных акциях национального или регионального масштаба могут превалировать не интересы пострадавшей стороны (групп населения, подвергающихся насилию), а интересы региональной организации, либо национальные интересы страны – “судьи”. 
Четвертое. Существует вполне обоснованное опасение, что принятая НАТО концепция гуманитарной интервенции служит оправданием для дальнейшего расширения блока, реализации его экспансионистских планов, безудержного и неоправданного наращивания военной мощи, выходящей далеко за рамки внутриблоковых оборонительных потребностей. 

В этой связи приходится еще раз обратить внимание на скоротечную метаморфозу блока, нашедшую отражение в быстрой и крутой смене его стратегий.27 В “Декларации о преобразовании Североатлантического Союза” (Лондон, июль 1990 г.) провозглашалось: “У нас нет никаких агрессивных намерений, и мы привержены мирному урегулированию всех конфликтов”. И далее, кощунственно звучащие сегодня клятвенные заверения: “Мы никогда, ни при каких обстоятельствах, не станем применять силу первыми”; “...никакое наше оружие никогда не будет использовано ни в каких других целях, кроме самообороны” (статьи 5 и 15 “Декларации”)28. Но через полтора года в “Новой стратегической концепции Союза” (Рим, ноябрь 1991 г.) подчеркивалось, что “новое окружение” и кардинальное изменение обстановки предоставляют альянсу благоприятные возможности проводить свою стратегию “в рамках широкого подхода безопасности”. Прошло семь с небольшим лет, и теперь рамки этого “широкого подхода” не только обозначились более чем отчетливо, но и получили юридическое закрепление в новейшей “Стратегической концепции Североатлантического альянса” (Вашингтон, апрель 1999 г.).
Эти, уже частично реализуемые намерения Североатлантического альянса вызывают закономерные опасения у других стран, в том числе у России.
Так, в Концепции внешней политики Российской Федерации отмечается, что Россия в своей внешней политике исходит из того, что “применение силы в нарушение Устава ООН является нелегитимным и угрожает стабилизации всей системы международных отношений. Неприемлемы попытки внедрить в международный оборот концепции типа “гуманитарной интервенции” и “ограниченного суверенитета” в целях оправдания односторонних силовых акций в обход Совета Безопасности ООН”.29 А Военная доктрина Российской Федерации относит “использование военно-силовых акций в качестве средства “гуманитарного вмешательства” без санкции СБ ООН, в обход общепризнанных принципов и норм международного права” к основным факторам, оказывающим дестабилизирующее воздействие на военно-политическую обстановку.30
Пятое. НАТО, в противовес основополагающим принципам Хельсинкского Заключительного акта 1975 года, Устава ООН и базовых документов ОБСЕ, которые предполагают использование только мирных средств разрешения конфликтов, главную ставку делает на военную силу. Генеральный секретарь НАТО Дж.Робертсон, выступая перед персоналом одного из центров НАТО в Испании, заявил: “Мы можем говорить об “управлении кризисами”, об “операциях по поддержанию мира”, но все эти операции все же требуют повышенных военных возможностей, а иногда, как показало Косово, и использования передовых военных технологий”.31
Как организация сугубо военная, НАТО соответствующим образом планирует и проводит гуманитарные операции с применением своих вооруженных сил, – т.е. как крупномасштабные боевые операции против реального противника. В Косово таким противником для блока стала Сербия, ее руководство и вооруженные силы. Но в подобного рода гуманитарных кризисах зачастую трудно определить главного виновника, ибо каждая из сторон конфликта, как правило, вносит свой вклад в обострение ситуации и развитие кризиса. Поэтому – и особенно при силовом вмешательстве - так важен беспристрастный и осторожный подход, который альянс в Косово не смог обеспечить. 
Показательно, что это признают многие западные политики, - но только не действующие функционеры НАТО. Так, откровенен Г.Киссинджер при оценке итогов “морального крестового похода НАТО в Косово”: “На смену этническим чисткам сербов пришли этнические чистки албанцев, которые проводятся на глазах вооруженных сил НАТО”.32
Вообще говоря, послевоенная деятельность НАТО в Косово – тема отдельного анализа. Однако некоторые выводы очевидны уже сейчас. НАТО показала свою беспомощность в решении сложных политических и организационных задач мирного периода. Хотя, надо заметить, назвать нынешний период гуманитарного вмешательства НАТО в Югославии мирным можно только с большой долей условности. Отряды албанских экстремистов как на территории Косово, так и в прилегающих районах Сербии и Македонии не только не разоружены, но и, по-видимому, не испытывают особого недостатка ни в оружии, ни в материальных средствах, ни в финансах. Каналы их поступления извне не перекрыты. Вооруженный конфликт распространился на территорию Македонии и Южную Сербию. НАТО в конце концов вынуждено было прибегнуть к помощи югославской армии для борьбы с вооруженными формированиями албанцев в Южной Сербии. Армия Македонии оставлена, по существу, один на один с албанскими вооруженными отрядами и ведет с ними бои, пытаясь вытеснить за пределы страны. Сформированное на скорую руку под сильным нажимом Запада т.н. правительство национального единства Македонии, как пишет зарубежная печать, также находится на грани развала. Отмечается “злосчастная роль” в македонском, как и в косовском конфликтах, уполномоченного США в ОБСЕ Фровика, организовавшего тайную встречу албанских партий в правительстве Македонии с “воинствующими лидерами” Армии освобождения Косово, которую генеральный секретарь НАТО Робертсон окрестил “бандой убийц”.33 (Жаль только, что г-н Робертсон, бывший министр обороны Великобритании и один из активных сторонников вооруженного вмешательства НАТО в Югославии, осознал этот факт с таким большим опозданием).
Недаром представители альянса в последнее время стараются особо не выпячивать “заслуги” НАТО в “урегулировании” конфликта в Косово, а все больше говорят о действиях сил КФОР, действующих под эгидой ООН в соответствии с резолюцией СБ ООН №1244 от 10 июня 1999 года, пытаются переложить всю тяжесть мирного урегулирования (и ответственность за его исход) на ОБСЕ. 
Уроки Косово лишний раз подтверждают, что, с одной стороны, “силовая дубина”, массированные ракетно-бомбовые удары, которые НАТО, похоже, всерьез рассматривает как универсальное миротворческое средство, не могут решить сложных проблем, лежащих в основе межэтнических конфликтов и гуманитарных кризисов. А с другой – лишний раз показывает бесперспективность и даже порочность попыток НАТО, равно как и других региональных организаций или групп государств, действовать вне рамок ООН, по собственным решениям, попирая сложившееся международное право и пренебрегая миротворческим опытом, накопленным этой авторитетной всемирной организацией. 
Шестое. Нельзя забывать, что в “пуле” государств, пытающихся подменить собою мировое сообщество в лице ООН, тон задают великие ядерные державы мира: США, Великобритания, Франция. Как представляется, проблема гуманитарного вмешательства тесно связана с другими глобальными проблемами современности – нераспространения ядерного и других видов оружия массового уничтожения и международным терроризмом. Самовольное и грубое вмешательство ядерных держав во внутренние дела государств в сочетании с жесткими силовыми мерами (ракетно-бомбовые удары), применяемыми против одной из сторон конфликта, может спровоцировать опасное “расшатывание” режима нераспространения оружия массового уничтожения. И, кроме того, вызвать усиление диверсионных и террористических методов противодействия. Не в этом ли заключается одна из причин заметной активизации в последнее время международного терроризма, рост которого представляет все большую угрозу миру и стабильности в глобальном масштабе?
Седьмое. Внимательный анализ современных конфликтов показывает наличие их временных и пространственных “цепочек”, определенного “ландшафта” их территориальной концентрации. В частности, довольно явственно обозначается дуга кризисов вдоль южных границ России и СНГ. Если вспомнить проталкиваемые в свое время Г.Киссинджером и З.Бжезинским планы создания “дуги напряженности” вокруг СССР, идеи расчленения России, изложенные Бжезинским в его книге “Великая шахматная доска”, то высказываемые некоторыми авторами предположения об искусственном конструировании таких “цепочек”, преследующих создание “пояса регулируемой напряженности” с целью дальнейшего ослабления России и недопущения интеграции бывших советских республик, представляются не такими уж далекими от истины. Этот пояс, простирающийся от Балкан до границы с Китаем, практически целиком входит в т.н. евроатлантическую зону, где влияние НАТО особенно велико и где этому союзу, в случае необходимости, очень пригодились бы узаконенные миротворческие функции, подкрепленные его огромной военной мощью. Причем надо отметить, что наблюдается стремление включить в этот “пояс напряженности” не только давних соперников России, но и новые государства, образовавшиеся на территории бывшего СССР.34 И для реализации таких целей хорошо подходят локальные конфликты и вызванные ими гуманитарные кризисы. Недаром некоторые аналитики замечают, что со стороны определенных государств – “миротворцев” речь можно вести не столько об “урегулировании”, сколько о “регулировании” таких конфликтов, т.е о негативном влиянии на их развитие.35 
За всем этим проступают очертания некой “конфликтообразующей” системы. И в эту систему хорошо укладывается концепция гуманитарных интервенций, или гуманитарных войн, по существу закрепленная блоком НАТО в его новой Стратегической концепции.
Все высказанные выше опасения в отношении негативных последствий самовольного присвоения НАТО функций миротворца в евроатлантическом регионе и на прилегающих к нему территориях, возможных – вольных или невольных – злоупотреблений со стороны этого блока (равно как и со стороны других региональных организаций и групп государств, пытающихся подменить ООН), принижения роли этой Всемирной организации в глобальном миротворческом процессе отнюдь не исключают их участия в миротворческих операциях, включая гуманитарное вмешательство.
Североатлантический альянс, в частности, обладает немалыми возможностями по предотвращению гуманитарных кризисов и катастроф, их пресечению. Причем эти возможности заключены не только – и даже не столько – в военной области. Альянс пользуется немалым авторитетом в мировом сообществе, особенно в европейской его части, располагает большими миротворческими возможностями в политической, дипломатической, экономической областях. Важно только, чтобы они реализовывались по санкциям и под контролем Совета Безопасности ООН, что обеспечит использование этих возможностей без односторонних пристрастий, сбалансировано по отношению ко всем сторонам конфликта и исключит их использование в гуманитарных акциях в собственных узких интересах. Эгоистическая же цель – обеспечить любой ценой стабильность и безопасность собственных членов (а пока именно такая цель превалирует в стратегии НАТО), что, вообще говоря, вынуждает многие малые или слабые государства Европы добиваться членства в этом блоке. Выбор у таких государств, в общем-то невелик: или будешь участником “королевской трапезы”, пусть на третьих ролях, или блюдом на этом пиршестве.


^ Кризис в Испании... или что для Европы опаснее Греции? 
В последние недели инвесторы во всём мире серьёзно встревожены перспективой перерастания греческого кризиса в европейский. Аналитики всё чаще задаются сакраментальный вопросом: «А кто следующий?». Среди новых слабых звеньев еврозоны большинство экспертов дружно указывают на Испанию. «Самая большая проблема Европы - отнюдь не Греция, а Испания» , заявил нобелевский лауреат в области экономики Пол Кругман и на это есть очень серьезные основания. О невиданном взлете испанской экономики перед кризисом, ошеломляющем падении в период кризиса и неизвестных перспективах страны после кризиса - рассказ Землячества трейдеров Западной Европы Академии Masterforex-V.
^ Почему кризис в Испании намного серьезнее, "греческих проблем" для судеб ЕС и мира
Чтобы в полной мере оценить возможные последствия нынешних испанских проблем для Евросоюза, нужно всего лишь вспомнить, что Испания это вам не Португалия с Грецией (Подробнее Похоронит ли Греция евро? Уникальный опыт прохождения страны через 2-ю волну кризиса в мире). 
Так, ВВП Испании в 2009 году составлял 8,5% от ВВП ЕС (11,5% еврозоны), тогда как этот показатель для Португалии – менее 2%, а для Греции и того меньше – около 1,5% от ВВП ЕС (2,5% еврозоны). Не стоит забывать, что испанская экономика это четвёртая экономика еврозоны и пятая в Европейском Союзе. По цитрусовым, оливкам и оливковому маслу страна занимает первое место в мире, по размерам виноградников - второе место в ЕС, по производству вина - четвёртое место в мире. К тому же Испания на ближайшие полгода приняла эстафету председательства в Европейском союзе. То есть, о чём собственно идёт речь? А о том, что у Испании, Греции, Португалии всё-таки разные весовые категории, а значит и разные возможные политические и имиджевые последствия этого кризиса.
В общем, можно понять опасения экономистов, предрекающих, что если банкротство Греции может стать для Европы очень большой проблемой, то дефолт Испании будет просто катастрофой. Некоторые эксперты уже поспешили сделать далеко идущие выводы о векторе распространения социально-экономических проблем с периферии в центр.
^ Итак, грозит ли Испании «греческий кризис»? Станет ли Испания второй Грецией? Может ли это произойти с родиной мечтателя Дон Кихота, хитрого цирюльника Фигаро, страстной Кармен и нестареющего мачо, настоящего мужчины, первого героя, первого любовника, против которого не в силах устоять ни крепость, ни женщина? Ещё недавно об этом не нельзя было не то что сказать, но даже подумать. 
«Над всей Испанией безоблачное небо» или как Испания перед кризисом чуть не стала лидером Евросоюза
Страна по темпам экономического роста не один год перед кризисом 2008-2010гг была чуть ли не впереди всей Европы. Её нередко ставили в пример другим странам еврозоны, и, надо признать, было за что. Ещё в 2007 году страна показывала лучший рост ВВП в Евросоюзе - 3,8%. По этому показателю на душу населения она не просто стала девятой в мире ($35,5), но обогнала соседние Италию с Францией и вплотную приблизилась к Японии. На этой волне некоторые экономисты поспешили с выводом, что Испания чуть ли не в 2010 году достигнет уровня Германии и сможет конкурировать с Германией залидерство в Евросоюзе
За предкризисное десятилетие Испания создала более половины новых рабочих мест в ЕС. По данным Организации экономического сотрудничества и развития, Испания вышла на третье место в мире по объему инвестиций в другие страны. Тот же Кругман писал, что Испания накануне кризиса представлялась образцом для подражания в бюджетно-налоговом плане. Вспомним, долг Испании был — 43% ВВП, для сравнения в Германии - 66%.
^ Каковы же основные факторы ускоренного экономического роста Испании перед кризисом?
Эксперты обычно называют несколько составляющих испанского прогресса:
^ 1)Либерализация экономики, означавшая, прежде всего, сокращение роли госсектора и вмешательства государства в экономику страны.
2) Солидные зарубежные инвестиции. Сегодня в промышленности страны доминируют иностранные концерны - компании США, Франции, Швейцарии, Великобритании, Германии. Так, например, им принадлежит более половины предприятий машиностроения и металлургии. 
^ 3) Стремительное развитие рынка недвижимости. Во многом благодаря притоку иностранных дешёвых кредитов, в Испании получило широкое развитие ипотечное кредитование, и страна быстро стала самым настоящим эльдорадо для застройщиков. Этот бум даже получил особое название -«экономика кирпича». Ещё несколько лет назад не было более перспективного объекта для вложения средств, чем рынок жилья в Испании. В результате, сегодня по количеству собственников жилья страна находится на первом месте в Евросоюзе (87%). На побережье массово строились дома для иностранцев, среди их собственников особенно много британцев (около 80%). Можно сказать, что за пределами англосаксонского ареала нигде их столько нет, как в Испании.
^ 4) Туризм. Страна буквально на глазах превратилась в основной центр мирового туризма. По посещению туристов (ежегодно 50—63 млн.) она занимает второе место в мире. К тому же туризм является важной составляющей экономики Испании (примерно 11% ВВП). 
^ 5) Развитие мелкого и среднего бизнеса, роль которого в экономике страны трудно переоценить. В Испании приходится семь ресторанов, кафе и баров на каждую тысячу жителей. 
^ 6) Приток иммиграции. Если прежде Испания была источником иммиграции, то за последние 10 лет она приняла около 5 млн. иммигрантов (сегодня более 12% населения - иммигранты), в большинстве своём это латиноамериканцы или восточноевропейцы (в Испании трудится, по некоторым оценкам, несколько сотен тысяч украинцев), согласные на мало оплачиваемую и не престижную работу. 
^ Особенности испанского менталитета: Испания - это не жизнь, а сплошная фиеста. 
Испанцы всегда отличались от своих северных соседей. Здесь на развитие национального характера и традиций столетиями влияли и солнечный климат (260-280 солнечных дней в году, что позволяет стране занимает одно из первых мест в Европе по этому показателю), и природа, способная отвлечь человека от многих бед и забот, и, конечно же, море. В общем, не жизнь, а сплошная фиеста. 
Испанцы, конечно же, разные и замечательные, невероятно отходчивые, непомнящие зла, общительные, добродушные, но есть и то, что буквально ставит в тупик многих приезжающих в Испанию: 
* они убеждены, что жить надо не туманным будущим, а реальным настоящим, любить жизнь сегодня и во всех ее проявлениях. Искренне считают, если ты не получаешь от жизни удовольствия, то зачем нужна такая жизнь? Успешным и богатым они не завидуют, ведь им приходиться вкалывать как проклятым. Зависть вызывают те, кто умеет расслабляться и жить в своё удовольствие, ну, а если удаётся еще и немного заработать, тогда это совсем круто! 
* ленивы. Ни одна страна Европы не отмечает праздников больше, чем Испания. Молодые учиться не хотят, у трети нет даже среднего образования, предпочитают работать продавцами, официантами, строителями. Примерно только половина поступающих в вуз студентов оканчивают его, и только 50% из них получает диплом в установленный срок. Хотя, когда хотят, они умеют работать. 
* необязательны. На счёт их не пунктуальности существует большое количество шуток. Испанец никогда не сделает сегодня то, что можно отложить на завтра. Не случайно же понятие «завтра» у испанцев означает… неопределенное будущее, точнее - на днях. Они веками отрабатывали отправку всех проблем «на завтра».
* неистребимый испанский индивидуализм, который превращает принятие любого коллективного решения в длительный и бесконечный обмен мнений. Поэтому дело в пять минут, может растянуться на месяцы, а то и… годы! 
* знаменитая испанская сиеста. С часу дня и до пяти вечера, обязательная siesta - послеобеденный сон. Это значит, что в час дня жизнь в стране практически замирает. На человека, который просто идёт по улице во время сиесты, смотрят как на ненормального. Кстати, для испанского телевидения это время – прайм-тайм. С двенадцати часов ночи все выходят из домов и начинается «марча», то есть гулянья, общение, походы по ресторанам, барам, кафе, дискотекам. 
* праздник в Испании... круглые сутки. Считается, что Испания это чуть ли не единственная страна в мире, в которой ночная жизнь существует как повсеместное явление. У приезжего складывается впечатление, что испанцы вообще не спят. Ну а уж пятница и суббота - это святые для испанцев дни отдыха. 
* неторопливость. Об испанцах говорят, что они живут не годами, а столетиями. Поэтому когда в 2008 году начался кризис, испанцы со свойственной им нерасторопностью еще долго убаюкивали себя мечтами только о хорошем. 

Почему именно Испания рискует стать второй Грецией?

Конечно, испанские проблемы неотделимы от глобального финансового и экономического кризиса, они имеют как много общих с другими странами черт (как-то - последствия вступления Испании в еврозону, «пузырь» на рынке недвижимости, спад мировой экономики, вызвавший резкое снижение спроса на испанскую экспортную продукцию - туризм, судостроение, металлургию, автомобильную промышленность), так и своих особенностей: 
- гипертрофированное развитие строительной индустрии (её доля в ВВП в 2007 году составила 16%). Испания наглядно всем показала, что может случиться со страной, которая поставила свою экономику в зависимость от одной отрасли - строительства. Экономисты не раз предупреждали о недопустимости столь однобокого развития экономики. Ведь диверсификация экономики в большинстве других стран ЕС позволила им легче перенести нынешние экономические трудности. Резкое падение цен на недвижимость в Испании началось гораздо раньше, чем в других европейских странах (в середине 2008 года), но длится до сих пор. Сегодня без хозяев стоит более 2 миллионов квартир и домов, причём половина из них это новостройки; 
- низкий уровень конкурентоспособности испанских товаров на рынке Европейского союза. Пол Кругман связывает это прежде всего… со строительным бумом. Именно он привёл к быстрому росту на треть цен на товары и услуги, росту зарплат, следствием чего стала потеря экономикой конкурентоспособности; 
- «миной замедленного действия» под всей испанской экономикой называют также дешёвые кредиты. В начале ХХI века испанский долг увеличивался в среднем на 14,5% в год. Страна фактически десятилетие жила в долг. В 2005 году соотношение задолженности к доходам населения выросло до 125%. Алан Гринспан считает, что «испанский пузырь» превосходит по своим размерам даже американский ипотечный кризис. Вот «пузырь» и лопнул. Цены на дома в курортной зоне рухнули вдвое; 
- значительные социальные нагрузки на экономику. Здравоохранение и образование в стране преимущественно государственные (бесплатной медициной охвачено 99,5% населения, в государственных вузах учатся 97% студентов страны). Испания считается Меккой для пенсионеров: пенсия составляет от 60 до 80% (иногда и 100%) зарплаты, её средний размер намного выше, чем в других странах ЕС (€850-900). Выходят на пенсию официально в 65 лет, однако реально это происходит раньше - в 62,8 года. Дальше, больше. Чтобы предоставить работу молодым, отправляли на досрочную пенсию сотрудников госучреждений, достигших 50 лет, конечно, с выплатой почти всей зарплаты. Вообще, потеряв работу, испанец почти два года получает пособие, равное 60-80% прежней зарплаты. К тому же в начале кризиса правительство социалиста Хосе Луиса Родригеса Сапатеро взяло курс на увеличение пособий всё растущему числу безработных и создание временных рабочих мест. В результате такой расточительной политики возникла реальная опасность, что соцстраховская система страны просто рухнет; 
- в стране создан один из самых больших и неповоротливых в ЕС административных аппаратов. Чиновников в стране почти 20% трудоспособного населения. Причём их численность продолжала расти и в кризис, так, сравнительно недавно было создано новое министерство – скажем прямо, не самое актуальное для кризисного времени министерство женского равноправия.
^ Параметры испанской рецессии:
- ВВП Испании в 2009 году сократился на 3,1%, в этом году падение только продолжится. По оценкам экспертов, эта рецессия в Испании рискует стать самой продолжительной за 50 лет; 
- «черный рынок» составляет от 20 до 25% ВВП и по мнению экспертов продолжает расти; 
- внешний долг Испании достиг 91% от ВВП, а государственный - составил более 60% ВВП. Уже в этом году власти предстоит выплатить €35 млрд. долгов. Прогнозируется, что госдолг достигнет максимума в 2012 году (около 74% ВВП); 
- на днях снизили ожидания от продажи долговых обязательств сроком на 18 месяцев с 8 млрд. евро до 6,5 млрд.;
- бюджетный дефицит в прошлом году составил 11,2% ВВП; 
- безработица превзошла 20%, что вдвое превышает средний европейский показатель, а среди испанской молодежи этот показатель составляет около 45%. Что является своего рода рекордом за последние 13 лет. Чтобы оценить масштабы этого настоящего национального бедствия, достаточно сказать, что на страну приходится почти 60% всех увольнений в Европе; 
- на днях агентство Standard&Poor's понизило долгосрочный кредитный рейтинг Испании до уровня «АА» с «негативным» прогнозом.
А вот банковская система Испании в целом оказалась неподвластной кризису. Ни один крупный испанский банк, во всяком случае пока, не потерпел убытков. Эксперты это связывают с консервативной банковской политикой страны, которая предписывала банкам создавать повышенные резервы, своего рода «подушку безопасности», которая и сработала в условиях кризиса.
^ NO PASARAN! (ни шагу назад) или меры по выводу испанской экономики из финансово-экономического кризиса 
В апреле были объявлены дополнительные меры по сокращению дефицита бюджета страны. Сапатеро в телевизионном обращении к нации попросил всех принести жертву. Испанцам придётся, что называется, затянуть пояса: 
- в 2010 году запланировано сократить бюджетные расходы, в частности в государственном секторе будет ликвидировано 13 тысяч рабочих мест;
- уменьшение зарплаты госчиновникам на 5% и членам правительства на 15%, а в следующем году их замораживание; 
- запрет на досрочные пенсии, напротив, предполагается поднять пенсионный возраст на два года, до 67 лет. Чтобы сделать эту меру по возможности безболезненной, начнётся этот переход в 2013 году и будет растянут на целое десятилетие;
- приостановка в 2011 году ревальвации пенсий (за исключением минимальных);
- отмена с нового года выплат роженицам в размере 2,5 тысяч евро, одного из важнейших социальных достижений этого же правительства социалистов. 
Секвестр не затронет лишь образование, борьбу с терроризмом, научные исследования, пенсионные выплаты и помощь безработным. Напротив, на «социальные работы» для безработных (покраску стен домов, замену бордюрного камня, подметание дорог) выделены крупные суммы; 
- повышение НДС с 16 до 18%, заявлено об увеличении ставки прогрессивного налога на доходы. На что пресса тут же отреагировала заголовками: «За всё заплатят богатые»; 
- готовится очередное повышение налогов на бензин, табак и алкоголь.
- готовиться выпуск облигаций сроком на 10 лет, хотя инвесторы настроены в этом отношении достаточно скептически;
-снижение финансирования регионов.
Но правительство не только занимается сокращением государственных социальных расходов, но и стимулирует развитие производства. Среди этих мер:
- открытие государственной линии кредитования проектов в области информационных технологий, аэрокосмической отрасли, биотехнологий;
- помощь кредитами сельскому хозяйству и туризму; 
- льготные кредиты (до 200 тысяч евро) для малых и средних предприятий;
- налоговые льготы в сфере реконструкции жилья;
- снижение подоходного налога с инновационной деятельности;
- либерализация энергетического рынка, отказ от региональных монополий; 
- инвесторам предложена премия к доходности при размещении своих пятилетних облигаций на сумму 2,35 миллиарда евро; 
- снижение ставок по ипотечным кредитам и НДС в сфере строительства; 
- упрощение регистрации новых предприятий, с тем, чтобы можно было зарегистрировать их за 24 часа; 
- готовится либерализация рынка труда. Дело в том, что в Испании совсем непростым, точнее, дорогим, является увольнение работника, ему надо выплатить компенсацию в размере полуторамесячной зарплаты за каждый проработанный год (!), что буквально разоряет предпринимателя. 
Принятые меры уже позволили правительству заявить, что экономика страны вышла из продолжавшейся почти два года рецессии. ВВП Испании в этом году хотя и не на много - на 0,1%, но увеличился. Планируется годовой рост ВВП в 2010-2016 годах в среднем только 0,7%, дефицит бюджета в 2011 году сократиться до 6% от ВВП. 
^ Испания не Греция
Аналитики Землячества трейдеров и инвесторов Академии Masterforex-V полагают, что Испанию ни в коем случае не ждёт судьба Греции, экономику которой приходится спасать всем миром. И тому есть ряд объяснений:
* кризис в Испании не имеет ничего общего с безответственной финансовой политикой властей Греции. Испания, в отличие от Греции, до кризиса легко справлялась с требованиями, установленными для еврозоны. Сегодня нет сомнений в платежеспособности Испании в краткосрочной перспективе; 
* относительно меньшие масштабы кризиса;
* испанская экономика всё же более разнообразна, чем греческая;
* ее доля в экономике еврозоны составляет около 12%;
* прочность испанской банковской системы в отличие от греческой; 
* своевременность принятых мер по сокращению дефицита государственно бюджета;
* несмотря на то, что в Испании тоже традиционно сильные профсоюзы, и поэтому массовых акций протеста не избежать, но, навряд ли, они достигнут греческих грозных масштабов. Как раз в силу перечисленного выше. 
Эксперты прогнозируют для Испании «продолжительный период ослабленного роста», и призывают инвесторов не поддаваться панике. Потому что у испанской экономики достаточно здоровых сторон, значительный запас прочности, что позволяет видеть её будущее не таким уж и мрачным. Хотя пойдут ли принятые меры на пользу Испании, покажет только будущее.

Похожие:

IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconМы есть в ес, мы те, кто координирует оон, мы создали нато, мы те,...
Оон, мы создали нато, мы те, кто всегда сверху… Сверху цру и фбр, мы те, кто правит миром, не выходя из дома, мы те, кто предотвращает...
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconМеждународная конференция «нато: мифы и реальность. Уроки для России...
Нато. Как говорил Президент Путин 9 мая, Россия «приняла на себя главный удар нацизма, встретила его героическим сопротивлением,...
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconМеждународная конференция «нато: мифы и реальность. Уроки для России...
С момента крушения СССР элиты трех стран Балтии Литвы, Латвии и Эстонии будучи под четким руководством своих опекунов из влиятельных...
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconМеждународная конференция «нато: мифы и реальность. Уроки для России...
«перезагрузки», которая оказалась, называя русским языком (называя вещи своими именами), просто очередными уступками со стороны России...
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconВопросы для экзамена
Основные подходы к проблеме происхождения религии (богословско-теологический, научный)
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconВопросы к экзамену по дисциплине «Основы конфликтологии»
Основные теоретические подходы к проблеме конфликта: мотивационный, когнитивный, деятельностный и организационный
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconКосово это уникальный случай?
Недавно произошло событие, которое почти никого не оставило равнодушным. На карте мира появилось новое молодое государство Косово....
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее icon«Реальные инновации и их имитации в России» см. 
Одним из самых интересных докладов на семинаре стало выступление Андрея Фурсова, директора Института русских исследований Московского...
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее iconЧто такое вто? В чьих интересах в вто принимаются решения?
Всемирная торговая организация (вто) не входит в ООН и, соответ­ственно, законы вто стоят для тнк и стран-членов вто выше законов...
IV. “Гуманитарные” уроки Косово. Оценка притязаний нато на миротворчество Свои подходы к проблеме гуманитарного вмешательства, отличные от узаконенных ООН и ее icon11. международная
В 1986 году юнидо (Организация ООН по промышленному развитию) стала: а) специализированным учреждением оон; б) вспомогательным органом...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница