Книга издана


НазваниеКнига издана
страница27/29
Дата публикации05.05.2013
Размер4.29 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Литература > Книга
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   29

14 Ко»льо 417

Габриэла оглядывает своих соседей - никто из них даже не прикоснулся к еде. Что-то здесь не так...

- Вам, кажется, надо поговорить, да? Может, я лучше пересяду?..

- Пожалуй, — отвечает Хамид.

  • Нет, останьтесь, - говорит его жена. Так что же ей делать?

  • Вам нравится ваш спутник? — продолжает жена.

  • Мы с Понтером только что познакомились.

С Понтером? И Ева, и Хамид глядят на непроницае­мого Игоря.

-И чем же он занимается?

- Так вы же с ним друзья?!

- Вот именно. И мы-то знаем, чем он занимается. Мы не знаем, много ли известно вам.

Габриэла поворачивается к Игорю. Почему он не придет ей на выручку?

Возникший у стола официант осведомляется, какое вино подать.

- Белое или красное?

Как вовремя пришло спасение от неизвестного офи­цианта!

- Красное для всех, - отвечает Хамид. - И все же: чем занимается ваш новый знакомый?

Нет, не спаслась.

- Тяжелым машиностроением, насколько я смогла понять... На самом деле мы успели переброситься лишь несколькими словами. И общее между нами лишь то, что мы оба ждали друзей, а те не пришли...

Хороший ответ, думает про себя Габриэла. А, может быть, у этой дамы был тайный роман с Понтером? А се­годня вечером тайное стало явным — и поэтому в возду­хе висит такое напряжение?

- Его зовут Игорь. В России он владеет одной из крупнейших кампаний сотовой связи. Это в тысячу раз важнее тяжелого машиностроения.

«Зачем же он мне наврал?» - думает Габриэла, стара­ясь сохранять спокойствие.

  • Я ожидала встретить тебя здесь, Игорь, - продол­жает дама.

  • Я приехал, чтобы разыскать тебя, но сейчас переду­мал, — следует прямой ответ.

Габриэла, дотронувшись до своей сумочки, набитой бумагой, изображает удивление:

- Ой, мне звонят! Это, должно быть, все-таки при­шел мой запоздавший друг... Пойду ему навстречу. Мне очень неловко, но он прилетел издалека, только чтобы увидеться со мной, никого здесь не знает... Я чувствую ответственность за него. Простите еще раз.

И поднимается из-за стола. Правила хорошего тона предписывают не подавать руку человеку, если он занят едой, - хотя никто из присутствующих даже не развернул салфетку. Однако бокалы с красным вином уже пусты.

А человек, называвший себя Понтером, две минуты назад попросил подать целую бутылку.

  • Надеюсь, ты получила все мои сообщения, - гово­рит Игорь.

  • Их было три. Тут, очевидно, связь хуже, чем та, ко­торую развиваешь ты.

- Я говорю не про телефон.

- Тогда я не понимаю, о чем ты, — отвечает Ева, а про себя добавляет:

«Прекрасно понимаю».

Как будто Игорь может знать, что, выйдя замуж за Хамида, она весь первый год ждала звонка, или сообще­ния, или весточки, переданной через общих знако­мых, — о том, что он скучает, что ему ее не хватает. Она не хотела, чтобы он был рядом, но знала: ранить его — значит совершить опаснейшее безрассудство. Надо по крайней мере притушить его ярость, притвориться, что по прошествии известного времени они будут просто добрыми друзьями. Однажды, выпив немного, она ре­шила позвонить ему, но оказалось, что он изменил но­мер своего мобильного. Когда она связалась с его офи­сом, секретарша ответила: «У него совещание». Сколько бы она ни звонила впоследствии — всякий раз опроки­нув рюмку для храбрости - ей говорили: «Он в отъезде», «Он свяжется с вами позже». Ничего подобного, разуме­ется, не происходило.

И постепенно ей стала мерещиться всякая чертовщи­на - виделись какие-то притаившиеся в углах призраки, казалось, что за нею кто-то неотступно следит, что очень скоро ее самое постигнет судьба того байкальско­го бродяги и всех других, кому Игорь «помог перейти в лучшее состояние». А Хамид ничего не спрашивал о ее прошлом, рассуждая, вероятно, так, что у каждого чело­века есть право хранить в полнейшей неприкосновен­ности в глубинах памяти обстоятельства своей личной жизни. Он делал все, что мог, чтобы Ева была счастлива, повторял, что в ту минуту, когда повстречал ее, жизнь обрела смысл, и всячески старался показать, что надеж­но оберегает и охраняет ее.

Но однажды в дверь их лондонского дома позвонило Абсолютное Зло. Хамид, случившийся в этот день дома, выставил его вон. Но в последующие несколько месяцев ничего не произошло.

Постепенно она научилась обманывать себя. Да, она сделала верный выбор, твердила себе Ева, а в тот самый миг, когда мы вступаем на избранную нами сте­зю, все прочие дороги исчезают. И было бы непрости­тельным ребячеством считать, что можно быть женой одного и подругой другого — такое бывает лишь в тех случаях, когда этот другой обладает завидным душев­ным равновесием. Игорь чем-то таким похвастать ни­как не мог. Лучше уж считать, что некая невидимая ру­ка спасла ее от Абсолютного Зла. В ней достаточно женской сущности, чтобы заставить мужчину, оказав­шегося рядом, зависеть от нее. Ева старалась помогать Хамиду всем, чем могла, став для него любовницей, женой, сестрой, советчицей.

Всю свою энергию она отдавала новому спутнику жизни. И за все это время у нее была только одна насто­ящая подруга, которая неизвестно откуда взялась и не­ведомо куда пропала. Тоже русская, но, в отличие от Евы, не она оставила мужа, а он — ее. И она оказалась в Англии, не зная, в сущности, что делать. Ева целыми днями вела с ней беседы.

«Я все бросила, - говорила она. — И не раскаиваюсь в своем решении. И поступила бы точно так же, даже ес­ли бы Хамид — кстати, помимо моей воли, — не купил бы на мое имя маленькое имение в Испании. Я посту­пила бы точно так же, даже если бы Игорь, мой бывший муж, предложил мне половину своего состояния. Да, я сделала бы это, потому что знаю — отныне могу ничего больше не бояться. Если один из самых привлекатель­ных мужчин на свете хочет быть со мной, значит, я луч­ше, чем кажусь самой себе».

Все это ложь. И убедить она пыталась не свою ново­явленную наперсницу, а самое себя. И разыгрывала фарс. В обличий уверенной и сильной женщины, кото­рая сидит за столом с двумя весьма могущественными и преуспевающими мужчинами, таится девочка, которую гнетет страх остаться одной, в бедности и никогда не познать радость материнства. Трудно ли будет ей рас­статься с этим гламурным миром? Нет. Она всегда ста­ралась быть готова к тому, чтобы потерять все, когда на­завтра выяснится, что она — хуже, чем думала, и обма­нывает ожидания других людей.

Умеет ли она манипулировать людьми? Да. Недаром же все убеждены, что она — сильная и уверенная в себе, что она хозяйка собственной судьбы и в любую минуту готова бросить любого мужчину, как бы ни был он успе­шен и притягателен. И самое скверное то, что сами мужчины верят этому. Как Игорь. Как Хамид.

Это потому, что она умеет играть. Потому что никог­да не говорит то, что думает. Потому что сумела стать первоклассной актрисой и как никто другой научилась скрывать свою слабость, свою уязвимость.

  • Чего ты хочешь? - спрашивает он по-русски.

  • Еще вина.

Его голос звучит так, словно особого значения отве­ту он не придает, ибо уже сказал, чего он хочет.

— Перед тем как ты ушла, я кое-что сказал тебе. На­деюсь, ты это забыла.

Да он много чего говорил ей: «Обещаю тебе, что ста­ну другим и буду меньше работать», или: «Ты — женщи­на моей жизни», или: «Если бросишь меня, я погиб», — фразы, которые слышат все, зная, что они напрочь ли­шены смысла.

— Я сказал тебе тогда: «Если ты уйдешь от меня, я уничтожу мир».

Она не помнит этих слов, но знает, что это вполне возможно. Игорь никогда не умел проигрывать.

— И что это значит? — осведомляется она по-русски.

—Нельзя ли хотя бы из вежливости говорить по-анг­лийски? — перебивает Хамид.

Игорь окидывает его пристальным взглядом.

- Хорошо, я буду говорить по-английски. Но не из вежливости, а для того, чтобы вы поняли. — И снова обер­нувшись к Еве, продолжает: - Да, я сказал тогда, что раз­рушу мир, чтобы заставить тебя вернуться. И я уже начал делать это, но был спасен явившимся мне ангелом. Я по­нял — ты не достойна этого. Ты — себялюбивое, безжало­стное существо, которое интересуют только слава, только деньги — чем больше, тем лучше. Ты отвергла все то хоро­шее, что я мог предложить тебе, ибо рассудила, что дом в российском захолустье не вяжется с той жизнью, о кото­рой ты мечтаешь, с тем миром, к которому не принадле­жишь и никогда принадлежать не будешь.

Я пожертвовал ради тебя и самим собой, и другими людьми, но больше так продолжаться не может. Я дол­жен идти до конца, чтобы суметь вернуться в мир живых людей с осознанием исполненного долга, а вернее — вы­полненной миссии. А вот сейчас я говорю с тобой из мира мертвых.

«Из глаз этого человека смотрит Абсолютное Зло», — думает Хамид, слушая этот абсурдный, прерываемый долгими паузами разговор. Что ж, тем лучше: пусть все идет своим чередом до самого конца, лишь бы только конец этот не привел к потере его возлюбленной. Сов­сем хорошо, что бывший муж, появившийся здесь в со­провождении этой вульгарной особы, оскорбляет Еву прямо в лицо. Пусть это продлится еще немного — он сумеет оборвать разговор в нужный момент: когда Игорь уже не сможет попросить прощения и попытать­ся заверить их, что раскаивается в сказанном.

Ева, по всей видимости, заметила то же самое — эту слепую ненависть, направленную на все и вызванную лишь тем, что она не захотела и дальше исполнять его желания. Он спрашивает себя, а что бы он делал на ме­сте Игоря, который вновь вступил в борьбу за любимую женщину.

Был бы он способен убить ради нее?

Появившийся гарсон замечает, что блюдо не тронуто:

— Что-нибудь не так?

Никто не отвечает. Гарсон мгновенно оценивает си­туацию: женщина уехала в Канны с любовником, муж все узнал, и теперь происходит выяснение отношений. Подобные сцены он видит довольно часто, и всякий раз дело кончается дракой или скандалом.

— Подайте еще бутылку, — говорит ему один из мужчин.

— Ты не заслуживаешь ровным счетом ничего, —гово­рит другой, обращаясь к женщине. - Ты использовала меня так же, как сейчас используешь этого идиота. Ты — величайшая ошибка моей жизни.

Гарсон, прежде чем принести вино, решает прокон­сультироваться с хозяином, но второй мужчина уже поднялся и говорит своей спутнице:

— Ну, хватит. Пойдем отсюда.

— Да, — отвечает первый, — давай выйдем. Хочу знать, на что решится человек, который не знает, что та­кое честь и собственное достоинство.

Самцы готовы сцепиться из-за самки. А та пытается успокоить их, просит вернуться за стол, но муж, судя по всему, не намерен отступать. Гарсон думает, не преду­предить ли охрану, что снаружи сейчас начнется мордо­бой, однако мэтр торопит: «Пошевеливайся, чего за­стыл как истукан? Обслуживай другие столики, ви­дишь - не справляемся».

Да, он прав: то, что происходит снаружи, его не каса­ется. А если он признается, что слушал разговор гостей, ему сильно влетит.

Потому что платят ему, чтобы столики обслуживал, а не мир спасал.

Все трое проходят через сад, где подавали аперитивы, сейчас почти неузнаваемо преображенный: когда гости спустятся, они обнаружат танцпол со специальными све­тильниками, расставленные там и сям кресла и по углам — множество маленьких баров с бесплатной выпивкой.

Игорь, не говоря ни слова, идет первым. За ним, так же молча, следует Ева, а Хамид замыкает шествие. Вы­ход на лестницу, выводящую на пляж, закрыт маленькой железной дверью, отворить которую не составляет тру­да. Игорь хочет пропустить супругов вперед, Ева отка­зывается. Русский, не выказывая замешательства, начи­нает долгий спуск по бесчисленным ступеням, идущим к морю, которое рокочет где-то далеко внизу. Он знает: Хамид не струсит. До той минуты, пока они не встрети­лись на этом ужине, тот представлялся ему бессовест­ным и циничным кутюрье, способным обольстить за­мужнюю женщину и умело играть на чужой суетности. Но сейчас он почти восхищается им. Да, это настоящий мужчина, который пойдет до конца ради того, что счи­тает важным, хотя Игорь понимает: у Евы нет и тысяч­ной доли таланта той актрисы, что была с ними. Она совсем не умеет играть, и он чувствует, как испарина страха проступает на ее теле. И знает: она лихорадочно обдумывает сейчас, как и кого позвать на помощь.
Но вот и пляж. Игорь проходит в дальний конец, опускается на песок. Просит их сделать то же. Он зна­ет: как ни силен страх Евы, ее не оставляют и другие мысли: «Платье изомнется, туфли испачкаются». Но она покорно садится рядом. Хамид просит чуть по­двинуться, освободить место ему. Ева будто не слы­шит.

Он не настаивает. И вот все трое, словно старые доб­рые друзья, вышедшие к морю поглядеть на новорож­денный месяц, найти миг мира и покоя, сидят здесь, будто набираясь сил перед тем, как вновь подняться в грохочущий ад дискотеки.
Хамид обещает себе: десять минут, не больше, - срок достаточный для того, чтобы русский успел высказать все, что накипело, облегчить душу, излить гнев - и уйти туда, откуда пришел. Если же полезет драться, дело его плохо - Хамид крепче и, вероятно, сильнее физически, а кроме того, бедуины еще в детстве обучили его стре­мительно и точно реагировать на любую угрозу. Он не захотел устраивать стычку за ужином, но русский может не обольщаться — Хамид готов ко всему.

Потом, когда поднимутся в зал, он извинится перед хозяином, объяснит, что инцидент исчерпан, благо мо­жет быть с ним откровенен: скажет, что появился без предупреждения бывший муж Евы, и пришлось вывес­ти его, пока не натворил чего-нибудь. Если к этому мо­менту русский не уйдет, он позовет одного из своих ох­ранников и прикажет удалить отсюда - даже если ты бо­гат и владеешь крупнейшей компанией сотовой связи, вести себя надо как подобает.

— Ты предавала меня. Не только два года, которые провела с этим человеком... Ты предавала меня все то время, что мы были вместе.

Ева не отвечает.

- Что ты готов сделать, чтобы остаться с этой жен­щиной?

Хамид раздумывает, надо ли ему отвечать на этот во­прос: Ева - не товар, торговаться за нее он не станет.

  • Поставь вопрос иначе.

  • Прекрасно. Ты отдашь за нее жизнь?

Глаза этого человека источают чистейшее зло. Если даже русский успел прихватить из ресторана нож (Ха­мид не обратил на это внимания, хотя обязан был пре­дусмотреть все варианты), его легко можно будет обе­зоружить... Нет, он не отдаст жизнь ни за кого, кроме Аллаха и вождя своего племени. Однако надо что-то сказать.

- Я буду драться за нее. И думаю, что в самом край­нем случае смогу и умереть за нее.

Ева, не выдерживая больше напряжения, хочет вы­сказать все, что знает о человеке, находящемся сейчас справа от нее. Она уверена: он уже совершил преступле­ние, уже покончил с мечтой, которую ее новый избран­ник вынашивал столько лет.

- Давай вернемся.

Это значит: «Пожалуйста, послушай меня - надо не­медленно уйти отсюда. Ты разговариваешь с душевно­больным».

Игорь словно и не слышит:

- Ты сказал, что готов убить ради нее. Значит, готов и сам умереть?

  • Если бы я вступил в бой и проиграл, то, наверное, да.

  • Пойдем, пойдем... - просит Ева.

Но самолюбие Хамида задето - он не может поки­нуть поле боя как трус. Начинается древний как мир ри­туал брачной игры-схватки, где решается, кому владеть самкой.

С тех пор как ты ушла, я никогда уже не был таким, как прежде, — говорит Игорь так, словно он тут на пля­же один. — Мой бизнес процветал. Днем мне удавалось сохранять самообладание, но по ночам наваливалось беспросветное отчаяние. Я утратил какую-то частицу самого себя и не смог восстановить ее. А думал, что, приехав в Канны, — смогу. Но теперь, здесь и сейчас, яс­но вижу — нет, ни воскресить, ни заменить нельзя. Я ни­когда не вернусь к тебе, даже если будешь валяться у ме­ня в ногах, вымаливая прощение и грозя самоубийст­вом.
1   ...   21   22   23   24   25   26   27   28   29

Похожие:

Книга издана iconКнига издана при поддержке Министерства культуры Франции Национального...
Книга издана при поддержке Министерства культуры Франции Национального центра книги
Книга издана iconКнига издана при финансовой поддержке
Л 86 Семинары, Книга I: Работы Фрейда по технике психоанализа (1953/54). Пер с фр. / Перевод М. Титовой, А. Черноглазова (Приложения)....
Книга издана iconКнига издана в двух томах. Первый том начинается в 1905 году, со...
«Алмазная колесница» — книга Бориса Акунина из серии «Приключения Эраста Фандорина»
Книга издана iconКнига издана в авторской концепции
Историческое исследование. Запорожье: Дикое Поле, 1997. 264 с. Тираж 1000 экз
Книга издана iconСледует предупредить о том, что книга издана на двух языках, французском...
Следует предупредить о том, что книга издана на двух языках, французском и русском, чего я себе не мог позволить. Заметки на полях...
Книга издана iconКнига издана ограниченным тиражом на частные пожертво вания. Если...
Т. В. Грачева. Невидимая Хазария. Алгоритмы геополитики и стратегии тайных войн мировой закулисы. — Рязань
Книга издана iconАннотация Книга «Экзистенциализм это гуманизм»
Книга «Экзистенциализм — это гуманизм» впервые была издана во Франции в 1946 г и с тех пор выдержала несколько изданий. Она знакомит...
Книга издана iconКнига издана при финансовой поддержке российского гуманитарного
Пределы господства культурного бессознательного над субъектом 91глава II. Деконстрмстивизм как литературно-критическая практика постструктурализма...
Книга издана iconКнига издана при финансовой поддержке благодарных учеников
Биск И. Я. Методология истории: курс лекций / И. Я. Биск. Иваново: Иван гос ун-т, 2007. 236 с
Книга издана iconКнига Бориса Акунина из серии «Приключения Эраста Фандорина»
Книга издана в двух томах. Второй том переносит нас в Японию 1878 года: ниндзя, гейши, самураи… Это история любви молодого дипломата...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница