Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы


Скачать 364.52 Kb.
НазваниеЭльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы
страница2/3
Дата публикации31.03.2013
Размер364.52 Kb.
ТипРассказ
userdocs.ru > История > Рассказ
1   2   3

* * *
Ты для меня – мужчина вечность. И образ твой незыблемый, и небо твое самое прекрасное во всей Вселенной. Наши фотографии в выцветшем коричневом чемодане с ржавыми замками – в них нет потребности, наш мир по прежнему полон самых удивительных возможностей. Образы, роящиеся в моей голове, похожи на калейдоскоп – и как ни поверни, детали складываются в картинки, на которых мы – вместе. Зажмуриваю левый глаз, заглядываю внутрь своего сознания – вижу нас. Из малого собираются большие картинки, они – занавеси на окнах моей реальности. В них, может, нет тебя физически, но я особенно не переживаю из за этого. Всегда ценила ощущение от прикосновения больше, чем само прикосновение.

Тебя так много во мне, что порою я себя теряю. Думаю, Всевышний наградил меня голосом, чтобы я могла петь только о тебе. Это не ограниченная форма творческого выражения. Как могу я быть ограничена тобой, если ты – целый мир? В нем – радости, огорчения, встречи, расставания… И жизнь, и, естественно, смерть. Полный набор. Женщинам необходимо оправдывать свои душевные терзания, пусть даже самые светлые, чем угодно, лишь бы победить сомнения. За такую победу мы готовы многое перенести. Мы терпеливы. И знаешь, женщины легко обманываются временем. Временем в ожидании. Самый обычный вдох может тянуться век…

Как знать, может, неведомый читатель моей повести сейчас цинично усмехается, расценивая мои строки как типичные бабские слюни, наивный лепет, может, он скажет, что мужики никогда не вкладывают особого смысла в слова, которые шепчут женщинам на ушко. Мол, дуры вы, клюете на все заброшенные удочки, наступаете на все расставленные грабли – и сами же изобретаете оправдания для своих мучителей. В этих словах, конечно, есть своя правда, но в любом правиле есть исключения… В жизни даже самого циничного человека может случиться большая любовь. И тогда его лучшие человеческие качества проявятся, если, конечно, он сумеет любовь сохранить и вырастить, не загубив ее на корню.

Большая любовь переворачивает все с ног на голову – смешивает сезоны, обесценивает прежние ценности, меняет вкусы, направления. Она как то незаметно, исподволь, как упрямый росток подснежника, прорастает в том уголке сердца, который давно казался отжившим. И никто не застрахован от того, чтобы под влиянием этой любви стать именно тем, кем всегда боялся стать…

Меня любовь отучила искать ответы в книжках, примерять на себя истории чужих героинь, слушать сентиментальные музыкальные баллады с мыслью: «Боже, это же обо мне! That’s all about me!» По вопросам собственной судьбы следует обращаться к собственному сердцу. Оно, мудрое, стучит от первой нашей секунды до последней – как опытный радист, посылая в эфир важные зашифрованные сообщения. Почему мы доверяем кому угодно, кроме себя? И о безвозвратно ушедшем, и о светлой надежде лучше всего знает наше сердце. И только потеряв с ним связь, мы набиваем шишки и коллекционируем шрамы…

Но нам повезло, наша любовная лодка все удаляется от рифов быта. Ты не пугайся гроз семи морей, пусть они дергают нашу яхту на швартовых, пусть хлещут освободившиеся на ветру канаты, пусть волны сердито бьются в иллюминаторы, разве нам есть до них дело? Мы продолжим кружить по палубе в венском вальсе. Ты – самый красивый призрак ночи, я – самая близкая, земная мечта.
* * *
Ты большой и очень мягкий. Ты – теплое покрывало, под которым хочется укрыться от скучных, безжизненных новостей, прозрачных дождей без запаха, монотонных календарных строчек. Обними меня, сожми в объятиях, убереги от того, что вне тебя, не отвечай на мою грусть словами «так бывает». Лучше поцелуй и замри, давай помолчим, соединившись губами. Будем смотреть одинаковые сны?

Направляй меня, подхвати нежным касанием, унеси ввысь, в бриллиантовую россыпь звезд. Удаляясь, будем удивляться тому, как наш земной шарик окаймлен голубоватым светом и все величайшие концепции мира теряют актуальность, обретая жалкую относительность, – так им и надо, уж слишком много в них допущений…

Я обожаю твое тело. Длинные руки, упрямую шею. Ямочки под мышцами на предплечьях. Ягодицы, на рельефе которых играют свет и тень, когда ты сонной походкой направляешься из постели в душ. Я люблю засыпать на твоих упругих бедрах, водить пальцами по мускулистой спине, скользить взглядом по твоему животу с трогательным пушком, идущим от пупка вниз, к сокровенному, медленно погружаться в сон с чувством непричастности к мелочам бытия…

Ты лежишь в напряженной позе, с трудом сдерживаясь, а я змеей перемещаюсь по тебе, подношу соски к твоим влажным дрожащим губам; жадно ловишь ты ими мою плоть, бормочешь, что безумно хочешь меня схватить и отыметь, как последнюю суку, порвать в клочья, кончать в меня не раз и не два, а пока я не начну молить о пощаде. Согласна…

Твоя кожа пахнет сырыми листьями. Ты огромный, как небо, а я становлюсь маленькой маленькой, сворачиваюсь в клубок в твоем пупке – там не холодно, я согреваюсь в зарослях темных волос на выпуклых полушариях твоего торса.

Самый красивый мужчина в моей реальности, в моих мечтах! И совсем не похожий на тех, кто был «до», и даже подумать невозможно, что кто нибудь может быть «после». Кто то считает, что только ущербные женщины могут открыто восхищаться красотой своих мужчин – мол, комплименты их балуют, окрыляют, развращают, подталкивают перехваленных любовников искать все новых и новых подтверждений своих достоинств на стороне. До какого же идиотизма можно дойти в приверженности авторитетам. Да это настоящий бабский страх остаться одной и показушная демонстрация независимости. Многие женщины уверены, что для того, чтобы управлять мужчиной, нужно держать его на коротком поводке. А по мне, так надо успеть сказать все самое самое, что рвется из глубины сердца. Как знать, чем обернется для нас завтрашний день?

Мы, современные женщины, насмотрелись «Секса в большом городе» и «Отчаянных домохозяек», начитались расчетливых романчиков Бушнелл и вечно утрирующего все глянца и безоглядно поверили им. Поверили, что наши мужчины должны быть похожи на Тома Круза и Бреда Питта, обязаны владеть искусством высокобюджетного обольщения и всячески сюсюкаться с нами, не имея права на домашние котлеты, выглаженные рубашки и вообще ни на что, кроме нас, самых обольстительных и угламуренных созданий. А мне порой так хочется закричать: женщины, да для чего же вам нужны мужчины, если вы вечно недовольны ими? Пусть я выгляжу лохушкой с запудренными мозгами, пусть я не трачу свое время на антицеллюлитные обертывания, не разбираюсь в сумочках легендах Birkin и не узнаю на фотоотчетах со светских вечеринок девах, известных шумными скандалами, и их партнеров, которыми они между собой обмениваются, как картами, но ведь я… Да, я – люблю.

Иногда я думаю, что получила нечто большее, чем мне положено. В жизни до тебя у меня было довольно много чего грустного. Честно говоря, я уж и не надеялась услышать когда нибудь: «Я буду с тобой всегда». Ты – мое самое большое везение. И кроме того, я очень долго искала еще одного человека, который, так же, как и я, любит морковный пирог. Без сливок…
* * *
Громадная усталость – она везде была со мною, непрошеный спутник в череде плаксивых дней, который вроде и помогает тем, что разделяет твою грусть, но при этом медленно подводит к пропасти. До твоего появления я возвращалась домой после работы такой изможденной, что сил едва хватало снять и отшвырнуть подальше от себя туфли. Еле еле доползала до душа, стояла статуей под его горячими струями, а потом плелась в постель, даже не делая попыток добрести до кухни и погреть на ночь молока.

Зимние груши с парников китайских долин так и догнивали в пустом холодильнике, белье неделями пылилось на сушилке, почтовый ящик ломился от писем, отвечать на которые мне было нечего, диск с недосмотренными «Часами» покоился в недрах DVD плеера, его яркий картонный бокс оплакивал свою одинокую судьбу где то за диванными подушками, а верный «Хюндай» месяцами просился на мойку. Бессмысленное существование с периодическими случками с безымянными мужчинами, редкими вылазками на дачу к родителям или к болтливой Кате, верной маникюрше педикюрше.

Мне хотелось выстоять, но по большому счету давно уже не хотелось жить. Жить – это не обязательно существовать физически. Жить – это когда улыбаешься внезапно начавшемуся дождю, не вспоминая о том, что забыл захватить зонтик. Жить – это когда в самый разгар рабочего дня выскальзываешь из офиса и мчишься туда, где нет таких скучных терминов, как «должностные обязанности», «овертайм», «корпоративный дресс код», а есть только ты и я, бутылочка молодого итальянского вина и несколько сортов сыра, и виноград, и мохнато голубой плед один на двоих…

В последнее время моя усталость доходила до таких степеней, что я не ощущала в себе никакой воли вообще. Нет, конечно, на работе я держалась в форме: улыбалась, болтала в курилке, вовремя сдавала отчеты, смиренно выслушивала истерики шефа, ради галочки посещала корпоративы. В остальное время меня будто кто то отключал, помещал в пузырь с мутной оболочкой, как эмбриона в анатомическом музее, самодостаточного в своем одиночестве.

Время от времени ко мне заглядывала Ирма, подруга с институтской поры, готовила кофе с коньяком, приносила бабушкины ватрушки с деревенским творогом и, глядя на меня никакую, спрашивала, выдыхая уголком рта сигаретный дым: «Подруга, ты мне когда все выложишь?» Я долго не находила ответа, но, помолчав пару минут, все же отыскала формулировку, которая хотя бы немного что то объясняла. Объясняла мне самой – ведь состояние мое было далеко от нормы.

«Понимаешь, я уже нахожусь не в той ситуации, когда могу помочь сама себе. Должен появиться тот, кто спасет меня. Ради будущего. Тот, кто вытащит меня из этого зала ожидания, сядет со мной в поезд, чтобы ранним утром следующего дня, за одну остановку до станции „Счастье“, разбудить поцелуем: „Милая, нам скоро выходить“. Но это может произойти, только если там, наверху, смилуются…»

Приземленная по жизни, Ирма подхохотнула и затихла, посмотрела на меня долгим недоуменным взглядом. А потом, затушив сигарету, заявила: «Мать, по моему, у тебя крыша едет. Может, тебе потрахаться как следует? Какие спасители, какие, на хрен поезда? Ты вообще знаешь, где живешь? В Москве! В городе, где не хиляют сантименты, слезы и прочая слабохарактерная хуйня. Вот я к Олегу вернулась. Поняла, наконец, что он хороший мужик, хотя и любовник без фантазии, да и денег особых не зарабатывает. Главное, что на него можно положиться! Он не бросит меня, если вдруг завтра помирать буду. Любит… А ты? Сидишь здесь, ахинею несешь об остановках. Если ты сама себе не поможешь, родная, тебе никто не поможет!»

Я слушала подругу и неожиданно на память пришли слова Пруста, которым зачитывалась на первом курсе института: «Мы живем с теми, кого не любим, кого заставляем жить с нами, только чтобы убить невыносимую любовь». Но я не хотела принимать такую реальность!

Спустя четыре месяца Ирма вдрызг разругалась со своим Олегом, меня повысили в должности, а еще через месяц появился ты, тот самый спаситель. Без белого коня, звенящих доспехов, титула престолонаследника. Но какое значение это имело? Ты вернул меня из моего персонального ада, вернул в мир, где люди живут с чистым сердцем и открытыми глазами…
* * *
А потом случился Стамбул. Тебе предложили там работу, мы в один день собрались и уехали, прихватив с собой Тома. Помнишь, какое с ним было приключение на таможне?.. Так мы перевернули исписанную страницу, начали жизнь с чистого листа. Никаких черновиков, все – набело. Отважно. Так правильнее: невозможно быть предусмотрительным, следуя за счастьем. Нужно прожить каждую секунду сполна. Если любишь, то не станешь тратить силы на чрезмерное обдумывание, взвешивание, планирование. Сердце само укажет дорогу. А не послушаешься его – любовь перетечет в размеренные, но рутинные и угнетающие отношения. Полный экспромт – вот что должно служить фоном настоящим чувствам. Без страховки.

В любви не только можно, но и нужно верить в невозможное, невероятное, а также в неправдоподобное, немыслимое, недоказанное. Слишком рассудительными и приземленными мы стали, слишком боимся ошибиться, а если все же ошибаемся, то слишком долго не можем себя простить. Мы не задумываемся над тем, что так из жизни улетучиваются ее прелесть, легкость, – неужели совсем скоро мы будем летать только самолетами?..

Стамбул стал нашим городом. В первый же день он пленил наши сердца бархатными закатами, суетливым галдежом чаек, перламутровыми водами Босфора, солидными гудками паромов, яркостью весенних тюльпанов. Расположения Стамбула – шумного мегаполиса почти с пятнадцатимиллионным населением – не надо завоевывать. В этом городе нет недоверчивости Москвы, которая, словно побитая прохожими псина, не сразу подпускает к себе улыбчивых людей, желающих с ней подружиться. Москва долго присматривается, скалится по причине обостренного инстинкта самосохранения, одновременно виляя ободранным хвостом, и только потом, если получит подтверждение твоих добрых намерений, потихоньку подпускает к себе, давая лишь незначительную надежду, боясь обмануться.

Стамбул – другой. Он первым протягивает руки, распахивает объятия, улыбается, благодушно щурится, приглашает задержаться в гостях. «Вы же еще не отведали фирменный сютлач!1 Как можно уйти без угощения?!» Такому радушному хозяину трудно отказать. Поэтому тот, кто хоть раз побывал в Стамбуле, непременно постарается приехать туда снова. Туристы даже монетку не бросают в великий пролив – они и так уверены в своем скорейшем возвращении…
^ Рецепт сютлача:

1 литр теплого молока

1,5 стакана риса

5 стаканов воды

2 столовые ложки рисовой муки

1 стакан сахарной пудры

молотая корица для украшения
Рис, желательно круглый, тщательно промываем, засыпаем в кастрюлю и заливаем литром воды. Периодически помешивая, провариваем до полного выпаривания жидкости. Затем вливаем в него теплое молоко. Помешав хорошенько, доводим до кипения.

В миске смешиваем рисовую муку со стаканом холодной воды. Взяв из кастрюльки два половника закипающего молока, добавляем его в эту смесь из рисовой муки, которая должна прогреться. Затем заливаем этой смесью рисовую кашу и, помешивая, варим ее на медленном огне; через десять минут добавляем туда же сахарную пудру. Даем каше закипеть. Сютлач готов. Разливаем его по глубоким пиалам, а когда он остынет, посыпаем сверху корицей.
В Стамбуле почти всегда такое высокое, звонкое небо, такая очаровательная погода, что долго находиться в четырех стенах просто невозможно. В выходные дни мы с тобой редко ходили куда то целенаправленно. Целые часы проводили на набережной, наблюдали за снующими туда сюда пешеходами. За ленивыми кошками. За крикливыми чайками. Они кружили над нами, ожидая момента соревнования, когда одной из них удастся проявить наибольшую ловкость и подхватить на лету очередной кусочек симита.2
^ Рецепт симита:

1 кг муки

40 г дрожжи (свежие)

1 ст.л. соли

200 г маргарина

1 ст.л. сахара

подсолнечное масло

2 яйца

100 г кунжута
Сначала разводим дрожжи, добавив в них одну ложку сахара, полстакана теплой воды, чуть чуть муки. Потом всю опару солим, смешиваем с размягченным маргарином, добавляем в муку и хорошенько замешиваем тесто. Если понадобится, добавляем еще воды. Тесто должно быть плотным, но упругим. Накрываем его полотенцем, даем постоять полчаса при комнатной температуре. Затем отрезаем кусочек теста, скручиваем в колбаску и придаем ему форму всем известного бублика…

Смазываем симиты яичным желтком (можно добавить в него одну чайную ложку куркумы, разведенной в половине стакана теплой воды) и щедро обваливаем в кунжуте. Выкладываем наши бублики на противень, покрытый промасленным пергаментом, даем им постоять еще 10 минут, после чего отправляем в разогретую духовку.

Выпекать симиты следует 20–25 минут при температуре 180 градусов. Готовые симиты должны быть золотисто коричневого цвета.
Если в животах наших начинало урчать от голода (а иначе мы бы и не вспомнили о необходимости поесть), мы забегали в ближайшую кафешку под открытым небом, где подавали сочную рыбу, приготовленную прямо тут же на углях. Затем брали с собой по стаканчику густого прохладного айрана3 и продолжали путешествие по волшебному городу, который одинаково рад своим и чужим, богатым и бедным и где никто не чувствует себя одиноким.

Уютные переулки с резвой ребятней, проникновенная музыка азана с верхушек мечетей, кричащие во все горло продавцы всякой снеди, дукканы4 Египетского базара под бахромчатыми занавесями из связок сушеного инжира, чернослива и яблок, древние хамамы с маленькими окошечками в живописных куполах (после этих бань чувствуешь себя ящерицей, сменившей кожу) – все это Стамбул.

В Стамбуле моя жизнь неожиданно сделала резкий поворот, превратилась в перенасыщенный событиями поток, где новые герои, новая обстановка, новые чувства сменяли друг друга как в калейдоскопе, а я оставалась прежней, успевая лишь запоминать имена, места и постоянно ощущая солнечный вкус счастья. Я поверила этому городу. Он навечно останется для меня беззаветно любимым…

Ах, Стамбул… Теперь берега моего сердца омываются не только любовью, но и морем. Точнее, проливом – Босфором. Самым разговорчивым водоемом на планете. Когда ты уезжаешь по делам, Босфор разделяет мою тоску по тебе. Похлопотав дома в утренние часы, я тщательно выбираю одежду понаряднее, прихватываю с собой горчичного цвета палантин – пригодится от прибрежного ветра, бросаю в сумку два грейпфрута и спешу туда, где начинается умиротворение. Я, словно старушка по уехавшему на край света сыну, безумно истосковалась по этому чувству. За все прожитые в Москве годы. Мне так хочется уютного, а не гнетущего одиночества! Особенно после бесконечных заказов, оплаченных счетов, занудливых клиентов, разбросанных по столам документов…

Бледно розовый нектар стекает по замерзшим пальцам, которыми я сковыриваю грейпфрутовую кожуру. Осенний ветер пробирает насквозь, пальцы деревенеют, а мне совсем не холодно. Продолжаю чистить цитрусовый мячик, впиваюсь губами в его красную мякоть с привкусом горечи. Она меня тоже не расстраивает. Это ведь не отчаянная горечь упущений прошлого, а разумная горечь, позволяющая ценить обретения настоящего…
1   2   3

Похожие:

Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconЭльчин Сафарли я вернусь…
С благодарностью моей маме, сестрам Рамзие Джилгамлы и Диане Зенюк, а также Маше Кушнир
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconЭльчин Сафарли Если бы ты знал…
Появляется возможность повиниться, попрощаться, доцеловать. В такой болезни есть свое достоинство – время. А в мгновенной смерти...
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconЭльчин Сафарли Если бы ты знал…
Появляется возможность повиниться, попрощаться, доцеловать. В такой болезни есть свое достоинство – время. А в мгновенной смерти...
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы icon-
Стамбуле, повествует первым долгом о женщинах, а потом о любви, одиночестве, вере, предательстве. Эльчин Сафарли отходит от теплого...
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconЭльчин Сафарли Сладкая соль Босфора Моей маме Сарае посвящаю с благодарностью...
Чайки Стамбула сопровождают тебя на протяжении всей дороги жизни. Сопровождают, независимо от того, гладкая дорога или ухабистая…...
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconПерепечатывается по изданию: Вампилов А. Избранное
Весна. Крашеный забор, большая доска с объявлениями, афишами. Угол старого двухэтажного дома, столб с
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconЛюбезные читатели и все, интересующиеся московской стариной!
Галина Ульянова "Дворцы, усадьбы, доходные дома. Исторические рассказы о недвижимости Москвы и Подмосковья"
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconRotateTransform позволяет поворачивать элемент на заданный угол вокруг...
Для масштабирования объекта по горизонтальной оси, оси Х, используется свойство ScaleX, и для масштабирования по вертикальной оси,...
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы iconКонтрольная работа по теме «Преобразование тригонометрических выражений»
Определить, в какой четверти находится конечная точка поворота на угол  и каковы знаки cos  и sin , если угол равен
Эльчин Сафарли Угол ее круглого дома Рассказы icon«Джеффри Чосер «Кентерберийские рассказы»»: Правда; Москва; 1988...
«Кентерберийские рассказы» представляют собой обрамленный сборник новелл. Взяв за основу паломничество к гробу св. Томаса Бекета...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница