Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год


НазваниеИрина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год
страница7/23
Дата публикации22.06.2013
Размер3.21 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Медицина > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   23

* * *
Марина стояла у входа в «Макдоналдс», где проходил день рождения одноклассника Юли. Слава богу, думала она, что теперь закусочные и кафе предлагают программу проведения различных мероприятий, иначе родители, как в старые времена, сбивались бы с ног, пытаясь подготовить праздник для десятка детей. И это не говоря уже о том, что в течение двух трех часов, как минимум, ребята будут без умолку галдеть, сводя с ума маму и папу. Тарелки и чашки придется постоянно мыть и снова наполнять, попутно следя за тем, чтобы отпрыски чужих семейств не приделали чему нибудь ноги или не испортили технику и одежду.

Теперь эта проблема решена, и Марина уже подумывала о том, чтобы и на день рождения Юленьки снять помещение в каком нибудь приличном месте. Нет, конечно, это будет не «Макдоналдс» – хватит с ее дочери этих гамбургеров, полных холестерина и еще черт знает чего! Она почитает брошюры, проконсультируется с подругами, залезет в Интернет, наконец, и решит, какое место лучше всего подойдет для этой цели. В конце концов, у них с Павликом только одна дочь, и она заслуживает самого лучшего.

Дети постепенно выходили из дверей и бросались к ожидающим родителям, горя от нетерпения рассказать им о том, как здорово провели время на дне рождения. Марина начала раздражаться: ну, конечно, ее дочурка, как обычно, в последних рядах – большей копуши свет не видывал, честное слово! Куда бы они ни ходили – в бассейн, на танцы, на дополнительный французский, – Юля всегда выходит самой последней!

Но вот девушка в униформе стала закрывать, и у Марины что то екнуло внутри.

Погодите! – воскликнула она, придерживая дверь рукой. – Моя дочь все еще внутри!

Девушка удивленно посмотрела на молодую женщину и покачала головой.

Извините: все дети уже вышли.

Да нет же, постойте, этого просто не может быть: моя дочка, Юля, была на празднике! – сорвалась на крик Марина. – Я оставляла ее в кафе, вместе с другими ребятами, а теперь вы рассказываете мне , что ее нет?!

Мы проверим еще раз! – испуганно сказала девушка в униформе и кинулась внутрь. Одна из женщин, еще не успевшая выйти, подошла к Марине. Это оказалась мать именинника, Таня Чижова.

Ты не волнуйся, – мягко сказала она, – может, проглядела Юлю то, а? Она наверняка с другими девочками уже на улицу выскочила и тебя не заметила!

Точно зная, что такого просто не могло произойти, Марина послушно последовала за Татьяной к выходу из торгового центра. Может, Юля и в самом деле там? Может, она действительно отвлеклась на несколько секунд и не увидела, как дочка проскочила мимо, занятая болтовней с подругами? Любое предположение было сейчас лучше, чем та мысль, которая крутилась у нее в голове: Юля пропала, пропала среди десятка других детей, пропала, хотя за ней должны были приглядывать устроители праздника!
* * *
Наше очередное собрание в «Волне» отметилось появлением нового участника – журналиста Олега Гришаева. Лицкявичус орал на меня по телефону минут десять, узнав, какую сделку я заключила с репортером. Тем не менее ему пришлось признать, что без Гришаева наше расследование сильно затянется, а то и вообще зайдет в тупик: после беседы с Олегом я выяснила, что из фигурантов дел о пропаже с последующим возвращением детей лишь двое по прежнему проживают в Питере. Остальные отбыли в неизвестном направлении. Разумеется, можно их поискать, и наверняка они найдутся, только вот сколько времени и усилий на все это потребуется? А еще, если учесть нежелание оставшихся пострадавших беседовать с Карпухиным, как представителем следственных органов, наши шансы таяли на глазах. Таким образом, Лицкявичус решил все же выбрать меньшее зло в лице Гришаева и допустить его в «святая святых» – свой офис. Более того, он позволил журналисту выступить с кратким обзором ситуации.

Итак, – начал тот, демонстрируя первую вырезку из газеты, – по моим сведениям, первым из детей, похищенных, а затем возвращенных, был Никита Ремизов пяти с половиной лет. Произошло это в две тысяча четвертом году. Он пропал в аквапарке, куда пришел с младшей сестрой и матерью. Пока мамаша водила дочку в туалет, мальчик оставался внутри, а по возвращении его не нашли. Возможно, вы даже помните это дело: Антон Ремизов – журналист пятого канала телевидения, и сообщение об этом облетело весь теле– и радиоэфир. Антон – мой друг, и я счел своим долгом провести расследование, потому что милиция, похоже, занималась ерундой: вместо того, чтобы ловить похитителей, они стали наседать на Антона. Он как раз тогда разводился с женой, и суд должен был установить опеку. Так как Людмила, его жена, хотела ограничить Антона в правах, следователи сочли, что он мог предпринять какие то шаги к похищению сына. Мурыжили его несколько месяцев, нашли даже каких то старушек свидетелей, которые на самом деле ничего существенного не показали: они действительно видели Антона с сыном, но не в тот день, когда тот пропал, как первоначально утверждали на следствии, а двумя сутками ранее, когда он забирал мальчика по договоренности с женой! Следователи обшарили все места, где Антон мог «спрятать» Никиту, но тщетно: мальчик как в воду канул. Тогда наконец с большим опозданием решили рассмотреть версию о похищении с целью выкупа – глупость, если задуматься, ведь похитители так и не позвонили!

Это ничего не значит, – возразил Карпухин, который на дух не переносил журналистов, даже если это были корреспонденты международники. – Вы подняли такую шумиху, что преступники могли испугаться и отступить от первоначальных намерений. Между прочим, если бы я не знал, что мальчик вернулся, то сказал бы с уверенностью: он мертв, потому что, устроив кипиш, вы, репортеры, лишили его малейшего шанса на спасение в случае похищения с целью выкупа!

Что ж, может, вы и правы, – легко признал Гришаев. – К счастью, дело было не в этом. Никиту вернули через три с половиной месяца. Его нашли в кафе «KFC». Кто то купил ему комплексный обед и оставил за столиком. Официантка заметила одиноко сидящего мальчика и подошла выяснить, где его родители. При медицинском осмотре выяснилось, что у Никиты хирургическим путем изъяли почку и часть спинного мозга, а в остальном он находился в прекрасной форме. В разговоре со следователями и психологами ребенок смог лишь рассказать, что был «в больнице», его окружали «врачи», а в кафе привезла его «тетя», которую он раньше не видел. Она накормила его завтраком, а потом ушла, сказав, что ему нужно оставаться на месте и ждать маму с папой.

Толик Лавровский отсутствовал около трех месяцев, – заметила я. – И его тоже привела «тетя»!

Эти «тети» фигурировали почти во всех показаниях детей, – кивнул журналист. – Однако описания внешности, данные детьми психологам, сильно различаются.

Это нормально, – сказала Ивонна. – Дети маленькие, их восприятие отличается от нашего: все зависит от правильности наводящих вопросов, которые задает психолог, а нащупать «правильное» направление нелегко, когда разговариваешь с четырех– или пятилетним пациентом!

Более того, – вмешался Карпухин, – нельзя исключать еще двух факторов. Во первых, это действительно могли быть разные женщины. Во вторых, одна и та же женщина могла менять внешность при помощи парика и косметики – тут и взрослые в своих показаниях выглядели бы не лучше!

Готовы слушать дальше? – спросил Гришаев, когда дискуссия сошла на нет. – Так вот, второй стала шестилетняя Оля Крылова, полтора года спустя. Ее похитили в супермаркете, а вернули примерно через два месяца, когда родители уже отчаялись получить дочь назад, а милиция расписалась в собственном бессилии задолго до этого. Надо сказать, что дела Никиты и Оли не связали между собой, ими занимались разные следователи по месту жительства. Опять же следствие с самого начала пошло по тому же ложному пути, что и в случае с Ремизовыми: трясли родителей, а драгоценное время уходило. Связь установили только по возвращении Оли, но ничего путного так и не выяснили. Потом были Рома Решетилов и Дима Севостьянов в две тысяча седьмом, Маша Жукова и Арсен Баланян в две тысячи восьмом, Дмитрий Аксененко, Петр Анохин и Руслана Энтина в две тысячи девятом. Теперь есть еще Лавровский и Красин.

Итого – двенадцать детей, – подытожил Карпухин. – А мы ни на шаг не продвинулись!

Вы беседовали со всеми родителями? – поинтересовался Лицкявичус, впервые за все время подав голос.

Кроме Энтиных, – ответил Олег. – Они уехали еще до того, как я смог что то предпринять. И Лавровских: они сразу отказались.

Их можно понять: родителей совсем затравили! – воскликнула Ивонна. – Сейчас речь вообще идет чуть ли не об изъятии мальчика и помещении его под опеку до тех пор, пока дело не расследуют до конца. Похоже, в России началась очередная «охота на ведьм»!

Давайте ка по порядку, – обратился к журналисту майор. – Пробежимся по всем вашим записям интервью с родителями и попытаемся установить что то общее.

Через три часа работы мы пришли к выводу, что пострадавших не объединяет абсолютно ничего! Детям было от четырех до восьми лет, и Владик оказался самым старшим. Место похищения не повторялось ни разу, обстоятельства отличались кардинально. С точки зрения материального достатка, пожалуй, прослеживалась общая тенденция – все семьи были отнюдь не бедны, и только Елена Красина, простой преподаватель английского языка, выпадала из общего контекста. Однако майор сразу отбросил классификацию по материальному признаку, так как речь шла не о выкупе, а о похищении органов.

За эти три часа два раза звонил Шилов, чтобы узнать, не собираюсь ли я заночевать в «Волне». Ивонне тоже звонил муж, а Карпухину – дочь и жена. Время перевалило за полночь, а мы не сделали никаких полезных выводов, хотя и перелопатили горы информации, по отдельности собранной журналистом и майором. Когда мы уже собрались закругляться, зазвонил телефон Лицкявичуса. Он вышел за дверь, чтобы не мешать нашему обсуждению. Появившись вновь, глава ОМР сказал:

Это звонила Рушко из Зеленогорска. Пришли результаты анализов Красиной: кровь и спинной мозг потенциально не подходят ее сыну. Теперь нужно искать отца – Красины в разводе. Кровь мы еще найдем, а вот спинной мозг... В общем, нужен папаша, хотя сама Красина упиралась до последнего, не хотела иметь с ним ничего общего. Вам что нибудь известно об их отношениях, Агния?

Я покачала головой. Несмотря на то, что Елена являлась моим преподавателем, и даже на то, что я посещала ее дом, она никогда не рассказывала о своем бывшем муже. Лишь однажды обмолвилась, что разведена и они не общаются. Это я и сказала Лицкявичусу.

Что ж, – произнес он, – тогда нам придется снова побеседовать с Еленой Красиной на этот предмет. Завтра вы когда заканчиваете? Нужно поговорить и с мамашей, и с мальчиком: Рушко сказала, что уже можно попытаться.

У меня было три операции на хирургии позвоночника, а потом я собиралась встретиться со своей подругой Лариской: расшаталась пломба, и мы договорились, что она меня примет. Теперь от этой мысли придется отказаться – насколько мне известно, мой начальник не принимает никаких оправданий и отговорок, кроме скоропостижной смерти.
* * *
Мне было очень жаль Елену. Не только потому, что ее сын попал в руки мясников, но и оттого, что с Толиком, похоже, все обошлось, а вот здоровье Владика все еще находилось под большим вопросом. Операцию по изъятию почки провели, судя по всему, успешно, но он потерял слишком много крови, находился в стрессовой ситуации и не прошел положенной реабилитации. Я прекрасно представляла, что может чувствовать мать, у которой отняли ребенка, а потом изувечили, – пережить такой кошмар не пожелаешь и злейшему врагу! А теперь мне предстояло допрашивать несчастную женщину в присутствии Лицкявичуса, который обычно не церемонится, не подбирает нужных слов, а просто режет правду матку, мало заботясь о чувствах собеседника.

И на этот раз он не собирался изменять своим привычкам. Елена казалась сильно похудевшей и изможденной. Темное платье, висевшее на ее тонкой фигуре, словно на вешалке, лишь подчеркивало этот факт. Без косметики она выглядела намного старше, чем я привыкла думать, и впервые за время общения с ней я поняла, что моей преподавательнице, должно быть, не меньше пятидесяти. Владика рано утром перевели в обычную палату, и она сидела на краешке его кровати. Заведующая отделением реанимации, стоя в дверях, подала ей знак выйти в коридор.

Я поговорю с мальчиком, – начал Лицкявичус без обиняков, обращаясь к Елене. Та сделала робкую попытку возразить, но глава ОМР не обратил на это ни малейшего внимания. – А вы, Агния, пока побеседуйте с мамашей. Мы ведь обговорили с вами круг вопросов, которые следует задать? В остальном можете действовать, как сочтете нужным.

Елена с мольбой устремила на меня взгляд, но я отвела глаза: это нужно было сделать, и мешать Лицкявичусу не входило в мои планы. Владик испуганно смотрел на нас со своей койки, но не сказал ни слова, будто понимая, что реальную власть здесь представляет именно мой начальник, и бесполезно обращаться за помощью даже к матери.

О чем он будет с ним говорить? – спросила Елена нервно, едва мы покинули палату.

Да не волнуйтесь вы так, – попыталась успокоить я. – Андрей Эдуардович – врач, он не причинит вреда Владику!

Он еще такой слабенький, – почти всхлипнула Елена. – Неужели нельзя подождать?

Мне очень жаль, но – нет. На карту поставлена жизнь не только вашего сына, поэтому нужно действовать быстро. Владик – единственный ребенок, которого похитили в достаточно сознательном возрасте, чтобы он смог рассказать, что же произошло с ним на самом деле. Остальные дети еще слишком малы для этого, так что, возможно, ваш сын, Лена, – единственный полноценный свидетель.

Ну, хорошо, – вздохнула она, садясь на обтрепанный, проваливающийся в середине диван, стоящий в коридоре. – А о чем вы хотели поговорить со мной?

Я ответила не сразу, собираясь с мыслями.

Я знаю, что вы уже разговаривали с майором Карпухиным, – сказала я наконец. – Он в основном задавал вопросы, касающиеся обстоятельств похищения, я же хотела бы спросить о другом. Скажите, не проходил ли Владик каких нибудь обследований незадолго до того, как пропал?

Елена задумалась всего на мгновение.

Да, – ответила она, – нам требовалась справка для посещения тренировок в плавательном бассейне, и мы прошли полный медицинский осмотр. Вы же знаете, что Владик занимается водным поло?

Записав адрес поликлиники, где мальчик проходил всех врачей, я задала следующий вопрос:

Почему вы так не хотели, чтобы отец Владика узнал о проблемах сына? К счастью, ему уже лучше, но ему все же может понадобиться еще одно переливание крови и, возможно, немного спинного мозга, так как у него забрали часть во время операции по изъятию почки...

При этих моих словах Елена снова всхлипнула.

Господи, как вообще такое могло произойти с моим ребенком ?! Я учила его не разговаривать с незнакомыми, учила не доверять людям, но он все же пошел с кем то чужим – почему?

Нас тоже очень интересовал этот вопрос, но пока ответ на него отсутствовал. Я вернулась к проблеме отца Владика.

Так почему вы противились тому, чтобы известить бывшего мужа?

Елена заметно замялась.

Понимаете, мы... не слишком хорошо расстались, – сказала она, опуская глаза на свои руки, нервно теребящие край платья.

То есть?

У нас были... некоторые разногласия в отношении воспитания Владика. Вернее, большие разногласия, если уж начистоту!

Ваш бывший муж бил сына? – прямо спросила я.

Елена кивнула.

Случалось. Сначала он делал это, когда я не видела, – думала, что синяки Владик получил в детском садике, ведь мальчишки постоянно дерутся. Сам он никогда на папу не жаловался – боялся, наверное. А однажды вечером, когда мы все находились дома, Владик попросился гулять с ребятами, но до этого Сергей, мой муж, приказал ему убраться в детской. Он не закончил, но сказал, что доделает все, когда вернется. Сергей вдруг отчего то разозлился и начал орать на сына. Тот начал отвечать, и муж ударил его так, что мальчик отлетел к противоположной стене. Я повисла у него на руке, пытаясь не позволить бить дальше, но муж так рассвирепел, что почти не соображал, что делает. Мне тоже досталось как следует – Сергей мне два ребра сломал.

Но это же не впервые случилось, верно? – уточнила я.

Елена избегала смотреть мне в глаза: очевидно, ей было стыдно из за того, что приходится вываливать всю подноготную малознакомому человеку. Тем не менее она честно ответила:

Нет, не впервые, но раньше Сергей не поднимал руку на сына в моем присутствии. Когда он ударил меня в первый раз, я собрала вещи и хотела уходить. Видели бы вы, Агния, как он умолял меня остаться – даже на коленях стоял, просил подумать о сыне. Вот я и подумала – без отца ведь ребенку плохо! Это, наверное, была моя самая большая ошибка, надо было уйти прямо тогда, но идти то особенно некуда. Я ведь иногородняя, а квартира принадлежала мужу. Я даже маму перевезла, он не возражал, и в случае моего ухода мы втроем практически остались бы на улице! Не скажу, что Сергей часто поднимал на меня руку – так, время от времени. Он занимал довольно высокую должность в международной компании – мы ведь и познакомились на переговорах, где я присутствовала в качестве переводчика. Сергею приходилось нелегко – работа под сильным прессингом, материальная ответственность и все такое. Все свои неприятности и неудачи он срывал на мне, хотя, когда дела шли хорошо, он вел себя безупречно. Представляете, мои друзья всерьез считали, что мне здорово повезло «отхватить» такого мужа, как Сергей! Они не знали, что творится за дверями нашей квартиры, ведь муж делал все, чтобы создать видимость благополучия. Он никогда не бил по лицу, старался не оставлять следов. Но Владик стал последней каплей, и я поняла, что больше не смогу подвергать ребенка такой опасности: если спустить все на тормозах, то впоследствии остановить Сергея вовремя может не получиться! Я пригрозила ему, что напишу заявление в милицию, и на этот раз муж меня правильно понял. Он ушел, оставив нам квартиру. Потом он пытался отсудить ее, но, так как нам с сыном полагалась большая часть, отступился. Тут немалую роль сыграла сама судья, которая пристыдила Сергея за его крохоборство, ведь он – состоятельный человек и владеет не одной квартирой. Позже Сергей угрожал отобрать у меня Владика, но потом, к счастью, отказался от этой мысли. В общем, он оставил нас в покое, и я так радовалась, что мечтала больше никогда не видеть его, вы можете меня понять, Агния?!

Я могла. Господи, да я прекрасно понимала эту женщину. У меня у самой с первым браком все складывалось не очень хорошо, но Славка никогда в жизни не позволял себе поднимать руку на меня или сына. В сущности, мой бывший – неплохой человек, и теперь он наконец нашел свое место в жизни, хоть и не со мной. Зато теперь, пожалуй, мы общаемся лучше, чем во время брака, и Дэн постепенно оттаял, увидев, что небезразличен отцу. Нет, моя собственная ситуация не идет ни в какое сравнение с тем, что пришлось пережить Елене!

Вы думаете, это необходимо? – прервала она мои невеселые мысли. – Ну, разыскать Сергея?

Мне бы очень хотелось, чтобы этого делать не пришлось, – ответила я. – И все же, на всякий случай, считаю, что его стоит найти, ведь отец должен знать, что происходит с его ребенком.

Знаете, с тех пор он ни разу не пытался навестить Владика, – вздохнула Елена. – Правда, раз в год все таки звонит – на его день рождения.

Значит, вы сможете его найти?

Если вы полагаете, что это необходимо, – да. Но мне не хотелось бы общаться с ним!

Не волнуйтесь, Елена, мы все возьмем на себя. В конце концов, от Сергея всего лишь требуется сдать анализы. Скорее всего, мы перестраховываемся, но лучше, как говорится, перебдеть , чем недобдеть .

У меня еще не закончились вопросы из списка, оговоренного с Лицкявичусом, когда он сам вышел из палаты Владика. Выглядел глава ОМР озадаченным.

Узнали что то важное? – спросила я с надеждой.

Так, – пробормотал он, – кое что.

Что Владик вам рассказал? – подалась вперед Елена. – Он отказался говорить со мной, так почему же с вами... Что вы выяснили?

Лицкявичус поглядел на женщину, словно раздумывая, какой именно долей информации может с ней поделиться.

В общем, – произнес он наконец, – по крайней мере, один вопрос снят – насчет того, почему Лавровский был доставлен в больницу в удовлетворительном состоянии, а ваш сын – в тяжелом.

И почему же? – нетерпеливо спросила я.

Потому что он сбежал.

Сбежал?! – почти одновременно воскликнули мы с Еленой. – Откуда сбежал?

Вот в этом то и вся загвоздка, – покачал головой Лицкявичус. – Он не знает. Говорит, что лежал в больничной палате. Врачи к нему относились хорошо, но их мальчик помнит плохо, потому что почти все время спал. Потом он сообразил, что таблетки, которые приносит медсестра, скорее всего, и являются причиной такого тумана в голове и сонного состояния. Мальчик поначалу ничего не подозревал, так как его убедили в том, что он болен и что ему сделали операцию, но скоро отпустят домой. Тем не менее как он ни просил позвать маму или бабушку, ему неизменно говорили, что это невозможно и что придется подождать. В конце концов парень сообразил, что дело, должно быть, нечисто. Он перестал принимать пилюли, хотя медсестра зорко следила за тем, чтобы он это делал. Но ваш сын, Елена, умен не по годам: он прятал таблетку за щеку, а потом засовывал под матрас. Через несколько дней он улучил момент и выскользнул из палаты.

Значит, все происходило все таки в больнице? – спросила я.

Никаких сомнений, – подтвердил глава ОМР. – Но мальчик не может объяснить, что это за больница и где она находится. Уйти ему удалось без проблем – никто даже не попытался его задержать. Правда, дело происходило под утро, поэтому, возможно, он так легко сбежал. Однако то, что нашли его за пределами города, позволяет предположить, что и больница расположена не в самом Питере. Прежде чем попасть на ту остановку, где его нашли, ваш сын, Елена, успел прокатиться на нескольких маршрутах. У него не было денег, поэтому он садился в первый попавшийся автобус и боялся спросить, куда он идет. Народ у нас «чуткий» до невозможности: никому, включая кондукторов, и в голову не пришло выяснить, что случилось с ребенком, который почему то путешествует в тапочках, да и вообще выглядит не лучшим образом. Мальчику надо было свалиться посреди толпы, чтобы на него наконец обратили внимание!

Боже мой, какой ужас! – простонала Елена. – Почему это произошло? Почему именно с Владиком?

Тот же вопрос задавала и мать Толика Лавровского: почему именно с ее сыном? Наверное, отцы и матери всех похищенных детей задают этот вопрос и себе, и окружающим, но в большинстве случаев ответ либо так и остается неизвестным, либо никак не способен удовлетворить убитых горем родителей.

Мы попытаемся это выяснить, – пообещал Лицкявичус.

В машине мы вернулись к нашему с Еленой разговору. Я рассказала ему о том, что узнала, включая информацию о муже и медицинском осмотре Владика накануне похищения.

Надо тряхануть поликлинику, – задумчиво сказал Лицкявичус. – У меня создается впечатление, что эти дети были похищены не случайно.

Вы серьезно? – переспросила я. – Потому что мне, честно говоря, тоже так кажется. Во первых, детей вернули – это удивительно и не укладывается в рамки большинства дел о краже органов. Во вторых, и это самое главное, у них удалили всего один орган или его часть, а не выпотрошили, как, если верить Карпухину, обычно происходит. Это наводит на определенные мысли.

Лицкявичус закивал в подтверждение моих слов.

Если «наводчик» в поликлинике, то мы непременно это выясним – надо только взять за жабры всех врачей, которых посещал Красин. Но есть неувязочка: Лавровские тоже незадолго до похищения водили сына на ежегодный осмотр, но они и Красин приписаны к разным поликлиникам, так как проживают в противоположных концах города!

Может, дело не в самих поликлиниках? – предположила я. – Врачи сейчас совмещают работу сразу в нескольких местах...

Я об этом думал, – согласился Лицкявичус. – Этим займется Карпухин, возможно, подключим Павла. А Никите придется перелопатить информацию по всем клиникам в Питере и за городом на предмет наличия оборудования для трансплантации и вообще возможности проведения таких операций: не может быть, чтобы в больнице проводили трансплантации, и об этом никто не знал. Я боялся, что это могло происходить в каком нибудь доме или другом жилом помещении, переоборудованном под операционную, – в этом случае обнаружить его было бы практически невозможно. Однако мальчик утверждает, что находился именно в больнице, и у меня нет оснований ему не доверять.

А почему Владик вообще ушел с незнакомым человеком? – спросила я. – Елена сказала, что они много раз беседовали с сыном на эту тему, и он знал, что так поступать ни в коем случае нельзя!

Это еще один аргумент в пользу того, что похищения не случайны, – ответил Лицкявичус. – Мальчик говорит, что человек, который подошел к нему после тренировки во дворе здания, где расположен бассейн, знал о нем практически все: имя, имена родителей, даже имя его кота! И этот человек сказал, что с ним хочет встретиться папа. Маме об этом лучше не знать, потому что ей будет неприятно. Паренек знал об отношениях отца и матери, но, судя по всему, отчаянно хотел верить в то, что небезразличен родителю, несмотря на его отвратительное поведение. Дети порой ведут себя, как собаки – хозяева нещадно их избивают, но время от времени кормят, поэтому они в любом случае считают их хорошими. Кроме того, мальчик уже вполне мог забыть о побоях, в памяти зачастую остается только лучшее. В общем, он поверил этому человеку, который описал отца и сообщил несколько деталей, о которых посторонний просто не мог знать.

Думаете, отец Владика причастен к похищению?

Нельзя этого исключать, хотя, если мы ищем связь между похищениями, то вряд ли. Он имеет отношение к медицине?

Вроде бы нет...

Вот видите! – развел руками Лицкявичус. – Разумеется, связи может и не быть, поэтому нужно отработать все возможности. Но даже если случай Красина не имеет отношения к предыдущим, остальные то никто не отменял, а в них явно просматривается один и тот же рисунок. Пока что нам необходимо разыскать этого горе папашу и поболтать с ним.
1   2   3   4   5   6   7   8   9   10   ...   23

Похожие:

Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconИрина Градова Врач от бога Ирина Градова Врач от бога Пролог
Обожаю этот рейс! – отозвалась Ангелина. – Двое суток на Бали – что может быть лучше?
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconИрина Градова Диагностика убийства Врачебные секреты 13 Ирина Градова...
Икбал знал, что можно расслабиться и выпить чаю с молоком под аккомпанемент ток шоу Вира Ананда, начинавшегося в половине одиннадцатого....
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconЭнн Перри Чужое лицо
Он смотрит на свое отражение в зеркале и видит чужое лицо. Кто он такой? Ему говорят, что его имя — Вильям Монк, что он работает...
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconИрина Василькова. Садовница. Нм. 2007,07
Василькова Ирина Васильевна родилась в Люберцах. Окончила геологический факультет мгу и Литературный институт им. А. М. Горького....
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconПрограмма Пятница, 2 марта 2012 г. Открытие конференции: 10: 30 – 11: 00
Круглый стол «Антропологический поворот в филологии». Участники: Ирина Прохорова, Михаил Лурье, Кевин Платт, Александр Панченко,...
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconПермская синематека и госкиноцентр «пермкино» рекомендуют: художественные...
Военная драма. Реж. Станислав Ростоцкий. В ролях: Андрей Мартынов, Ирина Шевчук, Ольга Остроумова, Елена Драпеко, Ирина Долганова,...
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconЛитературоведение ирина сурат «Творить жизнь» Сюжет «ухода» у Пушкина и Толстого
Сурат Ирина Захаровна — исследователь русской поэзии, доктор филологических наук. Автор книг «Мандельштам и Пушкин» (2009), «Вчерашнее...
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconНовый Год Абрамова Антонина Федоровна ночная рубашка (размер 48), 3 штуки. Ирина Навроцкая
Абрамова Антонина Федоровна – ночная рубашка (размер 48), 3 штуки. – Ирина Навроцкая
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconНовый Год Абрамова Антонина Федоровна ночная рубашка (размер 48), 3 штуки. Ирина Навроцкая
Абрамова Антонина Федоровна – ночная рубашка (размер 48), 3 штуки. – Ирина Навроцкая
Ирина Градова Чужое сердце Ирина Градова Чужое сердце Пролог 2000 год iconИрина Молчанова Дневник юной леди Только для девчонок Ирина Молчанова Дневник юной леди Глава 1
...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница