Институт российской истории в. В. Трепавлов


Скачать 13.12 Mb.
НазваниеИнститут российской истории в. В. Трепавлов
страница4/122
Дата публикации17.03.2013
Размер13.12 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > История > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   122

21


других — отношениям ногайских улусов с Россией, Крымом и Турцией в XVIII в. Мы коснемся лишь первого. Автор охарактеризовал общественный и политический строй ногайской державы, описал ее связи со Средней Азией, казахами и калмыками, показал развитие отношений с Россией. Б.-А.Б.Кочёкаев высказал ряд новых, интересных суждений. Он впервые аргументирует некорректность возведения этнонима «ногай» к беклербеку Ногаю (Кочекаев 1988, с. 22). Важным вкладом в историографию является определение степени зависимости Орды от Московского царства. В данной работе Б.-А.Б.Кочекаев приходит к выводу, что между ними установились отношения сеньората-вассалитета, а не подданства, как это зачастую трактуется в литературе (Кочекаев 1988, с. 10, 97-100). Наиболее адекватно описывает зависимость Орды предлагаемая им формула: «российское покровительство с элементами вассалитета» (Кочекаев 1988, с. 100)12.

В 1994 г. в Черкесске вышла книга А.И.-М.Сикалиева «Ногайский героический эпос». В ней рассмотрен и разобран ногайский эпический фольклор, проанализированы упоминаемые в нем реалии. А.И.-М.Си- калиев вводит в научный оборот тексты сказаний и, главное, сочинения ногайско-кипчакских средневековых поэтов Асан-Кайгы, Шал-Кийиза, Каз-Тугана. После дипломатической переписки биев и мирз это вторая и не менее важная группа источников, созданных самими ногаями. Пожалуй, с изданием этого труда А.И.-М.Сикалиева ногаеведы получили последнее звено сохранившегося фонда источников — собственно ногайскую устную литературу. Теперь стало возможным написание сводной работы по истории Ногайской Орды.

Состояние изученности основных проблем и кадровую оснащенность ногаеведения выявила научная конференция «Историко-геогра- фические аспекты развития Ногайской Орды», проведенная в 1991 г. в селе Терекли-Мектеб, административном центре Ногайского района Дагестана. По результатам этой встречи через два года в Махачкале вышел одноименный сборник статей (ИГАРНО). Как доклады на конференции, так и статьи в сборнике продемонстрировали определенный застой в ногаеведческих штудиях. О нем свидетельствовал и тот факт, что в заключительных рекомендациях конференции даже на перспективу не ставилась задача создания обобщающего труда по истории Ногайской Орды (ИГАРНО, с. 150).

Некоторое отношение к ногаеведению имеют современные генеалогические изыскания, посвященные княжеским родам ногайского происхождения (см., например: Блюмин 1995; Нарбут 1994; Урусов 1993). Как правило, большинство таких сочинений основано на некритиче

12 Критическая оценка книги дана в рецензии профессора Чикагского университета Р.Хелли (Hellie 1990).

22


ском воспроизведении дворянских родословных, занесенных в официальные реестры знати Российской империи. Научную ценность представляют те разработки, которые основаны на семейных преданиях и архивных документах, например книги Н.Б.Юсупова (Юсупов 1866; Юсупов 1867) и Б.Ишболдина (см. ниже).

^ Зарубежная историография. Долгое время европейские и американские исследователи кочевых народов обделяли вниманием Ногайскую Орду. Связанные с ней сюжеты появлялись обычно в компилятивных работах, где пересказывались книги, статьи и публикации источников в переводах на западные языки. Крупнейшей из таких компиляций была четырехтомная «История монголов» Х.Ховорса, впервые изданная в 1876-1927 гг. (Howorth 1965а; Howorth 1965b). Не зная восточных языков, автор скомпоновал в соответствующем разделе все доступные ему сведения из Н.М.Карамзина, Й.Хаммер- Пургшталя, других историков, европейских переводов и пересказов мусульманских сочинений и изложил историю ногаев, которую представлял себе весьма смутно [достаточно сказать, что он возводил их непосредственно к печенегам (Howorth 1965b, p. 347)]. Однако еще долго книга Х.Ховорса являлась для европейских читателей одним из основных пособий по истории Дешт-и Кипчака.

В то же время на Западе шла работа над переводами и публикациями восточных источников, имеющих отношение к нашей теме. Отметим работы польских историков по крымским письменным памятникам (Зайончковский 1969; Pulaski 1881; Zaj^czkowsky 1966). Большое значение для изучения тюркских Юртов XV-XVI вв. имели многолетние разыскания в турецких архивах, предпринятые А.Бен- нигсеном, его учениками и коллегами (см. ниже, раздел об источниках). Серия их публикаций помогла тем исследователям, которые не имеют доступа к документам султанской канцелярии или не читают на турецком языке. Эта группа французских историков на убедительных материалах сумела опровергнуть утвердившееся в советской историографии пристрастное убеждение в настойчивом желании Порты плести заговоры против России в XVI в., сколотить татаро- ногайскую антимосковскую коалицию. В опубликованных османских документах наглядно проступила тактика Стамбула на отстраненность от степных дел, перекладывание их на плечи Гиреев.

Государственным образованиям в Дешт-и Кипчаке посвятили свои труды Я.Пеленский и М.Ходарковский (США). Первый написал книгу о российско-казанских отношениях, второй — о калмыках XVI-XVII вв. (Pelensky 1974; Khodarkovsky 1992). Естественно, оба сюжета теснейшим образом связаны с ногаями, и авторы не упустили ногайский фактор из поля зрения, приведя немало верных выводов и тонких наблюдений. Оригинальным и хорошо фундированным подходом отличаются также сочинения американского востоковеда Ю.Шамильоглу

23


о поздней Золотой Орде и ее наследных ханствах (Shamiloglu 1984; Shamiloglu 1986).

Из общей массы литературы выделяется «Очерк татарской истории» Б.Ишболдина (Ischboldin 1973). Принадлежа к потомственной татарско-ногайской аристократии, он использовал (правда, без справочного аппарата) не только данные доступной ему литературы, но и фамильные предания, которые в условиях дефицита источников имеют первостепенное значение. Отдельную главу Б.Ишболдин посвятил ногайскому компоненту своей родословной и соответственно ногайской истории.

Наиболее заметным исследованием самых последних лет стала монография Д.Девиза «Исламизация и исконная религия в Золотой Орде. Баба-Тюклес и обращение в ислам в исторической и эпической традиции» (DeWeese 1994). В ней проанализирован весь корпус источников по обращению империи Джучидов в мусульманство. А поскольку одним из первых адептов ислама там был святой проповедник Баба- Туклес, то ему посвящена львиная доля книги. Баба-Туклес считался предком Эдиге и, стало быть, всей ногайской знати. В связи с этим Д.Девиз изучил генеалогические предания ногайских мирз, попытался определить степень соответствия их исторической действительности. В его тексте много ценных замечаний о статусе ногайской столицы Сарайчука (Сарайчика), который представлен в этой работе как сакральный джучидский мемориал; о религиозно-идеологической ситуации в Ногайской Орде и пр.

Особенностям русско-ногайских отношений в контексте общей истории связей Руси и Степи посвящена интересная статья немецкого историка А.Каппелера (Kappeler 1992), к которой мы тоже будем неоднократно обращаться в нашей работе.

Что касается турецкой историографии, то она привлекает рядом разработок, связанных с османской политикой на юге Восточной Европы, в Северном Причерноморье. Назовем исследование А.Н.Курата о крымско-турецком походе на Астрахань в 1569 г. (Kurat 1961), статьи Х.Иналджыка по разным вопросам (inalcik 1948; inalcik 1952; inalcik 1979; inalcik 1980a; inalcik 1980b), а также книгу О.Гёкбиль- гина о Крымском ханстве 1530-1570-х годов (Gokbilgin 1973). Все эти работы лишь косвенно связаны с Ногайской Ордой. Сочинения турецких историков, непосредственно посвященные ей, нам неизвестны.

Подводя итоги историографического очерка, отметим следующее. Благодаря усилиям нескольких поколений ученых скопился обширный материал для анализа и исследований по истории Ногайской Орды. При этом лишь в единичных монографических трудах ногаи выступали как центральный объект изучения. У большинства авторов они являлись лишь фоном для основной темы — истории России,

24


Казанского или Крымского ханства, Турции. А немногие книги, повествующие о собственно ногаях (ногайцах), часто основываются, к сожалению, на устаревших концепциях и весьма скудной источниковой базе. В целом историографическую ситуацию можно охарактеризовать таким образом: история Ногайской Орды в общих чертах известна, но пока не написана. Попыткой заполнить этот пробел служит наша книга.


^ Источники о ногаях
и Ногайской Орде


Кочевники-ногаи не оставили исторических сочинений. Сохранились отрывочные сведения о бытовании каких-то ногайских хроник в XIX и начале XX в. — «Тарихи ногай» и «Таварихи ногай», т.е. «Ногайская история» и «Ногайские летописи» (Корнис 1836, с. 4; Сафаргалиев 1938, с. 13; Сикалиев 1994, с. 46). Однако, насколько нам известно, никто из исследователей никогда их не видел. При неграмотности большинства народа, кочевом образе жизни, отсутствии стационарных культурных центров история передавалась изустно, в виде преданий и эпических сказаний, а также народных генеалогий- шеджере. События жизни степняков отображались ногайскими поэтами, которые проживали при дворах тюркских ханов. Кроме того, из ногайской среды исходила дипломатическая переписка с московским, крымским и османским дворами, отложившаяся в архивах. Она служит ныне основным источником для изучения державы ногаев. Русские и мусульманские соседи пристально наблюдали за ее внутренним состоянием и отражали это состояние в сочинениях, созданных на Руси и в Средней Азии. Перипетии своей миграции к Волге и бои с ногаями на ее берегах отразили в своих хрониках калмыки. Иногда ногай попадали в поле зрения западноевропейских путешественников — купцов и дипломатов, которые знакомили читателей своих донесений и мемуаров с кочевниками Заволжья. Из этих различных элементов складывается источниковая база изучения Ногайской Орды.

^ Героический эпос тюркских народов. Шеджере. У тюркских народов Поволжья, Западной Сибири, Казахстана и Северного Кавказа существует так называемый ногайский эпический цикл — свод сказаний (дастанов) о богатырях. Их герои объединяются общим наименованием «сорок богатырей», следовательно, этих сказаний некогда насчитывалось, очевидно, несколько десятков, но к настоящему времени их известно гораздо меньше. Ногайский цикл исследован В.М.Жирмунским и А.И.-М.Сикалиевым (Жирмунский 1974; Сикалиев 1994). Его исходным звеном, несомненно, являлся дастан об Эдиге — родоначальнике ногайской аристократии. Сам Эдиге жил во второй половине XIV — начале XV в., т.е. в эпоху Золотой Орды, когда еще не было ни самих ногаев, ни их кочевой империи. Дастан повествует о рождении,

26


1

детстве и юности героя, его борьбе с золотоордынским ханом Тохта- мышем. Здесь же действует сын Эдиге, Hyp ад-Дин (Нурадиль, Мура- дым и т.п.), который не удостоился «персонального» дастана.

Неизвестно также, чтобы ногайцы, казахи и прочие обитатели евразийских степей слагали предания о следующем поколении потомков Эдиге — Ваккасе б. Hyp ад-Дине, Тимуре б. Мансуре и др. Сохранились записи эпических повествований о Мусе б. Ваккасе, внуках Мусы — Мамае и Ураке, бие Ураз-Мухаммеде и некоторых других. Отдельные дастаны посвящены незнатным богатырям. Все эти фольклорные произведения содержат вперемешку реальные и легендарные подробности биографий персонажей. Поэтому доверять им весьма рискованно, и при исследовании ногайской истории возможно использовать их скорее в качестве иллюстраций или косвенных аргументов, дополняющих информацию письменных источников. Лишь излагая самую раннюю историю ногаев, о которой почти не сохранилось сведений в хрониках, мы будем вынуждены оперировать эпическими данными1. В некоторых деталях дастаны перекликаются с ногайскими шеджере. Правда, нам известны лишь единичные произведения подобного рода, предположительно происходящие именно из ногайской среды. Это, в частности, рукописная родословная, обнаруженная М.И.Ахметзяновым в Казани и опубликованная им в 1991 г. (Ахметзянов М. 1991а, с. 84). Таких источников было когда-то огромное количество, потому что свою историю знала и передавала из поколения в поколение каждая ногайская семья. Однако записи семейных хроник, возводящих происхождение ногайских фамилий к XIV-XV вв., видимо, не сохранились. Исключение — генеалогия княжеской семьи Юсуповых, чьи предки в середине XVI в. выехали в Россию из Ногайской Орды (см.: Юсупов 1867 ).

Отдельные отголоски контактов с ногаями содержат шеджере башкир и поволжских татар3, а также фольклор татар сибирских и астраханских, некоторых народов Средней Азии4.

1 Ногайские дастаны известны в записях Х1Х-ХХ вв. В нашем исследовании использованы их публикации в изданиях: Ананьев 1900; Ананьев 1909а; Беляев 1917; Валиханов 1904а; Валиханов 19046; Диваев 1896; Идегей 1990; Маргулан 1940; Ногайдынъ 1991; Османов 1883; Потанин 1897; Семенов Н. 1885; Семенов Н. 1890; Семенов Н. 1895; Сикалиев 1994.

2 Здесь и далее при ссылках на многотомные издания приводятся выходные данные, как правило, только на используемые в нашей книге тома и выпуски.

3 Основная заслуга в изучении башкирских шеджере принадлежит Р.Г.Кузееву, татарских — М.И.Ахметзянову. Мы привлекли к исследованию их основные публикации, а также некоторые другие издания шеджере: Ахметзянов М. 19916; Башкирские 1960; Башкирское 1987; Кузеев 1957а; Игнатьев 1883; Юматов 1961а. Уникальные сведения о судьбе ногайского рода Гирает-бия содержит рукописная фамильная генеалогия его потомков. Ныне она хранится (в арабописьменном и кириллическом вариантах) в семье Н.М.Мириханова, который любезно позволил автору воспользоваться содержащейся там информацией и которому я выражаю искреннюю благодарность.

4 Очевидно, более других обитателей Средней Азии память о «стране Ногайлы» сохранили в своих преданиях каракалпаки (см.: Давкараев 1959; Жданко 1950; Сагитов

^ 27


Русские источники.
Россия — единственная из соседствовавших с Ногайской Ордой стран, где сохранилась обширная дипломатическая переписка с ногаями. Послания от биев и мирз в Москву и ответы им из Москвы, донесения астраханских, терских и прочих воевод по ногайским делам в Посольский приказ и царские распоряжения к воеводам, описания пребывания на Руси ногайских послов и переговоров с ними, наказы (инструкции) русским послам и гонцам за Волгу и их статейные списки (отчеты) составили фонд так называемых Ногайских дел, который служит основным источником при изучении истории ногаев (и для нашего исследования в частности).

Материалы дипломатической переписки и приказного делопроизводства объединялись в хронологическом порядке в посольские книги. Доскональная характеристика и описание этого источника предприняты Н.М.Рогожиным (Обзор 1990; Рогожин 1994). Ныне в фонде «Сношения России с ногайскими татарами» Российского государственного архива древних актов хранятся десять посольских книг по связям России с Ногайской Ордой5. Они содержат документы соответственно 1489-1508, 1533-1538, 1548-1549, 1551-1556, 1557-1561, 1561-1564, 1564-1566, 1577-1579, 1579- 1581, 1581-1582 гг. Кроме того, в фонде «Боярские и городовые книги» находится еще одна посольская книга без начала и конца за 1576-1577 гг. (БГК, д. 137)6. Нетрудно заметить, что образовались значительные лакуны: не уцелели собрания документов за 1509-1532, 1539-1547, 1550, 1567-1575 гг. и после 1582 г.7. Периоды 1583-1585 и 1600-1640 гг. (до конца существования Ногайской Орды) восполняются черновыми документами — столбцами, которые служили подготовительным материалом для посольских книг. Столбцы ценны помимо прочего тем, что в них сохранились оригинальные, не отредактированные в Посольском приказе послания и — главное — несколько десятков арабописьменных подлинников ногайских грамот.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   122

Похожие:

Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут военной истории министерства обороны российской федерации...
Редакционная коллегия серии сборников документов «Великая Отечественная война 1941 —1945 гг.»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconИнститут истории Отделение исторического образования Кафедра всеобщей...
Рекомендовано к печати кафедрой всеобщей истории и методики преподавания Института истории кфу
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Уральский юридический институт
Актуальные проблемы истории, политики и права: Межвузовский сборник научных статей. Часть II – Екатеринбург: Изд-во Уральского юридического...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconЦелью и задачами курса «Отечественная история» в вузе являются
России с древнейших времен и до наших дней. Показать на примерах из различных эпох органическую взаимосвязь российской и мировой...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРоссийской Федерации Федеральное агентство по образованию институт...
На смену «прекрасному» приходят «шок-ценности»2: новизна, необычность, абсурд, жестокость. Это привело к расширению предмета эстетики,...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconВысшего профессионального образования центросоюза российской федерации...
Сарчин Р. Ш. Философия: Планы практических занятий. – Казань: Казанский кооперативный институт, 2012. – с
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconРеспублики Татарстан Институт истории им. Ш. Марджани Садри Максуди...
Монография рекомендована к печати ученым советом Института истории им. Ш. Марджани Академии наук Республики Татарстан
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПриглашают на дискуссию Историческая память и борьба за идентичность современных россиян
Государственная историческая политика: символизация событий и героев. Год российской истории. Школьные и вузовские учебники истории:...
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
Институт российской истории в. В. Трепавлов iconПермский государственный гуманитарно-педагогический университет Кафедра...
Приглашаем Вас принять участие во всероссийской научной конференции «Повседневность российской провинции. XIX-XX вв.»
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница