Ганс Селье. От мечты к открытию


НазваниеГанс Селье. От мечты к открытию
страница4/46
Дата публикации16.03.2013
Размер5.85 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > География > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   46

Подлинный стяжатель так занят все новыми вложениями своих капиталов,

что никогда не научается пользоваться ими. "Реально мыслящие люди",

преследующие "практические цели", в долгосрочной жизненной перспективе редко

оказываются столь же реалистичными и практичными, как мечтатели, стремящиеся

лишь к своей мечте. Подлинные ученые даже в глубокой старости сохраняют

определенный романтизм, мечтательный и исполненный воображения склад ума;

они продолжают жить в мире увлекательного, причудливого, необычного; они

никогда не перестают изумляться грандиозности и непогрешимому постоянству

законов, правящих гармонией Природы внутри и вне человека.

Любопытство

Если любопытство ассоциируется с чем-то дурным, то лишь потому, что

люди склонны смешивать любознательность с пронырливостью. Любознательный

человек хочет узнать то, что его как-то касается, а проныра сует нос в

личные дела других. Любопытство одолевает настоящего ученого, он не может

без него жить. Когда исследователь теряет эту побудительную силу - потому

ли, что его усилия слишком часто заканчиваются неудачей, или потому, что он

самодовольно удовлетворяется "практическими достижениями",- он удаляется от

науки и находит прибежище в самооплакивании или чванной гордости своим

благополучием. Однако не будем касаться научной любознательности как

таковой, ибо она перекрещивается с массой других побудительных мотивов.

Желание приносить пользу

Они знают, что, быть может, именно благодаря их усилиям на гребнях волн

того темного океана, в недрах которого человечество ведет свою неистовую

борьбу, мелькают проблески света. И все ученые, все без исключения,

поддерживают себя в своих тяжких трудах этой величественной мечтой -

принести пользу своим человеческим собратьям.

Ш. Рише
Первый шаг - создание из обыденной жизни картины мира - дело чистой

науки. Второй шаг - использование картины мира в практических целях - дело

техники. Обе эти задачи одинаково важны, и каждая из них целиком поглощает

человека, поэтому отдельный исследователь, если он действительно хочет

продвинуть вперед свое дело, вынужден сосредоточить свои силы на

одном-единственном вопросе и оставить на время мысли о всех других связях и

интересах. Вот почему не следует осуждать ученого за его отчужденность от

жизни, за его индифферентность к важным вопросам общественной жизни. Без

такой односторонней установки Герц никогда не открыл бы беспроволочные

волны, а Кох - туберкулезную бациллу.

М. Планк
Бывший министр обороны США Чарльз Вильсон сказал, что фундаментальные

исследования - это "то, что вы делаете, когда не знаете, что вы делаете". Я

не могу полностью согласиться с этим определением.

Чаще всего фундаментальная наука противопоставляется "практическим"

исследованиям, имеющим непосредственное применение, и предполагает

отвлеченность от повседневных проблем человечества. Разработки систем

вооружений, новых марок телевизоров или видов вакцин, очевидно, являются

практическими. Изучение внутренней температуры далеких звезд, повадок

крохотнейших живых существ или законов, определяющих наследственную окраску

лепестков цветка гороха,- все это выглядело поначалу чрезвычайно

непрактичным. На занятия такого рода смотрели как на пустое

времяпрепровождение интеллигентных, но несколько эксцентричных и

неприспособленных людей, чьи необычайно блестящие умы отвлечены бесполезными

абстракциями.

Конечно же, фундаментальные исследования редко предпринимаются с

ориентацией на практическое приложение; они, по существу, никогда не бывают

предсказуемыми. Помню свою собственную реакцию на сообщение моих школьных

преподавателей о том, что астрофизики определяют внутреннюю температуру

далеких звезд. "Здорово,- думал я,- но зачем это кому-нибудь может

понадобиться?" Когда Луи Пастер сообщил, что болезни могут переноситься

микробами, его высмеяли! Забавно видеть взрослого человека, обеспокоенного

тем, что он подвержен нападению крошечных существ, которых и увидеть-то

нельзя! Когда австрийский монах Грегор Мендель развлекался наблюдением

результатов скрещивания красно- и белоцветущего гороха в монастырском саду,

даже наиболее дальновидные его современники не могли вообразить себе всех

последствий его находок.

И тем не менее без фундаментальных знаний о поведении далеких звезд

сегодня мы не могли бы запускать на орбиту спутники. Без знаний о бактериях

не было бы вакцин, сывороток и антибиотиков. И без тех самых наблюдений за

наследуемостью окраски цветков гороха никогда не развилась бы современная

генетика, столь важная для сельского хозяйства, селекционного дела и

медицины.

Чем в большей степени исследование понятно и практично, тем ближе оно к

уже известной нам обыденности. Таким образом, как ни парадоксально, знания о

самых отвлеченных и самых непрактичных явлениях оказываются самыми

перспективными для получения новых фундаментальных данных и ведут нас к

новым вершинам науки. Но на это нужно время и, как правило, немалое.

Фундаментальные исследования становятся полезными и остаются таковыми на

более длительное время, чем прикладные.

Ряд ученых настаивают на том, что фундаментальные исследования должны

вестись в духе "искусство ради искусства" и их практическая применимость не

должна подлежать оценке. Отстаивая эту точку зрения, они ссылаются на то,

что даже наиболее недоступное для понимания исследование может в конце

концов дать практические результаты. Довольно странно, что изучение

чего-либо не связанного с практикой нуждается в оправдании его потенциальной

полезностью!

Каковы бы ни были наши мотивы проведения фундаментальных исследований,

они, несомненно, могут стать практически полезными. Но насколько важно для

ученого приносить пользу людям? Человек по своей природе эгоцентрик и

эгоист. В мою задачу не входит задаваться вопросом, почему он таким создан

или что именно - сила или слабость - лишает некоторых людей интереса к самим

себе. В любом случае такие абсолютные альтруисты чрезвычайно редки в общей

массе и, насколько я мог установить, не встречаются среди ученых. Человек,

занимающийся фундаментальной наукой, высоко держит голову: он верит в

несомненную ценность своих исследований и готов ради них понести немалые

жертвы и вынудить к ним других. Если это эготизм, он должен признаться в

том, что он эготист{2a}. Убеждать самого себя в том, что он и не помышляет о

собственных интересах, было бы несовместимо с представлением ученого о чести

и даже с объективностью.

Эгоизм и эготизм являются наиболее характерным, наиболее древним и

наиболее неотъемлемым свойством всего живого. Все живые существа, от

простейшей амебы до человека, по необходимости ближе всего к самим себе и

являются наиболее естественными защитниками своих интересов. Я не вижу

причин, по которым нам следует ожидать, что кто-то другой станет заботиться

о нас более добросовестно, нежели о самом себе. Эгоизм естествен, хотя и

неприятен; он выглядит столь омерзительно, что мы пытаемся отрицать его

наличие у самих себя. Он опасен также и для общества. Мы боимся его, ибо он

несет в себе зерна раздора и мести. И все же, несмотря на свой эгоизм,

многие ученые, особенно медики, в очень сильной степени руководствуются

гуманными побуждениями.

Я не считаю, что эти два явно противоположных мотива отражают некоторую

шизоидную черту - что-то вроде раздвоения личности, при котором инстинкт

самосохранения постоянно борется с желанием помочь другим. С моей точки

зрения, даже альтруизм представляет собой видоизмененную форму эготизма,

разновидность эгоизма коллективного, призванного помочь обществу.

Подсознательно мы чувствуем, что альтруизм порождает благодарность.

Благодарность, к которой мы побуждаем другого человека за оказанные ему

услуги, является, возможно, наиболее характерным для человека способом

обеспечить свою безопасность и стабильность (гомеостаз). Тем самым

устраняется мотив столкновения эгоистических и альтруистических тенденций.

Вызывая чувство благодарности, мы побуждаем других разделить с нами наше

естественное желание собственного благополучия. Чем менее человек знаком с

экологией живых существ, тем более отталкивающим выглядит для него такой ход

рассуждений. Но биолог не призван ставить под вопрос мудрость творения, он

только анализирует его структуру.

Каковы бы ни были их сознательные мотивы, многие ученые обладают

искренним желанием быть полезными обществу. Вот почему даже среди тех, кто

занимается фундаментальными исследованиями, не ожидая от них никакого

практического выхода, лишь немногие полностью лишены надежды, что их

открытия смогут помочь людям избавиться от страданий и достичь счастья.

Одной из наиболее важных причин такого желания является потребность в

одобрении.

Потребность в одобрении - жажда авторитета - тщеславие

Однажды один из друзей сказал Катону Старшему: "Какое безобразие, что в

Риме тебе до сих пор не воздвигли памятника! Я обязательно позабочусь об

этом". "Не надо,- ответил Катон,- я предпочитаю, чтобы люди спрашивали,

почему нет памятника Катону, чем почему он есть".

Т. Мессон{3}
Реальный мир в абсолютном смысле не зависит от отдельных личностей и

даже от всего человеческого мышления, и поэтому любое открытие, сделанное

отдельным человеком, приобретает всеобщее значение. Это дает исследователю,

работающему в тихом уединении над своей проблемой, уверенность в том, что

каждый найденный им результат получит прямое признание у всех компетентных

людей. Сознание значимости своей работы является счастьем для исследователя.

Оно является полноценной наградой за те различные жертвы, которые он

постоянно приносит в повседневной жизни.

М. Планк
Я крайне редко встречал ученых - если встречал вообще,- которые не были

бы заинтересованы в одобрении своих коллег и не были бы обеспокоены тем,

получат они приоритет на свои открытия или нет. Редко кто берет в руки книгу

или статью по своей тематике без желания немедленно увидеть в перечне

литературы или авторском индексе свое имя. Почему же многие так ужасно

стыдятся этого чувства?

Иногда мы приглашаем на временную работу в наш институт наиболее

выдающихся современных медиков. Стало традицией устраивать для этих почетных

гостей неофициальный обед, за которым идет непринужденная беседа. Это дает

нам возможность лучше узнать этих людей с неформальной стороны; чем

руководствуются они в своей деятельности, что приносит им удовлетворение.

Один из наиболее распространенных вопросов касается мотивов

исследовательской работы. Наиболее частый ответ - "любознательность". Если

на ученого "поднажать", то в качестве дополнительных мотивов он может

упомянуть желание принести пользу или даже признаться, что попал в науку по

чистой случайности - была вакансия в лаборатории, а ему нужны были деньги.

Но желание заработать авторитет всегда с возмущением отвергается. А почему?

Я никогда не забуду, как мой самый молодой аспирант невинно спросил

уважаемого гостя: "В таком случае, сэр, вы не будете против, если я

опубликую данные эксперимента, который вы показывали нам сегодня? Я ведь вам

ассистировал, да и раньше делал похожую работу - правда, не очень успешно.

Это было бы неплохо дополнением к моей диссертации, сэр... Конечно, если вы

не против, сэр". Такая просьба была не выполнима, но вопрос был задан

хороший.

Научная любознательность гораздо легче может быть удовлетворена чтением

публикаций других исследований, чем работой в лаборатории. Могут

потребоваться годы для экспериментального доказательства того, что можно

узнать за несколько минут, прочтя опубликованный конечный результат. Так что

давайте не будем себя обманывать: вряд ли побудительной силой творчества

является чистая любознательность. Быть может, это желание делать добро? Мало

кого из ученых удовлетворила бы возможность делать добро на поприще

политической или благотворительной деятельности.

Правда заключается в том, что мы тщеславны, очень тщеславны. Мы горим

желанием осознавать, что открыли некий важный закон Природы с помощью нашей

собственной изобретательности. Почему же мы так стыдимся этого? Ведь, по

словам Уильяма Вудворда, "тщеславие, без сомнения, принесло гораздо больше

пользы цивилизации, чем скромность".

Тщеславие становится предосудительным только тогда, когда законная

гордость общепризнанными достижениями превращается в неразборчивую погоню за

славой ради нее самой. Ни один ученый, достойный этого звания, не измеряет

свой успех количеством похваливших его людей. Ни один ученый не желает

приоритета на открытие, ошибочно приписанное ему, и не хотел бы поменяться

местами с самыми известными политиками, миллионерами или генералами. Ни один

из известных мне ученых наверняка не испытывает чувства зависти к славе

чревовещателя, на которого с обожанием смотрят по телевидению миллионы

людей. Ученые тщеславны, им нравится признанье, они не безразличны к

известности, которую приносит слава, но очень разборчивы в отношении того,

чьего признания им хотелось бы добиться и за что им хотелось бы стать

знаменитыми.

На этот счет ученые обладают предельной щепетильностью. Чем более велик

ученый, тем меньше число людей, мнением которых он дорожит. Но тому, кто

прилежно трудится в одиночестве своей лаборатории над какой-нибудь разгадкой

чрезвычайно запутанного механизма Природы, очень согревает сердце сознание,

что где-то в мире есть несколько человек - быть может, всего полдюжины,-

действительно понимающих важность его работы и те трудности, которые ему

приходится преодолевать. Этих коллег он принимает как равных себе и

чувствует глубокое удовлетворение от того, что благодаря своей работе

приобрел духовное родство с ними. Он заслужил себе место в кругу этой

интеллектуальной элиты. Он может общаться с этими людьми, минуя огромные

расстояния, языковые и социальные барьеры и всю ту мелочную ненависть и

зависть, которые разделяют других. Думаю, что в этот век "холодных" и

"горячих" войн, ожесточенной расовой, политической и религиозной

нетерпимости или просто пошлой банальности людских устремлений ученому не

стоит стыдиться своего тщеславия.

Ореол успеха; преклонение перед героями и желание им подражать

Сам я - страстный почитатель героев; мои великие идеалы - Клод Бернар,

Луи Пастер, Роберт Кох, Пауль Эрлих и Уолтер Кеннон{4}. Но более всего я

обязан д-ру Кеннону, которого знал лично. Это был настоящий человек и
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   46

Похожие:

Ганс Селье. От мечты к открытию icon3 Литература 4 Ссылки
Л. Х. Гаркави с соавт., в развитие и дополнение концепции стресса Г. Селье. Этим термином авторы обозначили общую периодическую систему...
Ганс Селье. От мечты к открытию iconПоложение о Региональном Слёте молодежно-студенческих отрядов, посвящённом...
Настоящее Положение определяет сроки, состав участников, порядок организации и проведения Регионального Слёта молодежно-студенческих...
Ганс Селье. От мечты к открытию icon«Ганс-Ульрих фон Кранц. Золото третьего рейха. Кто владеет партийной кассой нацистов?»
Ганс-Ульрих Кранц: «Золото третьего рейха. Кто владеет партийной кассой нацистов?»
Ганс Селье. От мечты к открытию iconКонкурс «Бремани: Макияж Мечты»
Конкурс «Бремани: Макияж Мечты» это Ваша великолепная возможность создать свой новый образ!!! 
Ганс Селье. От мечты к открытию iconРолф Йенсен Общество мечты
Солнце заходит над обществом информации — еще до того, как отдельные люди и компании успели полностью адаптироваться. Прежние охотники...
Ганс Селье. От мечты к открытию iconОсновоположником Ганс Моргентау
Международная политика борьба за власть гос-вза утверждение превосх-ва и влияния
Ганс Селье. От мечты к открытию icon«Шәкен Жұлдыздары 2012» Пресс-конференция, посвященная открытию кинофестиваля...
Пресс-конференция, посвященная открытию кинофестиваля «Шәкен Жұлдыздары-2012» состоится 30 мая 2012 года в 10: 30 ч. Место проведения:...
Ганс Селье. От мечты к открытию iconКлубничный кофе strawberry coffee
Но, встряхнув головой, подавил в себе мечты о бизнес-деловых встречах, о кабинетах, находящихся на 50-ом этаже, и аниме сериалах...
Ганс Селье. От мечты к открытию iconРолф Йенсен Общество мечты Как грядущий сдвиг от информации к воображению преобразит бизнес
Солнце заходит над обществом информации — еще до того, как отдельные люди и компании успели полностью адаптироваться. Прежние охотники...
Ганс Селье. От мечты к открытию iconЗадача Доктрины не менять это общество, а создать новое.
Построенное на идеалах Общей Мечты, логике Империума Построенное на идеалах Общей Мечты, логике Империума и
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница