Агата Кристи Убийства по алфавиту


НазваниеАгата Кристи Убийства по алфавиту
страница23/23
Дата публикации16.03.2013
Размер2.73 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Право > Документы
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   23


Несколько дней подряд Пуаро был очень занят. Он то и дело исчезал в неизвестном направлении, мало говорил, часто хмурился и наотрез отказывался удовлетворить мое естественное любопытство насчет того, как же я, по его собственным словам, умудрился блеснуть.

Мне было особенно неприятно, что, пропадая неизвестно куда, он не брал меня с собой.

К концу недели, однако, он объявил, что намерен посетить Бексхилл и его окрестности и пригласил меня сопровождать его. Надо ли говорить, что я поспешно согласился!

Как выяснилось, приглашение распространялось не только на меня. Были приглашены и члены нашей бригады.

Пуаро заинтриговал их не меньше, чем меня. Тем не менее под вечер мне, по крайней мере, стало ясно, в каком направлении развивается мысль Пуаро.

Сперва он посетил Барнардов и выяснил у миссис Барнард, когда именно заходил к ней мистер Сист и что он ей говорил. Затем Пуаро отправился в гостиницу, где останавливался Сист, и в подробностях разузнал, как и когда оттуда выехал обвиняемый. Насколько я могу судить, никаких новых фактов Пуаро не обнаружил, однако он был вполне удовлетворен.

Затем мой друг направился на побережье - туда, где было найдено тело Бетти Барнард. Здесь он некоторое время петлял, внимательно изучая гальку. Мне это петляние показалось напрасным, поскольку место преступления дважды в сутки заливает приливной волной.

Тем не менее к этому времени я уже убедился, что поступки Пуаро, какими бы бессмысленными они ни казались, обычно основываются на какой-то идее.

От пляжа Пуаро дошел до ближайшей точки, где можно было припарковать машину. Оттуда он отправился на стоянку автобусов, едущих из Бексхилла в Истборн.

Наконец он повел нас всех в "Рыжего кота", где мы выпили безвкусного чая, поданного нам пухленькой официанткой Милли Хигли.

Официантке Пуаро отпустил комплимент относительно формы ее лодыжек в красноречивом галльском стиле.

- Ножки у англичанок всегда тонковаты! Но ваши ноги, мадемуазель, само совершенство! Какая форма! Какие лодыжки!

Милая Хигли прыснула и попросила Пуаро остановиться. Ей-то известно, что за ухажеры французские джентльмены.

Пуаро не потрудился исправить ее ошибку насчет его национальности. Вместо этого он состроил ей глазки, да так, что я смутился и даже испугался.

- Voila! <Вот! (фр)> - сказал Пуаро. - С Бексхиллом я разобрался. Теперь я еду в Истборн. Маленькое дельце там - и все. Вам всем нет нужды меня сопровождать. А пока давайте вернемся в гостиницу и выпьем по коктейлю. Здешний чай просто ужасен!

Когда мы принялись за коктейли, Франклин Сислей с любопытством произнес:

- Думаю, мы верно угадали, чем вы заняты. Вы хотите опровергнуть алиби. Не пойму только, чем вы так довольны. Ведь вы не обнаружили никаких новых фактов.

- Да, вы правы.

- В чем же причина?

- Терпение! Со временем все устроится само собой.

- Однако вы как будто бы довольны...

- Все дело в том, что пока ничто не противоречит моей идее.

Пуаро посерьезнел.

- Однажды мой друг Гастингс рассказал мне, что в молодости играл в игру под названием "Только правду". В этой игре каждому по очереди задают три вопроса: на два из них человек обязан ответить правду. На третий вопрос можно не отвечать. Естественно, вопросы были самого нескромного свойства. Но в начале игры все должны были дать клятву, что будут говорить правду, только правду и ничего, кроме правды.

Пуаро помолчал.

- И что же? - спросила Меган.

- Eh bien, я хочу сыграть в эту игру. Но в трех вопросах нет необходимости. Одного будет достаточно. По одному вопросу каждому из вас.

- Прекрасно, - нетерпеливо заговорил Сислей. - Мы ответим на любые вопросы.

- Да, но я хочу, чтобы игра была серьезной. Вы все клянетесь говорить правду?

У Пуаро был столь торжественный вид, что остальные удивились и посерьезнели. Все поклялись, как того требовал Пуаро.

- Воn! <Хорошо! (фр.)> - воскликнул Пуаро. - Тогда начнем.

- Я готова, - сказала Тора Грей.

- Да, но в этой игре пропускать дам вперед еще не значит быть вежливым. Начнем с кого-нибудь еще. Он повернулся к Франклину Сислею.

- Mon cher <Мой дорогой (фр.).> мистер Сислей, какого вы мнения о шляпках, которые дамы носили в этом году в Аскоте?

Франклин Сислей уставился на него.

- Это шутка?

- Нет, конечно.

- Вас это действительно интересует?

- Да.

Сислей заулыбался:

- Ну, мосье Пуаро, в Аскоте я не был, но видел дам, которые туда ехали, - их шляпки еще комичнее, чем те, что они обычно носят.

- Экстравагантные шляпки?

- В высшей степени.

Пуаро улыбнулся и повернулся к Дональду Фрейзеру:

- Когда у вас был отпуск в этом году, мосье? Теперь удивился Фрейзер:

- Отпуск? В начале августа.

Внезапно лицо его исказилось. Я понял, что этот вопрос напомнил ему о гибели любимой.

Пуаро, однако, не обратил особого внимания на ответ. Он обернулся к Торе Грей, и в голосе его я услышал другие нотки. Вопрос прозвучал напряженно, резко и ясно:

- Мадемуазель, в случае смерти леди Спелей вы бы вышли замуж за сэра Сирила, если бы он вам сделал предложение?

Девушка вскочила.

- Как смеете вы задавать подобные вопросы?! Это.., это оскорбительно!

- Допускаю, что так. Но вы поклялись говорить правду. Eh bien, да или нет?

- Сэр Сирил был ко мне очень добр. Он обращался со мною почти как с дочерью. И я относилась к нему.., с любовью и благодарностью.

- Простите, но вы, мадемуазель, не сказали - да или нет.

Тора заколебалась.

- Конечно нет! - произнесла она. Пуаро не стал долго распространяться.

- Спасибо, мадемуазель.

Он повернулся к Меган Барнард. Девушка была бледна. Она тяжело дышала, словно готовясь вынести любую пытку.

Вопрос Пуаро прозвучал как свист кнута:

- Мадемуазель, чего вы ждете от моего расследования? Хотите вы, чтобы я установил истину, или нет?

Меган гордо откинула голову. Я не сомневался в ее ответе - Меган, как я хорошо знал, всей душой была предана правде.

Ее ответ прозвучал ясно и поверг меня в недоумение:

- Нет, не хочу!

Мы все подпрыгнули от удивления. Пуаро подался вперед, вглядываясь в ее лицо.

- Мадемуазель Меган, - сказал он, - может быть, правда вам и не нужна, но говорить правду, та foi <Честное слово (фр.).>, вы умеете!

Он направился к дверям, но, спохватившись, подошел к Мэри Дроуер:

- Скажите мне, дитя мое, у вас есть молодой человек?

Мэри, которая все время была настороже, вздрогнула и покраснела.

- Ах, мистер Пуаро, я.., я сама не знаю. Пуаро улыбнулся:

- Ну, хорошо, дитя мое! Он взглянул на меня:

- Пойдемте, Гастингс, нам пора в Истборн. Нас ожидала машина, и вскоре мы уже ехали по приморской дороге, ведущей из Певенси в Истборн.

- Можно ли задать вам вопрос, Пуаро?

- Не сейчас. Пока что сами делайте выводы о том, чем я занят.

Я погрузился в молчание.

Пуаро, вполне довольный собой, напевал какую-то песенку. Когда мы подъехали к Певенси, он предложил мне сделать остановку и осмотреть замок.

Возвращаясь к машине, мы на минуту задержались, чтобы поглядеть на детишек, водивших хоровод и изображавших из себя гномов. Пронзительно и не в лад они распевали песенку.

- Что они поют, Гастингс? Я не могу разобрать. Я прислушался и повторил Пуаро припев:

Поймаем лисицу,

Посадим в темницу,

Не пустим на волю ее!

- Поймаем лисицу, посадим в темницу, не пустим на волю ее... пробормотал Пуаро.

Внезапно лицо его стало серьезным и суровым.

- Это ведь ужасно, Гастингс, - сказал он и помолчал. - У вас здесь охотятся на лис?

- Я не охочусь. Мне это всегда было не по карману. А в этих местах вряд ли много охотятся.

- Я имел в виду Англию вообще. Странный вид спорта. Ожидание в засаде.., потом раздается "ату", верно?.. И травля начинается.., по буеракам, через изгороди, а лисица убегает.., петляет.., но собаки...

- Гончие!

- ..но гончие уже взяли след, и вот они нагоняют лису, и она умирает.., умирает скорой и ужасной смертью.

- Конечно, звучит это жестоко, но на самом деле...

- Лисе это нравится? Не говорите les betises <Глупостей (фр.).>, мой друг. Но tout de meme... <Однако (фр.).> скорая и жестокая смерть лучше той, о которой пели дети... Попасть в темницу.., навеки... Нет, такая смерть не по мне.

Он покачал головой, потом, уже другим тоном, сказал:

- Завтра я должен встретиться с этим Систем, - и, обращаясь к шоферу, произнес:

- Возвращаемся в Лондон.

- Разве мы не едем в Истборн? - воскликнул я.

- Зачем? Мне известно все - все, что необходимо.

Глава 33

Элекзандер Бонапарт Сист

Я не присутствовал при разговоре Пуаро с этим странным человеком Элекзандером Бонапартом Систом. Благодаря своим связям с полицией и особенностям ситуации Пуаро без труда получил разрешение Министерства внутренних дел на свидание, но это разрешение не распространялось на меня; в любом случае, с точки зрения Пуаро, было важно, чтобы разговор происходил наедине и в обстановке полного доверия.

Однако мой друг дал мне столь подробный отчет о состоявшейся беседе, что я записал ее, как будто сам при этом присутствовал.

Мистер Сист, казалось, усох. Он еще сильнее сутулился. Пальцами он нервно перебирал складки пальто.

Некоторое время Пуаро, насколько я понимаю, молчал.

Он сидел и смотрел на этого человека.

Атмосфера стала спокойной, безмятежной, мирной.

То был, должно быть, момент, полный напряжения, - встреча двух соперников, героев затянувшейся драмы. На месте Пуаро я бы ощутил весь накал происходящего.

Пуаро, однако, человек деловой. Он стремился определенным образом воздействовать на мистера Систа.

Помолчав, он ласково спросил:

- Вы знаете, кто я такой? Сист покачал головой:

- Нет.., не знаю. Может, вы.., как это называется.., помощник мистера Лукаса? Или вы от мистера Мейнарда?

Его делом занималась адвокатская контора Мейнарда и Коула.

Сист был вежлив, но безразличен. Казалось, он погружен в размышления.

- Я Эркюль Пуаро.

Пуаро произнес эти слова еле слышно и ждал, какова будет реакция.

Мистер Сист поднял на него глаза.

- Вот как?

Он произнес эти слова тем же естественным тоном, что и Кроум, но без надменности инспектора. Помолчав, он повторил:

- Вот как? - на этот раз с другой, заинтересованной интонацией. Сист поднял голову и посмотрел на Пуаро.

Эркюль Пуаро встретил его взгляд и тихонько кивнул раз-другой.

- Да, - сказал он, - я тот, кому вы писали письма. Связь сразу оборвалась. Мистер Сист опустил глаза и раздраженно произнес:

- Я вам не писал. Эти письма писал не я. Я ведь уже много раз повторял.

- Знаю, - ответил Пуаро. - Но кто же тогда писал их, если не вы?

- Мой враг. Видимо, у меня есть враги. Все против меня сговорились. Полиция.., все-все против меня. Это заговор. Пуаро не ответил.

Мистер Сист продолжал:

- Все были против меня.., всю жизнь.

- Даже в детстве? Мистер Сист задумался.

- Нет.., в детстве было иначе. Матушка очень любила меня. Но она была честолюбива.., ужасно честолюбива. Поэтому она и дала мне эти нелепые имена. У нее была абсурдная идея, что я стану знаменитым. Она все время требовала, чтобы я самоутверждался.., все говорила о силе воли.., о том, что каждый хозяин своей судьбы.., говорила, что я на многое способен!

Сист помолчал.

- Конечно, она ошибалась. Я понял это сам очень рано. Мне не суждено было пробиться. Всегда я делал глупости - надо мной смеялись. А я робел, боялся людей. В школе мне пришлось плохо.., когда мальчишки узнали, как меня зовут, они принялись дразнить меня... Учился я плохо, со спортом у меня не ладилось... Он покачал головой.

- Потом матушка умерла. Она бы огорчилась, если бы узнала... Даже в коммерческом училище дела у меня не пошли на лад - и машинописи, и стенографии мне пришлось учиться дольше других. Но дураком я себя не считал, понимаете?

Внезапно Сист с мольбой посмотрел на Пуаро.

- Понимаю, - ответил Пуаро. - Продолжайте.

- Я только чувствовал, что другие считают меня дураком. А это меня лишало сил. То же было и позже, в конторе.

- А еще позже, на войне? - поинтересовался Пуаро.

Неожиданно лицо мистера Систа осветилось.

- Знаете, - признался он, - на войне было хорошо. По крайней мере, мне. Впервые в жизни я чувствовал себя таким, как все. Мы все попали в переплет. И я был не хуже других.

Улыбка на его лице померкла.

- А потом я получил ранение в голову. Легкое ранение. Но выяснилось, что у меня припадки... Я, конечно, и раньше знал, что по временам сам себе не могу дать отчета, что делаю. Страдал провалами памяти. Ну, и раз-другой упал. Но, по-моему, не стоило из-за этого увольнять меня из армии. Несправедливо это.

- Ну а потом? - спросил Пуаро.

- Я поступил на место клерка. Во время войны можно было недурно заработать. Да и потом дела шли неплохо. Конечно, жалованье стало поменьше... Да и по службе я не продвигался. Меня всегда обходили. Пробивной силы не хватало. Стало трудно, по-настоящему трудно... Особенно когда начался кризис. Сказать по правде, еле на прожитье хватало, а ведь у клерка должен быть приличный вид - и тут подоспело это предложение насчет чулок. Жалованье плюс комиссионные!

Пуаро негромко спросил:

- Но ведь вы знаете, что фирма, которая якобы вас наняла, это отрицает?

Мистер Сист снова разволновался.

- Это потому, что они тоже в заговоре.., в заговоре против меня. - Он продолжал:

- У меня есть доказательства.., письменные доказательства... У меня сохранились письма из фирмы с указаниями, куда поехать и каких людей посетить.

- Но эти письма напечатаны на машинке...

- Какая разница! Естественно, что большая оптовая фирма рассылает машинописные письма.

- Неужели вы не знаете, мистер Сист, что можно установить, на какой машинке напечатано письмо? Все эти письма напечатаны на одной и той же машинке.

- Ну и что?

- На вашей собственной машинке - ее нашли у вас в комнате.

- Мне прислали эту машинку из фирмы, когда я начал работать.

- Да, но эти письма были получены после этого. Тем самым получается, что это вы их напечатали и отправили сами себе.

- Нет-нет! Все это - часть заговора против меня! Неожиданно Сист добавил:

- Кроме того, естественно, что их письма напечатаны на машинке той же марки.

- Той же марки - да, но не на той же машинке! Мистер Сист упрямо повторил:

- Это заговор.

- А как объяснить справочники "Эй-би-си" у вас в шкафу?

- Я ничего о них не знаю. Я думал, там одни чулки.

- Почему вы пометили птичкой фамилию миссис Эшер в списке жителей Эндовера?

- Потому что я решил начать с нее. Надо же откуда-то начать.

- Да, вы правы. Откуда-то надо начать.

- Я вовсе не это имел в виду! - воскликнул Сист. - Я не имел в виду того, что вы.

- Откуда вы знаете, что я имею в виду? Мистер Сист не ответил. Его бил озноб.

- Я этого не делал! - воскликнул он. - Я не виноват! Все это ошибка. Возьмите второе преступление - убийство в Бексхилле. Я в это время играл в домино в Истборне. Не будете же вы с этим спорить!

В его голосе звучало торжество.

- Да, - ответил Пуаро задумчиво и мягко, - но разве трудно ошибиться на один день? И если вы тверды и упрямы, как мистер Стрейндж, вы и не подумаете о том, что могли ошибиться. Вы будете держаться за собственные слова... Стрейндж как раз такой человек. А что касается гостиничной регистрационной книги, то ничего не стоит, ставя в ней свою подпись, указать неверную дату, - этого, скорее всего, никто не заметит.

- В тот вечер я играл в домино!

- Говорят, вы прекрасно играете в эту игру. Мистер Сист слегка смутился.

- Я? Да.., я неплохо играю.

- Это ведь очень увлекательная игра, требующая большого искусства?

- О да, для домино нужна хорошая голова, хорошая голова! В Сити мы часто играли во время обеденного перерыва. Вы не поверите, как домино сближает совсем незнакомых людей.

Сист усмехнулся:

- Вспомнил я одного человека.., да и как его забыть - ведь он мне такое сказал... Разговорились мы с ним за кофе и сели играть в домино. Так вот, минут через двадцать мне уже казалось, что мы знакомы всю жизнь.

- Что же он вам сказал? - поинтересовался Пуаро. Лицо мистера Систа помрачнело.

- Мне тогда стало жутко.., я испугался. Он мне говорил, что можно прочесть судьбу человека по руке. И показал мне свою ладонь и линии, которые предвещали, что он дважды будет тонуть, но избежит смерти - так в его жизни и вышло. А потом он посмотрел на мою ладонь и предсказал мне удивительные вещи. Я, мол, перед тем как умру, прославлюсь на всю Англию. Вся страна обо мне заговорит. А еще он сказал.., он сказал...

Голос мистера Систа дрогнул.

- Что же?

В спокойном взгляде Пуаро было нечто магнетическое. Мистер Сист поглядел на него, отвернулся и снова посмотрел ему в глаза, как загипнотизированный кролик.

- Он сказал.., он сказал, что мне, похоже, предстоит умереть не своей смертью, и со смехом добавил:

"Выходит, вам не миновать смерти на эшафоте". А потом захохотал и сказал: это-де все шутка...

Внезапно мистер Сист умолк. Он снова отвел бегающие глаза.

- Головные боли.., они истерзали меня.., иногда голова просто раскалывается. А бывает, что я не знаю.., не знаю...

Сист замолчал.

Пуаро подался вперед. Он заговорил негромко, но с большой твердостью.

- Вы ведь знаете, - сказал он, - что это вы совершили убийства?

Мистер Сист поднял глаза. Взгляд его был бесхитростен и прям. Сопротивляться он больше не мог. Странно, но он как будто бы успокоился.

- Да, - кивнул мистер Сист, - знаю.

- Но вы ведь не знаете, зачем вы их совершили?

- Нет, - ответил он. - Зачем - не знаю.

Глава 34

Пуаро дает объяснения

Мы сидели, напряженно вслушиваясь в объяснения Пуаро, завершавшие дело.

- Все это время, - признался Пуаро, - меня беспокоил ответ на вопрос: почему? Недавно Гастингс сказал мне, что дело закончено. Я ответил ему, что дело - это человек. Тайна заключена не в убийствах, а в самом убийце! Почему он счел необходимым совершить свои преступления? Почему он избрал в качестве противника меня? Сказать, что этот человек психически неуравновешен, не значит ответить на эти вопросы. Думать, что преступник совершает безумные действия просто потому, что он безумен, глупо. Безумец так же логичен и последователен в своих поступках, как и нормальный человек, но он опирается на безумную точку зрения. К примеру, если кто-то разгуливает по улицам в одной набедренной повязке, это может показаться чрезвычайно эксцентричным. Но если вам известно, что чудак искренне считает себя Махатмой Ганди, его поведение сразу становится логичным и объяснимым. В нашем деле необходимо было вообразить себе личность, устроенную так, что для нее объяснимо и логично пойти на четыре убийства - а то и больше - и с помощью писем предуведомить о преступлениях Эркюля Пуаро. Мой друг Гастингс подтвердит вам, что с момента получения первого письма я был обеспокоен и удручен. Мне сразу показалось, что с этим письмом не все обстоит гладко.

- И вы были совершенно правы, - суховато произнес Франклин Сислей.

- Да. Но с самого начала я допустил грубую ошибку. Я не позволил этому ощущению, очень сильному ощущению, перерасти в нечто большее. Я обошелся с ним так, словно это проявление интуиции. В уравновешенной, мыслящей голове нет места интуиции, то есть озарению! Вы, конечно, вправе гадать, и догадка окажется либо верной, либо ошибочной. Если она верна, вы назовете ее интуицией. Если она ошибочна, вы, скорее всего, выбросите ее из головы. Однако то, что нередко именуют интуицией, есть не что иное, как впечатление, основанное на логической дедукции или опыте. Когда специалисту кажется, что картина, предмет искусства или подпись на чеке - фальшивка, то, в сущности, это впечатление зиждется на массе неприметных признаков и деталей. Специалисту нет нужды во все это вникать: за него это делает опыт, а в результате у него создается твердое убеждение в том, что дело нечисто. Но это не догадка - это впечатление, основанное на опыте. Eh bien, должен признать, что не отнесся к первому письму надлежащим образом, хотя и был в высшей степени встревожен. Полиция усматривала в письме розыгрыш. Я подошел к нему серьезно. Я не сомневался, что в Эндовере, как и было обещано, свершится убийство. Как вы знаете, так оно и вышло. Мне было ясно, что в тот момент никакими средствами нельзя было установить личность преступника. Единственный возможный для меня путь заключался в том, чтобы представить себе, какого типа личность могла на это пойти. Кое-какими данными я располагал. Письмо.., техника преступления.., личность убитой... Мне оставалось определить мотивы, вызвавшие преступления и появление письма.

- Жажда славы? - предположил Сислей.

- Все объясняется комплексом неполноценности, - сказала Тора Грей.

- Это, конечно, лежит на поверхности. Но при чем тут я? Почему Эркюль Пуаро? Куда большей славы можно добиться, посылая письма в Скотленд-Ярд. Еще пуще можно прославиться, послав их в газету. Возможно, газета не опубликовала бы первого письма, но после второго убийства Эй-би-си мог бы быть спокоен, что пресса прокричит о нем на всю страну. Зачем же ему Эркюль Пуаро? По какой-то личной причине? В письме подспудно звучала неприязнь к иностранцам, но не с такой силой, чтобы служить удовлетворительным объяснением. Затем пришло второе письмо, за которым последовало убийство Бетти Барнард в Бекс-хилле. Теперь стало несомненным то, что я подозревал и раньше: убийства будут продолжаться в алфавитном порядке. Однако этот факт, который решил проблему в глазах других, с моей точки зрения, по-прежнему оставлял основной вопрос без ответа. Зачем Эй-би-си понадобились эти убийства?

Меган Барнард беспокойно задвигалась.

- Разве вы отрицаете такую вещь, как жажда крови? - спросила она.

Пуаро повернулся к ней:

- Вы правы, мадемуазель, и я этого не отрицаю. Жажда убийства существует. Но она не совсем согласуется с фактами дела. Обычно маньяк-убийца, одержимый стремлением убивать, хочет убивать непрерывно. Это желание возникает у него снова и снова. Такой убийца занят тем, как замести следы, а не тем, как раскрыть их. Если мы рассмотрим выбранные преступником жертвы, то, по крайней мере, в трех случаях из четырех (поскольку я почти ничего не знаю о мистере Даунсе и мистере Иствуде) мы увидим, что - пожелай того преступник - он мог бы совершить убийства, не вызвав ни малейшего подозрения. Франц Эшер, Дональд Фрейзер или Меган Барнард, а возможно, и мистер Сислей - вот люди, которых бы держала под подозрением полиция, даже если бы она не располагала прямыми уликами. Полиция и не подумала бы о неведомом маньяке! Почему же тогда убийце понадобилось привлечь к себе внимание? Для чего он оставлял рядом с каждым трупом справочник "Эй-би-си"? В этом и заключалась мания? У преступника был комплекс, связанный с железнодорожным справочником? В тот момент я никак не мог постичь ход мыслей преступника.

Может быть, ему свойственна душевная широта? И он опасается, что ответственность за убийства будет возложена на невинных людей? Однако, не умея дать ответ на главный вопрос, я все же кое-что узнал об убийце.

- Что именно? - спросил Фрейзер.

- Прежде всего то, что он имеет склонность к всевозможным реестрам. Его преступления упорядочены по алфавиту, и, очевидно, ему это не безразлично. С другой стороны, жертвы его подобраны без разбора - миссис Эшер, Бетти Барнард, сэр Сирил Сислей не имеют друг с другом ничего общего. Меня поразило и то, что он не придает значения полу и возрасту. Весьма примечательно! Если преступник убивает всех подряд, то, как правило, потому, что он устраняет со своего пути всякого, кто ему мешает или его раздражает. Но алфавитный порядок доказывает, что в данном случае это не так! Убийца другого типа обычно выбирает и жертву определенного типа почти всегда жертву противоположного пола. В действиях Эй-би-си проглядывала чистая случайность, не совместимая с алфавитным принципом. Я позволил себе сделать один небольшой вывод. Использование справочника "Эй-би-си", на мой взгляд, указывало на личность, я бы сказал, "железнодорожного" склада. Это типичнее для мужчин. Мальчики любят играть в железную дорогу больше, чем девочки. До известной степени такое пристрастие могло быть свидетельством инфантильности. У преступника сохранились мальчишеские черты. Смерть Бетти Барнард и особенности этого преступления натолкнули меня и на некоторые другие выводы. То, как она была убита, было особенно существенно - не принимайте это близко к сердцу, мистер Фрейзер. Начать с того, что ее удушили ее собственным поясом. Следовательно, убийца почти наверняка был ее другом или возлюбленным. После того как я узнал кое-что о нраве Бетти, я воссоздал картину происшедшего. Бетти Барнард была кокеткой. Ей нравилось внимание со стороны импозантных мужчин. Значит, преступник должен был обладать некоторой привлекательностью, чтобы Бетти приняла его приглашение! Он должен был обладать шармом, должен был уметь пленять! Сцена на пляже видится мне так: убийца восхищается поясом Бетти, она снимает пояс, преступник, как бы в шутку, набрасывает его ей на шею, приговаривая: "Ну, сейчас я тебя задушу". Они веселятся, она смеется, а он затягивает пояс...

Дональд Фрейзер вскочил со своего места. Лицо его стало белым.

- Мосье Пуаро, умоляю вас!

Пуаро остановил его:

- Кончено. Больше я говорить об этом не стану. Это уже позади. Перейдем к следующему преступлению - к убийству сэра Сирила Сислея. На этот раз убийца возвращается к своей старой технике - он убивает ударом по голове. Алфавитный принцип продолжает действовать, но загвоздка в другом если бы убийца был последователен, он выбирал бы города в определенном порядке. Если Эндовер - сто пятьдесят пятый населенный пункт на букву "эй", то убийство на букву "би" тоже должно произойти в сто пятьдесят пятом городе или в сто пятьдесят шестом, и тогда преступление на "си" произойдет в сто пятьдесят седьмом. Между тем города выбраны совершенно произвольно.

- Не слишком ли предвзято вы подходите к этому, Пуаро? - заметил я. Вы ведь сами методичны и пунктуальны. У вас это доходит почти до болезни.

- Какая же это болезнь?! Quelle idee! <Что за идея! (фр.)> Впрочем, я, может быть, придаю этому преувеличенное значение. Passons <Оставим это! (фр.)>! Убийство в Сирстоне почти ничем мне не помогло. Нам не повезло: письмо, извещающее об этом преступлении, не сразу нашло адресата, и, как следствие, мы не успели подготовиться. Однако к тому моменту, когда было объявлено следующее убийство, была создана мощная оборонительная система. Становилось очевидно, что Эй-би-си недолго остается совершать свои преступления безнаказанно. К тому же как раз в это время у меня возникла идея, связанная с чулками. Не оставалось сомнений, что появление субъекта, торгующего чулками, поблизости от места преступления, не случайно. Следовательно, торговец чулками и есть убийца. Должен заметить, что приметы преступника, данные мне мисс Грей, не слишком хорошо укладывались в нарисованный мною образ убийцы Бетти Барнард. Не стану задерживаться на дальнейших событиях: было совершено четвертое преступление, убит человек по имени Джордж Иствуд, убит, как мы решили, по ошибке, вместо некоего Даунса, сидевшего рядом с Иствудом в кино и похожего на него внешне. Тут-то и происходит коренной поворот! Если раньше события играли на руку Эй-би-си, теперь они оборачиваются против него. Он замечен.., за ним гонятся.., его схватили! Как сказал Гастингс, дело закончено. Да, закончено - для широкой публики. Убийца в тюрьме, и, рано или поздно, его, без сомнения, упрячут в Бродмур. Преступлениям положен конец. Занавес! Но не для меня! Я по-прежнему ничего не знаю. Не знаю, почему и зачем. Есть и еще одна досадная мелочь. У Систа алиби - в ночь убийства он не мог быть в Бексхилле.

- Мне это все время не дает покоя, - вставил Франклин Сислей.

- Да, мне тоже. Алиби кажется бесспорным. Но как оно может быть бесспорным, если... И тут мы подходим к двум интереснейшим рассуждениям. Предположим, друзья мои, что Сист совершил преступления "эй", "си" и "ди", но не совершил преступления "би".

- Мосье Пуаро, это не... Пуаро взглядом заставил Меган Барнард остановиться.

- Успокойтесь, мадемуазель! Мне нужна правда! С ложью покончено. Итак, предположим, что Эй-би-си не имеет отношения ко второму убийству. Напомню, что оно совершено в ночь на двадцать пятое, то есть тогда, когда и было назначено. Может быть, кто-то опередил преступника? Как бы он повел себя в таком случае? Совершил бы еще одно убийство или залег бы на дно, радуясь неожиданному чудовищному подарку?

- Мосье Пуаро! - воскликнула Меган. - Это чистая фантазия! Все преступления заведомо совершены одним человеком!

Не обращая на нее внимания, Пуаро размеренно продолжал:

- У этой гипотезы есть одно преимущество: она объясняет несоответствие между личностью Элекзандера Бонапарта Систа, неспособного заинтересовать ни одну девушку, и личностью того, кто удушил Бетти Барнард. И прежде были известны случаи, когда преступники извлекали для себя пользу из убийств, совершенных другими. К примеру, не все преступления Джека Потрошителя дело его рук. Ну что ж, противоречий будто нет. Но тут я сталкиваюсь с несомненной трудностью. До убийства Бетти Барнард факты, связанные с преступлениями Эй-би-си, не были достоянием широкой публики. Эндоверское убийство интереса не вызвало. В газетах даже не упомянули раскрытого на прилавке железнодорожного справочника. Значит, тот, кто убил Бетти Барнард, имел доступ к сведениям, известным лишь ограниченному кругу лиц - мне, полиции, нескольким родственникам и соседям миссис Эшер. Выходит, эта линия расследования завела меня в тупик.

На лицах присутствующих отразилось непонимание и удивление.

Дональд Фрейзер задумчиво произнес:

- В конце концов, полицейские тоже люди. И среди них попадаются импозантные мужчины...

Он замолк и вопрошающе взглянул на Пуаро. Пуаро только покачал головой.

- Нет, все обстоит куда проще. Я ведь сказал вам, что возможен и другой ход мысли. Предположим, Сист не виновен в смерти Бетти Барнард. Предположим, ее убил кто-то другой. Может быть, другой повинен и в остальных убийствах?

- Но это бессмыслица! - воскликнул Сислей.

- Разве? Тогда я проделал то, что должен был сделать с самого начала. Я изучил полученные мною письма под совершенно иным углом. Я давно чувствовал, что с письмами что-то не клеится - в точности, как искусствовед чувствует, что картина - подделка... Особенно не вдумываясь, я сначала решил, что с письмами что-то неладно потому, что их писал сумасшедший. Изучив их заново, я пришел к совершенно иному выводу. Неладно в письмах то, что их писал совершенно здоровый человек.

- Как?! - изумился я.

- В этом-то все дело! Письма оказались подделкой! Они были написаны от лица сумасшедшего, маньяка, но сочинил их не маньяк.

- Это бессмыслица! - повторил Франклин Сислей.

- Mais si! <Нет же! (фр.)> Надо только подумать, поразмыслить. Какова цель этих писем? Заострить внимание на авторе, вызвать интерес к убийствам! Право же, на первый взгляд это казалось бессмыслицей. Но потом я понял, в чем суть. Цель была в том, чтобы привлечь внимание к нескольким убийствам, к серии убийств... Недаром ваш великий поэт Шекспир сказал: "Вы из-за леса не видите деревьев".

Я не стал исправлять ошибочную цитату <Имеется в виду строка - "Из-за деревьев не видно леса".> Пуаро. Я попытался понять, к чему ведет мой друг, и, кажется, что-то нащупал. Пуаро продолжал:

- Где труднее всего заметить булавку? Среди других булавок, воткнутых в подушечку! Когда меньше всего замечаешь преступление? Когда оно стоит в ряду других таких же. Я столкнулся с исключительно умным, талантливым убийцей, безжалостным, отчаянным и умеющим рисковать. Нет, это не мистер Сист! Он бы никогда не сумел совершить такие преступления! Передо мной был человек другого склада - человек с мальчишеским темпераментом (вспомните железнодорожный справочник и школьную проделку с письмами), человек, нравящийся женщинам, человек, безразличный к жизням людей, человек, бывший центральной фигурой в одном из убийств! Подумайте, чем интересуется полиция, когда совершается убийство. Возможностями для совершения преступления: кто где находился в момент убийства? Мотивами: кому выгодна смерть жертвы? Если мотивы и возможности совершения преступления очевидны, что предпринимает убийца? Подделывает алиби, то есть тем или иным способом искажает последовательность событий. Но это ненадежно. Наш убийца изобрел фантастический способ обмана. Он создал маньяка-убийцу! Теперь остается только взглянуть на совершенные преступления и найти возможного виновника. Убийство в Эндовере. Наиболее вероятный подозреваемый - Франц Эшер, но трудно вообразить, что он создает и приводит в исполнение столь хитрый план или что он готовит предумышленное убийство. Убийство в Бексхилле. Возможный кандидат - Дональд Фрейзер. Он достаточно умен и методичен. Но единственный его мотив для убийства возлюбленной - это ревность, а убийства из ревности редко бывают запланированы заранее. Кроме того, как я узнал, Фрейзер был в отпуске в начале августа, а значит, едва ли мог иметь касательство к сирстонскому делу. Следующее на очереди преступление - в Сирстоне. Здесь мы сталкиваемся с многообещающей ситуацией. Сэр Сирил Сислей был богачом. Кто унаследует его состояние? В его деньгах заинтересована вдова, но она на краю могилы. После нее капитал достанется брату сэра Сирила - Франклину.

Пуаро медленно повернулся и встретился взглядом с Франклином Сислеем.

- Я отбросил все сомнения. Образ человека, который я создал в глубине моего мозга, совпал с человеком, которого я знал лично. Эй-би-си и Франклин Сислей - одно и то же лицо! Та же смелость и авантюрная жилка, страсть к путешествиям, любовь к Англии, порой выражающаяся в насмешках над иностранцами. Вызывающее симпатию, свободное обращение - кому, как не ему, знакомиться с девушками в кафе! Методичность мышления - помните, как он по пунктам составлял план наших действий? И наконец, мальчишеский склад характера, о котором упомянула леди Сислей, - склонность к литературе для юношества. Я убедился в том, что в библиотеке действительно есть повесть Несбита "Дети-железнодорожники". Больше я не колебался: Эй-би-си, человеком, писавшим мне письма и совершившим убийства, был Франклин Сислей.

Сислей расхохотался.

- Редкая проницательность! А как же наш друг Сист, пойманный с окровавленными руками? С пятнами крови на пальто? Как же нож, спрятанный у него дома? Сист, конечно, может все отрицать...

Пуаро перебил его:

- Вы ошибаетесь. Он все признал.

- Что? - изумился Сислей.

- Да, признал, - мягко сказал Пуаро. - Поговорив с Систом, я убедился, что он считает себя виновным.

- И даже этого вам мало, мосье Пуаро? - произнес Сислей.

- Да, мало. Потому что, взглянув на него, я понял, что виновным он быть не может! Чтобы осуществить такой план, у него не хватит ни нервов, ни смелости, ни мозгов! Ни на минуту не забывал я о двойственности убийцы. А теперь понимаю, в чем она заключалась.

В преступлениях были замешаны двое: настоящий убийца, хитроумный, проницательный и смелый, и псевдоубийца, туповатый, неуверенный в себе и легко внушаемый. Внушаемость - вот в чем тайна мистера Систа! Вы, мистер Сислей, не удовлетворились своим планом - спрятать преступление в череде ему подобных. Вам понадобился еще и козел отпущения. Думаю, что эта идея родилась у вас после случайной встречи в кафе с комичным человечком, носящим столь пышные имена. В то время вы обдумывали различные планы, ведущие к устранению вашего брата.

- Да что вы? А зачем?

- Затем, что вас серьезно тревожило будущее. Не знаю, понимаете ли вы это, мистер Сислей, но вы помогли мне, показав мне письмо, полученное вами некогда от брата. В этом письме ясно звучала любовь и привязанность к мисс Торе Грей. Возможно, то было отеческое чувство или сэру Сислею только так казалось. Тем не менее возникла реальная опасность того, что после смерти вашей невестки сэр Сислей, очутившись в одиночестве, начнет искать утешения и сочувствия у этой красивой девушки, и, как нередко случается с пожилыми вдовцами, это кончится браком. Познакомившись с мисс Грей, вы переполошились. Насколько я понимаю, вы прекрасно разбираетесь в людях, хоть и смотрите на них с цинизмом. Вы пришли к выводу - может быть, верному, а может быть, и ошибочному, - что мисс Грей своего не упустит. Вы были убеждены, что она во что бы то ни стало захочет стать леди Сислей. Ваш брат отличался прекрасным здоровьем и был полон сил. У него могли появиться наследники, и тогда у вас не оставалось шансов на его капитал. Мне кажется, что вся ваша жизнь по сути своей состояла из разочарований. Вас носило, как перекати-поле, а добра вы не нажили. Богатство брата вызывало у вас горькую зависть. Итак, вы обдумывали различные планы убийства, а когда познакомились с мистером Систем - тут-то и родилась ваша идея. Нелепые имена, головные боли и эпилептические припадки, о которых он вам рассказал, делали этого незначительного и незаметного субъекта поразительно удобным орудием в ваших руках. В одно мгновение возник и алфавитный принцип: в основе плана лежали инициалы Систа и то, что ваш брат, фамилия которого начинается на "си", живет в Сирстоне. Вы дошли до того, что даже намекнули Систу, какая смерть его ожидает, хотя едва ли могли рассчитывать, что это принесет вам такой богатый урожай! Вы провели великолепную подготовку. От имени Систа вы сделали крупный заказ на шелковые чулки. Фирма ему их выслала, а вы прислали еще некоторое количество справочников "Эй-би-си" в такой же упаковке. Вы написали Систу от имени той же фирмы - в напечатанном на машинке письме ему предлагалось приличное жалованье и комиссионные. Ваши планы были настолько продуманы, что вы заранее напечатали все последующие письма, а машинку отослали Систу. Теперь вам нужно было подыскать жертвы, фамилии и место жительства которых начинались на "эй" и "би". Вы выбрали Эндовер и после предварительной рекогносцировки остановились на лавке миссис Эшер как на месте будущего преступления. Ее фамилия была обозначена на вывеске. Экспериментальным путем вы удостоверились, что в лавке миссис Эшер обычно одна. Чтобы убить ее, требовались хорошие нервы, смелость и немного удачи. В следующий раз тактику пришлось изменить. Ведь одинокие хозяйки магазинов, скорее всего, уже были начеку. Думаю, вы начали захаживать в кафе, перешучиваться с официантками и по ходу дела стремились узнать, у кого из них фамилия начинается на нужную букву и кто будет удобен для ваших целей. В Бетти Барнард вы обрели то, что искали. Раза два вы назначали ей свидания, объяснив, что вы человек женатый и что по необходимости должны встречаться с ней в не слишком людных местах. Теперь ваши предварительные приготовления завершились, и вы приступили к делу! Вы послали Систу эндоверский список с указанием посетить Эндовер в определенный день, а мне было отправлено первое письмо Эй-би-си. В назначенный день вы едете в Эндовер и беспрепятственно убиваете миссис Эшер. Убийство номер один прошло успешно. В следующий раз вы из осторожности совершили преступление на день раньше назначенного. Я совершенно убежден в том, что Бетти Барнард была убита задолго до полуночи двадцать четвертого июля. Перейдем теперь к убийству номер три, важному, а в сущности, единственному, с вашей точки зрения, настоящему убийству. И здесь нельзя не воздать хвалу Гастингсу, сделавшему простое и верное замечание, на которое никто не обратил внимания. Гастингс предположил, что адрес на письме был намеренно написан с ошибкой! И он был прав! В этом простом факте и заключается ответ на вопрос, который так долго мучил меня. Почему письма адресованы частному сыщику Эркюлю Пуаро, а не в полицию? Сначала я ошибочно предполагал здесь причину личного свойства. Но нет! Письма посылались мне, ибо ваш план строился на том, что одно из них, с не правильным адресом, придет с опозданием. Однако с письмом, адресованным в уголовный розыск Скотленд-Ярда, это бы не прошло! Для этого необходим адрес частного лица. Вы выбрали меня как человека, пользующегося известностью, как человека, который заведомо передаст письма в полицию. К тому же при вашей неприязни к иностранцам вам было приятно надуть одного из них. Ошибка в адресе была хорошо продумана: Уайт-хевен - Уайт-хорс. Вполне естественная описка. Только Гастингсу хватило прозорливости, чтобы, пренебрегая тонкостями, вникнуть в самую суть. Конечно же вы и хотели, чтобы письмо опоздало. Полиция взялась за дело, лишь когда убийство было уже благополучно совершено. Подходящую возможность вы нашли во время вечерней прогулки вашего брата. Общественности же был столь успешно навязан кровожадный Эй-би-си, что никто вас не заподозрил. Разумеется, со смертью брата вы достигли цели. Вам не нужны были новые убийства. С другой стороны, если бы преступления вдруг прекратились, кто-нибудь мог бы заподозрить правду. Ваш козел отпущения, мистер Сист, столь успешно справлялся с ролью незначительного, а значит, и незаметного человечка, что до тех пор никому не бросалось в глаза, что один и тот же человек появлялся вблизи всех трех мест, где совершены преступления! К вашему огорчению, не всплыло даже его появление в Кумсайде! Мисс Грей сразу об этом забыла. Со свойственной вам решительностью вы сочли необходимым пойти на еще одно убийство и на этот раз оставить заметные следы. Для этих целей вы избрали Донкастер. План ваш был донельзя прост. Ваше присутствие на месте преступления будет совершенно естественным. Мистера Систа пошлет в Донкастер его фирма. Согласно вашему плану вы должны были следовать за ним по пятам и ждать подходящего случая. Все вышло как по писаному. Мистер Сист отправился в кино. Чего уж проще! Вы сели неподалеку от него. Он встал, чтобы выйти, - встали и вы. Вы сделали вид, что споткнулись, наклонились - и закололи человека, сидевшего в соседнем ряду. Затем положили справочник "Эй-би-си" ему на колени и, в темноте, подойдя у выхода вплотную к мистеру Систу, обтерли нож о его рукав, после чего сунули оружие ему в карман. Вас совершенно не заботило, с какой буквы будет начинаться фамилия жертвы. Подойдет любая! Вы вполне справедливо полагали, что это сочтут ошибкой. Ведь неподалеку от убитого в зале наверняка сидел кто-то, чья фамилия начинается на "ди". Его и сочтут намеченной жертвой. А теперь, друзья мои, посмотрим на дело глазами псевдоубийцы - глазами мистера Систа. О преступлении в Эндовере он не подозревает. Убийство в Бексхилле приводит его в изумление и ужас подумать только, ведь как раз тогда он там был! Затем следует преступление в Сирстоне, начинается шум в газетах. Преступление Эй-би-си в Эндовере когда там был мистер Сист, преступление Эй-би-си в Бексхилле, и вот теперь еще одно... Три убийства подряд - и трижды он был рядом! У эпилептиков часто бывают провалы памяти, когда они не могут вспомнить, что делали... Не забудем: Сист невропат, он нервен и легко внушаем. И вот он получает распоряжение поехать в Донкастер. В Донкастер! Но ведь и следующее убийство назначено в Донкастере. Систу кажется, что это сама судьба. Он теряет голову, ему чудится, что его квартирная хозяйка поглядывает на него с подозрением, и он говорит ей, что едет в Челтнем. Но едет в Донкастер ведь это его обязанность. Днем он идет в кино. Может быть, дремлет там. Вообразите, что он испытывает, когда, вернувшись, обнаруживает кровь. Кровь на рукаве пальто и окровавленный нож в кармане! Его неопределенные страхи превращаются в уверенность. Это он, он убийца. Сист вспоминает о своих головных болях, о провалах в памяти. Теперь он убежден: он, Элекзандер Бонапарт Сист, маньяк-убийца. После этого Сист ведет себя как затравленный зверь. Он возвращается домой в Лондон. Там спокойнее. Там его знают. Там думают, что он ездил в Челтнем. Нож по-прежнему при нем - это, разумеется, полнейшая глупость. Сист прячет нож за вешалкой. И вот приходит день, когда его предупреждают, что вот-вот явится полиция. Конец! Теперь они знают! Затравленный зверь обращается в бегство... Не знаю, зачем он отправился в Эндовер. Возможно, его подталкивало болезненное желание взглянуть на место преступления - ведь это преступление совершил он, хотя и в забытьи. Деньги у Систа кончаются, он на пределе.., ноги сами ведут его в полицию. Но даже загнанное животное способно к сопротивлению. Мистер Сист убежден в том, что он убийца, но продолжает защищаться. В отчаянии он настаивает на своем алиби по второму убийству. В этом преступлении его не обвинишь. Я уже сказал, что, увидев Систа, сразу понял, что он не преступник и что мое имя ничего ему не говорит. Я понял, что он считает себя виновным. После того как он признал свою вину в разговоре со мной, я окончательно убедился в том, что моя теория верна.

- Ваша теория нелепа! - сказал Франклин Сислей. Пуаро покачал головой:

- Нет, мистер Сислей. Вы были в безопасности до тех пор, пока не попали под подозрение. Стоило вас заподозрить, и сразу всплыли улики.

- Улики?

- Да. В шкафу в Кумсайде я нашел ту палку, которой вы воспользовались в Эндовере и Сирстоне, обычную палку с массивной ручкой. Но в ней оказалось углубление, утяжеленное свинцом. Два свидетеля опознали вашу фотографию среди пяти-шести других - эти люди видели, как вы выходили из кино, когда должны были находиться на скачках в Донкастере. Вчера в Бексхилле вас опознала Милли Хигли и девушка из "Красного бегуна", куда вы водили Бетти Барнард в тот роковой вечер. И наконец, что хуже всего, вы позабыли об одной элементарной предосторожности. Вы оставили отпечатки пальцев на пишущей машинке Систа, а ведь будь вы невиновны, эта машинка никак не могла попасть к вам в руки.

Минуту Сислей сидел молча, потом он произнес:

- Rouge, impair, manque! <Красное, нечет, проигрыш! (фр.)> Ваша взяла, мосье Пуаро! Но попробовать все-таки стоило!

Молниеносным движением он вытащил из кармана маленький пистолет и поднес его к виску.

Я вскрикнул и невольно напрягся, ожидая выстрела. Но вместо выстрела раздался только щелчок курка. Сислей в изумлении взглянул на пистолет и выругался.

- Не вышло, мистер Сислей, - сказал Пуаро. - Вы, наверное, заметили, что у меня сегодня новый слуга - мой друг, опытный карманник. Он вытащил пистолет у вас из кармана, разрядил его и вернул на место, так что вы ничего не заметили.

- Ты, чертова иностранная мартышка! - побагровев от ярости, проревел Сислей.

- Да-да, я понимаю ваши чувства. Вам, мистер Сислей, не суждено умереть легкой смертью. Вы ведь сами говорили мистеру Систу, что дважды тонули и чудом спаслись. Это, знаете ли, означает, что кончите вы иначе...

- Ты...

Сислей потерял дар речи. Лицо его побелело, он угрожающе сжал кулаки.

Из соседней комнаты вышли два детектива, присланные Скотленд-Ярдом. Одним из них был Кроум. Он подошел к Сислею и произнес освященную временем формулу:

- "Предупреждаю, что все вами сказанное может быть использовано против вас".

- Он сказал более чем достаточно, - заметил Пуаро и, обращаясь к Сислею, добавил:

- Вас переполняет чувство национального превосходства, но сам я считаю ваше убийство не английским.., уж слишком оно бесчестное.., неспортивное...

Глава 35

Финал

Должен с сожалением признать, что, когда за Франклином Сислеем закрылась дверь, я истерически захохотал.

Пуаро не без удивления посмотрел на меня.

- Я смеюсь потому, что вы назвали его преступление неспортивным, проговорил я, задыхаясь.

- Но так оно и есть. Его преступление чудовищно - не потому даже, что он убил брата, а потому, что он обрек несчастного Систа на то, чтобы быть погребенным заживо. "Поймаем лисицу, посадим в темницу, не пустим на волю ее!" Какой же это спорт... Меган Барнард глубоко вздохнула:

- Не могу этому поверить.., не могу. Неужто это правда?

- Да, мадемуазель. Кошмар кончился.

Меган посмотрела на Пуаро, и лицо ее оживилось.

Пуаро обернулся к Фрейзеру:

- Все это время мадемуазель Меган опасалась, что это вы совершили второе убийство.

Дональд Фрейзер размеренно ответил:

- Я сам опасался этого одно время.

- Из-за вашего сна? - Пуаро пододвинулся поближе к молодому человеку и доверительно прошептал:

- Ваш сон объясняется самым естественным образом. Дело в том, что образ одной из сестер постепенно блекнет в вашей памяти - его место заняла другая сестра. Мадемуазель Меган заняла место своей сестры в вашем сердце, но, поскольку вам невыносима мысль о том, что вы неверны памяти погибшей, вы пытаетесь задушить в себе это чувство! Вот и объяснение вашего сна.

Фрейзер взглянул на Меган.

- Не бойтесь забыть, - ласково сказал Пуаро. - Бетти заслуживает забвения. В мадемуазель Меган вы обретете сокровище - un coeur magnifique <Великолепное сердце (фр.).>!

Глаза Дональда Фрейзера зажглись.

- Вы правы.

Все мы столпились вокруг Пуаро, беседуя с ним, расспрашивая его то о том, то о сем.

- А что это были за вопросы, Пуаро? Те, которые вы задавали каждому? В них был какой-то смысл?

- Некоторые из них были simplement une blaque <Просто шуткой (фр.).>. Но я узнал то, что хотел: Франклин Сислей находился в Лондоне, когда было отправлено первое письмо. А еще я хотел посмотреть на выражение его лица, когда задал вопрос мадемуазель Торе. Сислей был пойман врасплох. Я заметил в его глазах ненависть и злобу.

- Но моих чувств вы не пощадили, - заметила Тора Грей.

- Однако и вы не дали мне правдивого ответа, мадемуазель, - сухо произнес Пуаро. - А теперь - новое разочарование. Франклин Сислей не унаследует капитал брата.

Мисс Грей гордо вскинула голову:

- Я должна оставаться здесь и подвергаться оскорблениям?

- Конечно нет, - ответил Пуаро и вежливо открыл перед нею дверь.

- Венец всего - отпечатки пальцев, Пуаро, - задумчиво произнес я. Стоило вам упомянуть отпечатки, и Сислей сломался.

- Да, отпечатки очень полезная вещь, друг мой, - кивнул Пуаро и добавил:

- Я упомянул их для вашего удовольствия.

- Как, Пуаро! - воскликнул я. - Так это не правда?

- Ложь чистейшей воды, mon ami, - ответил Эркюль Пуаро.

***

Не могу не упомянуть о визите, который через несколько дней нанес нам Элекзандер Бонапарт Сист. Пожав Пуаро руку и осыпав его бессвязными и неловкими выражениями признательности, мистер Сист собрался с мыслями и произнес:

- Представьте, одна газета предложила мне сто фунтов - сто, вы только подумайте! - за мою краткую биографию. Я, право, не знаю, что делать.

- Не соглашайтесь на сто, - посоветовал Пуаро. - Больше твердости! Требуйте пятьсот. И не ограничивайтесь одной газетой.

- Так вы полагаете.., что я мог бы...

- Поймите, - с улыбкой сказал Пуаро, - что вы знамениты. А сегодня, возможно, вы самый знаменитый человек в Англии.

Мистер Сист выпрямился. Счастливая улыбка озарила его лицо.

- А знаете, вы, наверное, правы! Я знаменит! Про меня пишут в газетах! Я последую вашему совету, мосье Пуаро. Деньги будут кстати.., весьма кстати. Я устрою себе маленький праздник... И потом, я хочу сделать свадебный подарок Лили Марбери... Какая она славная девушка, мосье Пуаро!

Пуаро поощрительно похлопал мистера Систа по плечу:

- Вы совершенно правы. Поживите в свое удовольствие. И небольшой совет: сходите-ка к окулисту. Может быть, ваши головные боли вызваны слабыми очками?

- Так вы думаете, в этом все дело?

- Да.

Мистер Сист с пылом пожал руку Пуаро:

- Вы великий человек, мосье Пуаро. По своему обыкновению, Пуаро не пренебрег комплиментом. Он даже не сумел скрыть удовольствие.

После того как мистер Сист с достоинством удалился, мой старый друг с улыбкой обратился ко мне:

- Итак, Гастингс, мы снова поохотились на славу? Vive Ie sport <Да здравствует спорт! (фр.)>!
Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке RoyalLib.ru

Написать рецензию к книге

Все книги автора

Эта же книга в других формата
1   ...   15   16   17   18   19   20   21   22   23

Похожие:

Агата Кристи Убийства по алфавиту iconАгата Кристи Печальный кипарис Эркюль Пуаро 24 Агата Кристи печальный кипарис пролог
«Элинор Кэтрин Карлайл, вы обвиняетесь в убийстве Мэри Джеррард 27 июля сего года. Признаете ли вы себя виновной?»
Агата Кристи Убийства по алфавиту iconGenre det classic Author Info Агата Георгиевна Кристи Убийство в...

Агата Кристи Убийства по алфавиту iconАгата Георгиевна Кристи Убийство в «Восточном экспрессе»
На этот раз Эркюлю Пуаро придется расследовать убийства в поездах. В «Восточном экспрессе» ему придется распутывать клубок событий,...
Агата Кристи Убийства по алфавиту iconАгата Кристи Убийство Роджера Экройда
Эркюле Пуаро, но среди всех ее произведений, книга с совершенно неожиданной концовкой — финал настолько удивил и скандализировал...
Агата Кристи Убийства по алфавиту iconСодержание Агата Кристи Опиум для никого Cm я крашу губы гуталином, b g я обожаю чёрный цвет B

Агата Кристи Убийства по алфавиту iconАгата Кристи Рождество Эркюля Пуаро
Истина для гениального сыщика превыше всего. Стремясь к ней, он распутывает историю с лже сыном убитого богача
Агата Кристи Убийства по алфавиту iconGenre det classic Author Info Агата Т. Кристи Фокус с зеркалами Мисс...

Агата Кристи Убийства по алфавиту iconАгата Кристи Смерть в облаках
Внимательный читатель, бузусловно, может посоревноваться с детктивом Эркюлем Пуаро, и определить преступника(ов) в этом прекрасном...
Агата Кристи Убийства по алфавиту iconАгата Кристи Занавес
Перед вами — последнее дело Эркюля Пуаро. Дело, которое величайший сыщик XX столетия ведет, уже точно зная, что жить ему осталось...
Агата Кристи Убийства по алфавиту iconАгата Кристи Одним пальцем
В маленькой идиллической английской деревушке вот уже сто лет не случалось ничего. Но внезапно мирную скуку провинциального существования...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница