Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин


НазваниеВладимир Кунин Кыся 2 владимир кунин
страница1/28
Дата публикации07.05.2013
Размер2.72 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Литература > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Владимир Кунин Кыся 2


ВЛАДИМИР КУНИН

КЫСЯ-2
Как зритель, не видевший первого акта,

В догадках теряются дети,

И все же они ухитряются как-то

Понять, что творится на свете.

Самуил Маршак.
Итак:

вот уже полтора месяца я – мюнхенский КБОМЖ. Как говорится – Кот Без Определенного Места Жительства. Когда-то Шура Плоткин писал статью о наших Петербургских БОМЖах для «Часа пик», мотался по притонам, свалкам, чердакам, подвалам, заброшенным канализационным люкам, пил водку с этими несчастными полуЛюдьми, разговоры с ними разговаривал. А потом, провонявший черт знает чем, приходил домой, ложился в горячую ванну, отмокал, и рассказывал мне разные жуткие истории про этих бедных типов, каждый раз приговаривая:

– Нет! Это возможно только у нас! Вот на Западе...

И дальше шли, как я сейчас понимаю, не очень квалифицированные упражнения на тему: «На Западе этого не может быть потому что не может быть никогда».

Ах, Шура, Шура... Милый, ироничный, умный, талантливый Шура. Даже он не сумел избежать нашей вечной российской идеализации Запада. Но я не из тех Котов, которые, ущучив Человека на ошибке, начнут кидать в него камни. Отнюдь. Я же понимаю, чем вызваны подобные заблуждения. Среднему россиянину живется у себя дома так фигово, что автоматически срабатывает некий защитный механизм, и Человек начинает думать, будто где-то есть такая «земля обетованная», и называется Запад, где наших российских уродств днем с огнем не сыщешь. Ну, просто сплошной парадиз, черт побери! Отсюда, я думаю, и добрая половина ошибок в той повальной эмиграции, которой теперь славится Россия на весь мир.

Так вот, находясь в здравом уме и трезвой памяти, я – Кот Мартын, русский, неженатый, родившийся в Ленинграде, проживающий в Санкт-Петербурге, в настоящее время случайно пребывающий в столице Баварии городе Мюнхене Без Определенного Места Жительства, имеющий относительно постоянную базу в Английском парке под «Хинезише Турм» (Китайская башня), – с полной ответственностью за свои слова свидетельствую: не знаю, как – где, а здесь, в Мюнхене, этих самых западных БОМЖЕЙ столько, что, как выражался мой Водила, – «хоть жопой ешь» (то есть – «очень много». Дословный перевод с Русско-Водительского).

Увидеть БОМЖей можно повсюду, особенно ночью, когда они дрыхнут под каким-нибудь навесом прямо на земле, подложив под себя несколько слоев картона из упаковочных коробок. Как правило, рядом стоит недопитая бутылка с вином или пивом, и тут же лежит огромный, грязный лохматый Пес, зачастую очень даже породистый. Хотя здесь, в Германии, я заметил, наличие породы не обязательно. Впоследствии я наблюдал в баснословно дорогих автомобилях таких «Самосерек», которых у нас в России можно встретить, наверное, только в деревнях Псковской области, куда мы ездили как-то с Шурой на дачу к одному редактору.

Ночью немецкий БОМЖ укрыт с головой лоскутным ватным одеялом или храпит в спальном мешке, а его Псина валяется рядом.

Потом, днем я несколько раз встречал этих Псов и их опухших Хозяев за «работой». Хозяин сидел с бутылкой пива в руке, на его груди висела картонка с разными, наверное, жалостливыми словами, рядом спал его клочкастый Пес, а в пластмассовую мисочку прохожие изредка бросали монетки – на Пса! БОМЖу никто ничего не подавал, а вот «бедненькому Песику, несчастной Собачке» хотели помочь многие... Поэтому, БОМЖ с Собакой – человек состоятельный и уверенный в завтрашнем дне, а БОМЖ без Собаки – деградант и люмпен, как выражается Шура Плоткин.

Вечерами БОМЖи со своими Псами-добытчиками, как правило, кучковались в трех местах Мюнхена – в конце Леопольдштрассе на Мюнхенерфрайхайт, у Зендлингертор на Герцог-Вильгельмштрассе, и, конечно же, у Хауптбанхофа – у Главного железнодорожного вокзала! То есть в местах, густо посещаемых туристами и разным приезжим людом. В этих трех местах БОМЖи собираются чуть ли не со всего города, и пока их Собаки мирно спят вповалку, БОМЖи дуют винище, накачиваются пивом, выясняют отношения, ссорятся, дерутся и любят друг друга – Мужчины Женщин, Женщины Женщин, Мужчины Мужчин...

Короче, такая Человеческая помойка, что я, в поисках пристанища для самого себя, выбрал все-таки Английский парк, куда БОМЖи почему-то не заходили. Рассказом о Баварских БОМЖах я вовсе не хочу обидеть прекрасный город Мюнхен! И в подтверждение моих симпатий к городу, заполненному таким количеством колбас и сосисок, которое не может пригрезиться даже Рэю Бредбери – любимому фантасту Шуры Плоткина, – так же ответственно заявляю, что Бродячих, Бездомных, Безхозных Кошек, Котов и Собак здесь нет и в помине! А это достижение цивилизации, достойное всяческого уважения.

Заблудших – видел, сочувствовал, но помочь ничем не мог. Ибо пока еще плоховато знаю город, и название улицы, сообщаемое мне растерянным немецким Котом или потерявшейся Кошкой, – мне ничего не говорило. Сами же они, в общей своей массе, не имеют понятия, где находится их дом даже тогда, когда они всего лишь перешли на другую сторону улицы. Полагаю, что это в них чисто национальное. Уж больно часто я сталкивался с подобным явлением. Заблудившихся Кошек зачастую удавалось трахнуть. В этом деле они достаточно раскованны, но тоскливы. Почти всегда неясно – получает она физическое удовольствие или всего лишь моральное – от добротного исполнения своих дамских обязанностей.

С Котами же говорить практически было не о чем. Мои предложения вместе перекусить (причем, я ориентировался только на свои запасы! ) вызывали в них довольно кислую реакцию. Во-первых, местные Коты воспитаны на Кошачьих консервах типа «Ваша Киска купила бы «Вискас»! ». У нас теперь пол-России этим дерьмом завалено. Поэтому они вежливо воротили нос от куска нормального мяса, отменной косточки или грудинки, или шматка курицы, которые я чуть ли не ежедневно стяжал в «Биргартене» – такой пивной ресторан около моей «Хинезише Турм», где прописался старым ленинградским способом. Притащил им дохлую крысу, которую, к сожалению, пришлось ловить самому, и был обласкан и накормлен.

Дня три я им таскал одну и ту же крысу, каждый раз выдавая ее за «свежака», но в конце концов она протухла и завонялась так, что я сам не мог к ней близко подойти! Пришлось отлавливать другую...

И пока не наступили холода, и «Биргартен» работал во всю ивановскую, – я был сыт и мои запасы позволяли мне пригласить на ужин хоть пять заблудившихся Котов. Но, повторяю, они ничего моего есть не хотели. Первую причину я уже называл, а вторая, как я сообразил позже, заключалась в том, что, приняв мое приглашение, местный Кот считал себя обязанным сделать мне ответное приглашение. А ему этого страсть как не хотелось! Он бы и рад был поболтать с иностранным Котом (это я-то иностранец! ..), похвастать своей квартирой, обстановкой, «песочницей», куда он гадит, и все его испражнения под воздействием передовой германской технологии мгновенно превращаются в бело-серые ничем не пахнущие каменные комочки...

– Как? ! . У вас в России этого нет? ! . – пугался такой Кот, когда я, не веря что это возможно, просил медленно повторить мне про комочки еще раз. Как же вы живете без этого? ! !

Но приглашать к себе не торопился. Ибо такой прием требовал расходов.

Мои вопросы – не знает ли уважаемый местный Кот кого-нибудь, кто в ближайшее время едет в Россию? Или, может быть, Хозяин уважаемого Кота как-то связан с Людьми, ездящими в Россию, – сейчас это очень взаиморазвито – я мог бы с таким же успехом задавать своей деревянной «Хинезише Турм», под которой нашел себе приют и крышу.

Ни хрена эти Коты не знали, ничем не интересовались, никаких Контактов со своими Людьми не имели, считая, что главное предназначение Людей – кормить и холить своего Кота, возить его в отпуск – в Италию, Испанию и на Канарские острова, и работать не покладая рук для того, чтобы Коту было мягко спать и сладко есть это свое консервированное дерьмо с витаминами...
Несколько раз встречались мне и наши Коты и Кошки. Из случайных знакомств с ними и ни к чему не обязывающей болтовни я разделил их на три категории. В первую категорию, которой я безумно позавидовал, входила Кошка одного нашего российского вице-консула – веселая, деловая и неглупая москвичка Нюся, которая про Мюнхен знала все: где можно пожрать на халяву, как пройти в нужное место кратчайшим путем через служебные двери и проходные дворы, какому Коту имеет смысл ДАТЬ, а какому и нет.

Но вот тут всплывал один-единственный, но весьма существенный недостаток этой Нюси. Знать она знала, но удержаться и не ДАТЬ кому угодно она была не в силах! Тем не менее, а может быть, и поэтому с ней было не обременительно, легко и спокойно.

Вторым был Кот (имя вылетело из головы), про которого Нюся сказала, что он принадлежит Человеку, являющемуся «правой рукой» Генерального консула. На какой-то момент мне показалось, что эти два знакомства для меня – прямой путь к Шуре и Водиле. И я закатил им приемчик, как говорит Шура Плоткин, «под большое декольте». Во всяком случае, пока я трахал Нюсю, она обещала мне безграничную помощь и покровительство своего Хозяина. Кот же «правой руки» Генерального консула оказался довольно мерзким типом, хотя и выглядел крайне авантажно – красивый, ухоженный, с признаками породы какого-то странного, специфического воспитания. Он все время делал вид, что ему известно что-то такое, чего другим знать не положено. Ко всему прочему, он постоянно взывал к честности, честности и честности, хотя Нюся клятвенно уверяла меня, что большего ворюги, чем этот Кот, не знали ни Германия, ни Россия!

Однажды, когда он уж слишком настойчиво призывал меня к честности и расспрашивал о том, как я здесь оказался, а всем своим видом давал понять, что не верит ни одному моему слову, я разозлился и начистил ему холеное рыло. Больше он не приходил. Но, к сожалению, перестала приходить и веселая вице-консульская Нюся. Видимо, эта сволочь Кот капнул на нее кому надо, и Нюсю перестали выпускать из дому.

А позавидовал я им только потому, что и этот Кот-дипломат, и эта вице-Нюся совершенно точно знали, что пройдет какое-то определенное время и они обязательно вернутся в Россию. Чего, в отличие от меня, дико боялись и не хотели!
Ко второй категории я отнес Котов-эмигрантов из Киева. Их было великое множество. Они прибыли сюда под флагом «Киев и Мюнхен – города-побратимы! ». Кому пришло в голову когда-то «побратать» Мюнхен и Киев – ума не приложу. Все равно, что насильно женить меня на овце и ждать от меня и супруги ежегодного приплода «Котоягнят». Бред какой-то! Рассказать Шуре – обхохочется.

Тем не менее, все киевские евреи, а также украинцы и русские, загодя прикупившие липовые еврейские документы, и пожелавшие сначала послать советскую власть, а потом и «ридну Украйну» ко всем чертям, оказались в Мюнхене по так называемой «еврейской линии».

Обо всем этом я узнал от единственного пристойного и интеллигентного Кота-киевлянина, принадлежащего одному симпатяге – инженеру по автомобилям. В Мюнхене инженер спокойненько работал обычным автомехаником, а вечерами вел со своим Котом разные беседы. Никогда не сталкиваясь с книгой доктора Шелдрейса, они оба своим умом дошли до Телепатического Контакта. Не в полной мере, но достаточно для доброй поверхностной трепотни, овладели этим искусством и пребывали теперь в тихих радостях и заботах друг о друге.

Этот же Кот говорил мне, что под Мюнхеном, километрах в сорока, живет еще одна чрезвычайно милая пара киевских художников – муж и жена. Они как-то приезжали к этому инженеру чинить свой автомобиль и познакомились. Ни Кота, ни Кошки у них, кажется, нет. Поэтому, сведения о них крайне скудны. О них даже не сплетничают. А для киевско-мюнхенского круга это явление поразительное и из ряда вон выдающееся. Или – «выходящее»? Как нужно говорить? Ни черта не помню...

Все же остальные, с кем меня сводила судьба, были на редкость одинаковы в своем наступательном провинциализме, необязательности, всезнайстве и постоянных потугах сообщить всему миру – кем они были раньше, до приезда в Мюнхен. Процент вранья в этих рассказах был удручающе высок, и если Кот заявлял, что в Киеве у него была четырехкомнатная квартира с потолками в три шестьдесят, а ЕГО Няма или Петя, или Жорик, или Арон были «Главными инженерами», «Ведущими конструкторами», «Главными врачами Четвертого управления», или «Выдающимся музыковедом» – это, в лучшем случае, означало, что все они имели в Киеве аж двухкомнатную в блочном доме с потолками в два сорок пять! И Няма никогда не был «Главным инженером», а занимал довольно скромную должность техника. Жора служил не «Ведущим конструктором», а просто чертежником. А «Главный врач Четвертого правительственного управления» Петя полжизни оттрубил терапевтом в районной поликлинике, напрочь растеряв в ней все знания, полученные еще в институте. Но вот «Выдающийся музыковед» Арон был, действительно, хорошим настройщиком и очень неплохо зарабатывал. В Киеве у него был даже раздельный санузел!

Когда я, в слепой надежде найти хоть какую-нибудь возможность вернуться в Россию, спрашивал у каждого из них – не знают ли они Человека, собирающегося в Петербург, они все в один голос предлагали мне ехать в Киев, с удовольствием вспоминая – сколь прекрасен этот город, как хорошо было в нем жить, где их знала «каждая Собака»! Поэтому мне были совершенно неясны побудительные причины их переезда в Мюнхен.

Киевские Кошки были поразительно суетливы и постоянно пребывали в состоянии полного восхищения собственными персонами. Отожравшись на добротных немецких продуктах, они, действительно, стали неплохо выглядеть. Морды у них разгладились, шерсть лоснилась от сытости, и единственное, что можно было бы поставить им в упрек – это чрезмерное употребление сладостей и излишне раннюю полноту, которую я ошибочно принимал за позднюю беременность. А так как я обычно беременных Кошек не трогаю (я как-то уже говорил об этом), то, как шутит одна моя знакомая киевская Кошка по имени Циля, я несколько раз «пролетал, как фанера над Парижем...» Это у них такая острота. Если перевести ее с южно-русско-еврейского хохмачества на нормальный московско-ленинградский язык, это будет означать, что я «ошибался и проходил мимо того, чем мог бы воспользоваться».

Кстати, о Циле. Циля была единственной изящной Кошкой-киевлянкой, сумевшей сохранить вполне приличную фигурку. Как и все ее приятельницы, она была в восторге от самой себя и постоянно рассказывала всем о своих победах над немецкими Котами, не забывая намекнуть, что, дескать, владеет такой техникой секса, перед которой не устоять даже молодому Тигру. Дескать, она его затрахает в первые же три минуты. Был бы рядом Тигр – она бы всем показала, как это делается! .. Я не испугался Цилиных обещаний и угроз, и тут же влез на нее, чтобы немедленно испытать на себе всю мощь неведомой мне доселе «техники секса», способной свести Тигра в могилу.

... Знал ведь, давно уже знал, что ни одной Кошке нельзя верить на слово. Но такого разочарования не испытывал уже лет сто! Как сказал бы мой Шура Плоткин, – «Об технике секса там не могло быть и речи! » Обычная раздражающая любительская суетня, фальшивое раззевание пасти, якобы страстное закатывание глаз, взвизгивания не тогда, когда нужно, и полное неумение чувствовать партнера по траху!

От злости я чуть загривок этой Цили не прокусил. Меня удержало только то, что я вовремя вспомнил миротворческую присказку Шуры, которую он говорил каждый раз, когда сталкивался с проявлением любительщины в чем угодно:

– Знаешь, Мартын, – говорил в таких случаях Шура. – В американских салонах Дикого Запада всегда висела табличка: «Не стреляйте в пианиста. Он играет, как умеет».

Что, впрочем, не помешало мне остаться с Цилей в приятельских отношениях.
И, наконец, третья категория – староэмигрантских Котов и Кошек, выросших и воспитанных в семьях, смылившихся из Совка массу лет тому назад.

Наверное, наверное, и среди них есть уйма замечательных, добрых и мудрых Котов и Кошек! Мой небольшой опыт общения со староэмигрантским Кошачьим сословием не позволяет мне судить обо всех Котах, взращенных в таких семьях. Думаю, мне просто не повезло. Те немногие, которых я случайно узнал, произвели на меня более чем странное впечатление. Часть из них принадлежала бывшим сотрудникам радиостанции «Свобода», уволенным при переезде радиостанции из Мюнхена в Прагу. Несмотря на то, что Конгресс Соединенных Штатов Америки достаточно щедро выплатил им выходные пособия, исчислявшиеся доброй сотней тысяч марок, а то и больше, – оставшиеся не у дел в Мюнхене все равно чувствовали себя униженными и оскорбленными. Чуть ли не выброшенными на улицу...
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   28

Похожие:

Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconВладимир Кунин ИнтерКыся. Возвращение из рая
Америки Вашингтон. Здесь мы пробудем два дня. Однако прежде чем мы поедем в отель, я
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconСотворение Владимир Николаевич Мегре Книга 4 Сотворение 1 Владимир Николаевич Мегре 1 Книга 4 1
Я расскажу тебе о сотворении, Владимир, и тог­да, сам каждый на свои вопросы ответы сможет дать. Пожалуйста, Владимир, ты послушай...
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин icon862 г призвание варягов в Новгород
...
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconКрылов Иван Владимирович г. Владимир, ул. Юбилейная, д. 26, кВ. 126...
Об обмене товара и возврате уплаченной за товар денежной суммы по договору купли продажи
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconДуховное голодание
Писатель Владимир Корчагин. Кто из нас не зачитывался его книгами «Тайна реки злых духов», «Конец легенды», «Узники страха» Но Владимир...
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconВладимир Ручкин вчера в 15: 12
Об этом мы вчера беседовали, и я отдаю себе отчёт в том, что обязан гармонично распределять себя «там» и «тут». Гималайский Медведь...
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconФормат: dvdrip, avi, XviD, ac3
В ролях: Борис Невзоров, Людмила Чурсина, Владимир Антоник, Иннокентий Смоктуновский, Маргарита Терехова, Елена Кондулайнен, Игорь...
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconВладимир Николаевич Войнович Иванькиада Замысел 2 Владимир Войнович
Посвящается Сергею Сергеевичу Иванько и его товарищам, безвозмездно предоставившим в распоряжение автора богатейший фактический материал...
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconВладимир Мегре Новая цивилизация 1 Владимир Мегре 1 Предрассветные...
Анастасия ещё спала. А над бескрайней сибирской тайгой предрассветное небо светлело
Владимир Кунин Кыся 2 владимир кунин iconХудожник Владимир Колбасов. Акварельный Петербург Вторник, 19 Июля 2011 г. 00: 47
Владимир Колбасов родился в городе Ленинграде в 1960 г. Основам акварельной техники начал обучаться с 1973 в Городской художественной...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница