И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы


НазваниеИ. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы
страница9/33
Дата публикации09.06.2013
Размер4.33 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Медицина > Документы
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   33
^

8. Священные цвета


Вот приношения, которые вы должны принимать от них: золото и серебро и медь, и шерсть голубую, пурпуровую и червленую, и виссон, и козью [шерсть]

(Исх. 25:3-4)

Скинию же сделай из десяти покрывал крученого виссона и из голубой, пурпуровой и червленой шерсти, и херувимов сделай на них искусною работою

(Исх. 26:1)

И сделают ефод из золота, из голубой, пурпуровой и червленой шерсти, и из крученого виссона, искусною работою

(Исх. 28:6)

После того, как нам в прошлой беседе открылось значение брусьев скинии, и мы видели, как их постановкой устроились стены ее, было бы очень удобно приступить к рассмотрению покрывал, которыми было покрыто жилище Иеговы, и которые, собственно, довершали его. Но там мы встретились снова с различными цветами святилища; и снова перед нами выступила необходимость сначала заняться ими, чтобы, затем, легче уяснить себе значение вышеуказанных тканей. При этом свете приобретают большую цену не только эти покрывала и завесы, но и все остальные предметы, в которых они нам встретятся.

Что эти цвета не случайно попали в священные предметы, но, скорее, имели особенно важное значение в глазах Божиих, этому будет верить, без всякого довода, каждый серьезный, верующий в Библию христианин, потому что он знает, что Св. Писание "изрекали (и так и писали) святые Божии человеки, будучи движимы Духом Святым", Который во всяком постановлении, во всяком слове открывает нам чудные планы и предначертания Божии. Но уже и то обстоятельство, что эти цвета нам встречаются всюду во святилище, должно показывать нам их важность и привлекать к себе наше внимание. Куда бы мы ни обратили наш взгляд, везде он упадет непременно на них. Мы видели их на воротах двора, на двери святилища, на завесе Святого-святых и снова их увидим на облекающих скинию покрывалах; не отсутствуют они даже и в священных одеждах Первосвященника; везде голубой, пурпуровый, червленый и белый цвет, искусно сотканные в миловидном сочетании, представляются внимательному взгляду наблюдателя. По точному вычислению, эти цвета повторяются в Пятикнижии Моисее в одном и том же порядке 24 раза. Да будет же Господу угодно показать нам их значение по благоволению Его. Впереди всех
^

священных цветов.


стоит, как мы видим, голубой цвет. За очень немногими исключениями, этот цвет всегда занимает первое место в перечислении вышеозначенных четырех цветов. Таким образом, он является первым по порядку; Бог дал ему первое место. Сам по себе он едва ли был бы в состоянии бросаться в глаза наблюдателю, так как оба красные цвета далеко его превосходили в этом отношении; во всяком случае ткани эти казались скорее красными, нежели голубыми. Бог, однако, дал ему предпочтение, заставляя другие цвета обыкновенно следовать за ним. Цвет же этот - цвет неба и всего небесного. Ведь он простирается по всему небосклону в бесконечное пространство. С какой точки земли ни поднял бы человек глаза свои и не поглядел бы на небо, всюду встречается ему этот мягкий, милый голубой цвет.

И вот, мы находим этот голубой цвет во многих прообразах небесного, которые имеют осуществление во Христе Иисусе. Это очень живо указывает нам на небесный характер Христа Иисуса. Он был ниспосланный к нам с небес Искупитель. На земле не было для нас спасителя; Ему надлежало придти к нам из иного Царства: Он должен был для нас сойти с неба; вот первый важный урок, который Господь хотел нам дать и глубоко запечатлеть в поставлении голубого цвета впереди всех цветов. Мы знаем, что Он был человек, действительно человек, по виду ничем не отличавшийся от человека, и вошедший во все человеческие положения и обстоятельства, кроме греха; и при всем том Он был все-таки совершенно иным человеком, нежели мы, потому что Он не был, подобно нам, прахом из праха и землей из земли, но был, как назвал Его апостол Павел "Господь с неба" (1Кор.15:47). Он только "посетил нас по благоутробному милосердию Бога нашего", и посетил нас, как "Восток свыше", чтобы "просветить сидящих во тьме и тени смертной, направить ноги наши на путь мира" (Лук.1:78,79). Итак, Он был здесь на земле небесным пришельцем с небесной целью, пришельцем постоянно сознающим это свое положение и странствующим сообразно ему. Ни на мгновение не забывал Он, откуда Он исшел, где находился и куда шел. Самые серьезные и самые важные беседы, поглощавшие всю Его душу, не отстраняли никогда от Него этого сознания. Посмотрите на Него, как, в ту столь благословенную для Никодима ночь, Он свидетельствует ему, откуда Он исшел и где Он пребывает, говоря ему: "Никто не восходил на небо, как только сшедший с небес Сын человеческий, сущий на небесах" (Иоан.3:13). И иудеем он открыто высказал это: "Вы от нижних, Я от вышних; вы от мира сего, Я не от сего мира" (Иоан.8:23). И как Сам Он не был от мира, то и все мысли, слова и дела Его были небесные, как свидетельствует о Нем Иоанн Креститель: "Приходящий свыше и есть выше всех; а сущий от земли земной и есть и говорит, как сущий от земли; приходящий с небес есть выше всех. И что Он видел и слышал, о том и свидетельствует" (Иоан.3:31,32). Во время своего пребывания здесь, на земле, Он приобретал для неба: Он пришел установить Царство небесное на земле, вернулся назад на небеса и, наконец, придет еще раз с неба, взять к Себе Своих, чтобы и они были там, где Он. Этот небесный Его характер обнаруживался тот час же пред наблюдателем с искренним сердцем и открытым оком. Пока Нафанаил не узнал Иисуса ближе, он мог спросить: "Из Назарета может ли быть что доброе"? Но дайте ему подойти ближе, дайте ему взглянуть на Него настоящим взглядом, и он должен будет воскликнуть: "Ты Сын Божий, Ты Царь Израилев!" И следующий опыт, который он отныне будет приобретать в общении с Ним, по словам Самого Господа, будет таков, что он увидит "отныне небо отверстым и Ангелов Божиих, восходящих и нисходящих к Сыну человеческому" (Иоан.1:49,51).

Тот же опыт повторяется еще до сегодняшнего дня. Пока душа остается Ему чужой и далекой, она не видит в Нем ничего небесного. Иисус для нее все то, что делают из Него люди. Он для нее "Иоанн Креститель, Илия, Иеремия или один из пророков", или, при переводе на наш современный язык, великий, благочестивый муж, Которого надо почитать и перед Которым надо преклоняться - и больше ничего; но если душа действительно придет в соприкосновение с Ним, Дух Божий открывает ей глаза и если она вступит в святое общение с Ним, как там Нафанаил, то с этого времени она не видит ничего, кроме славы, кроме самого неба. Ей приходится только удивляться, как могла она быть такой слепой и не видеть всего этого раньше.

Если голубой цвет, с одной стороны, показывает небесный характер Христа, то, по отношению к нам, он показывает Христову любовь, благодать и милосердие. Некто отозвался однажды об этом цвете так: "Он привлекает глаз, не ослепляя его, и прилагательное "милый" можно прибавить к нему с полным правом". Независимо от того, правильно ли и верно ли это суждение, - ясно, что сошествие с неба нашего Господа являет нам не что иное, как любовь Его и любовь Отца к нам. "Ибо", свидетельствуют уста Сшедшего к нам с небес, "так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий, верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную" (Иоан.3:16). Да, Бог есть любовь, но мы не познали бы Его, как любовь, без отдачи Сына его, потому что Он в Своей Собственной личности пришел открыть и показать нам Отца. Мы никогда не узнали бы, как сердце Отца настроено относительно нас, если б Он не пришел к нам с неба; Его пришествие свидетельствовало о любви Его и о любви Отца, и, когда Он был у нас, Он доказал нам ее, выставляя ее во всех Своих действиях. "Бога не видел никто никогда", так свидетельствует Он Сам, "Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил" (Иоан. 1:18). И в другом месте: "Видевший Меня видел Отца" (Иоан.14:9). И можем ли мы сказать, что что-либо другое, кроме любви, самой чистой, божественной любви, можно было видеть в чудных поступках Сына? Она была нераздельно связана с Ним, что была, собственно, Его природой, и, если Отца называют любовью, то только чрез Него, Кто дал неопровержимые доказательства этой любви.

И теперь, когда вы видите где-либо в скинии собрания этот милый цвет, вспоминайте о синеве небесной во всей ее беспредельности и неизмеримом пространстве, говорящей нам о широте, и долготе, и высоте, и глубине сшедшей с небес любви, любви, превосходящей всякое разумение.

Перейдем теперь к следующему цвету - багряному, или пурпуровому. Как голубой цвет составляет особенный цвет неба, так багряный, или пурпуровый является характерным цветом земного великолепия. Почти все царства мира сего искали в нем выражения своей славы и величия. Таков был обычай в старину и отчасти он удержался и до нашего времени. Даже слово Божие употребляет его, как символ человеческой царственной власти. Например, в Откровении Иоанна в этот цвет облечен зверь с десятью рогами, о котором нам ясно сказано, что это будет господствующая на земле власть до второго пришествия Христа; точно так же сатана, великий похититель власти, который и зверю даст власть, назван на священном языке "красным драконом" не потому, чтобы в этом цвете было что-либо злое, но потому, что зло здесь присвоило себе величие и господство. Сатана, дух злобы, похитил то, что должно принадлежать Христу; вот, что показывает нам здесь Бог. Далее, мы читаем, что, желая в насмешку представить Господа нашего, как земного царя, Его облекли в багряницу, вложив Ему в руку трость, вместо скипетра, и этим издеваясь над Его царским достоинством. Этих примеров, думаю, вполне достаточно, чтобы убедить нас, что багряный, или пурпуровый цвет обозначает царское величие.

Пурпуровый цвет, где бы он ни встречался в богослужении левитов, возвещает нам Христа, как Царя земли. И, без сомнения, если Бог Своим искуплением, посланным в мир во Христе, создал новое творение, то никто, кроме Него, не может быть его главой и царем. Человек, венец творения, получил, как царь его, широкое, божественное полномочие: "Наполняйте землю и обладайте ею и владычествуйте над рыбами морскими и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле" (Быт.1:28). Сотворенный по образу и подобию Божию и вооруженный этим полномочием, он был представитель Иеговы здесь на земле; но как скоро он потерял чрез грех свой царский престол и свое царственное достоинство, как скоро он, повелитель, попал в узы и подданство сатаны и, вместо того, чтобы господствовать, сам был подчинен господству, стал жалким рабом сатаны и всех его похотей. Освободиться самому было для него навеки невозможно, его престол был для него безвозвратно потерян. Но, благодарение Богу, тогда пришел второй Адам, "Господь с неба", "Наследник всего" (Евр.1:2), "Сильнейший", и, напав на дом сильного, т.е. диавола, отнял у него имущество, им противозаконно присвоенное, потому что, как говорит Писание, Он пришел, чтобы стереть главу змею и "разрушить дела диавола". Сатана знал и с ужасом чувствовал, что дело шло об уничтожении его владычества; отсюда этот трепет и этот вопль страха бесноватых, говоривших его языком: "Пришел Ты сюда прежде времени мучить нас" (Матф.8:29), они знали, что Он был Сын, Наследник. И потому что сатана знал, что, в конце концов в руку Иисуса отдана будет всякая власть на небе и на земле и что все царства мира сего должны будут принадлежать Богу и Христу, т.е. Помазаннику Его, он и сделал в пустыне отчаянную попытку, хитростью покорить Его себе, показывая Ему в одно мгновение ока все царства мира сего и делая Ему богохульное предложение: "Все это дам Тебе, если, падши, поклонишься мне". Но; - слава Ему! - всякое искушение разбивалось этим вторым Адамом; Он преодолел, Он остался победителем.

Будучи заранее предназначенным царем земли, таковым был Он и по своему рождению, потому что, как Он был Сыном Давида, так был и Господом его. Он был рожденный царь Израиля, и для того, чтобы быть им, Он пришел в этот мир, и даже в самый страшный час Своей жизни и Своих страданий, когда человеческий глаз не мог открыть никаких следов Его царского достоинства, Он не побоялся засвидетельствовать перед Понтием Пилатом, что Он Царь. Первосвященникам же и старейшинам Своего народа Он сказал: "Вы узрите Сына человеческого, сидящего одесную силы и грядущего на облаках небесных" (Марк. 14:62). Бог не преминул возвестить эту чудную действительность всему миру, когда, в минуту Его самого глубокого унижения, Он, сопричисленный к злодеем, висел между двумя разбойниками на кресте, дав надписать над Его головой на трех языках того времени, религиозном, научном и государственном, т.е. еврейском, греческом и латинском: Иисус Назорей, Царь Иудейский (Иоан.19:19). Никакие протесты Его враждебного народа против этой надписи тут не помогли; они, которые легко могли достигнуть всякой неправды у трусливого судьи Господня, должны были в отношении этой надписи, казавшейся им почти невыносимым позором, принять непреклонный, решительный ответ: "Что я написал, то написал".

Итак, эта земля не признала в Нем избранного Богом Царя, она оттолкнула Его от себя: люди "не хотели, чтоб Он царствовал над ними", как они этого не хотят еще и теперь, потому что и до сих пор Он отвержен большинством; но определение Божие остается непоколебимо: Как ни мятутся народы и ни замышляют тщетное племена, как бы ни восставали цари, и сколько бы ни совещались князья земли вместе против Господа и против Помазанника Его, как бы ни силились они расторгнуть их узы и свергнуть с себя их оковы, - Живущий на небесах посмеется, Господь поругается им; Его определение таково: "Я помазал Царя Моего над Сионом, святою горою Моею" (Пс.2:1-6). Да, этому Царю Его все-таки дана всякая власть на небе и на земле, и только согласно Его плану должны действовать все владыки и цари земные, как бы враждебно они ни относились к Нему, "потому что Бог положил им на сердце исполнить волю Его, исполнить одну волю" (Откр.17:17).

В то время, как одни служат Ему, против своей воли выполняя Его план, мы видим в наши дни малочисленный народ, который добровольно подчинился Ему, и добровольно приносит Ему жертвы в святом благолепии; рассеянный по всей земле, среди всех народов. племен и языков, он ежедневно возрастает числом; пока не сделается великим множеством, которого никто не может перечесть. Они смотрят на Него с наслаждением, как на своего Царя. И скоро придет время, когда "преклонится всякое колено небесных, земных и преисподних, и всякий язык будет исповедывать, что Господь Иисус Христос в славу Бога Отца" (Фил.2:10,11). И мне кажется, будто я уже вижу Его в духе, грядущего на облаках небесных, и много диадим на челе Его, потому что все царства мира принадлежат Ему; мне кажется, что я читаю написанные на одежде и бедре Его слова: "Царь царей и Господь господствующих" (Откр.19:16), потому что "Он сокрушил голову в земле обширной" (Пс.109:6); я вижу, как Он занимает "престол Давида, что владычество Его умножается и нет предела миру Его". Блаженное время, заставляющее нас воскликнуть: "Аминь: Ей, гряди, Господи Иисусе!"

Но, дорогие друзья, раньше, чем продолжать нашу беседу, позвольте вас спросить: все ли вы Его подданные, Его ли вы подданные в настоящую минуту? Действительно ли вы принадлежите к народу Его? Стоите ли вы душой и телом на Его стороне? Здесь нет никакой нейтральной почвы. Не будем обманывать себя: или мы Христовы или принадлежим врагу; подданные Одного или другого, потому что решающее слово Христа в этом отношении таково: "Кто не со мною, тот против Меня".

О присягните же Ему пред знаменем креста,
Как подданные, воины Христа!

Но перейдем теперь к третьему цвету, т.е. червленому. Этот цвет цвет крови и имеет отношение ко Христу, "пострадавшему за нас во плотиц (1Пет.4:1). Без смерти "Господа с неба", "второго Адама", Царя земли, не оказалось бы никого, принадлежащая к семени Его, никого, могущего войти в славу; теперь же через смерть Его принадлежащее Ему освободились от вечной смерти; только смертью Своею явил Он жизнь и нетление, потому что, "как в Адаме все умирают, так во Христе все оживут" (1Кор.15:22). Наследство, оставленное нам первым Адамом, - смерть, достигшая всех людей; наследство же, даруемое нам Христом, заключается в вечной жизни, приобретенной смертью Его.

Когда Он ходил некогда на земле, Он был единственным пшеничным зерном совершенно нового, небесного семени, полным небесной, вечной жизни, тогда как окружавшие Его плевелы были полны смерти; если б это пшеничное зерно не упало в землю и не умерло, то оно осталось бы навеки одно, как это Он Сам сказал нам. Но, благодарение Богу, оно умерло и принесло много плода! - Неправда ли, вы знаете эту чудную притчу, которая, как никакая другая, указывает путь, которым через Его смерть жизнь вечная, Его собственная жизнь, сделалась нашим достоянием. Известно, что пшеничное зерно, как и всякое другое семя, если оно хочет передать жизнь своему, происходящему от него, семени, т.е. другим пшеничным зернам, должно вперед умереть и отдать свою жизнь, чтобы она, как бы через воскресение, перешла в эти его семена; другого пути не существует. Таким образом оно умножается и не остается одно; то же было и со Христом, пришедшим к нам с небес, как сказано: "Когда душа Его принесет жертву умилостивления, Он узрит потомство долговечное" (Ис.53:10). Почти девятнадцать столетий протекло с того потрясшего весь мир события, когда Сын Божий пошел на смерть, и наши очи видят до сегодняшнего дня, как появляются все новые пшеничные зерна; плоды не прекращаются, и снопами собирается великая жатва. О, если бы мы все вошли в состав этих снопов!

Да, возлюбленные, этот червленый цвет в чудной ткани искупительного плана Божия сияет не меньшим блеском, нежели голубой и пурпуровый. Без смерти Господа и все прочее ведь было бы напрасно для нас. Может быть наш взгляд с удивлением смотрел бы на чудный голубой цвет Его небесной природы и Его бесконечной любви, сведшей Его к нам; со страхом и почтением смотрели бы мы на пурпуровый цвет Его прославленного величия, если бы мы видели, как все Ему покорено, даже и сами мы, хотя, быть может, с трепетом и вынужденно, склонили бы пред Ним наши колена, и уста наши засвидетельствовали бы, что Он Господь во славу Бога Отца; но во всем этом не было бы для нас ни спасения, ни освобождения, потому что лишь Своею "смертию лишил Он силы имеющего державу смерти, то есть диавола, и избавил тех, которые от страха смерти чрез всю жизнь были подвержены рабству" (Евр.2:14,15). Только чрез отдачу жизни Его было совершено "искупление многих" (Мат.20:28), и только Его смертью мы могли быть привлечены: "И когда Я вознесен буду от земли", говорил Он Сам, "всех привлеку к Себе. Сие говорил Он, давая разуметь, какою смертию Он умрет" (Иоан.12:32,33). Да, как ни величественно, как ни превосходно, славно и чудно все, что в Нем есть, что могут открыть наши очи и очи всех людей, все таки средоточием нашего спасения и того, что влечет и приковывает наши сердца к Нему и навеки связывает с Ним, это есть и всегда будет смерть Его, вершина Его любви. Стихотворец сказал правду, воспевая:

Не славные царства Твои привлекают,
Великое сердце, к Тебе все сердца,-
Но здесь, в свое время, явленье святое
И путь Твой земной, полный скорби, труда.

И прав этот же песнопевец, говоря далее:

Когда пред нами Тот, Кто нас спасает
И, умирая, Свою кровь Он льет,
Когда прообраз нам Его являет,
То наше сердце счастливо, душа живет.

Нам остается только остановиться еще у последнего белого цвета. Он уже встречался в завесах двора и тогда мы узнали его, как невинность и праведность Господа. Мы видим в нем также и нашу праведность, которую, как говорит апостол, мы получаем "даром по благодати Его", облекшись во Христа. Вот этот белый цвет обыкновенно ставится последним, как это сделали и мы, остановившись на нем после только что нами рассмотренного червленого цвета крови. Что касается нашего отношения к нему, то мы находим, что это самое верное место для него, потому что наша праведность может быть только плодом смерти Господа. Сперва "Бог незнавшего греха сделал для нас жертвою за грех", потом только "мы в Нем сделались праведными пред Богом" (2Кор.5:21). Что же касается его отношения ко Христу, то мы должны сознаться, что он, по своему значению, составляет основание и заключение, альфу и омегу красоты и славы нашего Господа. Уже в самых тканях лежит этот намек, потому что мы не должны забывать, что все эти разноцветные, чудные материи из виссона первоначально были совершенно белые и только впоследствии им были приданы эти многозначительные цвета. Также и белый цвет праведности, святости и непорочности Христа есть то основание, на котором все другие красоты и совершенства Его получили свое полное достоинство. Он ведь не мог бы сделаться "Сшедшим с небес", каким Его изображает голубой цвет, если б Он не был неповинным и праведным; не мог бы Он получить и престол владычества Своего, как свидетельствует багряный, или пурпуровый цвет, если б в Нем был хоть один недостаток: и кровь Его не могла бы быть ценой выкупа для меня и тебя, как это явствует из червленого цвета, если б Ему пришлось искупать Свой собственный грех. Итак, мы видим, что белый цвет Его праведности представляет основной тон чудного сочетания всех Его совершенных качеств и всего Его существа.

Взглянем, наконец, на чудную тесную связь, соединяющую все эти цвета вместе, и, замечая, как они были сотканы в одно в покрывалах, завесах, ефоде и поясе, мы видим в них Христа, "Чудного", как назван Он еще в Ветхом Завете. И не должна ли Его прославленная личность возбуждать в нас изумление, когда мы взираем на Него во свете этих цветов, и видим соединенными в Нем небо и землю, Бога и человека, высшую славу и глубочайшее унижение, даже время и вечность: когда мы видим в Нем единственного Праведника и как Он есть и остается праведным, оправдывая грешника и нечестивого; как Он, "будучи сияние славы и образ ипостаси Бога и держа все словом силы Своей, совершил в то же время очищение грехов наших Самим Собою"?! Да, в изумлении и благоговении повергаемся мы к Его ногам, присоединяясь к славословию праведников, достигших совершенства: "Достоин Агнец закланный принять силу, и богатство, и премудрость, и крепость, я честь, и славу, и державу во веки веков. Аминь" (Откр. 5:12,13).
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   33

Похожие:

И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconЖан Бодрийар в тени молчаливого большинства, или Конец социального
«В тени молчаливого большинства, или Конец социального»: Editions denoel, 1982; Екатеринбург; 2000
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconСвет и тени Автор: глава 1 отредактирована бетой Ночная тень, со 2 главы Kira Lvova
Когда именно это началось, Драко сказать не мог. Стоило ей пройти мимо, и в животе начинало все порхать
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconСущность и виды общественных благ
Эффективность распределения ресурсов и благ по критерию Парето, фундаментальная теория экономики благосостояния
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconСейчас уже достаточно хорошо известно, что здоровье ребенка закладывается...
И вовсе не дело случая, каким он явится на свет: сильным или слабым, с хорошей или плохой сопротивляемостью, с большими или малыми...
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы icon   Мне уже несколько раз приходилось высказывать мысль о том, что...
Говорится обыкновенно, что настоящий, хороший патриотизм состоит в том, чтобы желать своему народу или государству настоящих благ,...
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconТакие информационно-агитационные беседы среди будущих абитуриентов...
Кузгту встречались со школьниками в Анжеро-Судженске, Тайге и в поселке Яшкино. Ребята рассказывали ученикам 9,10 и 11ых классов...
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconСистема государства (племя людей)
Добыча вещества природы – производство сырья – производство благ – распределение благ среди населения – обмен между людьми их результатами...
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconПисьмена бога
В центральной стене, на уровне пола, пробито широкое зарешеченное окно. В час без тени (полдень) вверху открывается люк, и тюремщик,...
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы icon1. совокупность отношений в области производства, распределения,...
Производство это процесс создания материальных и духовных благ, необходимых для существования и развития человека
И. В. Каргель Свет из тени будущих благ или 32 беседы iconSony Alpha slt-a99 (Body Only)
Авто, Дневной свет, Тень, Облачно, Свет лампы накаливания, Люминесцентное освещение (Теплый белый / Холодный белый / Дневной белый...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница