Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории


НазваниеАнатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории
страница25/35
Дата публикации05.03.2013
Размер4.35 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > История > Документы
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   35

Защита под стать атаке
Японские шлемы имеют широкие отвороты: если меч не прорубит гребни на стыках гнутых пластин и уйдёт в сторону – он не коснётся плеча (на красноармейской каске верность ширины и формы изгиба проверял могучими ударами по манекену лично Семён Михайлович Будённый).

Доспех – в основном из отдельных пластин, соединённых шёлковыми шнурами. Меч – клин – порождает трещину. Но границу пластин ей не преодолеть: в воздухе исчезает концентрация напряжений перед её остриём. Даже шёлковые волокна – по той же причине – неплохие препятствия трещине.

Латная юбка и оплечья свисают свободно. Так амортизируются удары – не только меча, но и копья, и стрелы. Зачастую эти части не металлические, а из плотной кожи: для стрелы – немногим менее серьёзное препятствие, а вес ощутимо меньше.

Зато маска прилегает к лицу столь плотно, что приходится делать мягкую подкладку. Так создаётся дополнительная опора шлему. Сама маска – обычно карикатурное лицо. Резкие черты не только устрашают врага, но и служат рёбрами жёсткости, а заодно и те же стрелы отражают лучше.

Рот маски зачастую открыт. В большом сражении под началом каждого самурая – десятки мобилизованных крестьян с бамбуковыми пиками. Если они не расслышат команду – вероятность гибели куда выше шанса попадания стрелы в узкую щель.

Для лёгкости движения подмышечная часть кольчуги не скреплена жёстко с прочей конструкцией, а подвешена отдельно – и помещена в тканевый мешок, дабы не цеплялась за прочие части доспеха.

Руки защищены латными перчатками: в серьёзном бою не всегда успеешь правильно выставить клинок, так что удар по пальцам не исключён.

На выставке есть даже уникальная в коллекциях часть доспеха – стальные туфли характерного для Японии типа: с отдельным большим пальцем, чтобы удерживать толстые сандалии гэта .

Доспехи щедро украшены: если целыми днями живёшь в панцире, как черепаха, поневоле захочется изящества. Впрочем, цена узорной позолоты куда меньше затрат на сам доспех. А клинок украшали гравировкой только в части, уходящей под рукоятку: любая неоднородность поверхности – концентратор напряжений, заготовка для трещины. Открытую часть клинка месяцами полировали – не столько для красы, сколько против трещин.

Искусство смерти получило теоретическое обоснование: на выставке представлена книга «Путь воина». Но истинно великой Япония стала, лишь когда мастерство, отвага и упорство, накопленные веками сражений, обратились к развитию мирного хозяйства.

Часть 5. Скелеты второй мировой
Гражданский танк
106

Один из наших автомобилей – если не ошибаюсь, «Москвич 408» – рекламировался за рубежом как самая прочная советская машина, ездившая по европейским дорогам со времён Т 34. Рекламисты – скорее всего неосознанно – обратили внимание на одну из ключевых особенностей всей нашей техники.

Раз уж речь пошла о Т 34, вспомним: что требуется от танка в первую очередь? Прочность, огневая мощь, высокая проходимость. Комфорт воину не обязателен: например, боевое отделение Т 5 «Пантера» чуть ли не вдвое шире и заметно выше, чем Т 34, так что танкистам в бою и походе куда удобнее – зато и весила «Пантера» раза в полтора больше (и потому далеко не по всякой местности могла пройти, и мотор работал с постоянной перегрузкой, и мосты для неё приходилось укреплять куда серьёзнее, чем для Т 34), и попасть в неё несравненно легче. А уж о живучести, скажем, ходовой части и вовсе можно не беспокоиться: при активных боевых действиях танк подобьют – а значит, и чинить будут – задолго до износа подвески.

Конечно, небоевые достоинства тоже в определённых пределах помогают в бою. Например, немецкие Т 3 и Т 4 довольно долго боролись с Т 34 почти на равных, хотя уступали ему по многим важнейшим показателям: броня тоньше, пушка слабее, давление на грунт выше. Зато в просторной башне немецких танков размещались не только заряжающий и командир, но и отдельный наводчик – так что командир мог управлять не только пушкой, но и ходом боя в целом. Оптика немецкой командирской башенки была куда лучше, чем советского перископа со стальными (чтобы случайная пуля не разбила) зеркалами – и немцы раньше замечали противника. А уж межремонтный пробег моторов на этих танках был вдесятеро больше, чем первых серий советского танкового дизеля В 2 – и в начале войны немецкие танковые дивизии легко обходили наши, выискивая для ударов участки, вовсе свободные от наших войск.

Кстати, сейчас тактикой обхода и просачивания, пожалуй, в наивысшей степени владеет Армия обороны Израиля. Но её нынешний танк «Меркава» – «Колесница» – пригоден для такой тактики лишь в весьма ограниченной степени. Это самый тяжёлый современный танк (56 т в первом варианте и порядка 65 т в новейшем) – к манёвру он способен только на ближневосточном ТВД, где не бывает распутицы, а любая река преодолевается вброд. Зато «Меркава» – единственный сейчас танк с двигателем впереди – так надёжнее защищён экипаж: население Израиля в десятки раз меньше арабского, и куда проще сделать новый танк, чем заменить погибших бойцов. Приоритеты израильских конструкторов ещё дальше от наших, чем германские.

По счастью, «детские болезни» техники довольно быстро изживаются. Вот и советские инженеры сравнительно быстро довели танк до ума. Дизель отладили – прежде всего заменой конструкции воздушного фильтра – с 50 часов моторесурса до нескольких сот. Командирская башенка – не шибко сложное устройство. Правда, с распределением обязанностей экипажа управились только к концу 1943 го: чтобы втиснуть в башню Т 34 85 наводчика, пришлось увеличить её погон – кольцевую опору – с 1420 мм в свету всего до 1600 (станок для расточки нового погона добыли аж в Америке – так же как предыдущий купили в 1930 е в Германии). А вот превосходство в броне и проходимости осталось. Немцам не помог даже переход на «Пантеру» – её тяжесть ограничила манёвр настолько, что уже Т 34 легко обходили сопротивление противника.

Сходная разница у нашей техники не только с немцами времён Второй мировой (или нынешними израильтянами). Так, американский «Шерман» наши танкисты очень ценили на марше – за комфорт. Но в бою лишний – по сравнению с Т 34 – метр высоты делал его едва ли не идеальной мишенью.

Правда, погоня за боевой живучестью иной раз мешает даже военным.

Наши командиры до середины войны неохотно пользовались радиосвязью – предпочитали телефон и связных. Это изрядно затрудняло взаимодействие. Более того, иной раз – особенно в первые месяцы войны – командиры даже самого высокого ранга вовсе не представляли себе ни расположения подчинённых им соединений, ни их состояния, ни планов. Но тогдашние наши радиостанции действительно были, мягко говоря, не слишком удобны. Конструкторы гнались за прочностью и надёжностью, но не добились ни стабильности настроек (в танках пришлось выделить отдельного радиста только для постоянной подстройки частоты), ни правильной передачи тембра, ни хотя бы чёткой слышимости. Так что военным и впрямь зачастую было куда проще подавать флажные сигналы, командовать «делай как я», давать самолётам указания с помощью ракет и растягивания длинных полотнищ, чем сквозь шумы и помехи объясняться устно. Только к середине войны, используя англо американские наработки (а то и просто поставки по ленд лизу), нам удалось оснастить рациями приемлемого качества и пехоту (до роты включительно), и каждый танк и самолёт. Тогда и начались у нас уже не отдельные удачи, а непрерывные успехи: ведь в войне правильное взаимодействие разных видов давления на противника чаще всего куда важнее силы каждого из этих видов по отдельности.

Избыток надёжности не лучше любого другого избытка. Скажем, автомат Калашникова стреляет в самых немыслимых условиях. Но для обеспечения такой работоспособности газоотвод рассчитан на максимальную степень загрязнения, а зазоры столь велики, что подвижные детали явно болтаются. В результате кучность огня в пару раз хуже, чем у столь же легендарной – но созданной в рамках совершенно иной концепции боевого применения – М 16.

Надёжность порою мешает даже долговечности. Тот же «Калаш» выдерживает 10 000 выстрелов, прежде чем шатание затворной рамы породит неприемлемые выбоины на её направляющих. А производители М 16 гарантируют 80 000 выстрелов. Правда, за цену одной М 16 можно купить добрый десяток АК. Долговечность же в бою не особо важна: редкий пехотинец успеет исчерпать ресурс АК – даже с учётом нормального (а не принятого в пехоте последних советских и первых постсоветских лет) режима стрелковых тренировок.

В гражданских же применениях работоспособность при любых обстоятельствах – и подавно далеко не единственное требование.

Советские автомобили – даже представительского класса – приспособлены к бездорожью настолько, что американцы шутят: «Чего только не придумают русские, чтобы не строить дороги!» А толку? Всё равно «чем круче джип, тем дальше бежать за трактором». Зато комфорт в наших машинах всегда был весьма условен. Оно и понятно: когда тащишься по выбоинам и ухабам, никакая мягкость сидений не спасёт, а уж о форме пепельниц вовсе не думаешь.

Война требует ещё и ремонтопригодности. Разобрать, почистить и собрать АК куда проще, чем М 16, что очевидно хотя бы из сравнения нормативов времени на эту важнейшую операцию. Ключевые агрегаты Т 34 – мотор, трансмиссию, пушку – зачастую меняли в полевых условиях силами самого экипажа, а «Пантеру» приходилось буксировать к умельцам в полевые ремонтные мастерские (там были такие специалисты, что немцы шутили: танк остаётся на учёте, если от него осталась хотя бы табличка с заводским номером – всё остальное к ней прикрутят ремонтники). Вот и легковые наши автомобили до сих пор без особых проблем чинит слесарь с гаечным ключом – зато в автосервисе западного образца машину могут чуть ли не рентгеном просветить, выявляя проблемы, способные осложнить жизнь водителя через недели и месяцы.

Всю нашу гражданскую технику с незапамятных времён проектировали – да, пожалуй, и до сих пор проектируют – люди, думающие прежде всего об условиях большой войны (именно большой – у локальных войн своя специфика, и кучность капризной М 16 там зачастую бывает важнее безотказности АК). Да и заказчики зачастую рассуждают, как в анекдоте: «Вдруг война, а я уставший». Порою это и впрямь необходимо: скажем, родоначальником класса городских внедорожников стала «Нива», отчётливо воплощающая отечественный инженерный менталитет. Но куда чаще возникают конструкции, оптимизированные под гипотетический наихудший случай – но именно поэтому далеко не оптимальные для тех условий, где им фактически предстоит работать.

Наши недостатки – продолжение наших достоинств.
Иерархия мышления: проблемы подчинённых надо прочувствовать
107

Среди расхожих объяснений катастрофического для нашей страны начала Великой Отечественной войны на одном из почётных мест – краткая формула «армию обезглавили». Статистика пугает: из пятерых первых Маршалов Советского Союза трое расстреляны, из дюжины первых командармов второго ранга не выжил никто… В целом за 1937–40 й годы советские вооружённые силы лишились примерно сорока тысяч командиров.

Пристальный взгляд на ту же статистику не подтверждает легенду. Из тех самых сорока тысяч командиров по политическим мотивам уволено менее четверти. Самые же частые причины отставки – банальные разгильдяйство, пьянство, хулиганство, рукоприкладство. Более того, около десяти тысяч командиров – в том числе половина обвинённых в политических преступлениях – ещё до начала войны вернулись в строй.

Но главное – армия изначально сконструирована в расчёте на неизбежность потерь, даже на верхушке пирамиды. На смену командирам – в том числе и казнённым – пришли другие – и не обязательно худшие.

Посмотрим на первую пятёрку маршалов. Военные теоретики могут ещё долго спорить, как вписывались в экономическую реальность первой пятилетки рассуждения Михаила Николаевича Тухачевского, расстрелянного в 1937 м, о необходимости сотни тысяч танков – пусть и слепленных навешиванием котельного железа на трактора (в Одессе во время осады в 1941 м так делали легендарные танки НИ – «На испуг»; один из них, невзирая на все попытки независимой украинской власти объявить войну и победу в ней неукраинским делом, всё ещё стоит на постаменте) – для защиты Союза от всех возможных угроз одновременно. Но у западных специалистов несомненно есть основания считать основателем теории глубокого манёвра не его, а Семёна Михайловича Будённого, при Никите Сергеевиче Хрущёве объявленного конюхом, добравшимся до маршальской звезды лишь благодаря знакомству с Иосифом Виссарионовичем Джугашвили. Да и Василий Константинович Блюхер, погибший на допросе в 1938 м, в том же году воевал с японцами ещё слабее, чем маршалы второй волны Кирилл Афанасьевич Мерецков и Семён Константинович Тимошенко – с финнами в 1939–40 м. А уж если вспомнить польскую кампанию 1920 го, за которую Джугашвили якобы мстил Тухачевскому в 1937 м – так сам Тухачевский с расстрелянным в 1939 м Александром Ильичом Егоровым действовали в ней ничуть не лучше выживших Будённого с Климентом Ефремовичем Ворошиловым. Словом, гибель Блюхера, Егорова и Тухачевского вряд ли была для нашей армии непоправимой потерей.

Но за легендой – реальный печальный факт. В первые месяцы войны командование советскими войсками оказалось далеко не блестящим. По сравнению с французами, чья военная доктрина была полностью зарыта в линию Мажино, наши сражались лучше. Но всё же управленческие провалы очевидны. И, как правило, чем выше стоял управленец – тем глубже проваливался. Из этого правила вырвались разве что Генеральный штаб и Ставка Верховного Главнокомандования. А дивизионные катастрофы были страшнее полковых, фронтовые – кошмарнее армейских…

Тут сказалось и германское воинское искусство: глубокие манёвры групп армий ставили перед высшим командованием задачи куда сложнее, чем перед рядовыми бойцами. Но от внимания ограничившихся рассмотрением сражений 1941 го ускользает главная причина – болезнь роста наших вооружённых сил.

За четыре года – с середины 1937 го до начала боёв – наша армия выросла впятеро (флот – заметно меньше, но тоже подрос). Военно учебные заведения готовили в основном низшее звено – лейтенантов. Прочие командные вакансии заполнялись повышением по службе всех, кто не проявил явной профессиональной непригодности.

Между тем каждая управленческая ступень требует новой системы мышления. Рота – строго по приказу – стоит насмерть или бьёт в заданную точку. Батальонный командир подбрасывает резервы атакованной роте или выбирает место ротного удара. Полковой – отслеживает обходы своих позиций или выискивает пути обхода противника. И так далее. Вдобавок на каждом новом уровне командир получает средства усиления, недоступные этажом ниже. Скажем, артиллерия так и делится: на ротную, батальонную, полковую, дивизионную, корпусную, РГК (резерв главного командования)… Всем инструментам – от взвода до армии, от ранцевого огнемёта до авиации дальнего действия – надо ставить взаимосогласованные задачи, выбирая каждому оптимальные места и способы приложения.

Должностной рост сопровождался дополнительным обучением. Средний уровень образования командиров к 1941 му заметно вырос по сравнению с 1937 м. Но всё же от формальной подготовки до полного вживания в новую логику размышлений и новый выбор объектов приложения мысли проходит немалое время. А главное – без опыта хотя бы манёвров (не говоря уж о реальных боевых действиях), мышление остаётся абстрактным, не учитывает в полной мере окружающую действительность.

В мирное время офицера повышают в звании через несколько лет службы, давая время освоиться с новыми задачами и способами их решения. Теперь же сотни тысяч командиров перескочили через ступень, а то и две, за пару лет. Понятно, их мысль оставалась в плену шаблонов и приёмов, усвоенных ранее.

Дмитрий Григорьевич Павлов лихо командовал республиканской танковой бригадой в испанской гражданской войне. За это возглавил автобронетанковое управление Рабоче Крестьянской Красной Армии, где тоже оказался неплох. Да и в финской войне действовал куда лучше большинства. Так что командовать Белорусским военным округом его поставили не без оснований. Но когда округ в одночасье стал Западным фронтом, Павлов начисто утратил управление. Не только из за того, что проводную связь рвали диверсанты и осколки, а использование радиосвязи ограничивал тогдашний устав – во избежание прицельного огня по командным пунктам, выявленным радиопеленгацией. Главная ошибка Павлова – постоянные разъезды по армиям, а то и дивизиям. Он пытался управлять на привычном, уже освоенном, уровне, ибо задач фронтового масштаба и методов их решения не чувствовал. В измене его обвинили зря – но смертную казнь он несомненно заслужил хотя бы тем, что согласился перейти на уровень, явно не соответствующий его возможностям, и не отдал управление более подходящим людям.

Впрочем, у Павлова были основания самолично управлять дивизиями. Ведь их возглавляли, как правило, тоже недавние выдвиженцы с приличным опытом командования разве что батальоном. Может быть, потому и было в армии к концу 1930 х столько пьяниц, что они понимали нехватку своих возможностей?

К концу 1941 го года наши командиры постепенно усвоили тактические приёмы остановки немецких глубоких прорывов и вытеснения немцев со статических позиций. Добить окружённых немцев впервые удалось к концу 1942 го под Сталинградом. А уже в 1944 м планирование ударов шло по всему фронту от моря до моря: советское командование изучило тонкости мышления на высшем стратегическом уровне.

Экономические битвы не столь явно кровопролитны. Но тоже идут на самых разных уровнях – от тактики размещения дополнительной кассы в магазине до стратегии выбора принципиально новых направлений развития целых отраслей, а то и общих рынков десятков стран. Понятно, на каждом уровне нужны свои типовые рецепты, свои навыки мышления.

Хороший менеджер, как правило, здраво оценивает масштаб, в котором может эффективно работать. И зачастую, доведя фирму или подразделение до предела своей компетентности, переходит на новое место, уступая своё кресло специалисту большего размаха. Даже если дело – его собственное.

Стивен Пол Джобс ушёл из основанной им Apple, когда размах и разнообразие проектов превысили его управленческие возможности. Когда рыночная доля фирмы вновь сократилась до посильного ему предела, он вернулся – и первым делом свёл число моделей до 4–6 вместо прежних десятков. Да и ключевое направление работы теперь одно – дизайн ради комфорта. Зато на этом пути Джобсу, похоже, нет равных: никто из моих знакомых, опробовавших яблочную продукцию, не хочет переключаться на иную. Сооснователь же Apple Стефен Гэри Возняк не вернулся до сих пор: нашёл себя в затеях покомпактнее. Вот достойная позиция ответственного руководителя!
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   ...   35

Похожие:

Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconАнатолий Вассерман: Главные итоги 2012 года
Я уже не раз говорил и, наверное, ещё не раз скажу, что главным итогом 2012 года мне представляется второе пришествие Владимира Владимировича...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconАнатолий Саватеев "Религиозно политические сочинения Усмана Дан Фодио"
Д. А. Ольдерогге в одной из наиболее известных своих работ – «Западный Судан в XV-XIX вв. Очерки по истории и истории культуры» [Ольдерогге,...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconСмерти Аушвиц. Десятилетняя Сара рвется домой, к четырехлетнему братику,...
Около десяти тысяч евреев, жителей Франции, томятся в неведении на стадионе «Вель д'Ив». Старики, женщины, дети… Всех их ожидает...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconАнатолий Владимирович Тарасов Настоящие мужчины хоккея
О героях победного прошлого, о тех, кто создавал советскую школу хоккея, кто в честном соперничестве демонстрируя высокий дух, коллективность...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconМитрополит Антоний (Мельников) Открытое письмо священнику Александру...
Митрополит Антоний (в миру Анатолий Сергеевич Мельников) родился 19 февраля 1924 года в Москве. Церковное служение начал в 1944 году...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconАнатолий Петрович Левандовский Жанна д'Арк Жизнь замечательных людей...
С тех пор утекло много воды. Вышли сотни статей и книг о Жанне как на ее родине, так и за пределами Франции, кое что даже было переведено...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории icon19 февраля 20013 года на 74-м году жизни скончался Анатолий Иванович...
Анатолий Иванович Яковлев, кандидат исторических наук, доцент кафедры социологии и социальных технологий чгу. От нас ушел очень светлый,...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconПрограмма курса Теория и методология истории для в/о фад 03. 10. 05. 12. 2012 г лекции
Тема Теория и методология истории: предмет и задачи курса. Теория истории, методология истории, эпистемология истории, философия...
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории iconНо все-таки, идеальная обвертка сводится к осознанию и эти вопросы,...
«Нечего надеть и мало места в шкафу» это ситуации, с которыми так или иначе сталкивается каждая женщина, но как найти выход?
Анатолий Александрович Вассерман Скелеты в шкафу истории Анатолий Вассерман Скелеты в шкафу истории icon-
Ее муж, уродец Франц-Йозеф Геббельс, министр пропаганды гитлеровской Германии, спокойно похрапывал рядом. Она встала с кровати, подошла...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница