Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. »


НазваниеГордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. »
страница2/41
Дата публикации05.03.2013
Размер7.28 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > История > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   41

Первые российские проекты совместной жизни и общего труда коммунитарного характера, имевшие целью указать путь к реорганизации всего общества, были задуманы еще в 40-50-е гг. XIX в., но об их реализации нам ничего не известно. Скорее всего, о коммунитаризме как об общественном движении можно говорить лишь с конца 60-х - 70-х гг., когда мечты все чаще стали реализовываться на практике, а само стремление к организации «экспериментальных» общин приняло массовый характер, стало феноменом общественного настроения. В 70-80-е гг. возникли поселения, коммунитарный характер которых не вызывает сомнений: это и канзасская колония «богочеловеков», последователей учения А.К. Маликова, присоединившихся к группе религиозных позитивистов во главе с русским эмигрантом В. Фреем (1875-1877 гг.); и туапсинское поселение С.Н. Кривенко с участием изобретателя-электротехника А.Н. Лодыгина (1873-1878 гг.); и попытки «интеллигентных землепашцев», воспитанных А.Н. Энгельгардтом, основать «интеллигентные деревни» (начало 80-х гг.); и безвестное ныне Православное Крестовоздвиженское трудовое братство Н.Н. Неплюева в Черниговской губернии (середина 80-х - конец 20-х гг. XX в.); и знаменитая Криница - община под Геленджиком (с 1886 г., просуществовала более 25 лет); и поселения многих «толстовцев» (с конца 80-х гг.) и многие другие общины, кружки и объединения.


Самым распространенным названием сельскохозяйственных поселений образованных людей, принятым среди современников, было «интеллигентные» земледельческие5 общины и колонии (реже - коммуны, скиты, общества, братства). Несмотря на свою громоздкость, этот термин активно использовался как самими общинниками, так и посторонними наблюдателями. В тех немногочисленных попытках научной рефлексии по поводу данного феномена, которые были предприняты дореволюционной российской и советской историографией, общины квалифицировались как «утопические» или «коммунистические» («социалистические»).

Ключевым термином данной работы является понятие «община» (“community”)6, обозначающее, согласно определению Б. Заблоцки, «любую группу, состоящую из пяти и более взрослых людей (возможно, помимо них включающую и детей), большинство пар которой не связано между собой кровным родством или брачными узами, члены которой добровольно договорились жить вместе неопределенное время преимущественно ради какой-либо идеологической цели, направленной на достижение общности с единым коллективным хозяйством»7. Данное определение не требует обязательного наличия «утопической» программы, приверженности общности имущества, совместного воспитания детей или эгалитаризма, хотя все это действительно обычно ассоциируется с общинной жизнью.

Более простое определение дал английский исследователь А. Ригби, для которого община – это группа людей, состоящая из трех и более человек, представляющих более чем одну семью или род, добровольно объединившихся ради той или иной цели, обобществившей или стремящейся обобществить в процессе достижения этой цели некоторые аспекты своей жизни, и которая характеризуется определенным групповым самосознанием». При этом Ригби считал, что если группа людей, живущих вместе, считает себя общиной, то ее и следует рассматривать подобным образом.

Исключение из поля внимания крестьянской поземельной общины осуществляется намеренным упоминанием в обоих определениях условия добровольного уговора, предшествовавшего образованию общины. Это ограничение напрямую связано с понятием «интенциональности» (умышленности, намеренности, целенаправленности; от английского “intentional”), ставшим обычным для зарубежной науки деидеологизированным заместителем термина «утопический»8. «Экспериментальные» общины XIX - XX вв., в противовес естественным, спонтанным территориальным общностям (“community”), испокон века складывающимся на основе общего расселения9, носили как бы искусственный характер, создавались умышленно, имея в виду определенную цель, их возникновение требовало осмысленного разрыва человека с прежней средой обитания и, чаще всего, перемещения на новое место.

Теоретически, частью коммунитарного движения могут считаться и многие сектантские поселения (как это обычно делается в зарубежной историографии), и некоторые монастыри, и феномен крестьянских «коммун»10, однако настоящее исследование ограничено рассмотрением общин с определенной социальной базой – созданных представителями образованных слоев общества. Другое ограничение искусственного характера состоит в выборе для изучения только тех общин, которые возникли в сельской местности и основным занятием которых планировалось сделать сельскохозяйственный труд, хотя в изучаемый период существовали и городские бытовые и производственные коммуны и ассоциации.

При всем разнообразии возможных ракурсов рассмотрения коммунитарного движения, предметом внимания данной работы является коммунитарный идеал участников «интеллигентных» сельскохозяйственных общин как особый исторический и национальный способ проблематизации отношений между человеком и обществом, контексты его возникновения и функционирования.

^ Хронологические рамки исследования. Диссертация сосредоточена на общинах последней четверти XIX в., что объясняется наибольшим распространением с середины 70-х гг. интересующего меня типа поселений. К началу XX в. этот тип хотя и оставался наиболее привлекательным для представителей образованного меньшинства, тяготевших к коммунитарности, но претерпел идеологическую эволюцию в связи с резким изменением психологического, культурного, политического и социального состояния общества. В первые годы XX в. наблюдался спад активности, направленной на организацию общин, а к 10-м гг. число «интеллигентных» земледельческих колоний вновь начало расти. Таким образом, «интеллигентные» колонии последней четверти XIX в. что можно рассматривать как первый этап российского коммунитарного движения.

^ Историография проблемы. Результаты библиографической эвристики указывают на то, что знание об «интеллигентных земледельческих» колониях и коммунитарном движении в отечественной историографии в отдельное проблемное поле не выделилось. Поэтому выбор историографических источников был основан на тематическом принципе (использовались работы, посвященные общественному движению в целом и такому направлению общественной мысли, как «утопический социализм»), а также принимались во внимание все те труды, где, независимо от темы исследования, звучали имена и события, связанные с «интеллигентными земледельческими» общинами.

Изучение литературы позволило разделить ее на две группы в соответствии с двумя подходами, ведомыми принципиально разными интересами – «социально-этическим» и «эстетическим»11. Они отличаются друг от друга по «способу постановки вопроса, который так же является способом получения ответа»12. «Социально-этический» поход основан на специфическом представлении о научности, ищущем – будь то намеренно или неосознанно - своей легитимации в том или ином «великом рассказе». Такие «великие рассказы» вынуждают историков отождествлять научную истину с социальной справедливостью или исторической необходимостью (с представлением о должном). Для сторонников данного подхода главным достоинством изучаемых источников является их предполагаемая способность обозначать реальные вещи (в «адекватном» отображении которых «социально-этические» авторы усматривают и свою основную задачу).

«Эстетический» подход к прошлому, основанный на этическом проекте толерантности и потому старающийся быть идеологически нейтральным, выбирает как основное (но не исключающее иные) эстетическое сообщение текста, стремящееся «привлечь внимание адресата к тому, как оно построено»13. Обращая внимание не только на содержание изучаемых текстов, но и на их форму, т.е. структуру текста, смысловые доминанты и умолчания, данный подход ставит себе задачей рассмотреть как «устроено» сообщение исторического источника. «Эстетические» авторы, как правило, не ищут легитимации своего знания вне его самого и признают, что «условия истинности, т.е. правила игры в науке, являются имманентными этой игре и не могут быть установлены иначе, как в споре, который должен быть сам по себе научным, и что не существует иного доказательства верности правил, кроме того, что они сформированы на основе консенсуса экспертов»14.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   41

Похожие:

Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconКнига Лодона Линховоина не претендует на всесторонний анализ исторической...
И вместе с тем это повествование о пережитом и услышанном из уст знатоков старины является объективным документом, в котором зафиксированы...
Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconТема: балканы и кавказ в политике россии со второй четверти до середины 90-х г. XIX в

Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconТема: Россия в первой половине XIX века
Социально-экономическое развитие России в первой четверти XIX века. Внутренняя политика Александра I. Разработка проектов преобразований,...
Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconТема: внешняя политика россии и консервативное движение в XIX в
Режим черноморских проливов в XIX в. (1801 – 1894 г.): этапы и содержание договоров
Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconКоммпраистическое Движение России Виктор Лайчук Настройки опроса Ваше мнение о коммпраизме
Коммпраистическое Движение России новое, развивающееся движение, преследующее коммпраистическую идеологию
Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconКоллоквиум XIX-XX вв
Общественно-политические движение в п. XIX в.: революционные народники, «Земля и воля», зарождение марксизма
Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconПопытка либеральных реформ в первой четверти XIX века. Александр I и М. М. Сперанский

Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconОбщественное движение в россии во второй половине XIX века
Шестидесятники. Подъем крестьянского движения в 1861-1862 гг был ответом народа на несправедливость реформы 19 февраля. Это активизировало...
Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconЛитература и источники ко всему курсу а учебники основные История России XVIII xix веков
История России XIX – начала XX вв.: Учебник. 4-е изд., перераб и доп. /Отв ред. В. А. Федоров. М., 2006
Гордеева И. А. «Коммунитарное движение в России в последней четверти XIX в. » iconВнешняя политика России в конце XIX – начале XX вв. Русско-японская война
Основные направления внешней политики России в конце XIX – начале XX вв. Обострение противоречий между государствами
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница