The russian revolution


НазваниеThe russian revolution
страница1/65
Дата публикации06.03.2013
Размер9.56 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Литература > Книга
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   65
Ричард Пайпс

РУССКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ
Книга 2
Большевики в борьбе за власть
1917—1918

Richard Pipes
THE RUSSIAN REVOLUTION
Издательство: Захаров
2005 г.


Эта книга является, пожалуй, первой попыткой дать исчерпывающий анализ русской революции - бесспорно самого значительного события прошлого столетия. До сих пор нет единой и бесспорной датировки периода русской революции. В широком смысле русская революция продолжалась целое столетие.

Данная книга - это научный подход и критическая оценка исторического материала, честное отношение к почерпнутым фактам.

    • Глава 1. ЛЕНИН И ИСТОКИ БОЛЬШЕВИЗМА

    • Глава 2. БОЛЬШЕВИКИ В БОРЬБЕ ЗА ВЛАСТЬ

    • Глава 3. ОКТЯБРЬСКИЙ ПЕРЕВОРОТ

    • Глава 4. СОЗДАНИЕ ОДНОПАРТИЙНОГО ГОСУДАРСТВА

    • Глава 5. БРЕСТ-ЛИТОВСК

    • Глава 6. РЕВОЛЮЦИЯ И ИНОСТРАННЫЕ ДЕРЖАВЫ

    • Глава 7. ВОЕННЫЙ КОММУНИЗМ

    • Глава 8. ВОЙНА ПРОТИВ ДЕРЕВНИ

    • Глава 9. УБИЙСТВО ЦАРСКОЙ СЕМЬИ

    • Глава 10. КРАСНЫЙ ТЕРРОР

    • ПОСЛЕСЛОВИЕ

    • ПРИМЕЧАНИЯ

Принятые сокращения

Именной указатель

Россия завоевана большевиками
Ленин. Март 1918 г.

[Большевики ставили] себе целью перевернуть мир...
Троцкий. Преданная революция

Глава 1.
^ ЛЕНИН И ИСТОКИ БОЛЬШЕВИЗМА


Он далеко пойдет, поскольку верит в то, что говорит.
Мирабо о Робеспьере

Нет нужды верить, что историю делают «великие люди», чтобы признать огромное значение личности Ленина и его влияние на ход русской революции и на создание особого политического строя. Дело не только в том, что сосредоточенная в его руках власть позволяла ему решительно воздействовать на течение событий, но и в том, что политическая система, родившаяся в октябре 1917 года, стала как бы воплощением его личности. Партия большевиков была ленинским детищем; как ее творец, он создавал ее по своему образу и подобию и, подавляя всякое сопротивление извне и изнутри, вел по пути, который определил сам. Партия, в свою очередь, захватив власть в октябре 1917 года, немедленно упразднила все соперничающие партии и группировки и стала, таким образом, единственной политической силой в России. Коммунистическая Россия с момента своего появления была диковинным отображением сознания и воли одного человека: его биография и история слились и растворились друг в друге.

Несмотря на то, что редко о ком из исторических деятелей писали так много, как о Ленине, достоверные сведения о нем крайне скудны. Ленин был настолько не склонен отделять себя от своего дела, настолько не мыслил себя вне его, что почти не оставил автобиографических свидетельств: он жил жизнью партии. В глазах последователей он был личностью исключительно общественной. Индивидуальные черты, которые традиционно приписываются ему в коммунистической литературе, образуют стандартный ряд добродетелей, свойственный агиографическому жанру: самозабвенная преданность делу, скромность, самодисциплина, великодушие.

Хуже всего представлен период формирования Ленина как политического деятеля. Архив, относящийся к первым двадцати трем годам его жизни, состоит в основном из прошений, удостоверений и других официальных документов1. Нет ни писем, ни дневников, ни статей, — словом, ничего, что обычно свидетельствует о росте и развитии молодого интеллектуала. Либо таких материалов вовсе не существует, либо, что более вероятно, они не выпускаются наружу из советских архивов, поскольку представили бы молодого Ленина совсем не таким, каким его обычно рисуют в официозной литературе*. Биографу Ленина не на что опереться, если он хочет представить интеллектуальное и духовное развитие его в период примерно с 1887-го по 1893 год, когда из молодого человека без политических убеждений и даже интересов он вырос в революционера-фанатика. Факты, которыми мы располагаем, дают в основном косвенные сведения и знание от противного: чего Ленин не сделал, хотя сделать мог. Реконструируя образ молодого Ленина, приходится аккуратно и последовательно устранять слои лакировки, год за годом наносившиеся официозным культом**.

* О первичных и вторичных источниках о молодости Ленина, содержащихся в закрытых советских архивах, см.: Revolutionary Russia/Ed, by R.Pipes. Cambridge, Mass., 1968. P.27, note 2.

** Попытка нарисовать картину ранней интеллектуальной и духовной эволюции Ленина на основании доступных нам документов сделана в нашей книге « Revolutionary Russia». Большинство сведений, приведенных ниже, взяты из этой работы и из двух других: Струве: левый либерал. М, 2001; Social Democracy and the St. Petersburg Labor Movement. Cambridge, Mass., 1963. Из вторичных источников самым ценным представляется книга Н.Валентинова: The Early Years of Lenin. Ann Arbor, Mich., 1969.

Ленин, Владимир Ильич Ульянов, родился в апреле 1870 года в городе Симбирске, в обыкновенной, прилично обеспеченной семье служащего. Отец его, школьный инспектор, достиг к концу жизни в 1886 году чина действительного статского советника, что в табели о рангах соответствовало генеральскому званию и давало право на наследственное дворянство. Он был человеком консервативно-либеральных взглядов, симпатизировал реформам Александра II и верил, что в просвещении — залог прогресса России. Трудился он не покладая рук и, говорят, за шестнадцать лет своей деятельности в качестве инспектора учредил несколько сот школ. Мать Ленина, урожденная Бланк, была дочерью врача еврейского происхождения, ее фотографии напоминают портреты кисти Уистлера. Это была счастливая, дружная семья, добродетельно соблюдавшая обряды и праздники православной церкви.

Семья Ульяновых в 1887 году пережила трагедию: в Санкт-Петербурге был арестован старший брат Ленина, Александр. При нем была найдена бомба, предназначавшаяся для убийства царя. Страстный ученый, Александр не выказывал интереса к политике до конца третьего года обучения в Санкт-Петербургском университете. Начитавшись трудов Плеханова и Маркса, он выработал эклектическую политическую идеологию, в которой программа «Народной воли» обретала некоторые черты социал-демократии. Признавая за промышленным рабочим классом ведущую роль в революции, он рассматривал политический террор как средство, а немедленный переход к социализму — как цель революции. Эта своеобразная смесь марксизма и народовольчества предвосхитила программу, которую Ленин выработал независимо несколькими годами позже. Арестованный 1 марта 1887 года, в шестую годовщину убийства Александра II, Александр Ульянов предстал перед судом и был казнен вместе с другими заговорщиками. На суде и во время казни он вел себя с исключительным достоинством.

Казнь Александра, состоявшаяся вскоре после смерти Ульянова-старшего, глубоко потрясла семью, в которой и не подозревали о его революционной деятельности. Но нет никаких свидетельств, что это повлияло на образ жизни Владимира. Спустя много лет младшая сестра Ленина Мария будет рассказывать, что, узнав о смерти брата, Ленин будто бы воскликнул: «Нет, мы пойдем не таким путем. Не таким путем надо идти»2. Не говоря о том, что Марии Ульяновой было в год трагедии всего девять лет, факт этот представляется сомнительным, поскольку к моменту казни брата Ленин не имел еще абсолютно никакого представления о политике. Цель этой очевидной выдумки — показать, что еще в семнадцатилетнем возрасте гимназист Ленин был склонен к марксизму, а это противоречит всем имеющимся данным. Более того, по воспоминаниям членов семьи, братья не были близки и Александр терпеть не мог постоянной грубости и заносчивости Владимира.

В Ленине-юноше удивляет как раз то, что, в отличие от большинства своих современников, он не выказывал никакого интереса к общественной жизни3. В воспоминаниях, вышедших из-под пера одной из его сестер до того, как железная лапа цензуры легла на все, что писалось о Ленине, он предстает мальчиком чрезвычайно старательным, аккуратным и педантичным, — в современной психологии это называется компульсивным типом4. Он был идеальным гимназистом, получал отличные оценки практически по всем предметам, включая поведение, и это год за годом приносило ему золотые медали. Его имя было в начале списка окончивших курс гимназии. Ничто в скудных сведениях, которыми мы располагаем, не говорит о бунте — ни против семьи, ни против режима. Федор Керенский, отец будущего политического соперника Ленина, бывший директором гимназии в Симбирске, которую посещал Ленин, рекомендовал его для поступления в Казанский университет как «замкнутого» и «необщительного» молодого человека. «Ни в гимназии, ни вне ее, — писал Керенский, — не было замечено за Ульяновым ни одного случая, когда бы он словом или делом вызвал в начальствующих и преподавателях гимназии непохвальное о себе мнение»5. Ко времени окончания гимназии в 1887 году у Ленина не было «определенных» политических убеждений6. Ничто в начале его биографии не изобличало в нем будущего революционера; напротив — многое свидетельствовало о том, что Ленин пойдет по стопам отца и сделает заметную служебную карьеру. Именно благодаря этим чертам он сумел поступить в Казанский университет, что было бы в ином случае затруднительно из-за дурной политической репутации его семьи.

В университете товарищи-студенты привлекли его, как брата известного террориста, к участию в нелегальной группе «Народная воля». Организация эта, возглавляемая Лазарем Богоразом, устанавливала контакты с единомышленниками в других городах, включая Санкт-Петербург, очевидно с намерением довести до конца дело, за которое были казнены Александр Ульянов и его сподвижники. Нет определенных сведений о том, насколько группа продвинулась в осуществлении своих планов и какова была роль Ленина в ней. Вся группа была арестована в декабре 1887 года, после университетских беспорядков. Ленин, которого видели бегущим, кричащим и машущим руками, был подвергнут кратковременному аресту. По возвращении домой он написал прошение об отчислении из университета, но попытка предотвратить таким образом исключение не удалась. Он был исключен в числе тридцати девяти других студентов. Подобные суровые наказания, обычно применяемые правительством Александра III в борьбе с независимостью и «непокорством», периодически снабжали революционное движение новыми добровольцами.

Возможно, Ленину и позволили бы через определенное время восстановиться в университете, но в процессе полицейского следствия были выявлены его связи с кружком Богораза и то, что брат его был террористом. Он был внесен в список «неблагонадежных» и отдач под полицейский надзор. Прошения о восстановлении в университете, подаваемые им и его матерью, раз за разом встречали отказ. Ленин не видел для себя будущего. Четыре года после исключения он провел в вынужденном безделье, проживая пенсию матери. Он впадал в отчаяние и, судя по одному из прошений его матери, склонялся к самоубийству. Воспоминания современников рисуют Ленина этого периода как человека высокомерного, саркастичного и недружелюбного. Несмотря на это семья Ульяновых молилась на него как на растущего гения и воспринимала его суждения без критики7.

В течение описываемого периода Ленин много читал. Он штудировал «прогрессивные» журналы и книги 1860—1870-х годов, особенно труды Н.Г.Чернышевского, которые, по его собственным словам, отказали на него решающее влияние8. Это было трудное время для всех Ульяновых: симбирское общество бойкотировало их, поскольку связи с семьей казненного террориста могли привлечь нежелательное внимание полиции. Видимо, этот горький опыт сыграл немалую роль в формировании ленинских взглядов. К осени 1888 года, когда они с материю переехали в Казань, Ленин был уже законченным радикалом, исполненным бесконечной ненависти к тем, кто порушил его многообещающую карьеру и отвернулся от его семьи, — к царскому режиму и «буржуазии». Отличительной чертой типичных русских революционеров — в том числе и Александра Ульянова — был идеализм; основным политическим мотивом Ленина стала ненависть. Взращенный на этом чувстве, социализм Ленина являлся изначально и всегда оставался доктриной разрушения. Ленин мало задумывался о мире будущего, потому что был слишком поглощен — интеллектуально и эмоционально — разрушением мира настоящего. Именно эта навязчивая страсть к разрушительству завораживала и отталкивала, вдохновляла и ужасала русскую интеллигенцию, склонную колебаться между гамлетовской нерешительностью и донкихотовской одержимостью. Струве, часто общавшийся с Лениным в 1890-х годах, говорит, что «в соответствии с преобладающей чертой в характере Ленина... его главной установкой — употребляя популярный ныне немецкий психологический термин Einstellung — была ненависть.

Ленин увлекся чтением Маркса прежде всего потому, что нашел в нем отклик на эту основную установку своего ума. Учение о классовой борьбе, беспощадной и радикальной, стремящейся к конечному уничтожению и истреблению врага, оказалось конгениально его эмоциональному отношению к окружающей действительности. Он ненавидел не только существующее самодержавие (царя) и бюрократию, не только беззаконие и произвол полиции, но и их антиподов — «либералов» и «буржуазию». В этой ненависти было что-то отталкивающее и страшное; ибо, коренясь в конкретных, я бы сказал даже, животных, эмоциях и отталкиваниях, она была в то же время отвлеченной и холодной, как самое существо Ленина»9.

* * *

Официальная версия жития Ленина в том виде, как она сложилась к 1920-м годам, списана в ее основных чертах с жизни Христа. Главный герой изображается неизменным и неизменяемым, живущим во исполнение судьбы, предопределенной к моменту его рождения. Официальные биографы Ленина не допускали, что он мог когда-либо менять свои взгляды. По их словам, Ленин был убежденным ортодоксальным марксистом с того самого момента, как впервые заинтересовался политикой. Легко показать, насколько это неверно.

Для начала следует заметить, что термин «марксизм» обозначал во времена юности Ленина по крайней мере две вещи. Классическая марксистская доктрина относилась к странам с развитой капиталистической экономикой. Это для них Маркс писал научную теорию развития, предсказывая как неизбежный исход крах и революцию. Учение это чрезвычайно импонировало русским интеллигентам-радикалам, поскольку претендовало на научную объективность и обещало безусловное осуществление прогноза. Маркс стал популярен в России еще до того, как там появилось русское социал-демократическое движение: в 1880 году он хвалился, что у «Капитала» больше читателей и поклонников в России, нежели в любой другой стране10. Но, поскольку капитализм (как бы расширительно мы ни употребляли этот термин) в России к тому времени еще не сложился, русские последователи Маркса приспосабливали его теории к местным условиям. В 1870-х годах была создана теория «особого пути», согласно которой Россия должна была развить свои собственные формы социализма, опираясь на сельскохозяйственную общину, и перейти к социализму, минуя капитализм11. Подобная идеология была характерна для русских радикальных кругов 1880-х годов, в частности ее положила в основу своей программы группа «Народная воля», в которую входил брат Ленина.

Знания об интеллектуальном окружении, в котором рос Ленин, проливают свет на то, как происходила его эволюция и формировалась идеология. В 1887—1891 годы Ленин не был и не мог быть марксистом социал-демократического толка, так как эта версия марксизма не была еще известна в России. Все факты неопровержимо свидетельствуют, что в период с 1887-го по 1891 год Ленин — типичный последователь «Народной воли». Он устанавливал тесные связи с членами этой организации, сначала в Казани, затем в Самаре. Он прилежно отыскивал старейших членов этого движения (многие из них осели в волжских областях после освобождения из тюрьмы или ссылки) и получал от них сведения об истории движения и его практической организации. Полученные знания крепко в нем укоренились: уже став одним из лидеров русской социал-демократической партии, Ленин заметно отличался от своих соратников твердой верой в необходимость хорошо дисциплинированной, конспирированной профессиональной революционной партии и тем раздражением, которое вызывали в нем программы, учитывавшие прохождение капиталистической фазы развития. Как истый народоволец он презирал капитализм и «буржуазию», в которой видел не попутчика социализма, а его заклятого врага. Небезынтересно, что, когда в конце 1880-х годов в непосредственной близости от Ленина начал действовать кружок, в котором к Марксу и Энгельсу подходили в «немецком», то есть социал-демократическом духе, Ленин к нему не присоединился12.

В июне 1890 года власти смягчились, и Ленину позволили экстерном держать экзамены на адвоката. Он сдал их к ноябрю 1891 года, вслед за чем посвятил себя не адвокатуре, а чтению экономической литературы, особенно статистических отчетов по сельскому хозяйству, издававшихся земствами. Целью этого занятия, по словам его сестры Анны, было выяснение «возможности социал-демократии в России»13.

Время было самое благоприятное. В Германии легализованная в 1890 году социал-демократическая партия пользовалась поразительным успехом на выборах. Превосходная организованность и способность сочетать работу среди рабочих с широкой либеральной программой приносили ей раз от разу все больше мест в парламенте. Неожиданно появилась вероятность, что в самой индустриально развитой стране Европы социализм может победить без опоры на насилие, демократическим путем. Этот успех так вдохновил Энгельса, что незадолго до своей смерти, в 1895 году, он признал: революционных восстаний, предсказанных им и Марксом в 1848 году, может и не быть, а за социализм можно бороться у избирательной урны, а не на баррикадах14. Пример социал-демократической партии Германии оказал сильное воздействие на русских социалистов и дискредитировал отчасти теории «особого пути» и революционного государственного переворота.

Одновременно с распространением этих идей Россия переживала период бурного промышленного развития, в результате которого число промышленных рабочих за десятилетие, 1890—1900 годы, удвоилось. Ни одна страна в тот период не имела такого высокого показателя экономического роста. Налицо были все признаки, что России не удастся миновать капитализма (даже Маркс считал это вероятным) и придется повторить путь Запада.

Обстановка менялась, и социал-демократическая теория приобретала все больше последователей в России. Г.В.Плеханов и П.Б.Аксельрод в Женеве, П.Б.Струве в Санкт-Петербурге считали, что Россия придет к социализму в два этапа. На первом этапе в ней возникнет развитой капитализм, что значительно увеличит численность рабочих и одновременно даст ей «буржуазные» свободы, в частности парламентскую систему, пользуясь которой русские социалисты, подобно немецким, смогут получить политическое влияние. Как только «буржуазия» разделается с самодержавием и с «феодальным» экономическим устройством, очистится путь для следующей фазы исторического развития, перехода к социализму. К середине 1890-х годов эта теория завладела воображением интеллигенции и практически вытеснила идею «особого пути», которую Струве презрительно окрестил «народничеством»15.

Ленин менял свои взгляды медленно — отчасти потому, что, живя в провинции, почти не имел доступа к социал-демократической литературе, отчасти потому, что прокапиталистическая, пробуржуазная философия, в ней содержавшаяся, плохо уживалась с тем, что Струве называл его «основным Einstellung», или установкой сознания. В 1892—1893 годах, прочтя Плеханова, он занял позицию на полпути от народовольческой идеологии к социал-демократической теории, исповедуя взгляды, подобные тем, которых придерживался его брат пятью годами раньше. Он оставил идею «особого пути» и признал то, что уже невозможно было игнорировать: Россия шла именно тем путем, о котором он читал в «Капитале» еще в 1889 году. Одной вещи он, однако, признать не хотел: а именно, что России, прежде чем созреть для революции, следует пройти фазу капиталистического развития, при которой, в течение неопределенного времени, у власти будет стоять «буржуазия».

Вышел он из положения, объявив Россию уже капиталистической. Эта своеобразная точка зрения, которую не разделял ни один из известных нам исследователей русской экономики, опиралась на весьма вольную интерпретацию статистических данных по сельскому хозяйству. Ленин убедил самого себя, что русская деревня переживает процесс «классового расслоения», в результате которого меньшая часть крестьянства превращается в «мелкую буржуазию», а большинство — в безземельный сельский пролетариат. Выкладки эти, позаимствованные у Энгельса, занимавшегося изучением немецкого крестьянства, имели мало общего с русской реальностью, но для Ленина они служили обоснованием того, что Россия не должна была откладывать революцию на неопределенное время, ожидая, покуда созреет в ней капитализм. Сообщая, что индустриализация России уже состоялась, поскольку 20% сельского населения в некоторых губерниях превратилось в «буржуазию», Ленин взял на себя смелость заявить в 1893—1894 годах, что «капитализм уже в настоящее время является основным фоном хозяйственной жизни России» и что «по сущности, порядки наши не отличаются от западноевропейских»16.

Объявив «капиталистической» страну, четыре пятых населения которой составляло крестьянство, причем в большинстве своем общинное и малоземельное, Ленин получил возможность утверждать, что она созрела для революции. Более того, поскольку «буржуазия» уже «захватила власть», она превращалась из союзника в классового врага. Летом 1894 года Ленин в одном предложении сформулировал политическую философию, которой он, за исключением кратковременного отступления (в 1895—1900 гг.), оставался верен всю жизнь: «русский РАБОЧИЙ, поднявшись во главе всех демократических элементов, свалит абсолютизм и поведет РУССКИЙ ПРОЛЕТАРИАТ (рядом с пролетариатом ВСЕХ СТРАН) прямой дорогой открытой политической борьбы к ПОБЕДОНОСНОЙ КОММУНИСТИЧЕСКОЙ РЕВОЛЮЦИИ»17.

Несмотря на то, что фразеология употреблялась марксистская, здесь устами Ленина говорила «Народная воля», — и действительно, впоследствии он признавался Карлу Радеку, что хотел соединить народовольчество с марксизмом18. Русский рабочий, которому «Народная воля» также приписывала роль революционного авангарда, должен был совершить «прямое» нападение на самодержавие, свергнуть его и на его обломках воздвигнуть коммунистическое общество. Ни одного слова о роли капитализма и буржуазии в разрушении политических и экономических основ старого строя. Подобная концепция была, по сути, политическим анахронизмом, поскольку в то время, когда писались эти слова, в России нарастало социал-демократическое движение, отвергавшее устаревшую интерпретацию теории Маркса.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   65

Похожие:

The russian revolution iconThe russian revolution
Эта книга является, пожалуй, первой попыткой дать исчерпывающий анализ русской революции бесспорно самого значительного события прошлого...
The russian revolution iconThe Russian judicial system consists of the Constitutional Court,...

The russian revolution iconН ациональная премия в области событийного туризма «russian event awards»
Завершен приём проектов участников первой Национальной премии в области событийного туризма «Russian Event Awards». В адрес организационного...
The russian revolution iconН ациональная премия в области событийного туризма «russian event awards»
Продолжается приём заявок на участие в конкурсе на соискание первой Национальной премии в области событийного туризма «Russian Event...
The russian revolution iconThe russian federation

The russian revolution iconRussian speaking

The russian revolution iconHealthcare of the Russian Federation

The russian revolution iconBuchenwald (near Weimar) (German-Russian Workcamp)

The russian revolution iconTraining program for russian policy and opinion makers

The russian revolution icon Russian cuisine derives its varied character from the vast and multi-cultural expanse of 

Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница