©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора


Название©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора
страница1/29
Дата публикации08.05.2013
Размер5.38 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Психология > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29
Текст взят с психологического сайта http://www.myword.ru
ERIC BERNE

A LAYMAN'S GUIDE

TO PSYCHIATRY AND

PSYCHOANALYSIS

Penguin Books 1972

КЛАССИКИ НАУКИ XX ВЕКА

ЭРИК БЕРН

ВВЕДЕНИЕ В ПСИХИАТРИЮ

И ПСИХОАНАЛИЗ ДЛЯ

НЕПОСВЯЩЕННЫХ

ИЗДАТЕЛЬСТВО

МЕЖДУНАРОДНОГО ФОНДА

ИСТОРИИ НАУКИ

С.-Петербург

1991

ББК 88.5 Б 51

Берн Э.

Б 51 Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных: Пер. с англ. А.И. Федорова. — С.-Петербург: МФИН, 1992. — 448 с.

ISBN 5-86050-010-6

Впервые публикуемая на русском языке книга известного американского психиатра — своеобразная энциклопедия психологии и психиатрии, повествующая об организации психики, о жизненных целях и путях их достижения, проблемах влияния психических факторов на телесное здоровье, причинах нервных срывов, наркоманий и психических заболеваний, внутрисемейных отношениях и формировании личности ребенка.

^ Доступность и образность изложения материала делают книгу интересной самому широкому кругу читателей.

0303040000-10 990(02)-91

без объявл.

ББК 88.5

0303040000-10 , ,

Б 990(02)-91 безобьявл-

ISBN 5-86050-010-6

©Изд-во МФИН. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991

^ ПРЕДИСЛОВИЕ НАУЧНОГО РЕДАКТОРА

Предлагаемую читателям книгу известного американского психиатра Эрика Берна можно назвать своеобразной энциклопедией по важнейшим проблемам психологии, проблемам, с которыми каждый сталкивается в повседневной жизни, которые для каждого значимы.

В книге говорится об организации психики, о жизненных целях и путях их достижения, анализируются внутрисемейные отношения, процессы формирования личности ребенка и отклонения в его развитии, рассматривается вопрос о влиянии психических факторов на телесное здоровье, анализируются причины возникновения нервных срывов, неврозов, наркоманий и психических заболеваний. Кратко, но с достаточной для неспециалиста полнотой охарактеризованы используемые в медицине приемы лечения и предупреждений нервных болезней, система организации медицинской помощи и подготовки кадров.

Попутно сообщаются необходимые сведения об устройстве человеческого тела, о функциях нервной системы, о роли наследственных и средовых факторов в возникновении и течении нервных заболеваний, о приемах, используемых психологами, физиологами и медиками при изучении здорового и больного мозга. В приложении автор касается парапсихологии, не познанных еще наукой феноменов человеческой психики, внечувственного восприятия, ясновидения. К этим явлениям автор относится с большой долей скепсиса, но не отрицает необходимости их тщательного и объективного изучения.

Весь богатый и разносторонний материал представлен так искусно, с таким литературным мастерством, так живо и увлекательно, что книга читается как роман; в то же время она

5

заставляет читателя задуматься, проанализировать собственное поведение, свои взаимоотношения в семье и обществе. Не будет преувеличением сказать, что книга Э.Берна может помочь вдумчивому читателю лучше понять причины своих жизненных трудностей, может сделать его, а значит, и его близких, более счастливыми.

Автор адресовал свой труд неспециалистам, «непосвященным», что отражено в названии книги, но, несомненно, ею заинтересуются и специалисты, и прежде всего — те, чья деятельность требует понимания психических закономерностей: врачи, администраторы, юристы.

Теоретическая основа концепций Э.Берна — психоанализ, но автор не включается в дискуссии последователей этой школы и, строго говоря, не является ортодоксальным фрейдистом. Как мне представляется, он извлекает из психоанализа самое существенное, основные положения, и, основываясь на собственном клиническом опыте, свободно их развивает. В этом аспекте наиболее значимой, с моей точки зрения, является концепция автора о психике как энергетической системе, стремящейся сохранить равновесие и тем обеспечить свое существование, о присущей всей живой природе тенденции к развитию. Своеобразное освещение и конкретизацию получила в концепции Берна и идея Фрейда о существовании, наряду с либидо, влечения к смерти, — мортидо, энергию которого автор связывает с функцией надпочечников. Очень интересны и оригинальны рассуждения Берна о природе интуиции и его анализ структуры человеческих взаимоотношений, в которых, в зависимости от ряда условий, доминирует модус поведения, типичный для Взрослого, Родителя или Ребенка.

Убедительно, на живых примерах и конкретном материале раскрывает автор сложную динамику взаимоотношений сознательного и подсознательного в мотивах поведения, демонстрирует значение детских переживаний в конфликтах, возникающих у взрослых.

В настоящее время в нашей стране наблюдается резкое повышение интереса читающей публики к идеям Фрейда, идеям, которые на протяжении десятилетий игнорировались или грубо критиковались. Однако понять положения психоанализа нелегко, и они нередко понимаются неглубоко и даже извращенно. Книга Берна, несомненно, сделает идеи психоанализа более доступными, раскроет их теоретическую и

6

практическую значимость, приблизит к нашей действительности, к проблемам сегодняшнего дня.

Все положения автора раскрываются на конкретном материале биографий и историй болезни, но сделано это весьма необычно. Автор знакомит читателей с обитателями города, созданного его фантазией, но, по-видимому, типичного для провинций США, описывает историю жизни этих персонажей, их быт, конфликты, заболевания, результаты лечения. В описании фигурирует врач, который, очевидно, олицетворяет самого автора, его отношение к больным, способы лечения. Всем действующим лицам даны символические имена, указывающие на те черты личности, которые автор считает нужным подчеркнуть. Несомненно, что все изложенные факты почерпнуты из клинического опыта автора, но анонимность действующих лиц обеспечивает свободу в использовании биографических данных и позволяет дополнить их по собственному усмотрению.

Своеобразен и язык автора, который не гнушается использовать употребляемые в просторечии выражения и смелые метафоры. Так, например, лекарства, употребляемые для лечения депрессии, он называет «пилюлями счастья», а препараты фенотиазинового ряда — «прочистителями мозга». Головной мозг сравнивается с кокосовым орехом, а спинной — с палкой, имеющей набалдашник. Анализируя взаимоотношения людей, автор говорит о пинках и поглаживаниях, а в некоторых случаях употребляет и более сильные выражения. Но это не вульгаризмы, не упрощенчество, это — образный язык художника, стремящегося сделать свое изложение возможно более понятным и впечатляющим.

Книга написана около полувека тому назад, она переведена на многие языки, неоднократно переиздавалась, дополнялась и корректировалась автором. Настоящий перевод сделан с издания 1972 года. Естественно, что материалы ее, в частности, сведения об используемых в клиниках лечебных препаратах и приемах исследования, в известной мере устарели. Некоторые из приведенных в книге сведений, например, об организации психиатрической помощи и советы о том, как выбрать врача и какой договор с ним заключить, рассчитаны, естественно, на жителей США и не отвечают нашей действительности. «Американизмом» проникнуты и некоторые истории болезней, особенности жизненных конфликтов. Однако

7

это нисколько не снижает ценности труда Э.Берна. Приведенные автором доказательства необходимости глубокого изучения мотивировок поведения во всей их противоречивости, необходимости бережного отношения к переживаниям ребенка, глубокая убежденность автора в значимости психотерапии имеют непреходящую ценность и особенно актуальны в переживаемое нами трудное для психического равновесия время.

Можно только пожалеть, что из-за несправедливого отношения к исследователям, развивающим идеи Фрейда, наши читатели так долго были лишены возможности ознакомиться с книгой, заслужившей признание миллионов людей во всех уголках мира.

В заключение следует добавить, что книга издается в превосходно сделанном переводе. Переводчику удалось сохранить выразительность, четкость и богатство языка автора.

Ленинград, 1990 г. Доктор медицинских наук,

профессор Н.Н. Тpay гот

^ ПРЕДИСЛОВИЕ ПЕРЕВОДЧИКА

Знание о человеке, чрезвычайно расширившееся в двадцатом столетии, все еще не приобрело столь же общего признания и уважения, как знание о неживой природе или о микробах и вирусах. Это обстоятельство может показаться удивительным, поскольку наиболее популярные в настоящее время научные направления (такие, как физика элементарных частиц или молекулярная биология) имеют дело с труднодоступными явлениями и требуют специальных знаний, а результаты их не имеют прямого отношения к повседневной жизни человека. Казалось бы, изучение человека, лишь в этом столетии принявшее научный характер, должно интересовать нас больше, чем те вопросы, для решения которых строятся огромные ускорители и разрабатываются громоздкие биохимические системы. Объяснение этого парадокса привело бы нас к целому ряду вопросов, которые, наверное, не покажутся столь загадочными после прочтения этой книги.

Научная психология стала возможна лишь после открытия Фрейдом подсознания — источника первичных стимулов человеческого поведения. Методы, с помощью которых можно исследовать подсознание человека, составляют особую отрасль науки — психоанализ. Следует различать два смысла этого слова. Психоанализом называется, с одной стороны, специальный метод лечения нервных и психических болезней, разработанный Фрейдом и его последователями и составляющий часть медицины. С другой стороны, психоанализом называется общая теория механизмов человеческого подсознания, имеющая гораздо более широкое значение и служащая в наше время общепринятой основой не только целого ряда методов медицины, но и всега современного понимания человека.

9

Такая оценка психоанализа давно уже не вызывает споров в компетентных научных кругах. Но среди технической интеллигенции, знающей об этих вещах, как правило, понаслышке, психоанализ все еще рассматривается как сомнительное новшество, и слово «фрейдизм» произносится с тем же оттенком неуверенности, с каким наши предки говорили о «ньютониан-стве», сомнительном новшестве восемнадцатого века, именуемом теперь классической механикой.

Такая позиция отчасти связана с абстрактным характером понятий, лежащих в основе психоанализа. Сознание, ориентированное на технические приложения науки, ищет для всех научных понятий соответствующие им «материальные носители». Картинки в учебниках, условно изображающие электроны, атомы и молекулы, наивно смешиваются с подлинной природой этих объектов, раскрывающейся лишь при помощи абстрактных построений теоретической физики; но с картинками в науке мало что можно сделать. Основы всякой развитой науки неизбежно должны быть абстрактны, удалены от нашего наглядного представления; где они легко могут быть представлены, там наука еще недалеко ушла от повседневного опыта. Понятие «ген» оставалось абстрактным в течение столетия, что не помешало бурному развитию генетики и ее практических приложений. Когда же удалось с помощью утонченной техники обнаружить «материальные носители» генов (очень сложно устроенные молекулы), это не привело ни к какому пересмотру уже созданной науки; просто некоторые наивные люди, полагающие, будто слово «молекула» говорит их воображению больше, чем слово «ген», вынуждены были отказаться от споров по поводу генетики.

Точно так же критерием научности не обязательно служит применение математического аппарата. Классификация Линнея сделала биологию наукой, Дарвин превратил эту науку из «морфологической статики» в «морфологическую динамику», Конрад Лоренц создал эволюционную теорию поведения, и все это произошло без участия не только математики, но и других точных наук; наконец, в биологию прорвались методы и концепции физики и химии и была осознана молекулярная основа жизни. Но и в наши дни биология чужда математике; когда же такое отчуждение кончится, возникнет, вероятно, математический аппарат, мало похожий на применяемый в физике.

10

Метод психоанализа можно пояснить следующей грубой аналогией. Предположим, что надо разобраться в устройстве сложной машины, механизм которой нам недоступен. Тогда можно попытаться угадать строение машины, наблюдая за ее сбоями, неправильностями ее работы в разных условиях. Опытный техник может точно локализовать неисправность мотора по оттенкам его шума, но устройство мотора ему известно. Гораздо труднее было бы узнать с помощью «шумовой диагностики», как устроен мотор. Человеческая психика устроена сложнее мотора, и внешние проявления ее гораздо более разнообразны. Наблюдая всевозможные сбои в работе психики, можно сделать предположения о механизмах, в которых возникли те или иные расстройства; этим путем и шел Фрейд, начавший с изучения неврозов. Прямое изучение мозга при нынешнем младенческом состоянии нейрофизиологии почти ничего в этом смысле не дает. Дело в том, что психические механизмы возникают в результате взаимодействия большого числа мозговых нервных клеток — нейронов; эти взаимодействия представляют собой, вероятно, очень слабые электрические токи, грубо суммируемые в огромном числе приборами физиолога. Анализ полученных данных позволяет лишь выделить фазы сна, повышенной активности и т.п.; все более тонкие явления сливаются в сплошной шум. Мендель хорошо знал физику своего времени, но не пытался открыть материальные носители генов; точно так же мы не можем пока рассчитывать понять действие мозга, прямо наблюдая его ткани.

В наше время психоаналитики, наблюдая те или иные особенности поведения человека, могут делать далеко идущие предсказания о его будущем поведении в тех или иных обстоятельствах; эти предсказания, никоим образом не вытекающие из жизненного опыта или здравого смысла, а часто им прямо противоречащие, подтверждены в огромном числе случаев точными критериями статистики. Что касается практической ценности таких предсказаний, то вряд ли без них обходится теперь хоть одно учреждение, набирающее персонал на сложную работу и озабоченное эффективностью результатов; проблема состоит скорее в том, как избежать распространения сведений о человеке, составляющих обычно тайну и для него самого.

Литература по психоанализу на русском языке исчерпывалась, до недавнего времени, ранними работами Фрейда, издан-

11

ными в двадцатых годах (как правило, в плохих переводах). Труды Фрейда, написанные после первой мировой войны, и вся огромная литература, ими вызванная, никогда не переводились, если не считать весьма фрагментарного изложения некоторых вопросов в книге Шибутани «Социальная психология». В предлагаемой книге доктора Берна психоанализ и его применение к психиатрии рассматриваются в их современном развитии. Доктор Берн — один из величайших психиатров и психологов нашего времени, создатель «анализа взаимодействий», объясняющего поведение людей в их ближайшем окружении, в семьях, в производственных и общественных группах разного рода; анализ взаимодействий, которому посвящена одна из глав этой книги, является, возможно, крупнейшим вкладом в наше знание о человеке после Фрейда. Книга доктора Берна написана для широкого круга образованной публики с особой заботой о доступности изложения. У читателя не предполагается никаких специальных знаний, и это может вызвать иллюзию легкости предмета. Между тем серьезное понимание поведения человека требует немалой умственной работы и непременно — сравнения теоретических описаний с собственным опытом, безжалостного самонаблюдения и наблюдения окружающих людей. Без такой работы, нередко приводящей читателя к потрясающим открытиям о самых, как будто, знакомых ему людях и поступках, он извлечет из этой книги лишь материал для застольных бесед или «психологических развлечений».

Книга написана с удивительным литературным мастерством; автор сознательно избегает сложных терминов, объясняя все с помощью обычного образного и живого языка. Читатель знает, конечно, что сухое, наукообразное изложение, особенно в популярных книгах, свидетельствует не об учености, а о бездарности авторов, и привык откладывать в сторону сочинения такого рода, которыми завален книжный рынок. Ничего подобного в предлагаемой книге нет. И если доктор Берн рассказывает вам, что спинной мозг напоминает палку с набалдашником, погруженным в головной мозг, а этот последний формой и размерами похож на кокосовый орех, то это вовсе не модель «для первоклассника» — именно таким языком ученые говорят друг с другом на специальных семинарах, где требуется что-нибудь отчетливо объяснить, а не продемонстрировать свою эрудицию.

12

Перевод книги был связан с немалыми трудностями, поскольку русская терминология в этой области не пополнялась в течение полувека. Перевод сделан с издания 1972 года и содержит полный текст оригинала. Опущены лишь авторский и предметный указатели, составленные, очевидно, другим лицом и мало помогающие в работе над книгой. Краткий словарь терминов по психологии и психиатрии, завершающий книгу, сам по себе является подарком любознательному читателю. «Примечания для философов» содержат библиографию предмета с авторскими комментариями. Приложение о «загадочных явлениях психики», не претендующее на объяснение описываемых фактов и поэтому осторожно названное «Вне науки», содержит, между прочим, интереснейший раздел об интуиции. Доктор Берн первым попытался изучить на опыте явления, называемые этим словом, и посвятил интуиции несколько своих работ.

Подход автора с первой до последней строчки остается реалистическим и строго научным. И, тем не менее, читатель вряд ли сможет не поддаться обаянию личности Эрика Берна. Воображаемый городок Олимпия, населенный пациентами воображаемого доктора Триса, служит не только для оживления историй болезней. Олимпийцы все вместе разыгрывают некоторую пьесу. И если вы хотите знать, какую мораль автор вкладывает в эту пьесу, прочтите внимательнее то место главы второй, где в ряду иных идолов важно выступает Принцип Реальности, голый король наших дней.

^ ПРЕДИСЛОВИЕ К ПЕРВОМУ ИЗДАНИЮ

Доктор А. А. Брилл (1947)

Эта книга — по многим причинам единственная в своем роде. Автор ее — психиатр и психоаналитик высокой квалификации, убежденный последователь Фрейда; однако мне пришлось прочесть несколько глав книги, прежде чем я смог в этом убедиться. Дело в том, что, в отличие от некоторых людей, всецело доверяющихся какой-нибудь теории и сразу в нее окунающихся, доктор Берн сохраняет столь объективную и невозмутимую позицию, что производит вначале впечатление придирчивого испытателя, а не страстного поклонника Фрейда. «Психика в действии»1 начинается своеобразным биологическим обзором общих аспектов психического развития. В отчетливом, не загроможденном техническими терминами изложении здесь разъясняются нормальные функции мозга, выражаемые чувствами и действиями, сильнейшие стремления и управление ими у детей и взрослых и реакции организма в целом на его окружение. Особый дар, которым наделен доктор Берн, позволяет ему обосновывать и описывать отвлеченные психические процессы в простой и чарующей форме, удерживающей внимание даже пресыщенного читателя-психоаналитика. Лишь проследив за мыслями автора на протяжении нескольких глав, читатель осознает, что доктор Берн последовательно проводит идеи Фрейда во веем круге вопросов, связанных с психикой человека.

Пытаясь уяснить себе образ действий автора, я не мог не подумать о том, что в качестве психоаналитика доктор Берн почти на сорок лет моложе меня. Иными словами, он принад-

1

The Mind in Action — первое название этой книги (1947) (Прим. перев.)

14

лежит к послевоенному периоду развития психоанализа и может, тем самым, расценить работу Фрейда как неотъемлемую часть развития психиатрии в целом. Иначе выражаясь, доктор Берн — один из молодых последователей Фрейда, которых можно уподобить новому поколению египтян, «не знавших Иосифа»; они могут поэтому идти новым путем и излагать новую психологию без возбужденности старых учеников Фрейда. Теория психоанализа уже установилась, когда ими овладел доктор Берн; потому-то он и способен столь безмятежно рассматривать весь психоанализ в целом, от fons et origo1 до отклонений, а затем легко отделять зерна от плевел. Я прочел все, написанное о Фрейде и психоанализе с тех пор, как я впервые ввел его в этой стране; и, как я полагаю, доктору Берну удалось рассказать о «психике в действии» таким образом, что книга его окажется интересной и поучительной не только для широкой образованной публики, но также для психоаналитика и врача.

Основа и источник (лат.) (Прим. перев.).

^ ПРЕДИСЛОВИЕ К ТРЕТЬЕМУ ИЗДАНИЮ

Приятно сознавать, что спрос на эту книгу остается неизменным в течение двадцати лет. Она была написана, когда я был офицером медицинской службы в армии во время второй мировой войны и когда мне каждый вечер приходилось выбирать между стуком моей пишущей машинки и лязгом игральных автоматов в офицерском клубе; я выбирал большей частью последнее. Первоначально книга была опубликована в твердой обложке под названием «Психика в действии». В этом виде она встретила положительную и даже восторженную оценку в общей, психиатрической и психоаналитической литературе и была впоследствии опубликована в Англии, а также переведена на шведский, итальянский и испанский языки. В 1957 году второе издание книги было выпущено фирмой «Саймон и Шустер» в бумажной обложке, в «серии высокого качества», под названием «Введение в психиатрию и психоанализ для непосвященных», а несколькими годами позже вышло под тем же названием дешевое издание в бумажной обложке в издательстве «Гроув Пресс»; таким образом, два конкурирующих издания оказались в продаже одновременно. Всего было продано во всех видах свыше 250 000 экземпляров.

Быстрое развитие лекарственной терапии и групповой терапии за последние десять лет привело к радикальным переменам в практике амбулаторной, больничной и общинной психиатрии. Сверх того, анализ взаимодействий и другие новые подходы к психотерапии постепенно одерживали верх в областях, где психоанализ не давал удовлетворительных результатов. Поскольку интерес к этой книге, по-видимому, сохраняется, добросовестность по отношению к читателю потребовала ее значительного пересмотра.

16

После основательного размышления я решил сохранить раздел о типах физического строения в виде напоминания о том, что от тела отвлечься невозможно; это нередко упускают из виду психотерапевты без медицинского образования, особенно те из них, кто получил подготовку в области социальных наук. В части первой и почти во всей части второй человек трактуется как энергетическая система; при такой точке зрения наилучшим подходом к психологии является теория Фрейда. Я следовал при этом «строгой» версии Фрейда, отделяющей половой инстинкт от инстинкта смерти, и отвел Эросу и Танатосу равное место. Это позволяет гораздо проще объяснить весь материал и, без сомнения, лучше подходит к историческим событиям последних тридцати лет, которые нелегко понять, исходя из одной только теории либидо, и которые становятся много яснее, если ввести принадлежащее Поулу Федерну понятие «мортидо».

Я включил в книгу статьи ряда моих коллег. Доктор Джо Дьюзи написал главу об анализе взаимодействий, а миссис Хилма Диксон, миссис Мери Эдварде, доктор Мюриэл Джеймс и доктор Рэй Пойндекстер - разделы о своих специальностях. Они лучше меня знают свои профессии, а доктор Дьюзи изложил анализ взаимодействий гораздо объективнее, чем это мог бы сделать я; и я выражаю благодарность им всем.

Кармел, Калифорния, сентябрь 1967 г.

Э. Б.

^ ПРЕДИСЛОВИЕ КО ВТОРОМУ ИЗДАНИЮ

Как я знаю по опыту, немногие отношения доставляют столь полное удовлетворение, как отношения между довольным автором и довольным издателем. Каждое сообщение, получаемое автором, приносит ему и материальную, и духовную пищу. Если так же довольны критики и публика, то автору не остается желать лучшего. Прием, оказанный первому изданию этой книги в Америке, Англии, Швеции и Италии, был для меня в течение последних десяти лет за немногими исключениями источником радости. И в значительной мере это было результатом дружеских советов издателя мистера Генри У. Саймона.

Перечитывая книгу десятилетие спустя, я нашел ее достаточно привлекательной; временами у меня возникала известная реакция Уайлда: «Хотелось бы мне, чтобы я тогда это сказал!» И приятно было вспомнить после недолгого размышления, что я и в самом деле сказал это. Единственное, о чем я сожалел, — это отвлечение от более широких научных перспектив, связанное с войной и сказавшееся на некоторых деталях. Я рад, что имею теперь возможность их пересмотреть.

Что касается изменений в этом издании, то я удалил раздел «Человек как общественное животное», имея намерение посвятить этому предмету отдельную книгу.1 В надлежащем месте вставлена глава о новых «волшебных лекарствах» психиатрии. Заново написана глава о групповой терапии, а раздел о шоковой терапии приведен в соответствие с новыми данными. «Примечания для философов» пересмотрены, а библиография в необходимых случаях пополнена новыми книгами. В иных

1

The Structure and Dynamics of Organisations and Groups. Philadelphia: J.B. Lippincott Company, 1963; New York: Grove Press, 1966.

18

случаях, однако, старые книги по-прежнему кажутся лучше новых. В некоторых местах внесены изменения в отдельные абзацы в связи с появлением новых методов. Можно рассчитывать, что неспециалист, заинтересованный в информации о современной психиатрии и психоанализе, в большинстве случаев найдет ее в этой книге; примечания же имеют целью указать надежные источники, где можно найти дальнейшие подробности.

Кармел, Калифорния, март 1957 г.

Э. Б.

^ ПРЕДИСЛОВИЕ АВТОРА

Цель этой книги — объяснить динамику человеческой психики тем, кто заинтересован в понимании природы, а не в игре словами и заучивании определений. Я старался излагать идеи на практическом уровне, дающем, насколько возможно, ясную и простую картину сложных явлений. Во всех случаях, где это не было бы слишком уж неуклюже, я избегал длинных слов. Цель состояла не в том, чтобы сделать из читателя салонного психиатра, а в том, чтобы он мог лучше понять себя и других. Для читателей, заинтересованных в дальнейших подробностях, приведена обширная библиография, а для нуждающихся в технической терминологии добавлен в конце краткий словарь.

У каждого психиатра собственный подход к людям, основанный на его клиническом опыте. Изложенные ниже идеи основаны на том, чему научили меня мои учителя (главным образом доктор Юджин Кан, бывший профессор психиатрии медицинского факультета Йельского университета, и покойный доктор Поул Федерн из Нью-Йоркского психоаналитического института), с видоизменениями, возникшими из моих собственных мыслей, наблюдений и истолкований психиатрической и психоаналитической литературы. Мои учителя, сделавшие для меня все возможное в годы моего обучения, в остальном, разумеется, никак не ответственны за написанное в этой книге. Вне всякого сомнения, большая часть изложенных здесь идей, подобно представлениям любого динамического психиатра, основана на трудах Зигмунда Фрейда; однако за расстановку акцентов и способы формулировки несу ответственность один я, и никакая группа психиатров или психоаналитиков не уполномочила меня их представлять.

20

Чтобы избежать недоразумений со стороны читателя-профессионала, в конце книги добавлены примечания, содержащие необходимые оговорки и ограничения по поводу сказанного в основном тексте; там же обсуждаются более технические стороны предмета. Если вы не сумеете достать какую-либо из указанных книг обычным путем, вы найдете на желтых страницах вашего телефонного справочника адрес местного магазина, торгующего психиатрической литературой, или же вы можете обратиться непосредственно к издателю упомянутой книги.

Для более ясного понимания полезно привести, наряду со словарем технических терминов, помещенным в конце книги, краткий семантический словарь.

^ Он — означает в этой книге человека вообще, без различия пола. Если применяется она, это может означать, в зависимости от контекста, что некоторое явление чаще встречается у женщин, чем у мужчин. Мы — означает в подходящем контексте «большинство тех психиатров, к которым я испытываю наибольшее уважение». Является (есть) — в применении к техническим вопросам означает «кажется таковым, по мнению большинства мыслящих психиатров и по моему собственному опыту». По-видимому — означает «представляется мне таковым по ряду наблюдений, но недостаточно убедительно, чтобы я вполне в этом уверился, хотя и поддерживается мнением одного или многих психиатров, к которым я испытываю глубокое уважение». Философ — употребляется для обозначения каждого, кто любит размышлять над прочитанным. О напряжениях говорится, что они снимаются, облегчаются или удовлетворяются. Последнее выражение употребляется в этой связи неверно, но позволяет обойтись без повторений и подчеркивает то обстоятельство, что «напряжение» и «желание» - почти синонимы. Подумав, я решил сохранить термин психическая болезнь. Хотя он не так уж и необходим в устной речи, трудно заменить его другим термином в письменной. Точно так же я сохранил не без колебания слова невротический и невротик, поскольку трудно найти для них замену, подходящую к кругу идей Фрейда.

Псевдонимы пациентов, описанных в историях болезни, выбраны не произвольно, а почти все выведены (с некоторой «американизацией») из относящихся к данному предмету исторических и мифологических источников. Это может заинт-

21

риговать некоторых читателей, но не затруднит тех, кого не заинтересуют имена. В историях болезней представлены типы, а не отдельные личности, и любое сходство в особенностях или внешних обстоятельствах с каким-либо живым человеком ненамеренно, случайно.

Многие из этих историй иллюстрируют обычные случаи, а некоторые из них изображают отчетливые типы психических болезней и эмоциональных ненормальностей; иначе говоря, они описывают патологические типы личности. Ситуации и реакции, появляющиеся в таких условиях, могут иногда удивить читателя своей необычностью. Но здесь не столько качественное, сколько количественное различие. Внимательно подумав, читатель придет к заключению, что если реакции описываемых субъектов поражают иногда своей интенсивностью, то самый характер этих реакций никоим образом не исключителен. Истории служат для того, чтобы подчеркнуть посредством преувеличения обычные вещи, которые человек может иногда найти у себя или у окружающих. Если это и не очевидно с первого взгляда, то может выясниться со временем. Таким образом, «психически больные» люди не имеют каких-нибудь особых инстинктов, а попросту выражают в ином виде инстинкты, общие для всех.

Я благодарен моим слушателям, как солдатам, так и гражданским лицам, перед которыми я выступал в штатах Калифорния, Юта и Вашингтон; их вопросы, замечания и возражения позволили мне добиться большей ясности формулировок. Особенно высоко оцениваю я прямую помощь следующих лиц.

Персонал издательства, и в особенности Генри Саймон, оказали мне большое содействие в подготовке рукописи, а также помогли своими полезными советами. Доктор Поул Федерн дал мне множество советов, предоставив возможность по моему усмотрению следовать им. Никакой иной ответственности за содержание книги он не несет. В машинописных работах неоценимую помощь оказали Роберт Пил из Дентона, Техас, и Френсис Ордуэй из Кармела, Калифорния, которые сберегли мне своим трудом много времени. Майор, ныне доктор, Сэмюэл Коэн из Филадельфии, и майор, ныне доктор, Поул Креймер из Чикаго помогли мне своим вниманием во время работы над рукописью в трудных условиях армейской жизни. Мне охотно помогали в то время также полковник

22

Стюарт и Киппи Стюарт, Дорис Дрейк, Луиз Мастере и капитан, ныне доктор, Джордж Эмброуз. Обращаясь к тем, кто читал рукопись или слушал ее во время чтения в доме миссис Шорт, ожидая от слушателей замечаний, я предлагаю тост за них, поднимая бокал красного кармелского вина с воспоминанием об их большой помощи и о многих приятных вечерах. В моих воспоминаниях: Мари Шорт, Джейк Кении, мистер и миссис Джон Гейсен, Мюриэл Рукэйсер, доктор и миссис Рассел Уильяме, мистер и миссис Френк Лойд, Сэм Колберн, Гретхен Грей, Кэти Мартин и много других кармелитов.

Кармел, Калифорния, январь 1947 г.

Э. Б.

ВВЕДЕНИЕ

Психиатр — это врач, который консультирует и лечит людей, страдающих эмоциональными расстройствами, испытывающих затруднения в личных отношениях, вредящих самим себе своим поведением, а в тяжелых случаях — переживающих ненормальные чувства, представления и ощущения. Изучая мотивы, движущие людьми, он спрашивает себя: «Что заставляет этого человека чувствовать, думать или действовать так, как он это делает?» Поскольку деятельность человеческого тела отражается на эмоциях, а эмоции, в свою очередь, выражаются через тело, психиатр, как и другие врачи, должен сначала основательно ознакомиться с анатомией и физиологией; он должен знать, как выглядят и работают желудок, кровеносные сосуды, железы и мозг. Он должен также знать, как влияют на мозг некоторые химические вещества, например, алкоголь, и каким образом мозг может влиять на некоторые химические вещества в организме, в особенности на вещества, вырабатываемые половыми железами, надпочечными железами, щитовидной железой и гипофизом.

Расширяя свои знания о работе человеческого тела, изучающий психиатрию должен в то же время присматриваться к человеческому поведению. Он наблюдает, как ведут себя во всевозможных ситуациях, возникающих в данной стране, люди из различных семей. Выслушивая неграмотных и образованных, бедных и богатых, обсуждая с ними, например, табели их детей, он отмечает различия и сходства в установках родителей, поражаясь, как сильно влияют эти установки на школьные успехи детей.

Ознакомившись с различными телесными и психическими реакциями у членов какой-либо группы населения, например, у зажиточных людей, изучающий психиатрию начинает при-

24

ематриваться к больным. Он исследует, допустим, страдающих язвой желудка, пытаясь найти аналогичные явления в их желудках и общие черты в их эмоциях, а затем проверить, связаны ли их переживания с данными рентгеновского обследования. Он беседует с людьми, испытывающими патологические страхи, и наблюдает их психические и физические реакции, пытаясь понять, каким образом расстроились те и другие.

Психиатр беседует с молодыми людьми, намеревающимися вступить в брак, помогая им предотвратить будущие трудности; говорит с матерями, у которых возникают осложнения с детьми; заботится о людях с повышенной мрачностью или раздражительностью или испытывающих ненормальные чувства и побуждения. Его внимание обращено на страдания, связанные не только с эмоциями, но и с конкретными органами, а также происходящие от злоупотребления определенными лекарствами или возбуждающими средствами. Поэтому он должен хорошо разбираться в работе тела. Лечение серьезных психических болезней требует также применения электричества и различных сильнодействующих препаратов; психиатр должен знать, как эти средства действуют на организм человека.

Кроме того, психиатру часто приходится оценивать роль эмоций при язве желудка, повышенном кровяном давлении, болезнях щитовидной железы, сердечных болезнях, болях в спине или пояснице, параличе, астме, кожных болезнях и других расстройствах здоровья, часто трудноизлечимых обычными методами медицины. В таких случаях он должен твердо знать, как работают затронутые болезнью органы.

Прежде, чем пытаться кому-либо помочь, психиатр хочет узнать, из какого яйца произошел его пациент — то есть, на что были похожи телесно и психически его предки и под какими воздействиями яйцо развилось во взрослую человеческую особь. Выяснив эти обстоятельства, психиатр может лучше судить, с чего начал интересующий его индивид и через что ему пришлось пройти, прежде чем он достиг своего нынешнего состояния. Он пытается обнаружить, с какими задатками и предрасположениями его пациент явился на свет, какие он приобрел в раннем детстве и как он затем распоряжался своей жизнью, имея все это добро.

25

Многие особенности личности в некоторой степени вытекают из наследственности. Наследственность задает верхние границы способностей, а также промежутки времени, когда эти способности, в нормальных обстоятельствах, должны возрастать и убывать. Наследственность определяет, например, способен ли человек стать великим музыкантом или математиком (или, точно так же, шахматистом); она же определяет, с какого возраста он будет способен к полноценному половому сношению. Но осуществляются эти возможности в зависимости от среды. Иными словами, наследственность определяет возможности, а среда определяет, насколько к ним удается приблизиться. Нет смысла, однако, всерьез задаваться вопросом, что важнее в действительной жизни. С тем же успехом можно спросить, что важнее в клубнике со сливками: клубника или сливки? Плавает ли клубника в сливках или же сливки окружают клубнику?

Не доказано, что среда не может изменить некоторые из так называемых врожденных особенностей мозга. Почти все человеческие способности могут быть усилены надлежащей тренировкой, и суждение о «наследственном» характере какой-либо неспособности вовсе не означает, что страдающий ею должен оставить надежду. Изучение желез может сыграть в будущем важную роль в изменении тех особенностей, которые мы сейчас считаем наследственными, точно так же, как психиатрия приобретает теперь все большую важность в изменении особенностей, приписываемых среде. Поэтому вместо вопроса, что происходит от наследственности и что - от среды, разумнее спрашивать: «Какие особенности могут быть изменены при нынешнем уровне наших знаний и какие не могут?»

В этой книге человеческое существо рассматривается как энергетическая система, стоящая в ряду других энергетических систем Вселенной; это один из простейших путей, ведущих к пониманию людей. Таков подход к человеку, развитый Зигмундом Фрейдом. Есть и другие подходы; некоторые из них описываются ниже. Сначала мы исследуем, с чем приходится сталкиваться разным людям и как они пытаются со всем этим справиться, а затем посмотрим, как они растут и развиваются, что может в ходе их развития расстроиться и чем можно им в таких несчастливых случаях помочь. После этого мы рассмотрим некоторые таинственные явления психики, ставящие нас в тупик при нынешнем состоянии наших знаний.

26



  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   29

Похожие:

©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconДесятилетний юбилей. Перспективы 203 Приложение Заметки об абортах...
Г. И. Брехман. Новый взгляд на неродившегося и новорожденного ребенка. Предисловие научного редактора
©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconПредисловие научного редактора русского издания
Маслоу, точно совпали с теми, что в детстве возникали у самого Эллиота, страдавшего от антисемитских преследований со стороны своих...
©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconОформление
Оформление курсовых и дипломных проектов (работ): учебно-методическое пособие. – Изд. 4-е, перераб и доп. – Ростов н/Д : Рост гос...
©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconАлексеев Максим Игоревич 21. 03. 1991 Безрук Екатерина Николаевна 27. 03. 1993

©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconОформление дипломной работы
Оформление дипломной работы: Учебно-методическое пособие / Екатерина «Муза» Великая, Дмитрий «Damien» Чадский, — Волгоград: Самиздат...
©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconСборник стихов Роберта Рождественского
Выбор", "Стихи, баллады, песни", "Друзьям", "Возраст" и др. В 1990-е опубликовал сборники стихов "Бессонница" (1991), "Пересечение"...
©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconЛитература. Предисловие редактора перевода
Как образуются таксоны — неодарвинистская точка зрения, или синтетическая теория эволюции
©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconИстория болезни обследование больного и оформление
Обследование больного и оформление истории болезни. Учебно-методическое пособие для студентов III курсов. / Сост.: коллектив сотрудников...
©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconМаксим Юрьевич Спиридонов Рунетология Кто управляет русским интернетом?...

©Изд-во мфин. 1992 © Оформление, Максим Сергеевич Киселев, 1991 предисловие научного редактора iconАнатолий Саватеев "Религиозно политические сочинения Усмана Дан Фодио"
Д. А. Ольдерогге в одной из наиболее известных своих работ – «Западный Судан в XV-XIX вв. Очерки по истории и истории культуры» [Ольдерогге,...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница