Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время


НазваниеТолько предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время
страница3/26
Дата публикации28.04.2013
Размер3.16 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Журналистика > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26

-- Покури, передохни,--беззлобно сказал белобрысый.--Садиться еще

придется. Кырочки, тромбоны и игры остались. -- Он помолчал, глядя на Колю,

потом добродушно, будто не было никакой прописки, сказал: -- Теперь можно

знакомиться. -- И протянул широкую жесткую ладонь. -- Миша.

-- Коля.

Вторым дал руку цыган.

-- Федя.

Третий был тезка, а четвертого звали Вася. Смех дал руку и сказал:

-- Толя.

-- Не Толя,-- оборвал его Миша,-- а Смех.

-- Ну, Смех, -- недовольно протянул он.

--А ты, --сказал Миша, обращаясь к Коле,--отныне не Коля, а Камбала.

Эта кличка тебе подходит.

Посреди камеры поставили скамейку.

-- Садись, -- сказал цыган, -- сейчас получишь по две кырочки и по два

тромбона.

Коля сел.

-- Делай. Вася, -- скомандовал Миша.

Вася подошел, нагнул Коле голову, сжал пальцы правой руки и,

размахнувшись, залепил ему по шее. Раздался шлепок.

-- Р-раз, -- произнес цыган.

И тут Вася, вновь примерившись, закатил Коле вторую кырочку.

-- Следующий.

Когда бил Миша, голова сотрясалась, чуть не отскакивая от шеи, и

хлопок, похожий на выстрел, таял под потолком. Шею ломило.

Затем ребята поставили Коле по два тромбона. Одновременно ладонями били

по ушам и с ходу, соединив их, рубили по голове. Уши пылали. В ушах звенело.

-- А сейчас, Камбала, будем играть в хитрого соседа,-- объявил Миша.

-- Я буду хитрым соседом, -- вызвался цыган.

-- Игра заключается в следующем, -- продолжал Миша. -- Вы двое садитесь

на скамейку, на головы вам накидываем фуфайку, а потом через фуфайку бьем

вас по головам. Вы угадываете, кто ударил. Это та же игра, что и жучок.

Вернее сказать--тюремный жучок. Только вместо ладони бьют по голове. Итак,

начали.

Коля и Федя сели на скамейку. На них вмиг накинули фуфайку, и Коля тут

же получил удар кулаком по голове. Он поднял фуфайку и посмотрел на Мишу,

так как удар был сильный.

-- Ты?

-- Нет!

Теперь Коля накинул подол фуфайки на голову сам. Следующий удар получил

Федя. Но он тоже не угадал. Коля не отгадал и во второй раз и в третий. А в

четвертый его ударили не кулаком, а чем-то тяжелым, отчего в голове

загудело. Но он не отгадал опять. Теперь не только задница ныла, но и голова

гудела. Вот он опять получил удар чем-то тяжелым и понял, что на этот раз

ударил сосед. Коля скинул фуфайку и показал пальцем на Федю.

-- Это он.

-- Ох и тугодум ты. Бьют тебя все, а надо на соседа показывать. Ведь

игра же называется хитрый сосед, -- улыбаясь, сказал Миша.

Следующая игра называлась петух. Коля с усилием натянул рукава фуфайки

на ноги. И тут его голову обхватили две дюжие руки, наклонили ее и, просунув

под воротник, натянули фуфайку на спину. Затем цыган с пренебрежением

толкнул Колю ногой. Коля закачался на спине, как ванька-встанька, и

остановился. Петух был своего рода капкан или смирительная рубашка: Колина

голова была у самых колен, ноги, продетые в рукава, бездействовали, руки,

прижатые фуфайкой, стянуть ее были не в силах. Он катался по полу, стараясь

выбраться из петуха, но тщетно. С ним могли сделать все что угодно. Ребята

давились от смеха, наслаждаясь его беспомощностью.

Ярости уже не было в Коле, чувства были парализованы. Ему хотелось

одного -- чтоб побыстрее все кончилось. Воля его была надломлена. Раньше он

думал, что среди заключенных есть какое-то братство, что они живут дружно

между собой, что беда их сближает и что они делятся последней коркой хлеба,

как родные братья. Первый же час в камере принес ему разочарование. Он готов

был плакать. Лучше провалиться в тартарары, чем беспомощному валяться на

полу под насмешки друзей по несчастью.

-- Хорош гоготать. Побалдели -- и будет. Снимите петуха, -- сказал

Миша.

Но никто не двинулся с места. Освобождать никому не хотелось. Все же

тезка освободил ему голову, и Коля медленно, будто контуженый, стал

вытаскивать ноги из рукавов. Бот он свободен. Фуфайка лежит рядом. Но он

продолжает сидеть на полу. Федя-цыган подходит, заглядывает ему в лицо и,

отойдя к двери, расстегивает ширинку. Коля невидящим взглядом смотрит в пол.

Цыган оборачивается и подходит к Петрову. Камера остолбенела. Такого еще

никто не видывал. Цыган остановился в двух шагах от Коли и стал тужиться.

Коля поднял на него глаза, но остался недвижим. Ему надо было встать, но

этот час кошмара вымотал его и он не соображал, как ему быть. Струя побежала

и стала приближаться к Коле, еще доля секунды -- и она ударит в лицо. Коля

не вскочил с пола, а только инстинктивно, будто в лицо летит камень, поднял

руку. Ладонь встретила струю, и от нее полетели сотни брызг в стороны.

-- Федя, Федя, ну зачем ты, Федя? -- Встать Коля не мог.

Цыган смеялся. Струя колебалась. Коля водил рукой, ловя струю, и она

разбивалась о ладонь. Но вот до него дошло, что надо сделать, и он вскочил с

пола. Цыган прекратил. В камере стояло гробовое молчание. Первым его нарушил

цыган:

-- Ну, остается еще одно -- и хватит с тебя.

Все молчали.

-- В тюрьме есть закон, -- продолжал цыган, -- и в нашей камере тоже:

все новички целуют парашу.

Коля не знал, когда кончится эта пытка, и был сейчас готов на все. Что

параша дело плохое -- эти слова не пришли ему на память. Не до воспоминаний.

Все как во сне. Но почему-то целовать парашу показалось ему странным, и он,

посмотрев на цыгана, спросил:

-- И ты целовал?

-- А как же...

Коля обвел взглядом ребят, сидящих на кроватях. Они молчали. И он

спросил:

-- А что, правда надо целовать парашу?

Ответом--молчание. Коля заколебался. Тогда Смех поддержал цыгана:

-- Целуй. Все целуют.

-- Вот поцелуешь--и на этом конец,--вмешался опять цыган. Как хотелось

Коле сейчас, чтоб все это кончилось. Сломленная воля говорила: целуй,--но

сердце подсказывало: не надо.

Не доверяя цыгану и Смеху, он посмотрел на Мишу, самого авторитетного в

камере. Миша был доволен Колей -- он ни разу не застонал, когда его

прописывали. Но теперь, когда Коля малодушничал, Мише не было его жалко.

-- Парашу целуют все. Это закон,-- сказал он.

Коля еще раз обвел всех взглядом и остановился на цыгане.

-- Ну что же, целуй,-- растягивая слова, чтобы не заикаться, сказал

цыган.

-- А куда целовать?

-- Открой крышку и в крышку изнутри.

Коля медленно подошел к параше -- она стояла у самой стены -- и откинул

крышку.

-- Сюда? -- указал он пальцем на зернистую, отбеленную солями

внутреннюю сторону крышки.

-- Сюда,-- кивнул цыган.

Сердце, сердце опять подсказывало Коле, что целовать парашу не надо. Но

крышка открыта--мосты сожжены. К ребятам он стоял спиной и нагибался к

крышке медленно, будто она его могла полоснуть, словно нож, по горлу. Из

параши несет мочой. Вот уже крышка рядом, он тянет к ней губы, будто она

раскаленная и, прикоснувшись, обожжет их. В камере тишина. Все замерли,

будто сейчас свершится что-то такое, от чего зависит их судьба. Коля еле

тронул губами крышку и только выпрямился -- камера взорвалась:

-- Чушка! Параша! Мина!

Гул стоял долго.

-- Камбала! Закрой парашу! -- наконец крикнул Миша.

Коля закрыл.

-- Сейчас мы позвоним,--продолжал он,--во все камеры и скажем, что у

нас есть чуха.

Миша взял со стола кружку и только хотел стукнуть по трубе, как Коля,

поняв, какая жизнь его теперь ожидает, закричал:

-- Миша! Ребята! Простите! Ведь я правда думал, что надо целовать

парашу. Вы же сказали,--он посмотрел на цыгана, на Смеха, остановил взгляд

на Мише,-- что целовать парашу -- тюремный закон. Если б вы не сказали,

разве б я стал целовать? Да не поцеловал я ее, я только губы поднес...

Ребята молчали. Решающее слово оставалось за Мишей. Миша немного

подумал.

-- Хорошо,-- сказал он и поставил кружку на трубу отопления,-- звонить

не будем.

Он замолчал. Молчали и остальные.

-- Я думаю, его надо простить,-- произнес Миша.

Смех был против, а цыган молчал. Двое ребят согласились с Мишей.

Переговорив, парни Колю решили простить и никогда никому об этом не

рассказывать.

Ночью ему снились кошмарные сны. Он проснулся и обрадовался: как

хорошо, что все было во сне. Но тут же вспомнил вчерашний вечер, и ему стало

страшно. Сейчас ему хотелось, чтобы и тюрьма была лишь только сном. Он

откинул одеяло, и в глаза ему ударил неяркий свет ночной лампочки,

светившей, как и в боксике, из зарешеченного отверстия в стене. Нет --

тюрьма не сон. "Сколько же сейчас времени? Скоро ли подъем?"--подумал он,

поворачиваясь к стене и натягивая на голову одеяло.

Он лежал, и ему не хотелось, чтобы наступало утро. Что принесет ему

новый день? Уж лучше ночь. Тюремная ночь. Тебя никто не тронет. Или лучше --

одиночка.

Но вот дежурный в коридоре заорал: "Подъем!"--и стал ходить от двери к

двери и стучать ключом, как молотком, в кормушки, крича по нескольку раз

"подъем". Камера проснулась. Ребята нехотя вставали, потягивались, ругали

дубака.

-- Да, Камбала, ты сегодня дневальный,-- с кровати сказал Миша,

стряхивая на пол пепел с папиросы.

Слышно было, как соседние камеры повели на оправку. И у их двери

дежурный забренчал ключами.

-- На оправку! -- распахнув дверь, крикнул дежурный.

Цыган, проходя мимо Коли, сказал:

-- Выставь бачок.

Коля выставил и зашел за парашей.

-- Смех,-- услышал Петров в коридоре голос Миши,-- а парашу кто будет

помогать нести?

Смех вернулся в камеру, злобно взглянул на Колю, и они, взяв за ручки

двухведерную чугунную парашу и изгибаясь под ее тяжестью, засеменили в

туалет.

В туалете было холодно--здесь трубы отопления не проходили. После

оправки ребят закрыли в камеру.

В коридоре хлопали кормушки: разносили еду. Открыли и у них.

-- Кружки! -- гаркнул работник хозобслуги, и Коля, взяв со стола

кружки, в каждую руку по три, поднес к нему.

Тот шустро насыпал в каждую кружку по порции сахару специальной меркой,

сделанной из нержавейки и похожей на охотничью мерку для дроби. Через

несколько минут Коля получил шесть порций сливочного масла, завернутого в

белую бумагу, а затем хлеб и занес бачок с кипятком.

Когда принесли пшенную кашу, парни сели за стол. В белый ноздристый

хлеб, который в тюрьме давали малолеткам только на завтрак, они втерли

пятнадцать граммов масла и стали завтракать. Ели они не торопясь, особенно

когда пили чай с сахаром и маслом. Удовольствие растягивали.

После завтрака Коля собрал со стола миски и поставил их у дверей.

Теперь малолетки, лежа на кроватях, курили и ждали вывода на прогулку.

Когда им крикнули приготовиться, Коля сказал:

-- На прогулку я не пойду. У меня носков шерстяных нет и коцы

здоровенные.

-- Пошли,-- позвал цыган,-- мы ненадолго. Замерзнем -- и назад.

Вместо, шарфов парни обмотали шеи полотенцами.

Но Коля остался.

Как хорошо быть одному. Вот бы они совсем не возвращались. Но ребята

минут через двадцать вернулись. Румяные, веселые.

Отогревшись, цыган взял шахматы.

-- Сыграем в шашки?

-- Сыграем,-- согласился Коля.

Вместо шашек расставили шахматы. Цыган обвел всех взглядом и спросил

Колю:

-- Играем на просто так или на золотой пятак?

-- Конечно, на просто так. Где же я возьму золотой пятак, если

проиграю?

За игрой наблюдали, но никто не подсказывал. Коля цыгану проиграл

быстро.

-- Ну, теперь исполняй три желания,-- сказал цыган, вставая из-за стола

и самодовольно улыбаясь.

Он потянулся будто после тяжелой работы и встал посреди камеры,

скрестив руки на груди.

-- Какие три желания? Мы так не договаривались.

-- На просто так -- это значит на три желания.

-- А если б на золотой пятак,-- спросил Коля,-- тогда бы что?

-- А тогда я бы потребовал у тебя золотой пятак. Ты бы где взял его?

Нигде. Ну и опять -- три желания.

Понял Коля -- три желания горели ему так или иначе.

-- Первое желание говорю я.-- Цыган поднял вверх указательный палец.--

Да ты не бойся, желания простые. Полай на тюремное солнышко, а то оно

надоело. Неплохо, если оно после этого потухнет. Пошел.-- И цыган указал ему

место.

Коля вышел на середину камеры, поднял вверх голову и залаял.

-- Плохо лаешь. Старайся посмешнее. Представь, что ты на сцене. Мы --

зрители,-- сказал Миша,-- и тебе надо нас рассмешить. Ты должен не только

лаять, но и изображать собаку. А вначале-- повой.

Коля, глядя на лампочку, завыл. Он решил сыграть роль собаки

по-настоящему. Бог с ними, на сцене он выступал не раз. Выл он на разные

голоса. Потом, обойдя камеру и виляя рукой вместо хвоста, навострил уши

другой рукой. И загавкал. Ребята покатились со смеху. Это им понравилось.

Гавкал он долго, из разных положений, а потом, как будто обессиленный, упал

на пол и завилял "хвостом".

Парни зааплодировали. Унижения, как вчера, он не чувствовал. "Это роль,

лишь только роль",-- утешал он себя.

-- Итак, Камбала, молодец! -- похвалил его Миша. -- Смех эту роль

исполнил хуже. Мы его заставляли гавкать до тех пор, пока не потухнет

лампочка. -- Миша затянулся и, выпуская дым, продолжал: -- Следующий номер

нашей программы,-- он задумался,-- парашютист.

Ребята отодвинули стол к самым трубам и поставили на него табурет.

-- Ты должен с табуретки,-- Миша показал рукой,-- прыгнуть вниз

головой.

-- Нет,-- возразил Коля,-- вниз головой я прыгать не буду. Прыгнуть

просто -- могу.

-- Нет,-- заорали все на него,-- ты должен прыгнуть вниз головой!

-- Ты что -- боишься? -- спросил его Миша.-- Я думал -- ты смелый.

Коля молчал. Он боялся сломать шею.

-- Если не прыгнешь, получишь морковок и банок в два раза больше, чем

вчера. И еще кое-что придумаем,-- сказал цыган.

-- Ладно, согласен,-- сказал Коля.

Он решил прыгнуть с вытянутыми вперед руками.

Ему завязали глаза, и он встал на стол, потом на ощупь ступил на

табурет.

-- Приготовиться,-- сказал цыган,-- считаю до трех -- и прыгай. Раз,

два, три!

Коля нырнул вниз головой с вытянутыми вперед руками. Он ожидал удара о

жесткий пол, но упал на мягкое одеяло -- его за четыре конца держали парни.

-- Ну что, надо сказать -- парашютист ты неплохой,-- подбодрил его

Миша, хлопнув ладошкой по шее.

И третье желанье исполнил Коля: послал на три буквы дубака.

После обеда Колю повели снимать отпечатки пальцев. Это называлось
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   26

Похожие:

Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconПсихология
Р по делам издательств, полиграфии и книжной торговли. Москва, 3-й проезд Марьиной рощи, 41. Саратовский ордена Трудового Красного...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconКогда оппоненты нервничают
Лучшие работы по истории, философии, политологии как современных авторов-ученых риси, так и издания, «прошедшие испытанием времени»,...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconКомитет по культуре Санкт-Петербурга
На выставке наряду с продукцией известных издательств будут представлены малотиражные издания музеев, различных издающих организаций,...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconЛев Давидович Троцкий Преданная революция: Что такое СССР и куда он идет?
В маршале Тухачевском вполне основательно видели будущего генералиссимуса. В то же время многочисленные "левые" иностранные журналисты,...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconВы не найдете ответов на многие свои вопросы, но вы получите представление...
Из наших книг вы узнаете, как возникла группа хс и сложилась судьба их лидера — Сергея Изриги
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconА нарушение синтаксических норм при построении различных предложений....
Чаще всего в задании А5 встречаются следующие типы предложений с однородными членами, в которых могут быть допущены грамматические...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время icon1 Зоопсихология как наука
Только за последние десять лет появился ряд новых журналов, а также сайтов Интернета, посвященных проблемам зоопсихологии, в периодических...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconДоклад под названием «Художник и его время»
Того не избавил, и мы живем в интересное время. Во всяком случае, оно не позволяет нам терять к нему интерес. И современным писателям...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconИнтервью беседы с Крисом Родли
Я глубоко признателен Дэвиду за юмор, доверие и душевную щедрость, вложенные им в работу над этой книгой. На сегодня записано двадцать...
Только предложений, но и ответов от наших издательств и журналов, когда и иностранные издатели метались по книжной ярмарке в Москве, как во время iconПрочитайте внимательно каждое из приведенных предложений и зачеркните...
Прочитайте внимательно каждое из приведенных предложений и зачеркните соответствующую цифру справа в зависимости от того, как Вы...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница