1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7


Название1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
страница18/20
Дата публикации07.07.2013
Размер2.73 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Культура > Документы
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20
Часть островитян перенесли из каноэ на берег привезенных с собой кур, яйца и плоды хлебного дерева. Другие в это время ловили рыбу в лагуне, третьи разводили костер. Нам пришлось рассказать все наши приключения на паэ-паэ в море, и они без конца просили повторять историю с китовой акулой и каждый раз, когда рассказ доходил до того, что Эрик метнул гарпун в голову акулы, издавали возбужденные крики. Они сразу узнали на рисунках всех рыб и говорили их названия по-полинезийски. Но китовую акулу и макрель-змею Gempylus они никогда не видели и ничего о них не слыхали.

Наступил вечер, и мы, к великой радости всего общества, включили радио. Больше всего вкусам островитян соответствовала церковная музыка. Но это было лишь до тех пор. пока мы, к нашему собственному удивлению, вдруг внезапно не поймали музыку танца «хула» из Америки. Самые подвижные немедленно начали размахивать поднятыми над головой руками, и скоро вся компания была на ногах и в такт музыке танцевала «хула-хула». Надвинулась ночь, мы все разместились вокруг костра. Для островитян все это было таким же великолепным приключением, как и для нас.

Утром, когда мы проснулись, островитяне были уже на ногах и жарили только что наловленную рыбу; шесть открытых кокосовых орехов только и ждали, чтобы мы утолили свою утреннюю жажду.

В тот день море у рифа шумело сильнее, чем обычно, ветер усилился, и прибой взлетал высоко в воздух у обломков плота.

– Сегодня «Тики» придет к нам, – сказал вождь, указывая на плот. – Прилив будет высокий.

Около 11 часов вода устремилась мимо нас в лагуну. Лагуна наполнялась, как гигантская чаша, вода поднималась вокруг всего острова; позднее, днем, целая река потекла со стороны моря. Вода постепенно поднималась с террасы на террасу, и риф все больше и больше исчезал под водой. Масса воды катилась по обе стороны острова, отрывая большие коралловые глыбы и закрывая обширные песчаные мели, которые бесследно исчезали, как мука, которую развеял ветер, а другие в это время возникали. Мимо нас проплыли бамбуковые обломки, и «Кон-Тики» тронулся с места.

Все, что лежало на берегу, было перенесено вглубь острова, чтобы вещи не были унесены приливом. Вскоре над водой торчали лишь самые большие камни рифа, а все песчаные берега нашего острова исчезли под водой. Она подошла уже к травяному покрову плоского, как блин, острова. Мы начали чувствовать себя неловко. Казалось, что на нас хлынул весь океан. «Кон-Тики» развернулся и потел, пока не наткнулся на коралловые глыбы.

Островитяне бросились в воду и то вплавь, то вброд через водовороты и мели добрались до плота. Кнут и Эрик побежали за ними. Тросы уже лежали наготове на плоту, и когда он перемахнул через последние коралловые глыбы и освободился из когтей рифа, островитяне ухватились за концы в надежде удержать плот. Но они не знали ни нашего «Кон-Тики», ни его необузданного стремления на запад. Они беспомощно потянулись за ним, держась за концы, а он уже шел на хорошей скорости через риф в лагуну.

Плот попал в спокойные воды лагуны и на мгновение задержался, словно оценивая положение и дальнейшие возможности. Но больше у него ничего не вышло. Прежде чем ему удалось отыскать выход из лагуны, островитяне захлестнули конец за пальму. И вот «Кон-Тики» накрепко пришвартован в лагуне. Судно пропутешествовало но морю и по суше, перемахнуло через баррикаду и благополучно прибыло в лагуну внутри острова Рароиа.

Подбадривая себя боевыми криками, в которых особенную бодрость вызывал припев «Кэ-кэ те-хуру-хуру», мы притянули «Кон-Тики» к берегу острова, носившего его имя. В тот день вода поднялась на 4 фута выше обычного. Мы уже гадали, не исчезнет ли весь остров под водой. Ветер гнал волны в лагуну, а в узких мокрых каноэ могла уместиться лишь небольшая часть нашего груза.

Островитяне вынуждены были спасаться бегством в свою деревню. Бенгт и Герман, узнав, что в деревне лежит в хижине умирающий мальчик, отправились вместе с ними, чтобы полечить ребенка пенициллином.

Весь следующий день мы оставались вчетвером на острове Кон-Тики.

Восточный ветер дул настолько сильно, что островитяне не могли переправиться через лагуну. Дно ее было усеяно коралловыми глыбами. Утихший прилив снова повел яростное наступление, катясь длинными рядами волн.

На третий день стало спокойнее. Мы смогли нырнуть под «Кон-Тики» и нашли, что все девять бревен были целы, хотя риф и отщепил от каждого из них по несколько дюймов.

Крепления так глубоко врезались в бревна, что только четыре троса были перерезаны кораллами.

Мы начали наводить порядок на плоту. Наше гордое судно стало выглядеть лучше, когда мы прибрали на палубе, установили хижину, срастили и подняли мачту.

Днем на горизонте опять показались паруса: шли островитяне, чтобы забрать нас и остальной груз. Герман и Бенгт были с ними.

Они сообщили нам, что жители деревни приготовили большое пиршество. Нас просили, когда мы подойдем к их острову, не выходить на берег до тех пор. пока не получим приглашения.

Подгоняемые попутным свежим ветром, мы пустились через лагуну шириной около 7 морских миль. Было грустно расставаться со знакомыми пальмами острова Кон-Тики, кивавшими нам на прощанье своими кронами; а затем они слились все вместе и превратились в маленький, трудно различимый островок, похожий на другие такие же острова у восточной части рифа. Зато впереди вырастали другие, более крупные острова. На одном из них мы увидели насыпь и дым, поднимавшийся над хижинами, разбросанными среди пальм.

Деревня, казалось, вымерла, ни одного человека не было видно. Что они затеяли? Внизу на берегу, за насыпью из коралловых глыб, мы наконец рассмотрели две одинокие фигуры: одна была длинной и тощей, другая – короткой и круглой, как бочка. Мы сошли на землю и приветствовали их обоих. То были вождь Тека и его помощник Тупухое; дружелюбная и широкая улыбка Тупухое сразу же завоевала наши симпатии. Тека был дипломатом и умницей, а Тупухое был дитя природы, обладавший таким юмором и такой физической силой, какие редко встречаются. У него было мощное тело и величественные черты лица

– нам казалось, что таким и должен быть настоящий полинезийский вождь. Тупухое и был вождем на острове, но Тека понемногу захватывал все большую власть в свои руки: он говорил по-французски, умел читать и писать, и капитанам шхун, приходившим из Таити за копрой, не удавалось обсчитывать жителей деревни.

Тека объяснил, что нам нужно всем вместе пройти к общественному дому в деревне. Когда все вышли на берег, мы выстроились в торжественную процессию и зашагали. Впереди шел Герман с флагом, развевающимся на древке от гарпуна, а за ним шествовали оба вождя; между ними шел я.

В деревне мы увидели много такого, что говорило о ее торговле с Таити: мы видели доски и гофрированное железо, привезенное на шхунах. Одни хижины были построены в обычном полинезийском стиле – из прутьев и плетеных пальмовых листьев, другие были сколочены гвоздями из досок по типу маленьких тропических бунгало. Большое дощатое здание, стоявшее среди пальм. было новым общественным домом, в котором нам, шестерым, предстояло жить. Неся перед собой флаг, мы вошли внутрь дома через маленькую заднюю дверь и вышли из него на широкие ступени перед фасадом. Перед нами на площади стояли все жители деревни: мужчины, женщины и дети, старые и молодые – все, кто мог ходить или ползать. Все были чрезвычайно серьезны; даже наши веселые друзья, побывавшие на острове Кон-Тики, стояли вытянувшись среди других, ни одним движением не показывая, что они с нами знакомы.

Мы вышли на ступени, и тогда все собравшиеся открыли рты и запели… Марсельезу! Вождь, знавший слова, был запевалой, и пели они хорошо, несмотря даже на то, что некоторые старухи на высоких нотах спотыкались. Здорово им пришлось, наверно, прорепетировать! Перед ступенями развевались французский и норвежский флаги, и на этом закончилась официальная часть церемонии и приема вождя Теки. Он спокойно отступил в сторону, и церемониймейстером стал выскочивший вперед тучный Тупухое. Он энергично взмахнул рукой, и собравшиеся запели другую песню, На этот раз она звучала лучше, потому что они сами придумали мелодию и слова были полинезийские. Петь свои собственные хула (мелодии) они умели. Мелодия была такой чарующей в своей трогательной простоте, что у нас мурашки побежали по спине. Южные моря покорили нас. Несколько человек выступали запевалами, и через определенные промежутки времени хор подхватывал припев. Мелодия была с вариантами, хотя текст был один и тот же:

«Здравствуйте, Тераи Матеата и твои люди, пришедшие к нам на Рароиа через море на паэ-паэ, здравствуйте! Оставайтесь у нас надолго и поделитесь с нами воспоминаниями, чтобы мы всегда были вместе, даже когда вы уедете в свою далекую страну. Здравствуйте!»

Мы попросили их спеть эту песню еще раз. Поборов первую робость, они оживлялись все больше и больше. Тупухое попросил меня рассказать народу, как мы прибыли по морю на паэ-паэ – все ждали этого повествования. Я начал говорить по-французски, а Тека переводил фразу за фразой.

Моего выступления ждали необразованные, но в высшей степени смышленые коричневые люди. Я рассказал им, как я жил раньше среди их собратьев на островах Южных морей, где впервые услышал об их первом вожде Тики, который привел их праотцев на острова из таинственной страны – о ней никто уже больше ничего не знал. Но в далекой стране, называемой Перу, правил когда-то могучий вождь, которого звали Тики. Народ называл его Кон-Тики – Солнце-Тики; он говорил, что происходил от солнца. Тики с людьми исчез из своей страны на больших паэ-паэ, и поэтому мы, шестеро, считаем, что он был тем самым Тики, который прибыл на эти острова. Так как никто не верил, что на паэ-паэ можно перейти океан, то мы сами отправились на плоту из Перу. И вот мы здесь. Значит, это возможно.

Тека перевел эту краткую речь, и тогда Тупухое – весь огонь и пламя – выскочил перед собравшимися и зачастил по-полинезийски, размахивая руками, указывая на небо и на нас. И в потоке его речи беспрестанно повторялось слово «Тики». Он говорил так быстро, что следить за ним было невозможно, но собрание глотало каждое слово и было, видимо, в восторге. Тека же, когда пришло время переводить, был в явном замешательстве.

Тупухое сообщил, что его отец, дед и прадед и их прародители рассказывали о Тики и говорили, что Тики был их первым вождем, а сейчас он находится на небе. Но затем пришли белые и сказали, .что предания их предков были сплошной ложью; Тики никогда не существовал. Его совсем не было на небе, потому что там был Иегова. Тики был языческим богом, в него нельзя верить. Но вот теперь мы, шестеро, приплыли на паэ-паэ через море. Мы первые белые, которые признали, что его предки говорили правду и Тики действительно жил, хотя теперь он умер и находится на небе.

Мне стало не по себе – ведь я, может быть, свел на нет всю работу миссионеров. Я поспешил объяснить, что Тики – в этом нет никаких сомнений – жил, но сейчас он умер, и в этом тоже нет сомнений. Но был ли он на небе или в аду, об этом знал только Иегова. Тики, вероятно, был великим вождем, как Тека или Тупухое – возможно, даже более великим, – но он был смертным человеком.

Мое объяснение вызвало припадок веселья и удовлетворило наших коричневых друзей, и их одобрительные кивки подтвердили, что мои слова произвели впечатление. Тики жил – это основное. А если он сейчас и был в аду, тем хуже для него. Тупухое предположил, что в таком случае шансы увидеть его увеличиваются.

Три старика вышли вперед и пожали нам руки. Не было сомнения, что именно они хранили память о Тики, и вождь рассказал нам, что один из стариков знал множество преданий и исторических песен времен их предков. Я спросил старика, есть ли в преданиях какое-нибудь указание на то, откуда пришел Тики. Ни один из стариков не мог припомнить ничего подобного. После долгого и тщательного размышления старик прошамкал, что Тики взял с собой ближайшего родственника. по имени Мауи, и в песне о Мауи говорится, что на острова он пришел из Пуры, а слово «Пура» употребляется для обозначения места, откуда восходит солнце. Если Мауи прибыл из Пуры. заметил старик, то и Тики пришел оттуда, и мы, шестеро, прибыли на паэ-паэ также из Пуры – в этом нет никаких сомнений. Я рассказал коричневым людям, что жители уединенного острова Мангарева, расположенного неподалеку от острова Пасхи, не имели никакого понятия о каноэ и в наше время выходили в море на больших паэ-паэ. Этого старики не знали, но им было известно. что у их предков также были большие паэ-паэ. Они постепенно исчезали, и сейчас от них остались только название и предания. В давние времена, заметил самый древний из стариков, для паэ-паэ существовало и другое слово: они назывались «ронго-ронго», но это слово сейчас исчезло из языка, оно упоминается только в древнейших преданиях.

Это слово представляет интерес, потому что Ронго, произносимое на некоторых островах как Лоно, является именем одного из самых известных легендарных предков полинезийцев. Он всегда описывается человеком со светлыми волосами и с белой кожей. Когда капитан Кук впервые прибыл на Гаваи, население встретило его с распростертыми объятиями. Они приняли его за своего белого родича Ронго, вернувшегося на большом парусном корабле из страны предков после длительного путешествия, во время которого родилось и умерло много поколений. И, наконец, следует заметить, что на острове Пасхи ронго-ронго было обозначением загадочных иероглифов. тайна которых была утеряна с исчезновением последних грамотных «длинноухих».

Старикам хотелось поговорить о Тики и ронго-ронго, а молодежи не терпелось послушать о китовой акуле и путешествии по морю. Но нас ждало угощение, да и Тека устал переводить.

Всем жителям деревни было разрешено подойти и пожать нам руки. Мужчины бормотали «иа ора на» и чуть ли не вывертывали нам руки. Девушки подходили, изгибая стан, и приветствовали нас застенчиво и робко, а старухи что-то шептали и показывали пальцами на наши бороды и белую кожу. Дружелюбие сияло на всех лицах, и было совершенно не важно, что мы не понимаем друг друга. Если они говорили нам что-то непонятное по-полинезийски, то мы отвечали той же монетой по-норвежски, и это вызывало всеобщее веселье. Первое, чему мы выучились по-полинезийски, было слово «нравиться». И если к тому же мы могли показать, что нам нравится, то мы получали немедленно эту вещь, и все оказывалось очень просто. Если же мы говорили «нравится» и отворачивались при этом, то это означало «не нравится». Имея такой запас слов, мы прекрасно разговаривали, пока не познакомились со всеми ста двадцатью семью жителями деревни. В конце концов мы заняли место за длинным столом рядом с обоими вождями, и деревенские девушки начали обносить нас восхитительными блюдами. Пока одни занимались угощением, другие украшали гирляндами цветов нашу шею, а венком голову. Цветы издавали чудесный аромат и были прохладными и освежающими в жаркое время. Так началось это радушное празднество, которое фактически закончилось много недель спустя, когда мы покинули остров. Глаза у нас широко раскрылись, и изо рта потекли слюнки при виде стола, ломившегося от поросят, цыплят, уток, свежих омаров, полинезийских рыбных блюд, плодов хлебного дерева и кокосового молока. Мы набросились на яства, и наши коричневые друзья развлекали нас полинезийскими песнями, а молодые девушки танцевали вокруг стола.

Наши ребята смеялись и забавлялись от души. Сидя за столом и насыщаясь, как умирающий от голода, я не знал, кто из нас выглядел нелепее с развевающейся по ветру бородой и. венком из цветов на голове. Оба вождя наслаждались жизнью так же откровенно, как и мы.

После угощения начался общий танец «хула». Деревне очень хотелось показать нам местные народные танцы. Мы, шестеро, вместе с Текой и Тупухое заняли первые места; явились два гитариста, присели на корточки и заиграли настоящие мелодии Южных морей. Два ряда танцующих мужчин и женщин, шурша юбками из листьев пальмы, повязанными вокруг бедер, вошли, скользя и извиваясь, в круг зрителей, сидевших на корточках и распевавших песни. У них был веселый и живой запевала в лице изумительно толстой «вахине», у которой одну руку откусила акула. Сначала танцующие нервничали и вели себя немного натянуто, но, увидев, что белые люди с паэ-паэ любуются их древними народными танцами, они все больше и больше оживлялись. К ним присоединились несколько пожилых островитян. Они прекрасно выдерживали ритм и хорошо знали свои танцы, хотя их сейчас редко танцевали. Солнце погрузилось в Тихий океан, а пляски под пальмами становились все оживленнее и аплодисменты зрителей непосредственнее. Они совершенно забыли, что среди них сидят шестеро иностранцев. Мы принадлежали теперь все шестеро к их народу и веселились вместе с ними.
1   ...   12   13   14   15   16   17   18   19   20

Похожие:

1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon6abda4c9-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Кирилл Станиславович Бенедиктов 11abdb42-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Владимир Березин 53444da4-dcf4-102b-85f4-b5432f22203b Дмитрий...
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconСтанислав Николаевич Славин e2f00b53-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
СтаниславНиколаевичСлавинe2f00b53-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7100 великих предсказаний
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconМихаил Афанасьевич Булгаков 2bd2e67f-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
МихаилАфанасьевичБулгаков2bd2e67f-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Зойкина квартира ru Denis
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconВладимир Ильич Ленин 2ae8b51f-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
ВладимирИльичЛенин2ae8b51f-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7О задачах пролетариата в данной революции (Апрельские тезисы)
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon085d0c1a-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
ХантерС. Томпсон085d0c1a-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Страх и отвращение в Лас-Вегасе
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon017d1b8a-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
ДжеромД. Сэлинджер017d1b8a-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Над пропастью во ржиruмихаилТужилин
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 icon1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7
Эксперимент норвежского ученого Тура Хейердала, который в 1947 г прошел с пятью товарищами на бальсовом плоту из Южной Америки через...
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconV 5 – Текст предоставлен издательством «Эксмо» – (MCat78)
Марина и Сергей Дяченко e00dfc87-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Генри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconГенри Лайон Олди fa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 Андрей Валентинов...
ГенриЛайонОлдиfa1edcf9-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7АндрейВалентинов34514c16-2a81-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Алюмен. Книга первая. Механизм...
1456374c-2a82-102a-9ae1-2dfe723fe7c7 iconАндрей Геннадьевич Лазарчук ef249c20-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7...
АндрейГеннадьевичЛазарчукef249c20-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7МихаилГлебовичУспенскийef2472dd-2a80-102a-9ae1-2dfe723fe7c7Посмотри...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница