Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека


НазваниеЛеонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека
страница2/19
Дата публикации09.03.2013
Размер3.33 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Психология > Книга
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19


кожного сопротивления, частота пульса, дыхания, величина диаметра зрачка, гормональные сдвиги), позотонические реак­ции и изменения электрической активности мышц [21; 132; 200]. Однако установить прямую связь между динамикой частного показателя и изменением уровня бодрствования удается далеко не всегда, а если и удается, то только в самом общем виде. Так, переходу от одного состояния к другому в пределах максималь­но крупных градаций шкалы уровней бодрствования «сон — пассивное бодрствование — активное бодрствование» ставится в соответствии известное всем изменение спектра частотных составляющих электроэнцефалограммы. При детализации этой картины на более ограниченных участках континуума подобная идеализированная схема теряет свою четкость [21].

Выход из создавшегося положения исследователи видят в поисках устойчивых конфигураций различных физиологических ответов для разных поведенческих ситуаций — нахождения специфических «паттернов активации» [192; 288; 296]. Перво­начально в несколько наивной форме делались попытки одно­значно идентифицировать сдвиги по нескольким регистрируе­мым параметрам с особенностями воздействующей стимуляции [148]. Дальнейшие исследования были направлены на выявле­ние закономерных отношений между отдельными составляющи­ми физиологического ответа в зависимости от биологической направленности ситуации [288] и психологического содержания решаемых задач [200]. На этой базе основывается выделение интегральных психофизиологических показателей для оценки функционального состояния [132]. Однако, как заметил Грей Уолтер: «Было бы грубой ошибкой полагать a priori, что регистрируемые нами кривые электрической активности мозга (паттерны этой активности) непосредственно отражают состоя­ние психики... Паттерны есть сырой материал порядка» [192, с. 75]. Чтобы пойти дальше простой констатации наличия кор­реляционных связей, необходима интерпретация физиологиче­ских данных в контексте содержательного психологического анализа состояния, позволяющего осмыслить его функциональ­ное значение и характерные особенности проявлений.

Динамика работоспособности и состояния утомления

Традиционной областью изучения функциональных состояний в психологии является исследование динамики работоспособности и утомления. Однако, несмотря на богатый экспериментальный материал и разнообразие теоретических концепций, разработанных в ходе столетней истории изучения этой проблемы, до сих пор не удалось создать общепринятую теорию утомления [165; 235].

Термину «утомление» трудно дать однозначное определение. Так, в одной из классических монографий >[226] перечисляется около ста определений этого понятия. Естественно, что внутри

19

этого множества выделяется несколько основных подходов. В прикладном аспекте наиболее важным из них является ана­лиз специфических изменений работоспособности человека, к которым приводит развитие этого состояния. Поэтому наиболее часто и в целом оправдано встречается понимание утомления как временного снижения работоспособности под влиянием дли­тельного воздействия нагрузки. При этом специфика утомления существенно зависит от вида нагрузки, времени, необходимого для восстановления исходного уровня работоспособности и уровня локализации утомления. Такие факторы кладутся в ос­нову детализации классификационных схем: выделяют физи­ческое и умственное утомление, острое и хроническое, рассмат­ривают специфические виды утомления — мышечное, сенсорное, умственное и т. д. [149; 165].

В приведенном определении главным является снижение работоспособности. Однако кроме существенных трудностей, которые возникают при определении и этого понятия [65; 149], перед исследователями встает задача дифференциации разных состояний, аналогичным образом связанных с изменением работоспособности.

Так выделяются три близких, но не тождественных состоя­ния, приводящих к падению работоспособности в процессе вы­полнения деятельности, — утомление, монотония и психическое пресыщение [8; 89; 135]. Если утомление можно охарактеризо­вать как естественную реакцию, связанную с нарастанием на­пряжения при продолжительной работе, то два других состоя­ния являются следствием однообразия деятельности, выпол­няемой в специфических условиях (бедность внешней среды, ограниченное поле работы, несложные стереотипные действия и т. д.) [8]. Одинаковая направленность изменения работо­способности при этих состояниях еще не служит доказательст­вом их идентичности. Различия проявляются и в поведенческом плане, и в их субъективной представленности. Для монотонии характерны погружение человека в дремотное состояние, «вы­ключение» человека из процесса деятельности. Состояния пси­хического пресыщения связаны с развитием аффективного эмо­ционального комплекса и попытками внести разнообразие в привычный стереотип выполняемых действий [135]. Нарастание утомления сопровождается увеличением специфических ошибок «невнимательности», снижением точности и скорости действий, симптоматикой истощения резервов организма. Таким образом, различия между этими состояниями становятся вполне отчет­ливыми при анализе их проявлений на поведенческом, физио­логическом и психологическом уровнях. Для состояния моното­нии основной тип изменений характеризуется общим снижением активности обеспечивающих деятельность процессов. Состоя­ниям утомления, напротив, свойственна диссоциация этих про­цессов по мере нарастания напряжения, что проявляется в рос­те рассогласования между отдельными показателями [8].

20

С физиологической стороны развитие утомления свидетель­ствует об истощении внутренних резервов организма и перехо­де на менее выгодные способы функционирования систем: под­держание минутного объема кровотока осуществляется за счет увеличения частоты сердечных сокращений вместо увеличения ударного объема, двигательные реакции реализуются большим числом функциональных мышечных единиц при ослаблении силы сокращений отдельных мышечных волокон и др. Это на­ходит выражение в нарушениях устойчивости вегетативных функций, снижении силы и скорости мышечного сокращения, дискоординации в работе регуляторных образований, затрудне­ниях выработки и торможения условных рефлексов. Вследствие этого замедляется темп работы, нарушаются точность, ритмич­ность и координация движений.

По мере роста утомления наблюдаются значительные изме­нения в протекании различных психических процессов. Для этого состояния характерны заметное снижение показателей сенсорной чувствительности в различных модальностях вместе с ростом инерционности этих процессов. Это проявляется в уве­личении абсолютных и дифференциальных порогов чувстви­тельности, снижении критической частоты слияния мельканий, возрастании яркости и длительности последовательных образов. Нередко при утомлении уменьшается скорость реагирования — увеличивается время простой сенсомоторной реакции и реакции выбора. Однако может наблюдаться и парадоксальное (на пер­вый взгляд) увеличение скорости ответов, сопровождаемое рос­том числа ошибок. Утомление приводит к распаду выполнения сложных двигательных навыков по типу некоординированной реализации отдельных моторных стереотипов. Наиболее выра­женными и существенными признаками утомления являются нарушения внимания — сужается объем внимания, страдают функции переключения и распределения внимания. Эти симпто­мы можно интерпретировать в терминах нарушения процессов сознательного контроля за выполнением деятельности. Со сто­роны процессов, обеспечивающих запоминание и сохранение ин­формации, утомление прежде всего приводит к затруднениям извлечения информации, хранящейся в долговременной памяти. Снижение показателей кратковременной памяти связано с ухуд­шением удержания информации в системе кратковременного хранения и операций семантического кодирования. Эффектив­ность процесса мышления существенно снижается за счет пре­обладания стереотипных способов решения задач в ситуациях, требующих принятия новых решений, или своеобразных фено­менов нарушения целенаправленности интеллектуальных актов. По мере развития утомления происходит трансформация моти­вов деятельности. Если на ранних стадиях сохраняется адек­ватная «деловая» мотивация, то потом преобладающими стано­вятся мотивы прекращения деятельности или ухода от нее. При продолжении работы это приводит к формированию отри-

21

дательных эмоциональных реакций. Описанный симптомокомп-лекс утомления представлен разнообразными субъективными ощущениями, знакомыми каждому как комплекс переживаний усталости.

Таким образом, на психологическом уровне утомление мож­но охарактеризовать как личностно-когнитивный синдром [226]. В его развитии выделяют несколько различных стадий, содер­жание и приспособительное значение которых раскрыва­ются при анализе общих зако­номерностей динамики работо­способности в процессе дли­тельно выполняемой деятель­ности. Традиционным способом выделения стадий (или раз­ных состояний) работоспособ­ности является анализ так на­зываемой кривой работоспо­собности3— зависимости меж­ду эффективностью деятельно­сти и временем ее выполяения. В противовес первоначальным попыткам охарактеризовать динамику работоспособности только «а основании внешних показателей результативности труда [3; 235] в современных исследованиях она описывает­ся с точки зрения адаптаци­онных возможностей организ­ма и личностно-мотивацион-ных факторов [97; 168].

При всем разнообразии предлагаемых описаний этой зависимости [64; 97; 168] лег­ко выделяются общие, наиболее типичные стадии: в начале ра­боты «аблюдается период врабатывания, затем следуют стадии оптимальной работоспособности, утомления и «конечного по­рыва» (рис. 2). Однако их продолжительность, чередование и степень выраженности определяются воздействием множества факторов и могут варьировать вплоть до полного выпадения некоторых из них [128; 162].

Если же за основу выделения стадий работоспособности принять характер изменений в функционировании основных включенных в деятельность психофизиологических систем, то можно проследить ее более тонкую динамику. Так, в периоде

3 Кривая работоспособности была впервые проанализирована Э. Крепе-лином, использовавшим термин «кривая работы». Он выделил комплекс влияющих на ее особенности факторов [103].

Время работы

Рис. 2. Стадии динамики работоспо­собности (по Е. А. Деревянко, 1959)

I — уровень максимальных возможностей;

II — уровень продуктивности деятельности;

III — уровень эмоционального напряжения;

IV — уровень утомления. 1 — период врабатываемости; 2 — период оптимальной работоспособности; 3 — пери­од полной компенсации; 4 — период неус­тойчивой компенсации, 5 — конечный по­рыв; 6 —■ прогрессирующее снижение про­дуктивности.

22

вырабатывания выделяются фазы мобилизации, первичной реакции и гиперкомпенсации; периоду оптимального выполне­ния соответствует фаза компенсации; фазы субкомпенсации, декомпенсации и срыва составляют содержание периода утом­ления [111; 128].

Появление симптомов утомления свидетельствует о недоста­точности привлекаемых компенсаторных средств для поддер­жания эффективности деятельности на заданном уровне (по количественным и качественным показателям). Восстановление оптимального уровня работоспособности предполагает прекра­щение выполнения вызвавшей утомление деятельности на опре­деленный период времени, который с необходимостью должен включать элементы как пассивного, так и активного отдыха [165; 168]. В тех случаях, когда продолжительность или полно­ценность периодов отдыха недостаточны, происходит накопле­ние, или кумуляция, утомления [235].

Для решения целого ряда прикладных задач весьма ак­туальны исследования различных форм и степеней хрониче­ского утомления [128; 149]. Их важность понятна в связи с необходимостью анализа исходного уровня, на фоне которого происходит формирование актуального состояния, и предотвра­щения развития патологического состояния переутомления [128].

Первыми симптомами хронического утомления служат раз­нообразные субъективные ощущения — чувства постоянной усталости, повышенной утомляемости, сонливости, вялости и т. д. [149]. Объективные признаки на начальных стадиях его развития выражены мало. Поскольку же задача диагности­ки хронического утомления особенно важна на ранних этапах, то следует искать надежные индикаторы его возникновения. Наряду с анализом субъективной симптоматики информатив­ным оказывается анализ соотношений в продолжительности отдельных стадий работоспособности, главным образом стадий врабатывания и оптимальной работоспособности [128].

Если развитие утомления следует считать естественной реакцией организма, имеющей приспособительный характер и выполняющей целый ряд полезных функций [33; 165], то его чрезмерное развитие в любой форме — явление нежелательное. В соответствии с этим при решении прикладных задач должны учитываться разные цели. С одной стороны, необходимо мак­симально продлить время оптимальной работоспособности и отодвинуть появление первых признаков утомления, хотя само состояние утомления вполне допустимо в последние часы ра­боты. С другой стороны, для предотвращения эффектов на­копления утомления желательно обеспечивать полное восста­новление сил к началу следующего рабочего дня.

Напряженность

Наряду с представлениями о стадиях динамики работоспособности для исследования широкого спектра состоя-

23

ний работающего человека широко используется термин «на­пряженность». Однако его значение в контексте разных работ далеко не однозначно. Он используется как для характеристики самого процесса трудовой деятельности, так и для обозначения специфических состояний, возникающих в ходе ее выполнения.

Степень напряженности деятельности может непосредствен­но определяться структурой процесса труда, в частности содер­жанием рабочей нагрузки, ее интенсивностью, насыщенностью деятельности и т. д. [111; 281; 312]. В этом смысле напряжен­ность интерпретируется с точки зрения требований, предъявляе­мых конкретным видом труда к человеку.

С другой стороны, напряженность деятельности может ха­рактеризоваться психофизиологическими затратами (ценой дея­тельности), необходимыми для достижения трудовой цели. В этом случае под напряженностью понимается величина уси­лий, прилагаемых человеком для решения поставленной задачи. Внутри этого общего понятия выделяются два основных класса состояний напряженности: специфической, определяющей дина­мику и интенсивность психофизиологических процессов, лежа­щих в основе выполнения конкретных трудовых навыков, и не­специфическую, характеризующую общие психофизиологические ресурсы человека и в целом обеспечивающую уровень выполне­ния деятельности [26; 74].

С содержанием понятия неспецифической напряженности согласуется традиционное для психофизиологии (и очень близ­кое описанной выше теории активации) понимание напряжен­ности как спектра деятельностных состояний организма, харак­теризующегося повышенным уровнем функционирования систем по сравнению с состоянием покоя. В данном контексте разра­батывается понятие напряженности как ведущего функциональ­ного состояния, сопровождающего любую целенаправленную деятельность. Важно подчеркнуть, что такой подход позволяет подойти к решению малоразработанной прикладной пробле­мы — описанию оптимального рабочего состояния человека [90]. При анализе функциональных состояний внимание ак­центируется, как правило, на изучении состояний сниженной работоспособности. При использовании критерия оптимальнос­ти соответствия затрачиваемых человеком усилий требованиям деятельности выделяются продуктивная и непродуктивная на­пряженность [202]. Существуют успешные попытки с помощью ряда психофизиологических показателей описать симптомо-комплекс состояний функционального комфорта [208].

В более узком смысле термином напряженность обозначает­ся ряд состояний человека-оператора, определяемых факторами интенсивности и информационной структуры нагрузки [128; 244]. В других случаях с его помощью характеризуется одна из фаз развития утомления, связанная с поддержанием высоко­го уровня работоспособности в результате волевого усилия [65]. Нередко им обозначается круг состояний человека, возникаю-

24

щих в усложненных условиях деятельности [76; 126; 136]. Среди разнообразных вариантов последнего понимания напря­женности наиболее разработано понятие «психической напря­женности», характеризующей особенности поведения в стрессо-генных ситуациях [136]. По типу влияния на эффективность деятельности внутри этой группы состояний выделяются опера­ционная и эмоциональная напряженность. Для первой из них свойственно преобладание процессуальных мотивов деятельнос­ти, что оказывает мобилизующее влияние на индивида и способ­ствует сохранению высокого уровня эффективности. Развитие эмоциональной напряженности, наблюдаемое при ломке адек­ватной мотивационной структуры "в усложненных условиях, приводит к дезорганизации деятельности [136].

Если внимательнее рассмотреть приведенный перечень ис­пользуемых понятий напряженности, то можно обнаружить многочисленные точки пересечения между содержанием отдель­ных из них. Это позволяет надеяться на преодоление термино­логической неоднозначности и упорядочение разных представ­лений в рамках единой концепции.

Стресс

Обсуждение вопроса о классификации и содержатель­ной характеристике разных видов функциональных состояний невозможно без обращения к проблематике изучения стресса [144; 207; 331]. Однако чрезвычайная расплывчатость этого термина [136; 242], взятого из контекста физиологических ис­следований и распространенного на объяснение поведения чело­века в самых разнообразных жизненных ситуациях [264; 341], не позволяет сколь-нибудь последовательно соотнести содержа­ния понятий «стресс» и «функциональное состояние». В то же время в экспериментальных и прикладных исследованиях на­коплен огромный и интереснейший материал относительно специфики состояний человека, возникающих в условиях воз­действия экстремальных факторов. Основанием для объедине­ния этих состояний в единую группу служит существование не­которых общих закономерностей формирования и проявлений ответных реакций подобного типа.

Понятие стресса первоначально возникло в физиологии для обозначения неспецифической генерализованной реакции орга­низма — «общего адаптационного синдрома» (Г. Селье, 1936 г.) — в ответ на любое неблагоприятное воздействие. Со­держание этой реакции описывалось прежде всего со стороны типичных нейрогуморальных сдвигов, обеспечивающих защит­ную энергетическую мобилизацию организма [174; 331]. Позд­нее понятие стресса было расширено и стало использоваться для характеристики особенностей состояний индивида в экстре­мальных условиях на физиологическом, психологическом и по­веденческом уровнях [106; 321].

25

Для понимания природы этих состояний особое значение имеет характеристика стресса со стороны вызывающих его экстремальных факторов, или стрессоров. При этом экстре­мальными считаются не только явно вредные воздействия, но и «предельные, крайние значения тех элементов ситуации, кото­рые в средних своих значениях служат оптимальным рабочим фоном или, по крайней мере, не ощущаются как источники дискомфорта» [138, с. 349]. Перечень стрессоров весьма разно­образен: от простых физико-химических стимулов (температура, шум, газовый состав атмосферы, токсические вещества и др.) [318] до сложных психологических и социально-психологиче­ских факторов (риск, опасность, дефицит времени, новизна и неожиданность ситуации, повышенная значимость деятельности и др.) [136; 331]. В настоящее время существуют развернутые классификации производственных факторов, обусловливающих развитие профессионального стресса [240; 281]. В зависимости от вида стрессора и механизма его воздействия выделяются различные типы стресса. Наиболее общая классификация предложена Р. Лазарусом [106], выделившим физиологический и психологический стрессы.

Физиологический стресс представляет собой непосредствен­ную реакцию организма на воздействие однозначно определен­ного стимула, как правило, физико-химической природы. Соот­ветствующие этому типу состояния характеризуются главным образом выраженными физиологическими сдвигами (признака­ми Еегетативной и нейрогуморальной активации) и сопутствую­щими им субъективными ощущениями физического дискомфор­та. Для практических исследований трудовой деятельности, особенно осуществляемой в затрудненных или необычных усло­виях среды обитания, большое значение имеют знания о кон­кретных формах проявления частных видов физиологического стресса — шумового [260], температурного [289], вибрацион­ного [228] и др.

Психологический стресс характеризуется включением сложной иерархии психических процессов, опосредующих влия­ния стрессора или стрессогенной ситуации на организм челове­ка 4. Физиологические проявления при этом сходны с описан­ными выше, тогда как спектр психологических И поведенческих проявлений значительно разнообразнее. Наиболее типичными из них являются изменения в протекании различных психиче­ских процессов (восприятия, внимания, памяти, мышления), в эмоциональных реакциях, изменении мотивационной структу­ры деятельности, нарушениях двигательного и речевого пове­дения вплоть до его полной дезорганизации [107; 126; 143; 274]. Исследователи чаще обращают внимание на случаи отрицатель­ного влияния психологического стресса на деятельность. При

4 Как отмечалось выше, при анализе этого класса состояний многие ав­торы предпочитают пользоваться другой терминологией.

26

этом выделяются разные по качеству (например, импульсивная, тормозная, генерализованная [126]) и/или степени выраженно­сти (например, реакции тревоги разной степени [111; 129]) ви­ды ответной реакции.

Одним из наиболее интересных аспектов изучения стресса является анализ процесса реагирования на экстремальное воз­действие. Его принципиальный механизм отражен в описанной Г. Селье последовательности основных этапов развития общего адаптационного синдрома [31]. Им выделены начальная ста­дия «тревоги», следующая непосредственно за экстремальным воздействием и выражающаяся в резком падении сопротивляе­мости организма; стадия «сопротивления», характеризующаяся актуализацией адаптационных возможностей; стадия «истоще­ния», которой соответствует стойкое снижение резервов орга­низма. При анализе достаточно сложных жизненных ситуаций физиологическая интерпретация этих стадий с необходимостью обогащается психологическим содержанием [242; 274]. Раз­вернутый процесс преодоления возникших трудностей может быть представлен спектром качественно неоднородных по когнитивным и эмоциональным проявлениям состояний «ответа на стресс» [274], в случае неадекватности каждого из которых возникают специфические отрицательные последствия (рис. 3).

Устойчивость человека к возникновению различных форм стрессовых реакций определяется прежде всего индивидуально-психологическими особенностями и мотивационной ориента­цией личности [59; 76; 144]. Следует отметить, что экстремаль­ное воздействие далеко не всегда оказывает отрицательное влияние на эффективность выполняемой деятельности [100; 111; 174]. В противном случае вообще было бы невозможно успешное преодоление трудностей, возникающих при усложне­нии условий. Однако работа в стрессогенной ситуации обяза­тельно приводит к дополнительной мобилизации внутренних ресурсов, что может иметь неблагоприятные отсроченные по­следствия. Типичные болезни «стрессовой этиологии» — сер­дечно-сосудистые патологии, язва желудка, психосоматические расстройства, неврозы, депрессивные состояния [301; 320] — весьма характерны для различных современных видов произ­водства и управленческой деятельности. В этой связи важны прикладные исследования индивидуальной устойчивости чело­века к стрессу и, как следствие этого, развития патологических состояний. В серии исследований М. Фридмана и Р. Розенмана [258] проведен анализ поведения обширного контингента лиц умственного труда (научные работники, инженеры, администра­торы), занятых управленческой деятельностью. Ими выделены два основных типа: А — подверженных стрессу, В — устойчи­вых к стрессу лиц. Представители типа А характеризуются ярко очерченным поведенческим синдромом, определяющим стиль их жизни. У них чаще наблюдается «выраженная склон­ность к конкуренции, стремление к достижению цели, агрессив-

27

Рис. 3. Стадии развития стресса и сопутствующие им патологические состояния в ответ на экстремальную жиз­ненную ситуацию (по М. Дж. Хоровитцу, 1979)



ность, нетерпеливость, беспокойство, гиперактивность, экспрес­сивная речь, постоянное напряжение лицевой мускулатуры, чувство постоянной нехватки времени и повышенной актив­ности» [279, с. 307]. Платой за это является потеря здоровья, часто уже в молодом возрасте.

Не только обозначенные медицинские, но и различные отрицательные социально-экономические последствия стресса — неудовлетворенность работой, снижение производительности труда, аварии, прогулы, текучесть кадров — акцентируют вни­мание на необходимости изучения состояний психологического стресса, ставших одной из характерных особенностей современ­ной жизни. Оптимизация любого вида труда предполагает ис­пользование комплекса профилактических мер, направленных на исключение или максимальное ограничение причин возник­новения стресса.

^ 1.3. СПЕЦИФИКА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ДИАГНОСТИКИ В ИССЛЕДОВАНИЯХ ФУНКЦИОНАЛЬНЫХ СОСТОЯНИЙ

Акцент на задачах оценки и прогнозирования функ­циональных состояний непосредственно смыкает эту область исследований с проблемами психологической диагностики. Не затрагивая в полном объеме интенсивно проводящуюся в тече­ние последних десятилетий и плодотворную дискуссию о теоре­тических основах, содержании и методах психодиагностиче­ской работы [18; 46; 62; 157], мы остановимся только на не­которых вопросах, связанных с ее особенностями применитель­но к интересующей нас сфере исследований.

Самый общий перечень психодиагностических задач отра­жает их направленность «на определение уровней развития психофизиологических функций, процессов, состояний и свойств личности, на установление структурных особенностей каждого из них и их констелляций, образующих сложные синдромы по­ведения, на распознавание состояний человека при действии различных стимуляторов, стрессоров, фрустраторов и сложных ситуаций, наконец, на определение потенциалов человеческого развития (работоспособности, трудоспособности, одаренности, специальных способностей и т. д.)» i[3, с. 27]. Однако в тради­ционном понимании предмет психологической диагностики по большей части ограничен дифференциально-психологической проблематикой. Типичные области применения тестирования — определение профпригодности, профотбор, оценка эффектив­ности обучения, клиническая практика [4] — основываются на анализе индивидуальных различий между людьми или возраст­ных изменений одного и того же человека на значительных от­резках временной шкалы. В связи с этим предлагаются такие определения психологической диагностики, как «учение о мето­дах классификации и ранжировании людей по психологическим и психофизиологическим признакам» [60, с. 15], «попытки

29

оценить личностные характеристики путем наблюдения за внешними особенностями...» [252, с. 230] и др. В немногочис­ленных диагностических исследованиях, рассматривающих в качестве основной переменной изменение функционального со­стояния, последнее выступает как фактор, маскирующий или, напротив, способствующий проявлению комплекса индивидуаль­ных черт [164; 171] 5.

Дифференциально-психологическая направленность ставит задачу нахождения стабильных свойств, позволяющих четко дифференцировать диагностируемый синдром. Как отмечает К. М. Гуревич, «в некоторых видах диагностических исследова­ний вопрос о стабильности измеряемых признаков имеет ре­шающее значение — это исследования, на основании которых строится длительный прогноз. Естественно, что психолог, вы­сказывающий суждения о каком-то признаке, который может на долгие годы предопределить судьбу испытуемых, должен быть вполне уверен в том, что признак этот характеризуется высо­кой стабильностью» [61, с. 210]. В соответствии с этим требо­ванием строится подбор и конструирование методических про­цедур. С их помощью стремятся четко фиксировать уровень проявлений анализируемого свойства, получаемых при срав­нении данных разных испытуемых и/или ряда последователь­ных испытаний, проведенных на одном человеке.

Несколько иначе обстоит дело при распространении диагнос­тического подхода на класс ситуаций, основной особенностью которых является динамичность 6. Термин «диагностика» в этом случае должен пониматься в своем первоначальном смысле — как «способный распознавать» (от греч. diagnostikos). Именно так обычно и формулируются задачи оценки и прогнозирования состояний человека. Подчеркнем, что процесс распознавания включает не только идентификацию одного или нескольких объектов на основе сравнения с системой прототипов, но и раз­вернутую квалификацию различий между ними. В этой связи важны два обстоятельства. Во-первых, само состояние человека является динамичным образованием, не поддающимся описа­нию с помощью набора фиксированных параметров. «Очевидно, нельзя представить дело таким образом, будто та или иная причина непосредственно порождает из себя решительно все проявления, с которыми мы сталкиваемся и которые мы кон­статируем в качестве симптомов. Отношение симптома к произ-

5 Это в меньшей мере относится к исследованиям таких свойств, как тревожность, эмоциональная возбудимость, неуравновешенность и др. В них состояние выступает как форма индивидуальной предрасположенности к оп­ределенному типу реагирования.

6 О своеобразии проблем, приводящих к необходимости формирования самостоятельной научной дисциплины — «диагностики развития», писал Л. С. Выготский применительно к клинико-психологическим исследованиям аномальных и трудновоспитуемых детей [36]. Не меньшей специфичностью обладают и задачи, возникающие при изучении динамики состояний инди­вида [73].

30

родящей причине неизмеримо сложнее... Симптомы не могут быть выведены непосредственно из дефекта, подобно монетам, вынутым из содержащего их кошелька. Все симптомы не вы­страиваются в один ряд, каждый член которого находится в совершенно тождественном отношении к причине, породившей весь ряд. Утверждать это — значило бы игнорировать процесс развития...» [36, с. 275]. Принадлежность состояния к опреде­ленному классу определяется типом адаптивной реакции в широком смысле этого слова 7. Во-вторых, диагностические за­дачи обычно не ограничиваются требованием простой констата­ции наличия того или иного состояния. Чаще бывает необходи­мо установить переход от одного состояния к другому, т. е. оценить уже осуществившуюся, актуальную или отнесенную в будущее динамику. Если продолжить логику предшествующих рассуждений, это предполагает описание смены типов адаптив­ных реакций или, другими словами, трансформацию принци­пиального механизма реагирования.

В соответствии с этим строятся требования к методическим средствам диагностики состояний. С их помощью нужно за постулируемой внешней нестабильностью увидеть закономерный характер работы обеспечивающих деятельность систем, уловить момент перестройки (ломки) сложившегося взаимодействия или перехода к другому способу функционирования, т. е. слу­жить адекватным средством для работы внутри «динамической типологии» [36]. Для таких целей малопригодны традиционные методики психологической диагностики: тесты общих и спе­циальных способностей, личностные опросники, психофизиологи­ческие методики оценки индивидуальных различий и др. Это объясняется не столько содержательным и методическим не­совершенством некоторых из них [157], что в принципе устра­нимо в плане разработки оптимальных стратегий конструиро­вания тестов и модификации уже существующих методик, сколько отсутствием изначальной ориентации на анализ по­стоянных изменений предмета испытаний, возникающих в тече­ние определенного периода времени. Сказанное, однако, не от­вергает безусловную полезность применения традиционных психодиагностических методик для получения информации об опосредующих факторах, влияющих на формирование состоя­ния [111], или об отсроченных проявлениях их длительного переживания [3Q1].

Постановка и решение диагностических задач конкретизи­руются в практике тестирования. Считается, что «эксперимент в этих случаях носит испытательный... и измерительный харак­тер, т. е. направлен на выяснение не только наличия, но и уров­ня той или другой психологической способности» [18, с. 53]. При разработке тестов, выступающих в роли «измерительных

7 Предварительную классификацию типов адаптивных реакций можно найти в одной из работ В. И. Медведева [130].

31

инструментов» [4; 62; 157], должны учитываться указанные особенности. Они находят отражение на всех этапах подготовки диагностического приема —■ при концептуально-теоретическом обосновании содержания методики и выборе оценочных показа­телей, стандартизации теста и организации процедуры испыта­ний. К сожалению, разработка тестологических проблем приме­нительно к процессу создания методик оценки функциональных состояний практически еще не начата. Обычно разработчики диагностических приемов догадываются об их существовании на интуитивном уровне. Простое заимствование некоторых по­ложений традиционной тестологии не восполняет отсутствия единой системы научно обоснованных принципов конструиро­вания тестов для анализируемой области диагностичной прак­тики.

С содержательной стороны основой для разработки тестов для оценки функциональных состояний являются положения системно-структурного подхода. Как уже было показано, цент­ральное место в психологической диагностике, строящейся на таком фундаменте, занимает не оценка отдельных симптомов или укрупненных симптомокомплексов, соответствующих внеш­ним проявлениям состояния, а характеристика источников, осо­бенностей формирования и способов осуществления определен­ной системной реакции. Диагностические методики должны позволять с помощью непосредственно регистрируемых и производных показателей понять механизм ее возникновения и реализации. Об этом много говорится в психодиагностической литературе и по отношению к оценке индивидуальных и воз­растных различий [31; 46; 157]. Нет оснований считать разви­тие такого подхода делом отдаленного будущего. В современ­ной общей и экспериментальной психологии существуют реаль­ные возможности для аргументированного построения теорети­ческой платформы исследований и постановки рабочих гипотез. Нам кажется, что вполне уместно говорить об ассимиляции на­копленного материала, что совсем не тождественно некритиче­скому «утилитарному заимствованию методических средств и фактических данных» [176, с. 19]. Следует согласиться с мне­нием ряда авторов, что наиболее плодотворным путем достиже­ния этой цели является «парадигма взаимодействия» [46], по­стулирующая необходимость «содержательно-нерасторжимой, двусторонней связи исследования и диагностики» [175, с. 169].

Многоуровневость функционального состояния как систем­ной реакции задает разные направления для разработки диаг­ностических средств. Традиционная психометрика ориентирова­на прежде всего на объективизацию психических процессов и психологических свойств с помощью определенной системы тес­товых испытаний [18; 208]. Такие приемы легче стандарти­зуются и поддаются более четкой интерпретации. Немаловаж­ный для полноценной квалификации состояния субъективный аспект (субъективная представленность переживаемого состоя-

32

измеряется с большим трудом. Однако вряд ли это доста­точный аргумент для отказа от попыток разработки соответ­ствующих диагностических тестов. В этом плане представляется ©есьма перспективным обращение к моделям и методам только начинающего развиваться научного направления — эксперимен­тальной психосемантики [7; 205]. По мнению одного из его ав­торов, «психосемантические методы дают в руки психолога-диагноста алгоритмизированные процедуры, позволяющие про­никнуть в индивидуальный внутренний мир испытуемого и по­лучить в высокой степени индивидуализированную информацию о нем, которая, однако, соотносима с заданными количествен­ными критериями надежности и может быть во многих случаях подвержена независимой перепроверке» [205, с. 115]. Это «помогает в определенной мере преодолеть главную альтерна­тиву традиционной диагностики: индивидуализация+неповто-римость или стандартизация +повторяемость» [там же]. Оба типа психодиагностической работы — объективная и субъектив­ная диагностика — необходимы для правильной оценки состоя­ния. Каждый из них обладает определенными преимуществами и недостатками, которые отчасти преодолимы при их комп­лексном использовании.

Типы прикладных задач, требующих специальной работы ■по оценке состояний [43], по уровню обобщения данных можно разделить на два класса — групповую и индивидуальную диаг­ностику. В первом случае существует необходимость выявить типичные для определенных ситуаций данные о динамике со­стояний. Они собираются на основании обследования репре­зентативной группы испытуемых. Так может быть получен удовлетворяющий «в массе» прогноз и/или разработаны обоб­щенные рекомендации, например, по нормированию рабочих нагрузок, организации режима труда и отдыха для целого кол­лектива, оптимизации рабочего процесса, нормализации усло­вий производственной среды и др. Пристальное внимание к со­стоянию отдельного человека, диктуемое не менее важными практическими задачами — предотвращение «запрещенных» состояний, определение пригодности конкретного специалиста для деятельности в экстремальных условиях, устранение ава­рийных ситуаций и пр., — требует получения индивидуализи­рованной, но надежной информации. Нет оснований полагать, что для групповой диагностики в большей степени подходят объективирующие психометрические методики, а для индиви­дуальной — субъективные. И те и другие необходимы для адек­ватной оценки состояния. Критериями выбора методических •средств скорее служат содержание решаемой диагностической задачи, особенности анализируемой трудовой ситуации и тре­буемая полнота собираемой информации. Аналогичным обра­зом эффективность и групповой и индивидуальной диагностики в равной степени определяется достоверностью получаемых данных, предполагающей использование стандартизованных

~2 А Б Леонова 33

диагностических методик. Редкая из существующих методик оценки функционального состояния может похвастаться кор­ректным выполнением последнего требования.

Важнейшие понятия теории психологического тестирова­ния -— надежность и валидность — сохраняют свое первосте­пенное значение и в области диагностики функциональных состояний. В своем наиболее общем смысле — как устойчи­вость и внутренняя согласованность измерений (надежность) и соответствие получаемых оценок квалифицируемому явлению (валидность) — они служат четкими ориентирами для создания прогностически ценных диагностических приемов. Психологов разных профилей весьма привлекает существование достаточно разветвленной операциональной дифференциации этих понятий, а также скрупулезно отработанного статистического аппарата для количественной оценки соответствующих показателей [4; 45]. Однако вряд ли целесообразно ограничиться простым перене­сением комплекса этих процедур (кстати, имеющих «обслужи­вающее» значение [61]) на область исследований функциональ­ных состояний, предварительно не приняв во внимание принципиального отличия последней от той сферы, в рамках которой они возникли и разрабатывались — диагностики инди­видуальных различий.

На начальном этапе перехода от методик исследования к тестам в собственном смысле этого слова, которому соответст­вует современное положение дел в практике диагностики функциональных состояний, внимание должно уделяться содер­жательному анализу применяемых видов надежности и валид-ности и, при необходимости, реконструкции смысла соответст­вующих понятий. Среди критериев надежности непосредственно могут использоваться показатели внутренней консистентное™ теста [4; 61]. Проблема же воспроизводимости результатов тестирования должна быть коренным образом пересмотрена^ поскольку ее невозможно решить в плане традиционной направ­ленности на получение стабильных результатов при повторных измерениях. При определении соответствия теста оцениваемому состоянию на первый план выдвигаются различные характе­ристики содержательной валидности [45]. При этом недоста­точно ограничиться обычно устанавливаемым по результатам корреляционных исследований показателям оценочной валид­ности. Проверка адекватности разрабатываемого теста исполь­зуемой теоретической модели и формам ее реального воплоще­ния предполагает работу с понятиями конструктной, имманент­ной [45] и экологической [137] валидности, не описываемыми с помощью фиксированных статистических алгоритмов.

По другому должна ставиться и проблема «нормы» [46; 61], служащей основой для вынесения оценочных суждений и со­ставления прогноза развития. При анализе динамики состояний человека она трансформируется в проблему «фона» или «фо­нового уровня состояния». Осуществленные до сих пор попытки

34

описания некоторого универсального «стандартного человека» в «нормальном» состоянии с указанием количественных харак­теристик различных психофизиологических функций оказались ■бесплодными. Мы не уверены и в теоретической продуктивности такого подхода. Ориентация на выделение определенных количественных норм и стандартов для отдельных психофизио­логических функций является воплощением не удовлетворяюще­го нас диагностического подхода, направленного на описание отдельных симптомов или симптомокомплексов. Скорее следует искать типичные для разных состояний внутренние способы ра­боты разных функциональных систем. В определенном смысле они могут выполнять функцию нормативов.

Обычно в исследованиях для фоновых замеров выбираются периоды времени, непосредственно предшествующие началу воздействия изменяющего состояния фактора или комплекса >факторов. Некоторыми авторами в качестве более точной ха­рактеристики фона предлагается обращаться к описанному А. А. Ухтомским состоянию «оперативного покоя» [128; 168]. При анализе динамики работоспособности в течение продол­жительных периодов деятельности за точку отсчета может при­ниматься относительно благоприятный период работы. При проведении диагностических замеров факт изменения состояния устанавливается по индивидуальным данным — и оценка фоно­вого уровня, и определение направления и величины сдвигов предполагают сопоставление результатов, полученных на одном человеке. Обобщение результатов, необходимое, например, при решении задач групповой диагностики, может быть получено на основании выявления типичных или превалирующих тенден­ций, характеризующих особенности изменения состояния у пред­ставителей репрезентативной выборки испытуемых.

Множество факторов, от которых зависит функциональное состояние, и разнообразие функций, в котором проявляется -его специфичность, следует считать основной трудностью реше­ния диагностических задач. При построении конкретного диаг­ностического исследования прежде всего надо ответить на вопрос, «что» п «зачем» мы хотим оценивать. Это самостоя­тельный и чрезвычайно ответственный этап работы, задающий тон всему исследованию. Полезным концептуальным аппара­том, помогающим дать развернутое описание цели диагностики при анализе состояний человека, являются предложенные А. А. Генкиным и В. И. Медведевым понятия референтного со-•бытия, системы целевых и информативных признаков [43]. Применительно к задачам оценки функциональных состояний •они наполняются реальным содержанием в контексте детализи­рованного психофизиологического анализа трудовой деятель­ности. Подбор адекватного методического инструментария, о специфических требованиях к которому говорилось в настоящем разделе, является реализацией выработанного исследователем понимания стоящих перед ним диагностических задач.

2* 35

1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19

Похожие:

Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconВизуальная психодиагностика отрасль психологии кадровой работы, имеющая...
Визуальная психодиагностика это способность определять особенности психологии человека по внешним признакам
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconРуководство к практическим занятиям по психологии психических состояний...
П 78 член-корр. Рао, д псх н., проф. В. И. Панов, д псх н., проф. А. Б. Леонова
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconВ. А. Ганзен описание психических состояний человека
Срезом исследования, дающим возможность получить наиболее полный набор харак­теристик объекта, стали имеющиеся формы описания психиче­ского...
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconА. С. Лучинин Психодиагностика. Конспект лекций лекция № Истоки психодиагностики
...
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconХолерик. Меланхолик. Комбинированный. Флегматик. Тип темперамента,...
Характеристика индивида со стороны его динамических особенностей: интенсивность, скорость, темпа, ритма психологических процессов...
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconСаморегуляция психических состояний: Феноменология, механизмы, закономерности
Показательна в этом смысле тенденция массового интереса населения к популярной психологической литературе типа «Помоги себе сам»,...
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconСтанислав Гроф Надличностное видение Целительные возможности необычных состояний сознания
Однако название «необычные состояния сознания» оказывается слишком общим для этого, ибо включает в себя ряд состояний, которые явно...
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconИсследование физиологических механизмов психических процессов и состояний...
Психофизиология (психологическая физиология) — научная дисциплина, возникшая на стыке психологии и физиологии, предметом ее изучения...
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconФакультет глобальных процессов
И. А. Алешковский (отв секретарь), А. И. Андреев, Г. А. Дробот, А. В. Иванов, О. Г. Леонова, О. С. Сирота, А. Д. Урсул, А. Н чумаков,...
Леонова А. Б. Психодиагностика функциональных состояний человека iconКараваев А. Ф
...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница