Книга: история татарстана (учебное пособие)


Скачать 284.66 Kb.
НазваниеКнига: история татарстана (учебное пособие)
страница2/3
Дата публикации26.06.2013
Размер284.66 Kb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   2   3

Страницы: 1

Период 1936-1938 гг. вошел в историю страны как время «большого террора». Именно в эти годы были развернуты самые массовые политические репрессии практически против всех слоев населения, которые в полной мере затронули и Татарию.
По данным различных источников, только в 1937-1938 гг. жертвами репрессий стали 3,5 миллиона человек, из которых почти каждый шестой был расстрелян. К началу 1939 г. в стране насчитывалось 1,3 миллиона лагерных заключенных, татар среди них было около 25 тысяч (в этой печальной статистике первые три места «делили» между собой русские, украинцы и белорусы). 
Масштабный террор преследовал несколько целей. При его помощи тоталитарный режим рассчитывал не только подстегнуть развитие страны — обеспечить ее ускоренную модернизацию, оправдать провалы в своей политике противодействием неких «врагов народа». Одновременно это было средство подавления реальных и потенциальных противников режима, а также способ формирования из осужденных, заключенных бесплатной рабочей силы. 
Подготовка «большого террора». Сам террор сопровождал Советскую власть с первых месяцев ее существования. Достаточно вспомнить «красный террор» периода гражданской войны, репрессии 20-х гг., массовое насилие над крестьянством во время сплошной коллективизации. Таким образом, к середине 30-х гг. правящая партия, карательные органы уже располагали большим репрессивным опытом. Было подготовлено и идеологическое обоснование перехода к новому, еще невиданному витку репрессий. В июле 1928 г.   в своем выступлении на плену ме ЦК ВКП(б) И.В. Сталин со всей определенностью заявил, что «по мере нашего продвижения вперед сопротивление капиталистических элементов будет возрастать, классовая борьба будет обостряться». 
Подготовка к широкомасштабному террору шла и по другим направлениям. В конце 20-х гг. были расширены полномочия преемника ВЧК — Объединенного  государственного  политического управления (ОГПУ). Так, судебной коллегии ОГПУ было предоставлено право рассматривать дела, совершенные «как со злым умыслом, так и без оного», и выносить эиговоры вплоть до расстрела. В ведение этого кара-вльного ведомства были переданы исправительно-трудовые лагеря, в которых к лету 1930 г. насчитывалось более 171 тысячи заключенных. Тогда же создается Управление лагерями ОГПУ, ставшее с 1931 г, Главныи (ГУЛАГ). 
В конце первой половины 30-х гг. ОГПУ было вклю-вно в Народный комиссариат внутренних дел СССР  и переименовано в Главное управление государственной безопасности (ГУГБ). Созданное при НКВД Особое совещание имело право применять без суда такие меры наказания, как заключение в исправительно-трудовой лагерь сроком до пяти лет, ссылку или высылку из страны. В октябре 1937 г. верхний предел срока наказания был увеличен до восьми лет. 
Была расширена система судебных и внесудебных органов. Так дополнением народных судов, военных и специальных коллегий Верховного суда СССР, союзных и автономных республик, линейных судов на транспорте, военных трибуналов и войск НКВД стали «тройки» и «двойки». В состав первых «троек» в республиках и областях, как правило, входили варком НКВД (начальник управления), начальник управления милиции и прокурор (позднее одним из членов «тройки» был первый секретарь областного комитета партии). Члены «тройки» имели право принимать решение о высылке, ссылке или заключении в лагерь сроком до пяти лет. С июля 1937 г. в их руках оказалась уже жизнь или смерть обвиняемого. Существовала и «высшая двойка» в составе председателя Верховного суда и прокурора СССР. 
С 1929 г. развернулась чистка партии и государственного аппарата. Намного возросло число граждан, лишенных избирательных прав. Чистка партии повторилась в 1933 г. По существу чисткой стал и последующий обмен партийных документов. 
Все более ужесточается законодательство. Постановлением «Об охране имущества государственных предприятий, колхозов и кооперации и укреплении общественной социалистической собственности» (август 1932 г.) предусматривалось применение к «расхитителям» расстрела или десятилетнего срока заключения с конфискацией имущества. Вскоре по этому постановлению стали судить обвиняемых в спекуляции, саботаже сельскохозяйственных работ, краже семян и тому подобных преступлениях. 
По июньскому постановлению 1934 г. обвинение в «измене Родине» влекло за собой смертную казнь. Члены же семьи, родственники «изменника» подлежали тюремному заключению или ссылке на пять лет. 1 декабря 
этого же года был убит СМ. Киров (с его убийством обычно связывается начало «большого террора»). В тот же день принимается постановление «О порядке ведения дел по подготовке или совершении террористических актов». Им была введена крайне упрощенная и ускоренная процедура дел о терроре. Так, на ведение следствия по эти делам отводилось не более 10 дней, не допускались участие в судебном процессе обвинения и защиты, подача осужденными ходатайств о помиловании. Приговор надлежало приводить в исполнение сразу же после его оглашения. В апреле 1935 г. было разрешено привлекать к уголовной ответственности детей, начиная с 12 лет. На них распространяются все статьи Уголовного кодекса, включая и те, которые предусматривали применение расстрела. Родственникам было вменено в обязанность доно-сить друг на друга. В сентябре 1937 г. упрощенная и скоренная процедура ведения дел о терроре была распространена на дела о вредителях и диверсантах. Кроме эго, отменяется прокурорский надзор за законностью органах НКВД по делам о государственных преступлениях. В это же время были узаконены пытки. 
Все преграды перед развертыванием массового террора снял февральско-мартовский пленум   ЦК ВКП(б), гоявшийся в 1937 г. Уже через четыре месяца нар-ом НКВД Н.И. Ежов (свою партийную карьеру он начинал в Казани) подготовил проект приказа № 00447 Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и других антисоветских элементов», который еративно был утвержден Политбюро ЦК ВКП(б). Этот приказ положил начало целой серии подобных ов в отношении теперь отдельных категорий населения, подлежащих репрессиям. Так, по приказу от августа 1937 г. органы НКВД должны были приступить «к репрессированию жен изменников родины, чле-правотроцкистских шпионско-диверсионных органами осужденных военной коллегией и военными трибуналами по первой и второй категории» (первая категория означала расстрел). Все жены репрессирированных по «заключению в лагеря на сроки в зависимости от степени социальной опасности, не менее как на 5-8 лет». 
Жены осужденных, разоблачившие своих мужей и донесшие на них, от ареста освобождались. Должны были быть репрессированы «социально опасные дети осужденных». Они подлежали «в зависимости от их возраста, степени опасности и возможностей исправления, заключению в лагеря, или исправительно-трудовые колонии НКВД, или водворению в детские дома особого режима Наркомпросов республик».

Политические процессы. Обвинения и обвиняемые. Маховик террора середины 30-х гг. раскручивался постепенно. За вторую половину 1934 г. решениями «троек» ОГПУ-НКВД республики по политическим мотивам было репрессировано 164 человека, судебными органами — 100 человек. Высшая мера наказания не была применена ни к одному из них. В 1935 г. число осужденных превысило 2 тысячи, 11 из них были расстреляны. Через год различные виды наказания по политическим мотивам понесли 2,7 тысячи человек, высшая мера наказания была применена, к двоим осужденным. В 1937 г. было осуждено судебными и внесудебными органами около 6 тысяч человек. Из них почти 2,3 тысячи приговорили к расстрелу. Больше всего тогда смертных приговоров — 2 163 — вынесла «тройка». 
Еще быстрее росло число арестованных. Так, если в 1934 г. было арестовано 408 человек, то в 1937 г. — 7,6 тысячи. В конце августа 1937 г. в Казани начались аресты жен и детей «изменников Родины». Женщин отправляли сразу же в тюрьмы и лагеря. Детей первоначально содержали в колонии-приемнике в Троицком лесу (там, где сейчас здание радиостанции), а затем распределяли по таким же учреждениям по всей стране. Многие из них не дожили до освобождения. 
В республике периоду «большого террора» предшествовал ряд крупных политических дел. Среди них — «Крестьянский иттифак» (местный аналог политического процесса по делу «Трудовой крестьянской партии»), «Янга Китап» (о группе татарских писателей, обвиненных в создании антисоветской организации), «Египет» (о муллах — участниках Всемирного мусульманского конгресса в Мекке). Жертвами этих инсценировок спецслужб стали сотни 
представителей интеллигенции, партийных и советских  работников, рабочие, служащие, колхозники. 
В недрах казанской Лубянки было сфальсифицировано также дело о «Контрреволюционной повстанческой организации» (Всесоюзной социал-фашистской партии»). Более 100 человек были обвинены в   организации преступной работы с целью свержения Советской власти и  образования буржуазно-демократической республики. На суде, который проходил в Казани в декабре 1933 г. большинство подсудимых были осуждены к различным срокам заключения. Такое же наказание в октябре 1935 г. (суд также проходил в Казани) понесли члены мифической «Контрреволюционной троцкистской группы», якобы действовавшей среди научных работников Москвы, Свердловска и   Казани. Тогда ряд ученых, в том числе эрик Н.Н. Эльвов, были обвинены в организации клеветнической кампании против И.В. Сталина. Местные чекисты участвовали в разработке операции под кодовым названием «Интервенты». В его рамках предпринимались попытки установить связи политических эмигов Г. Исхаки, 3. Валиди и С. Максуди в Татарии. В ноябре 1936 г. секретно-политический отдел НКВД ГАССР доложил своему начальству в Москве о «раскрытии» в рамках операции «Новаторы» крупной контрреволюционной организации среди литературно-издательских  редакционных работников. Среди главных ее членов, знаясь бывший руководитель Татарского академического центра, специалист в области татарской литературы и языкознания Салах Атнагулов, бывший заведующий отделом кома партии Исхак Рахматуллин, писатель и общественный деятель Фатих Сайфи-Казанлы, бывший заведующий гделом пропаганды обкома Заки Гимранов. Всего по сфабрикованному делу проходило 34 человека. Они обвинясь в подготовке террористических актов против руководителей Советского государства и ВКП(б), призывах к сверению Советской власти. Судебный процесс по делу контрреволюционной троцкистско-националистической рганизации» был организован в   Москве и длился, срывами, ровно год. Большинство обвиняемых 3 августа 1938 г. были приговорены к расстрелу. 
Осенью того же 1936 г. Особый отдел ГУГБ страны известил о том, что он сумел «ликвидировать диверсионно-разведывательную организацию среди татар, созданную японской и германской разведками». В ходе этой гигантской провокации были произведены аресты среди татарского духовенства, включая сотрудников Центрального Духовного Управления мусульман Внутренней России и Сибири (ЦДУМ). Арестам подверглись и многие представители татарской технической интеллигенции в Москве, Ленинграде, Харькове, Казани, ряде сибирских и уральских городов. Только по делу ЦДУМ проходило более 40 человек. Следственные материалы составили три больших тома. Обвинения были явно надуманные. Так, престарелому настоятелю московской мечети А. Шамсутдинову вменялось в вину, что он пообещал секретарю японского посольства поджечь Центральный аэрогидродинамический институт, Мыти-щенский вагоностроительный завод, взорвать завод «ЗИС», химический завод, несколько железнодорожных мостов, склад у Брянского (Киевского) вокзала, депо станции Люблино. Обвиняемые, сломленные истязаниями следователей, дали, в конце концов нужные органам показания. 
Из сфальсифицированных дел 1937 г. одним из наиболее крупных стал «процесс Наркомзема». Он проходил в декабре и стал своего рода завершением целой серии разоблачений «врагов народа» сельскохозяйственного профиля в районах республики. Как правило, к уголовной ответственности привлекались руководители колхозов и МТС, заведующие районными земельными отделами, работники контор «Заготзерно», а иногда — и руководители районов. Так, по обвинению во вредительской деятельности к расстрелу были приговорены секретарь Кзыл-Юлдузского райкома ВКП(б) Б.Ш. Шаймарданов, председатель райисполкома Я.Ф. Курамшин, ряд лиц — к 20-ти годам заключения. 
Во второй половине 1937 г. к судебной ответственности были привлечены работники Кукморской МТС, Красновидовского и Тетюшского пунктов «Заготзерно», бактериологической лаборатории в Чистополе (последних обвинили в распространении по заданию японской разведки сибирской язвы и ящура). Расстрельные приговоры были вынесены в отношении 8 человек. По результатам судилища, устроенного в ноябре над партийными и советскими работниками, руководителями хозяйственных организаций Буинского района, было расстреляно 14 человек. 
Как и любое другое дело о вредительстве, «дело Наркомзема» рассматривалось под углом зрения   борьбы с татарским национализмом, пантюркизмом и султанга-лиевщиной. Газета «Красная Татария» от 23 декабря 1937 г. в заметке «О суде пантюркистской вредительской организации в животноводстве» сообщала, что из 12 привлеченных к делу руководителей Народного комиссариата земледелия республики спецколлегия Верховного суда ТАССР приговорила к высшей мере наказания 10 человек с конфискацией имущества. Двое были осуждены к 10 и 15 годам лишения свободы. Все осужденные к расстрелу подали ходатайства о помиловании. Вскоре троим расстрел был заменен 20 годами лишения свободы. 16 февраля 1938 г. стала известна судьба остальных. В телеграмме, подписанной председателем Верховного суда СССР, говорилось: «Осужденным Валееву, Ямашеву, Ахметову, Хуснутдинову, Галееву, Рафикову, Хаярову в помиловании отказано, приговор утвержден, немедленно привести в исполнение».      Из менее масштабных, но столь же драматичных  1937 г. следует назвать дела о «Контрреволюционной троцкистской террористической организации» и  «Контрреволюционной немецкой фашистской организации». По первому из них было привлечено 9 человек, в том числе историк М.К. Корбут, экономист- географ Н.-Б.З. Векслин. Большинство подсудимых были договорены к расстрелу. По второму делу проходили сийские немцы, которых обвинили в установлении зей с немецкой фашистской организацией «Браство в нужде», распространении антисоветских слухов, эведении клеветнической кампании с целью разложения колхозов и совхозов. Расстрельный приговор в: отношении впоследствии заменили длительными сроки заключения. 
Организаторы фальсифицированных дел, следователи использовали весьма широкий набор обвинений, по орым казнили людей. В 1937 г. для вынесения обвинительного приговора достаточно было выказать сочувствие в адрес Л.Д. Троцкого, М.Н. Тухачевского, М.Х. Султан-Галиева, выразить сомнение в незыблемости Советской власти. Высшую меру наказания нередко применяли также к лицам, имевшим царские награды, бывшим членам партий меньшевиков и эсеров, к бывшим секретным сотрудникам спецслужб «за двурушничество», бывшим дворянам и офицерам. 
1937 г. не случайно в народе назвали «окаянным». Тогда в республике, как уже отмечалось, был приговорен к высшей мере наказания почти каждый второй осужденный. Арестам подверглось в 4,6 раза больше людей, чем в 1936 г. 
Как и в других регионах страны, пик репрессий в республике пришелся на вторую половину 1937 г. Согласно приказу» 00447 в Татарии по линии НКВД по первой категории должно было быть репрессировано до конца года 500 человек, по второй категории — 1 500. Эти цифры затем увеличивались и перевыполнялись. 
В августе 1937 г. во главе комиссии ЦК ВКП(б) в Казань прибыл посланец Сталина Г.М. Маленков. На пленуме Татарского обкома партии он заявил, что тов. И.В. Сталин не удовлетворен пассивностью в разоблачении врагов народа. Одновременно был сообщено, что бывшие руководители НКВД Татарии В. Гарин и П. Рудь сами оказались замешаны во вражеской деятельности, и лишь с приходом нового наркома А.М. Алемасова борьба с врагами народа стала набирать темпы. Последний и был тут же избран первым секретарем Татарского обкома ВКП(б), сохранив на некоторое время за собой прежнюю должность. На секретной встрече с местными работниками НКВД Г.М. Маленков упрекнул их за недостаточное использование необходимых мер воздействия к врагам народа. В виду имелись пытки в самых изощренных формах, включая избиения, «выстойки» на ногах в течение нескольких дней, лишение сна, угрозы расправы с семьями, малолетними детьми.
В сентябре 1937 г. новым наркомом внутренних дел республики стал В.Н. Михайлов. Его первым заместителем был М.И. Шелудченко. Именно с этими именами связаны наиболее драматические страницы истории «большого террора» в Татарии. Свою роль в развертывании репрессий сыграли и председатель Президиума Верховного Совета ТАССР Г.А. Динмухаметов и второй секретарь Татарского обкома партии Г. Мухаметзянов. Они так же, как и А. Алемасов, В. Михайлов, входили в состав созданной в 1937 г. республиканской «тройки». Эта особая «тройка» стала самой жестокой формой репрессивного аппарата.
Разгул репрессий продолжался и в 1938 г. Особенно характерным было первое полугодие. С января по июль было арестовано 2 432 человека, осуждено более 900, приговорено к расстрелу — 467. Общее число осужденных в течение года составило 1 738, приговоренных к смертной казни — 513 человек.

В январе 1938 г. Политбюро ЦК ВКП(б) приняло постановление «Об антисоветских элементах». Этот документ устанавливал дополнительный лимит на новые расстрелы и аресты по 22 областям, краям и республикам страны. В некоторых регионах между отделами НКВД развернулось соревнование по досрочному перевыполнению норм на репрессии, особенно по первой категории. 
Следователи, которые быстрее других доводили арестованных до «признательных показаний», в своем кругу почтительно именовались «колунами». Лучшим «колдуном» в НКВД республики считался младший лейтенант госбезопасности Сунгатулла Курбанов. Через егодопросы прошли десятки арестованных, и ни один из; них не смог выдержать истязаний. Подручными Курба         был насмерть забит писатель Шамиль Усманов. 
Младший лейтенант лично выколачивал признания у директора Казанского медицинского института, офтальмолога Сулеймана Еналеева. От ученого требовали сознаться в том, что он на второй день после начала войны с  империалистами собирался пустить в ход против ателей Казани «два литра бактерий по указанию гестапо». Надзиратель внутренней тюрьмы так описал последние часы СБ. Еналеева в тюремной одиночке: «Говорить он не мог, только хрипел, лицо и тело один сплошной синяк..., умер, упав на пол, при этом рассек лоб». Последней жертвой Курбанова стал только что избранные секретарем Юдинского райкома партии Козлов. Первые семидневные допросы результатов не дали. Тогда за дело взялся Курбанов. Свидетель из числа следователей впоследствии показывал: «Курбанов, взяв Козлова за волосы и приподняв одной рукой, стал наносить удары по голове и шее ребром другой». Спустя несколько минут партийный секретарь начал давать «признательные показания». 
При подготовке дел, выносимых на заседание «тройки», особенно свирепствовали направляемые в районы оперативные группы. Во время действий Мензелинской опергруппы во главе с Г.Е. Марголиным, еще до вынесения приговора погибло несколько человек. 
Самыми «кровавыми» днями оказались 9-11 мая 1938 г. Тогда выездная сессия военной коллегии Верховного суда СССР приговорила в Казани к высшей мере наказания более 100 представителей политической элиты ТАССР. В числе расстрелянных были бывший первый секретарь Татарского обкома партии А.К. Лепа, председатель Совнаркома Татарии К.А. Абрамов, наркомы,.руководители промышленных предприятий и партийных комитетов. 
Одним из основных обвинений, которые фигурировали в политических делах 1938 г., были обвинения в шпионаже. «Шпионом» человек становился ввиду его национальности, места рождения или прежнего места проживания, а также по разнарядке руководителей спецслужб. Достаточно было, например, быть поляком, немцем, финном, латышом, чтобы получить обвинение в шпионаже в пользу своей страны. По подозрению «в шпионаже» арестовывали людей, которые в свое время сами (или их родители) приехали в Татарию из зарубежных государств. Таких немало было среди русских, евреев, татар. По разнарядке как «японский шпион» в ноябре 1938 г. был расстрелян татарский драматург, заслуженный артист ТАССР Карим Тинчурин. Жестоким допросам был подвергнут бывший ректор Казанского университета, самый молодой профессор из татар Г.Х. Камай. Из него выбивали показания о том, что он как агент гестапо передавал секретные материалы в Германию. После ареста Г.Х. Камая следователи начали формировать «дело 18 профессоров и аспирантов». Была создана мифическая «шпионско-диверсионная группа» из ученых-химиков, в которую включили и Б.А. Арбузова. В ходу были и прежние обвинения в «антисоветской», «антиколхозной» агитации. Их итогом являлись расстрельные приговоры. 
Репрессии видных деятелей сопровождались вытравливанием памяти о них. Изымались и уничтожались книги, написанные «врагами народа» или содержавшие их фамилии. В период «большого террора» в республике по этой причине было изъято почти 700 названий книг, включая 51 учебник для татарских школ. 
1   2   3

Похожие:

Книга: история татарстана (учебное пособие) iconУчебное пособие. М., 1995. История западноевропейской философии:...
История философии: Учебник / Ч. С. Кирвель и др. Под ред. Ч. С. Кирвеля. – Мн., 2001
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconУчебное пособие 032700 «Филология»
История зарубежной литературы Средних веков и эпохи Возрождения. Конспекты лекций: Учебное пособие / Авт сост. Я. В. Погребная. –...
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconМареев С. Н., Мареева Е. В. История философии (общий курс): Учебное пособие
История философии (общий курс): Учебное пособие. — М.: Академический Проект, 2004. — 880 с. — («Gaudeamus»)
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconЛитература Англии, Ирландии, Франции, Австрии, Германии Учебное пособие...
Учебное пособие по курсу «История зарубежной литературы XX века», специальности 021700 — филология, 021800 — лингвистика и межкультурная...
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconТомский государственный университет кафедра новой, новейшей истории...
...
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconУчебное пособие для иностранных студентов Утверждено Ученым Советом хнму
Учебное пособие предназначено для иностранных студентов, изучающих курс «История Украины». Его цель оказание методической помощи...
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconУчебное пособие по математике Датировано: июнь 2012 Важная информация...
Это учебное пособие создано для подготовки студентов к академическому квалификационному тесту по математике. Ответы прилагаются в...
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconУчебное пособие Учебно-методическое пособие
На умк по дисциплине базового образовательного модуля бакалаврита по направлению 032700 «Филология» «История зарубежной литературы...
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconПсихолого-социальный институт С. С. Новикова история развития социологии...
Н73 История развития социологии в России: Учеб пособие. — М.: Издательство «Институт практической психоло­гии», Воронеж: нпо «модэк»,...
Книга: история татарстана (учебное пособие) iconУчебное пособие. Таганрог: Изд-во трту
Данное учебное пособие является электронной версией работы
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница