Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост


НазваниеСара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост
страница1/19
Дата публикации22.07.2013
Размер3.78 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Туризм > Документы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19
Сара Дессен

Просто слушай

Сара Дессен

ПРОСТО СЛУШАЙ
Хочешь убежать, иди напролом.

Роберт Фрост
– Ну что, ты послушала?

– Твою передачу? – спросила я.

– Да.

Я кивнула:

– Послушала.

– И что скажешь?

– Ну… она довольно интересная.

– Интересная, – повторил Оуэн.

– Да. Никогда раньше не слышала этих песен.

Довольно долго он молча на меня смотрел. Затем вскочил и уселся рядом.

– Ты не забыла, как призналась мне, что часто врешь?

– Да не говорила я ничего такого! – Оуэн взглянул на меня удивленно. – Я сказала, что иногда что то недоговариваю. Но не в этот раз! Я правда послушала всю передачу.

– «Интересная» – ничего не значит.

– Мне… – Тут я запнулась. Может, потому что Оуэн все равно уже меня раскусил или надоело постоянно лгать…

– Вот так и знал! Не умеешь ты врать, хотя все время и пытаешься.

– Не пытаюсь.

– Ах да, ты же просто стараешься быть любезной.

– И что в этом плохого?

– Ничего. Но приходится постоянно скрывать правду. А теперь скажи, что ты на самом деле думаешь о моей передаче?

На самом деле мне было очень не по себе. Как будто Оуэн с самого начала видел меня насквозь, а я даже и не заметила.
Глава первая
Рекламу со мной в главной роли сняли еще в апреле, и я совершенно о ней забыла – недавние события все стерли из памяти. Но пару недель назад ролик вышел в прокат, и теперь я мелькала повсюду.

На экранах над тренажерами в спортзале, на почте, где специально повесили видеомонитор, чтоб развлекать людей в длинной очереди. А вот теперь и в своей комнате. Я сидела, уставившись в телевизор, сжимая кулаки. Как заставить себя уйти?

– И снова наступила осень…

Пять месяцев прошло. Интересно, я сильно изменилась? Заметно ли, как много мне пришлось пережить? Однако в первую очередь удивляло, как странно я выгляжу на экране. Зеркало и фотографии всегда скрывают недостатки, а тут… Никак не могу привыкнуть.

– Пора футбольных матчей, – доносилось из телевизора. На мне – ярко голубая форма капитана команды поддержки, на голове – гладко зачесанный «конский хвост», а в руках огромный рупор с эмблемой «К» – сейчас такими уже никто не пользуется. – Домашних заданий, – теперь я в серьезной юбке в клетку и в коричневом коротком свитерке. Помню, он был жутко мал, да и вообще теплой весной в нем было жарковато. – И конечно, общения с друзьями, – я подалась вперед, чтоб получше разглядеть себя в джинсах и блестящей футболке на фоне беззвучно болтающих девчонок позади.

Молоденький режиссер, только окончивший университет, растолковал мне, в чем суть его творения.

– Ты – девушка, у которой есть все, о чем только можно мечтать! – сказал он, резко соединив руки в круг, как будто столь легко можно ограничить такое многогранное и неоднозначное понятие. Видимо, в понимании режиссера все мечтают о рупоре, мозгах и большой компании друзей – с ними то как раз забавно получилось… Не успела я развить эту мысль, как картинка на экране изменилась.

– Вот что ждет тебя в этом году! – на мне розовое платье и лента с надписью «Королева вечера встречи». Тут подходит молодой человек в смокинге и протягивает мне руку. Я опираюсь на нее и широко улыбаюсь. Молодой человек учился на втором курсе местного университета. На съемках он почти ни с кем не общался, но под конец подошел ко мне и спросил номер телефона. А я и забыла совсем…

– Лучшая пора! Лучшие воспоминания. Лучшая одежда в торговом центре «Копфс». – Мое лицо все ближе и ближе, наконец оно занимает весь экран. Когда проходили съемки, у нас с Софи еще все было хорошо, а потом последовал тот вечер… и долгое лето в одиночестве, полное молчания и тайн. Моя жизнь разбита, а девочка на экране чувствует себя великолепно. Это видно по ее уверенному взгляду и по словам, которые она произносит:

– Пусть ваш новый учебный год станет самым лучшим! – У меня перехватывает дыхание. Я знаю, что прозвучит дальше, и понимаю, что это сущая правда. – Пора в школу!

Кадр замирает, и подо мной появляется логотип «Копфса». Через пару мгновений начнется реклама замороженных вафель и прогноз погоды. Пятнадцатисекундные ролики незаметно сменят друг друга. Но я не стала их дожидаться. Взяла пульт, выключила телевизор и вышла из комнаты.
У меня было больше трех месяцев, чтобы подготовиться к встрече с Софи, но даже их не хватило.

Перед первым звонком я сидела в машине на парковке, пытаясь собрать волю в кулак, выйти на улицу и наконец то признаться самой себе, что начался новый учебный год. Мимо проносились люди, они смеялись, болтали, а я все пыталась себя успокоить: может, Софи уже все забыла. А может, летом с ней случилось что нибудь поважнее. Или я вообще себе все надумала. Маловероятно, конечно, но не исключено.

Я до последнего сидела в машине. Наконец вытащила ключи из зажигания, взялась за дверную ручку, повернулась к окну и увидела Софи.

Мгновение мы просто смотрели друг на друга. Я про себя отметила, что она изменилась: темные кудрявые волосы стали короче, появились новые сережки, Софи похудела, если это, конечно, возможно, и перестала густо подводить глаза. Теперь на ней был естественный макияж в коричневато розовых тонах. Интересно, а что она подумала обо мне?

И Софи моментально ответила на мой непроизнесенный вопрос. Открыла очаровательный ротик, прищурилась и вынесла приговор, которого я ждала все лето:

– Шлюха!

Он прозвучал очень отчетливо, не помешало даже закрытое окно. Мимо проходила девочка, с которой мы вместе ходили на занятия по английскому в прошлом году. Услышав ругательство, она нахмурилась, а какая то незнакомая девчонка громко рассмеялась.

Софи же невозмутимо перекинула сумку через плечо и пошла по двору. Я вспыхнула. Знала, что все на меня смотрят. Нет, не готова я к этому, да и никогда не буду, а учебный год тем временем уже начался. Шутки кончились, пора вылезать из машины и идти в школу, пусть и в гордом одиночестве. Так я и поступила.
Мы с Софи познакомились четыре года назад, в начале летних каникул после окончания шестого класса. Я стояла в очереди в бар у бассейна, расположенного неподалеку от моего дома, и сжимала в руке две влажные долларовые купюры – хотела купить кока колу. Тут кто то встал за мной. Я повернулась и увидела смуглую девчонку с темными кудрявыми густыми волосами, собранными в высокий хвост, в темных очках, открытом оранжевом бикини и во вьетнамках на толстой платформе в тон. Видно было, что незнакомке жутко скучно и надоело ждать. У нас в районе все друг друга знают, а она как с неба свалилась. Конечно, я не собиралась ее рассматривать. Просто само собой получилось.

– Чего тебе? – спросила незнакомка. Я видела в ее очках свое крохотное расплывчатое отражение. – Чего уставилась?

Я всегда краснею, когда кто то повышает на меня голос, и этот раз не стал исключением. Просто очень восприимчива к тону. Даже не могу смотреть по телевизору судебные заседания – всегда переключаю канал, когда судья начинает на кого нибудь нападать.

– Ничего. – Я отвернулась.

Тут мне махнул усталый старшеклассник бармен. Пока он наливал колу, я положила скомканные купюры на стекло и попыталась их разгладить так, чтоб не осталось ни единого загиба. За спиной почти физически ощущалось присутствие девчонки. Я заплатила и, тщательно изучая щербатый цемент под ногами, пошла мимо глубокой части бассейна обратно к нашим шезлонгам. Там меня ждала лучшая подруга – Кларк Рейнолдс.

– Уитни просила передать, что она едет домой, – сообщила Кларк, сморкаясь. Я поставила колу рядом с шезлонгом. – Я ей сказала, что мы дойдем пешком.

– Ладно.

Моя сестра Уитни недавно получила права, и теперь ей приходилось повсюду меня подвозить. Но только в одну сторону. Возвращаться приходилось самой, и не важно, из бассейна ли в нескольких кварталах от дома или из торгового центра в соседнем городке. Уже тогда Уитни предпочитала одиночество и тщательно охраняла личное пространство, которое мы постоянно нарушали одним лишь фактом своего существования.

Я уселась в шезлонг и только после этого рискнула снова взглянуть на девчонку в оранжевом бикини. Она стояла на противоположной стороне бассейна, с напитком в одной руке и полотенцем, перекинутым через другую, и искала свободное место.

– Ты раздаешь! – Кларк передала мне колоду карт.

Мы дружили с шести лет. У нас в районе жила целая куча детей, но большинство из них были либо подростками, как моя сестра, либо младше четырех лет – результат демографического взрыва пару лет назад. Семья Кларк приехала из Вашингтона. Наши матери встретились на лекции по безопасности и, как только поняли, что мы – ровесники, сразу нас познакомили. С тех пор мы не расставались.

Кларк родилась в Китае. Ее удочерили в полугодовалом возрасте. Мы были одного роста, но на этом сходство заканчивалось, и начинались различия: у меня – голубые глаза и белокурые волосы, у нее же глаза карие, почти черные, а волосы очень темные и блестящие. Я – робкая и услужливая, она серьезная, сдержанная во всем. Я всю жизнь, как и сестры, работала моделью, Кларк же была настоящим сорванцом: лучше всех в нашем районе играла в футбол и в карты, особенно в кункен – я ей проигрывала все лето.

– Можно у тебя колы попить? – спросила она и чихнула. – Здесь жарко.

Я кивнула и протянула ей стакан. Кларк круглогодично мучилась от аллергии, но летом ей приходилось тяжелее всего. С апреля по октябрь у подруги закладывало нос, текли сопли, и она постоянно сморкалась, а таблетки и уколы совсем не помогали. Я уже давно привыкла к ее гнусавому голосу и к бумажным платочкам, которые она прятала в кармане или сжимала в руке.

У нас уже давно было распределено, кто и где сидит. Спасатели – за столиками у бара, мамы с детьми – у детского бассейна. Мы с Кларк предпочитали тенек за горкой для малышей, а самые популярные в школе мальчики старшеклассники, такие как Крис Пеннингтон, например, располагались поближе к глубине (Крис старше меня на три года, и тогда я считала, что он самый потрясающий парень в нашем районе, а может, даже и во всем мире). Но самые лучшие места между баром и торцом бассейна обычно занимали самые красивые старшеклассницы, а в их числе и моя сестра Кирстен. В тот день она в ярко розовом купальнике лежала на шезлонге и обмахивалась журналом «Гламур».

Я раздала карты и к собственному изумлению заметила, что девочка в оранжевом бикини садится рядом с Кирстен. Лучшая подруга моей сестры, Молли Клейтон, толкнула ее локтем и указала на незнакомку, но Кирстен лишь оглядела ее с головы до ног, пожала плечами и снова откинулась на спинку шезлонга, продолжая обмахивать лицо.

– Аннабель! – Кларк уже взяла свои карты и мечтала меня обыграть. – Твой ход.

– Да да. – Я повернулась к ней. – Сейчас.

Незнакомка появилась и на следующий день. На этот раз на ней был серебристый купальник. Я пришла одна, поскольку Кларк была на занятиях теннисом, и тут же увидела вчерашнюю девчонку. Она сидела на полотенце в том же шезлонге, что и моя сестра накануне, рядом стояла бутылка воды, а на коленях лежал журнал. Кирстен с подругами появились только через час. Как всегда шумно, громко стуча каблучками по плитке. Обнаружив на своем привычном месте незнакомую девчонку, старшеклассницы замедлили шаг и переглянулись. Молли Клейтон явно разозлилась, но Кирстен молча спустилась на четыре ряда ниже и принялась раскладывать вещи.

В течение нескольких дней незнакомка так и эдак пыталась прибиться к компании моей сестры. На третий день она пошла со старшеклассницами в бар. А на четвертый, когда они бултыхались, брызгались и болтали в бассейне, тоже залезла туда и встала от них в двух шагах.

Разумеется, девчонки взбесились. Молли зло на нее посмотрела, и даже Кирстен вежливо попросила незнакомку отойти подальше. Но той все было нипочем. Она только еще больше упорствовала. Казалось, главное – что к ней обращаются, а что именно говорят – все равно.

– Я слышала, – сказала как то мама за обедом, – что в дом Дафтри въехала новая семья.

– Дафтри съехали? – удивился папа.

Мама кивнула:

– Еще в июне. В Толедо. Помнишь?

Папа задумался и тоже кивнул:

– Точно. В Толедо.

– Еще я слышала, – продолжила мама, передавая Уитни тарелку с пастой, которую та тут же передала мне, – что у них дочка – твоя ровесница, Аннабель. По моему, я видела ее, когда была у Марги.

– Правда? – спросила я.

Мама кивнула:

– Она брюнетка и немного выше тебя. Может, ты ее тоже где нибудь видела.

Я задумалась:

– Не знаю…

– Так вот это кто! – неожиданно сказала Кирстен и со звоном отбросила вилку. – Маньячка из бассейна! Так и знала, что она нас младше!

– А можно поподробней? – заинтересовался разговором папа. – У бассейна бродят маньяки?

– Надеюсь, нет, – взволнованно сказала мама.

– Конечно, никакая она не маньячка, – ответила Кирстен. – Просто прилипла к нам, как банный лист. Бесит невозможно! Повсюду за нами ходит, садится на соседний шезлонг и молчит! И слушает наши разговоры! Я ей говорила: «Исчезни!» – но без толку! Нет, не может быть! Неужели ей всего двенадцать?! Тогда все еще хуже, чем я думала!

– Как драматично! – пробормотала Уитни, подцепляя вилкой листок салата.

Конечно, она права. Кирстен обожает громкие слова. Эмоции у нее всегда хлещут через край, и болтает она без умолку, даже если знает, что ее никто не слушает. Уитни же, напротив, молчалива, но уж если что говорит, то всегда со смыслом.

– Кирстен, надо быть любезной! – сказала мама.

– Я любезна! Но видела б ты эту девчонку! Она по меньшей мере странная.

Мама глотнула вина.

– Всегда тяжело переезжать. Может, она просто не умеет знакомиться…

– Это уж точно! – перебила ее Кирстен.

– И ты должна ей помочь! – закончила свою мысль мама.

– Но ей всего двенадцать! – произнесла сестра таким тоном, как будто девчонка была больная или сумасшедшая.

– Как и твоей сестре, – заметил папа.

Кирстен указала на меня вилкой:

– Точно.

Уитни фыркнула. Но мама, конечно, уже переключилась на меня:

– Послушай, Аннабель, может, если ты ее встретишь, то попробуешь с ней заговорить? Поздороваешься, например?

Я не стала рассказывать, что уже встречала эту девчонку. Мама бы пришла в ужас от ее грубости, хотя вряд ли позволила бы мне ответить тем же. Она – очень вежливая и требовала того же от нас независимо от обстоятельств. Мы всегда должны были быть на высоте.

– Ладно. Попробую, – ответила я.

– Умница! – похвалила меня мама. И я понадеялась, что дальше слов дело не пойдет.

Но на следующий день у бассейна мы с Кларк увидели, что незнакомка уже устроилась рядом с Кирстен. Я решила не обращать на них внимания, но случайно встретилась взглядом с сестрой. Она встала и пошла к бару – незнакомка тут же последовала за ней. Я знала, что нужно делать.

– Сейчас приду, – сказала я Кларк.

Она читала роман Стивена Кинга и сморкалась.

– Давай.

Я обогнула глубокую часть, возле которой отдыхал Крис Пеннингтон. Он лежал на шезлонге, накинув на глаза полотенце, а его приятели расположились прямо на полу. Я скрестила руки на груди, но вместо того, чтоб, как всегда, украдкой бросать на него взгляды (после плавания и карт – мое любимое занятие тем летом), я выставила себя полной дурой. А все потому, что мама пыталась вырастить из нас добрых самаритянок!

Конечно, можно было б рассказать Кирстен о нашей встрече с той девчонкой, но я решила не рисковать. Сестра никогда не отличалась скромностью – она кидалась в бой, даже не поняв полностью, что же произошло. Общаться с ней было все равно что сидеть на пороховой бочке. Сколько раз я стояла в сторонке, краснея и мечтая сквозь землю провалиться, а Кирстен ругалась с продавцами, водителями и бывшими парнями. Я любила сестру, но чувствовала себя с ней неуютно.

В отличие от Кирстен, Уитни никогда не взрывалась, а, скорее, тлела, как крохотный уголек. Она никому не говорила, что злится, но достаточно было взглянуть на ее лицо, на суровые прищуренные глаза, как все становилось понятно. И больше всего на свете хотелось, чтоб Уитни произнесла хотя бы слово, одно слово, но только б не смотрела так презрительно. Разница между сестрами была всего два года, и они постоянно ссорились. Казалось, говорит лишь старшая – обвиняет, нападает, но прислушаешься и замечаешь холодное, давящее молчание Уитни, ее редкие фразы в свою защиту, всегда к месту и всегда по делу, в отличие от запутанных и сбивчивых аргументов Кирстен.

Старшая – открытая, средняя – закрытая. Сестры всегда ассоциировались у меня с дверью. Кирстен – с входной: всегда нараспашку, всегда спешит, вбегает, выбегает, среди кучи веселых друзей. Уитни же больше напоминала дверь в свою спальню, всегда закрытую от нас.

Между сестрами лежала целая пропасть, а я же была где то посередине: не самоуверенна и не открыта, не молчалива и не расчетлива. Не представляю, как бы кто то описал меня или с чем бы я могла ассоциироваться. Я была просто Аннабель.

Мама ненавидела конфликты и очень переживала, когда сестры ссорились.

– Будьте любезными! – молила она.

Сестры возмущались, а я впитывала мамины слова, как губка: любезность – идеал, любезные люди никогда не кричат, но и не пугают тебя молчанием. Будь любезным, и тогда ни с кем не надо будет ссориться. Но как это непросто! Ведь окружающие бывают такими злыми!

Когда я подошла к бару, Кирстен, разумеется, уже убежала, но незнакомая девчонка все еще была там. Ждала, пока бармен пробьет ей шоколадку. «Вряд ли что получится», – подумала я.

– Привет! – Девчонка посмотрела на меня. Непонятно было, о чем она думает. – Меня зовут Аннабель. Ты недавно переехала?

Довольно долго девчонка молчала. Из туалета за ее спиной вышла Кирстен и, увидев нас вместе, остановилась.

– Мы… – Мне стало совсем не по себе. – Мы, наверно, в одном классе будем учиться.

Девчонка поправила очки, подняв их немного выше.

– И что дальше? – спросила она тем же резким и ехидным голосом, что и в прошлый раз.

– Я просто подумала… Поскольку мы ровесницы, может, сходим куда нибудь вместе? Погуляем, например, ну или что то вроде того.

И снова молчание.

– То есть ты, – уточнила девчонка, – хочешь, чтоб я куда нибудь сходила вместе с тобой?

Это прозвучало так глупо, что я тут же принялась искать пути к отступлению:

– Необязательно, конечно, просто…

– Нет! – резко перебила она меня и рассмеялась. – Ни за что на свете.

Будь мы с ней вдвоем, мне б ничего не оставалось, как только, покраснев, развернуться и пораженной вернуться к Кларк. Но с нами была Кирстен.

– Ну ка, ну ка! – повысила она голос. – Что ты сказала?

Девчонка обернулась и удивленно взглянула на мою сестру.

– А что не так? – Как же изменился ее тон! Со мной она разговаривала совсем по другому.

– Ну ка повтори, что ты сейчас сказала! – потребовала Кирстен.

«Ой ой ой!» – подумала я.

– Да ничего! Просто… – ответила девчонка.

– Это моя сестра! – Кирстен указала на меня. – А ты сейчас ей нахамила!

Я уже покраснела, и мне очень хотелось провалиться сквозь землю. Кирстен же положила руку на бедро – верный признак того, что все только начинается.

– Ничего я не хамила, – возразила девчонка, снимая очки. – Я просто…

– Хамила! И ты прекрасно это знаешь! – перебила ее Кирстен. – Прекрати выкручиваться! И хватит уже повсюду за мной ходить! Бесишь! Пошли, Аннабель.

Я как будто приросла к месту. Стояла и смотрела на девчонку. Она была так напугана, что сразу стало понятно, что ей действительно двенадцать. Кирстен схватила меня за запястье и потащила к своему шезлонгу. Я обернулась и увидела удивленную Кларк, смотрящую нам вслед.

– Поверить не могу! – твердила сестра, усаживая меня на свое место.

Молли выпрямилась, заморгала и принялась разглаживать смявшиеся завязки на бикини.

– Что случилось? – спросила она, и Кирстен подробно ей обо всем рассказала.

Я же взглянула на бар, но девчонки там уже не было. Она босиком, с опущенной головой, брела по парковке за изгородью позади меня. Все ее вещи остались на соседнем шезлонге: полотенце, обувь, сумка с журналом, кошелек и розовая расческа. Я все ждала, что она вернется, но нет. Девчонка упорно двигалась дальше.

Вещи весь день пролежали у бассейна. Я успела вернуться к Кларк и рассказать ей о случившемся. Потом мы долго играли в карты и купались, пока кожа на руках не сморщилась. Ушли Кирстен и Молли, забрали свои шезлонги остальные, засвистели спасатели, объявляя о закрытии. Мы собрались и, загорелые и голодные, побрели домой.

Я прекрасно понимала, что незнакомая девчонка не должна меня волновать. Она дважды мне нахамила, и не стоило ни помогать ей, ни жалеть ее. Но Кларк остановилась у ее вещей:

– Нельзя их тут оставлять. – Она засунула обувь в сумку. – К тому же нам все равно по пути.

Мне было что возразить, но тут я вспомнила, как незнакомка босиком одна брела по парковке. Я сняла с шезлонга полотенце и сложила его поверх моего.

– Ладно, пошли.

К счастью, в окнах прежнего дома Дафтри не горел свет и на парковке не было машины. Мы решили оставить вещи и уйти, но, когда Кларк хотела поставить сумку у входа, дверь неожиданно растворилась. На пороге стояла незнакомка.

В шортах и в красной футболке, с хвостиком. Без очков. Без босоножек на шпильках. Взглянув на нас, она покраснела.

– Привет! – поздоровалась Кларк, когда молчать дальше стало уже неудобно. А затем, чихнув, добавила: – Мы принесли твои вещи.

Мгновение девчонка недоуменно смотрела на Кларк. Возможно, она и вправду не поняла, что та сказала – нос у подруги как всегда был заложен. Я подняла сумку:

– Ты оставила ее у бассейна.

Девчонка настороженно взглянула на сумку, а потом на меня:

– А… Спасибо!

Позади нас промчались на велосипедах дети. Они громко кричали и звали друг друга, затем снова воцарилась тишина.

– Детка! Кто пришел? – послышался голос из темного коридора.

– Нет нет, никто! – ответила девчонка. Вышла на крыльцо и захлопнула за собой дверь. Она быстро проскочила мимо нас, но все же я успела заметить: глаза у нее были красные и опухшие, по видимому, от слез. И тут, как обычно, у меня в голове зазвучал голос мамы: «Всегда тяжело переезжать. Может, она просто не умеет знакомиться».

– Слушай, моя сестра… – начала я.

– Все хорошо, – перебила меня девчонка. Голос у нее сорвался, она отвернулась и закрыла рот рукой.

Я не знала, что делать, но Кларк уже извлекла из кармана шорт упаковку бумажных платочков, с которыми никогда не расставалась, вытащила один и протянула его девчонке. Та молча прижала его к лицу.

– Я – Кларк, а это – Аннабель.

Много лет спустя я буду постоянно вспоминать этот момент. Летом после окончания шестого класса мы с Кларк стоим за спиной незнакомой девчонки. Поступи мы по другому, вся наша жизнь пошла бы иначе. Но тогда казалось, что это всего лишь очередное событие, совершенно обыденное и неважное. Девчонка перестала плакать и на удивление спокойно обернулась:

– Привет! Я – Софи.
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   19

Похожие:

Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconСара Дессен Второй шанс Сара Дессен второй шанс
Посвящается любимой маме Синтии Дессен, ставшей моей первой проводницей в мир женщин, и моей маленькой девочке, Саше Клементине,...
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconСара Дессен Замок и ключ
Посвящается Ли Фельдману за то, что он видит меня насквозь, и Джею, который всегда ждет на другом берегу
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconХайей Сара Рав Яаков Фильбер Обработка Пинхаса Полонского Шатер Сары
Поиск жены для Ицхака: не просто "сегодня подходит", но может разделить ответственность за будущее
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconПредисловие Приведенные в этой книжке вопросы были заданы мне такими...
Благодаря вашему стремлению к более высокому качеству жизни, вашему интересу к учению Слушай Свое Тело и вашим многочисленным вопросам...
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconСара Уинман Когда бог был кроликом Сара Уинман Когда бог был кроликом Пресса о романе
Подобно тому, как «Один день» Дэвида Николса раскрывает панораму жизни двух людей, эта книга отслеживает семейную историю на протяжении...
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconХаус и философия. Все врут!
Джейн Драйден Джеральд Абрамс Барбара Сток Джеффри Рафф Джереми Бэррис Мелани Фраппье Питер Вернеззе Рене Кайл Тереза Берк Марк Уиклер...
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconСара Груэн Уроки верховой езды Аннемари Циммер 1 Сара Груэн Уроки верховой езды Глава 1
Я держу поводья по всем правилам в обтянутых черными перчатками руках – потные ладони, ледяные пальцы… – и оглядываюсь на отца. Его...
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconУчебники 66р
«загрузчик бесплатной музыки» качай и слушай бесплатную музыку free music download pro 33р
Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост iconРоберт Фрост Избранное Непубликовавшиеся новые переводы помечены звёздочкой

Сара Дессен Просто слушай Сара Дессен просто слушай хочешь убежать, иди напролом. Роберт Фрост icon-
Слушай, а… Сколько сейчас времени-то, не знаешь? Так, примерно, можешь почувствовать? Я говорю, время сколько?
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница