Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56


НазваниеНаук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56
страница16/19
Дата публикации05.03.2013
Размер3.26 Mb.
ТипРеферат
userdocs.ru > Психология > Реферат
1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19
^ ЧАСТЬ V ЛОЖЬ КАК СРЕДСТВО МАНИПУЛЯЦИЙ

Глава 1 Ложь как социально-психологический феномен

1.1. Определение понятия «ложь». Формы проявления лжи

Уже античные философы, начиная с Аристотеля и Платона, пытались разобраться не только в сущности лжи и обмана, но и в морально-психологических аспектах этих явлений, а также выра­ботать рекомендации, препятствующие распространению лжи. Так, занимаясь разоблачением софистов и их уловок в ходе различного рода обсуждений, Аристотель пришел к формулировкам основных законов формальной логики. В средние века и новейшее время Монтень, Макиавелли, Монтескье, Шопенгауэр, российские фи­лософы Соловьев, Бердяев, французский исследователь Дюпра и ряд других исследователей уделяли анализу феномена лжи доста­точно много внимания.

В наше время основные исследования лжи, причины, ее по­рождающие, и формы проявления становились предметом изуче­ния юристов, философов, педагогов и психологов. Начиная с на­чала 20 века внимание исследователей привлекли теоретические и практические аспекты применения так называемого «детектора лжи», то есть полиграфа. В последние годы в нашей стране опубликован целый ряд научных и публицистических работ, посвященных про­блемам лжи, обмана, манипуляций, мошенничества. 16°

Для определения лжи используются различные категории. В обыденном сознании ложь обычно ассоциируется с негативным, социально неодобряемым действием — обманом, который опреде­ляют либо как синоним лжи, либо как процесс, порождающий ложь. Однако, в словарях русского языка ложь трактуется не только как неправда, обман и искажение истины, но и как выдумка, вы­мысел, фантазия и даже шутка, розыгрыш. Вместе с тем известно,

193

что истину можно исказить ненамеренно и это будет не ложь, а заблуждение. Что касается вымысла, фантазии или шутки, то, при их правильном использовании нет умысла нанесения ущерба в отношении объекта применения.

«С психологической стороны, — пишет Т.В.Сахнова — обман характеризуется сознательным созданием ложного представления о тех или иных обстоятельствах действительности в сознании друго­го субъекта. Обманывающий действует умышленно, то есть не только передает ложную информацию (или умалчивает о чем-либо), но и скрывает свои истинные намерения»161.

В психологической литературе справедливо подчеркивается то, что стратегией лгущего может быть как достижение, так и избега­ние каких-либо последствий. «Лживость — форма поведения, зак­лючающаяся в намеренном искажении действительности ради до­стижения желаемой цели или стремления избежать нежелатель­ных последствий. В тех случаях, когда лживость становится привычной формой поведения, она закрепляется и превращается в качество личности»162.

Анализируя поведение детей, В.В.Зеньковский пишет: «под ложью мы должны разуметь заведомо лживые высказывания с целью кого-либо ввести в заблуждение: мы имеем здесь три ос­новных момента, одинаково необходимых для того, чтобы была возможность говорить о лжи, — ложное (в объективном смысле) высказывание, сознание того, что это высказывание ложно, и, наконец, стремление придать заведомо ложной мысли вид исти­ны, стремление ввести кого-либо в заблуждение»163.

Французский исследователь Ж. Дюпра, занимавшийся пробле­мой лжи еще в прошлом веке, считал, что это психо-социологичес-кий, словесный или нет, акт внушения, при помощи которого ста­раются, более или менее, умышленно посеять в уме другого какое-либо положительное или отрицательное верование, которое сам внушающий считает противным истине. ЖДюпра, также как со­временные исследователи, считал что ложь в качестве внушающего воздействия может осуществляться не только как словесный акт, а также с помощью невербальных средств общения164. Известно, что зачастую людей, еще более эффективно чем словами, вводят в заб­луждение с помощью жеста, позы, мимики или косметики, грима, одежды и других средств перевоплощения и маскировки, создавая ложный образ или дополняя таким образом содержание искажае­мой информации невербальными компонентами общения.

194

Еще с древних времен определились два основных подхода к допустимости лжи. Платон, Гегель, Макиавелли считали ложь во благо общества допустимой, и даже необходимой. «Уж кому — кому, — писал Платон, — а правителям государства надлежит применять ложь как против неприятеля, так и ради своих граждан — для пользы своего государства, но всем остальным к ней нельзя прибегать». В своей книге «Республика», следуя принципу «стремления к наи­большей выгоде государства», Платон предоставляет еще двум со­циальным группам — врачам и судьям — право использовать сво­боду в извращении истины для блага граждан. Платон полагает, «что судьи имеют право лгать, чтобы обманывать неприятеля или граждан в видах общего интереса, подобно докторам, которые име­ют право лгать в интересах своих пациентов»165. Еще более катего­рично о допустимости лжи писал Вольтер в XVIII веке, считая, что ложь является высшей добродетелью, если она творит добро, при­чем нужно лгать, как черт, не робко, не время от времени, а смело и всегда. АШопенгауэр называл отрицание необходимой лжи «жал­кой заплатой на одежде убогой морали»166.

Обратная позиция уходит корнями в христианскую мораль и рассматривает ложь с точки зрения наносимого ей вреда, а потому не принимается как форма поведения человека. Епископ Аврелий Августин отрицал любую форму лжи, считая, что она подрывает доверие между людьми, Кант не допускал права субъекта на ложь даже, когда надо дать ответ на вопрос злоумышленника «дома ли тот, кого он задумал убить». Вместе с тем, Фома Аквинский пытал­ся связать оправданность разных видов лжи с моральным факто­ром, полагая, что грех лжи отягчается, если субъект намерен ложью причинить вред другому, и это называется вредной ложью, грех лжи уменьшается, если она направлена на добро или развлечение, и тогда мы имеем дело с шутливой ложью, или, если цель — полез­ность, тогда это услужливая ложь, посредством которой субъект стремится помочь другому человеку или спасти его от вреда. Рус­ский философ В.С.Соловьев также считал возможным нравствен­ную ложь «во спасение». Таким образом, мнения по этой проблеме достаточно разнообразны и современные исследования показывают, что существует достаточно большой диапазон оценок людьми допус­тимости лжи в различных сферах жизнедеятельности человека.

Можно без преувеличения сказать, что мы имеем множество форм человеческого поведения, составляющей частью которых яв­ляется искажение информации и введение в заблуждение другого человека по самым разным мотивам. В повседневной жизни чело­век постоянно сталкивается с ситуациями, когда решает дилемму —

195

сказать ему то, что он действительно думает или нет, и его внешнее поведение не всегда соответствует субъективному отношению к дей­ствительности, но когда и в какой степени это ложь, как рассмат­ривать подобное действие с моральной точки зрения? Даже умыш­ленное умолчание в каких-то ситуациях, например, относительно мнения о другом человеке, может иметь те же последствия, что и ложь, но, в зависимости от обстоятельств, это может называться тактом, дипломатичностью, а может квалифицироваться как хит­рость и лицемерие.

Недостаточно использовать только критерий намеренности (со­знательности) введения в заблуждение другого человека, чтобы обя­зательно говорить о лжи в негативном смысле или, как писал Фома Аквинский, о «вредной лжи». Дружеский розыгрыш или шутка не предполагают причинить ущерб объекту их предназначения, хотя по критерию сознательности действия и методам воздействия на объект во многих случаях они сходны с ложью и обманом. Таким образом, определение лжи и обмана в негативном смысле может включать следующие компоненты: намеренность (сознательность) действия; искажение реальности (действительности, фактов, инфор­мации); социально неодобряемую, неблагородную, прежде всего корыстную цель, в результате достижения которой приобретается преимущество одним человеком или группой лиц над другим чело­веком или группой лиц, которым наносится ущерб.

Выделение в качестве критерия оценки социальной одобряемо-сти (неодобряемости) целей субъекта, прибегающего ко лжи как форме поведения является достаточно уязвимым моментом. Вместе с тем, феномен лжи практически всегда рассматривается в контек­сте социальной среды. Смыслообразующий компонент, конечный результат и цель субъекта, действующего с помощью лжи, оцени­вается с позиций конкретного социума. Существует целый ряд ви­дов профессиональной деятельности: дипломатия, политика, вра­чебная практика, военное искусство, операции спецслужб, некото­рые эксперименты в психологии и др., в ходе которых субъекты деятельности скрывают свои намерения, истинные цели, использу­ют различные уловки и манипулируют объектами воздействия. При этом обман противника на войне — это «военная хитрость», сокры­тие информации врачом от пациента — «плацебо» или «святая ложь», тайная операция спецслужб — «оперативная комбинация», сокры­тие планов государственными деятелями от других правителей или даже от собственного народа — дипломатия, политика и т.д.

196

Дело не только в благозвучии терминов. Предполагается, что субъекты названных структур в отличие, например, от мошенни­ков, действуют не в собственных интересах, а выполняют опреде­ленный социальный заказ и основьшаются на моральных и нрав­ственных нормах социума, ради интересов которого осуществляется манипулирование объектом воздействия, включая приемы и мето­ды обманного характера. Это психологическая квалификация субъек­тивного отношения к действиям по формальным признакам, впол­не соответствующим лжи и манипуляциям.

Что касается логики, то истинность или ложность конкретно­го суждения рассматривается независимо от того, как к нему от­носится высказывающий ложь субъект. Русский логик С.Повар-нин писал, «что истина будет оставаться истиною, хотя бы ее произносили преступнейшие уста в мире; и правильное доказа­тельство останется правильным доказательством, хотя бы его по­строил сам отец лжи»167. С позиций логики при оценке истины не имеет значения психологическая оценка искренности субъектов общения и, наоборот, — человек, говорящий неискренне, может, даже сам того не желая, излагать истинные вещи. Это, на первый взгляд, парадоксальное утверждение, не будет противоречивым, если принять во внимание семантические оттенки категорий «прав­да» и «истина». Первый термин включает субъективный оттенок, то есть элемент личностного отношения к передаваемой информа­ции. Термин «истина» как категория логики и юриспруденции отражает реальное состояние вещей. Поэтому человек, желающий ввести в заблуждение другого и сообщающий заведомо ложную информацию (но при этом сам не имея правильного представле­ния о сообщаемом), может, желая соврать, говорить истину или быть близким к ней. Например, подследственный, будучи убеж­денным в полной непричастности другого человека, хочет огово­рить его, но при этом не догадывается, что попал как раз в точку. Или, наоборот, из каких-либо побуждений человек скрывает от следствия собственное мнение, свидетельствующие о преступном поведении другого, таким образом «выгораживает» его, не пред­полагая, что на самом деле скрываемая оценка не соответствует фактам действительности и он сам заблуждается, считая поведе­ние подозреваемого преступным. В данных случаях присутствует обман как поведенческий акт, но «во вне» излагается истина. По­добные сюжеты часто становятся основой детективных, юморис­тических и драматических историй.

197

Существуют определенные различия в разграничении лжи и обмана. Когда мы говорим об обмане, то прежде всего подразуме­ваем процесс, действие. Что касается понятий «ложь», «неправда,» то они прежде всего используются в качестве оценок информации, не вызвавшей доверия. Критикуя одно из определений обмана за­рубежных исследователей, которые считают, что «обман может быть определен как поступок или утверждение, цель которого — скрыть истину от другого или ввести его в заблуждение» (J.A.PocUesny, D.C.Raskin, 1977), В.Знаков относит обман к более изощренной форме лжи. В.Знаков определяет обман как «полуправду, сообщен-нуя партнеру с расчетом на то, что он сделает из нее ошибочные, не соответствующие намерениям обманывающего выводы»168. Однако, как отмечает этот исследователь, в обмане может и не быть ложных фактов, достаточно сознательно утаить часть информации, что по­влечет искажение объективной действительности. Более того, изве­стно, что можно ввести в заблуждение человека, даже предоставляя ему достоверную информацию, но подавая ее определенным обра­зом, учитывая психическое состояние объекта, личностные каче­ства, ограничивая возможности получения дополнительной или уточ­няющей информации. Поэтому ключевым моментом определения обмана, с нашей точки зрения, не может являться количество и качество используемой информации. Что же касается методов, по­зволяющих дезориентировать объект воздействия, то они могут быть различными, включая и полуправду. Мы считаем возможным ис­пользовать в качестве интегративного термина «неискренность», когда речь идет о разных формах целенаправленного искажения субъек­том действительности.

^ 1.2. Социально-психологические истоки формирования склонности ко лжи и манипулированию другими людьми

Наиболее важные побудительные причины, оказьшающие вли­яние на появление склонности ко лжи и манипулированию дру­гими людьми, следует искать в социализации индивида, в истоках формирования личности, то есть в том, как протекает детство ре­бенка, как ведет себя его окружение, как происходит дальнейшее развитие человека, а также в каких условиях он осуществляет свою жизнедеятельность. Специалисты в области возрастной психоло­гии, анализируя мотивы и условия возникновения детской лжи, в первую очередь, обращают внимание на чувство страха и боязнь наказания у детей, которые появляются по причинам слишком

198

жесткого обращения с ними, или природной слабости и неуверен­ности, которые испытывает ребенок, сталкиваясь с затруднитель­ными ситуациями.

Известно, что человек уже на ранних этапах развития прояв­ляет способность избегать неприятных эмоций со стороны агрес­сивного окружения с помощью маскировки и приспособления. Недоброжелательные интонации, крик, агрессивная мимика и другие невербальные компоненты общения воспринимаются ребенком как акты враждебности уже с первых недель жизни и достаточно бы­стро у него развиваются защитные механизмы. Впоследствии, когда ребенок стремится скрыть неблаговидные поступки, он начинает прибегать к умолчанию факта их совершения или к прямому от­рицанию того, что им сделано, то есть начинает использовать ложь или манипуляцию по отношению ко взрослым.

Помимо страха «пусковым механизмом» использования лжи ребенком является осознание того, что к неискренности как форме оказания влияния на самого ребенка и в качестве способа эффек­тивного психологического воздействия на окружающих прибега­ют родители или другие представители его референтных групп. Включение обмана в структуру обычного поведения наступает тем быстрее, чем менее благополучны условия жизни и воспитания, причем понимание того, что ложь является нормой поведения взрослых в определенных ситуациях является шоком для ребенка, способствует переосмыслению стратегий собственного поведения. Формы манипуляций взрослыми, в зависимости от личностных особенностей ребенка могут варьировать от плаксивости и имита­ции болезней до агрессивности. Формирование манипулятивных тенденций поведения, начиная с детского возраста и проявление их в различных сферах жизни американский исследователь Э.Шо-стром достаточно полно описал в книге «Человек-манипулятор»169.

Исследователи природных предпосылок формирования пси­хики справедливо подчеркивают также роль биологических и на­следственных факторов, определяющих развитие индивида, кото­рые, в свою очередь, становятся все менее благоприятными в силу ухудшения экологии и естественной среды обитания человека. На одном из семинаров по психодиагностике известный специалист в данной области Л.Собчик высказала предположение, что суще­ствует генетическая предрасположенность к альтруизму и эгоиз­му. Последнее качество, как известно, во многом способствует проявлению неискренности в общении. На сегодняшний день не

199

вызывает сомнения то обстоятельство, что ряд психологических качеств человека, например таких как истероидность или связан­ная с ней демонстративность, проявляются в приукрашивании соб­ственных возможностей, в том числе, с помощью лжи и других способов введения окружающих людей в заблуждение. Для лжи истероидов часто характерно настолько полное овладевание пси­хики собственными выдумками и иллюзиями, что некоторые ав­торы считают неправильным называть истероидное поведение не­искренним. Вместе с тем, истероид часто отдает отчет своим по­ступкам, однако не может или не желает отказаться от выбранной формы поведения, с болезненной настойчивостью отстаивая свои вымыслы и фантазии.

В.В.Знаков отмечает, что «обращаясь к анализу психологических механизмов вранья, нередко его нужно рассматривать как внешнее проявление защитных механизмов личности, направленных на уст­ранение чувства тревоги, дискомфорта, вызванного неудовлетворен­ностью субъекта своими взаимоотношениями с окружающими»170. Этот же автор приводит показательный пример (цитируя В. Соловь­ева) влияния на детерминацию нечестного поведения обстоятельств другого уровня, связанных с социальными условиями жизни людей. Еще в 1855 году К.С.Аксаков писал царю в докладной записке: «Современное состояние России представляет внутренний разлад, прикрываемый бессовестной ложью... При потере взаимной искрен­ности и доверенности все обняла ложь, везде обман. Правительство не может при всей своей неограниченности добиться правды и чест­ности; без свободы общественного мнения это и невозможно. Все лгут друг другу, видят это, продолжают лгать, и неизвестно, до чего еще дойдут».m

Некоторые исследователи связывают склонность ко лжи с на­ционально-психологическими и культурными особенностями оп­ределенных этнических групп. Ж.Дюпра считал, что для некото­рых рас и стран ложь есть неизбежное явление. Гасконцы известны своей наклонностью к вымыслам, побуждающим их лгать из хвас­товства, не имеющего, впрочем, серьезного характера; нормандцев считают очень скрытными, при этом они выказывают не мало искусства; итальянцы отличаются плутовством, англичане — лице­мерием, греки — неискренностью, турки — неверностью в данном слове, азиаты — недостойными доверия; наконец, большинство низ­ших рас считают неспособными к правдивости172. Подобная точка зрения грешит излишне резким обобщением, однако, нельзя пол­ностью отрицать тот факт, что воспитание и национальные тради­ции оказывают влияние на характеристики межличностного обще-

200

ния. Взять хотя бы норму поведения, принятую рядом религий, согласно которой вранье единоверцам считается преступлением, а обмануть «неправедного» вполне допустимо.

Вообще, вопрос о принципах действия групп и организаций, включая религиозные, политические, финансовые, — тайные и открытые, — объединенные на самых разных основаниях, нужда­ется в более подробном рассмотрении с точки зрения влияния корпоративности на нормы поведения входящих в них членов. Солидарность внутри предполагает честность и доверительность, внешние контакты, наоборот, предусматривают ограничение ин­формации, допускают ложь для защиты интересов конкретной структуры.

В целом, в обществе существует огромное число предпосылок, начиная с функционирования семьи и кончая социальными струк­турами, влияние которых на протяжении всей жизни человека способствует формированию личностных качеств, обусловливаю­щих использование лжи и манипуляций при решении жизненно важных проблем.

Не случайно личностные особенности индивида, связанные с тенденциями к манипулированию другими людьми и использова­нию разнообразных форм лжи в обыденной жизни и деловых отношениях, получили название «макиавеллизм» — по имени фи­лософа, оправдывающего любые средства для достижения постав­ленной цели*. Люди с такими чертами характера предпочитают ограничивать передаваемую информацию, с легкостью искажают ее, манипулируют другими людьми для достижения собственных целей. Как ни парадоксально, но исследования показали, что сами они не всегда могут хорошо определять ложь у других, хотя подо­зрительны по натуре. Их вера в то, что людьми можно управлять, применяя любые средства, помогает искусно лгать, не испытывая при этом угрызений совести.

201

1   ...   11   12   13   14   15   16   17   18   19

Похожие:

Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconМанипулирование личностью: Организация, способы и технологии информационно-психологического...
Сущность мунипуляций людьми, выделяется как скрытое психологическое принуждение личности
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconГеоргий Грачев,  Игорь Мельник
Сущность мунипуляций людьми, выделяется как скрытое психологическое принуждение личности
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconНовосибирская региональная общественная организация общества «знание»...
Филиал ноу впо «санкт-петербургский институт внешнеэкономических связей, экономики и права»
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 icon«Организация системы маркетинговых коммуникаций во внешнеэкономической деятельности предприятия»
...
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconКурс лекций тюмень 2011 удк 1 ббк 87
Ефремова Татьяна Михайловна, кандидат философских наук, доцент кафедры философии Тюменского государственного нефтегазового универси­тета...
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconГеоргий Почепцов Паблик рилейшнз для профессионалов Об авторе Введение
Москва, 1998), Теория и практика коммуникации (Москва, 1998), Имиджелогия: теория и практика (Киев, 1998), Информационные войны....
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconСанкт-Петербургская Региональная общественная организация "Объединение...
Главная \ способы и технологии ведения аварийно-спасательных и других неоложных работ
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconИнститут социальных наук
Институт социальных наук Одесского национального университета имени И. И. Мечникова, Ассоциация политических наук Украины, Южно-Украинское...
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconИздательство «смысл» москва 2000 удк 615. 851 Ббк 53. 5 П 274 Московский Гештальт Институт
Впервые переведенная на русский язык главная теоре­тическая книга Ф. Перлза — выдающегося психолога и психо­терапевта, создателя...
Наук Институт философии Георгий Грачев Игорь Мельник манипулирование личностью: организация, способы и технологии информационно-психологического воздействия Москва 1999 ббк 15. 56 iconРавительство республики башкортостан академия наук республики башкортостан...
Российская академия наук Уфимский научный центр Институт истории, языка и литературы
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница