И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России


НазваниеИ. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России
страница9/23
Дата публикации06.06.2013
Размер2.98 Mb.
ТипКнига
userdocs.ru > Военное дело > Книга
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   23
^

V. ОСУЩЕСТВЛЕНИЕ НАШИХ ОСНОВНЫХ ЦЕЛЕЙ В ВОЕННОЕ ВРЕМЯ


В данной главе рассматриваются наши задачи в отношении СССР в случае, если между СССР и США начнется война. Здесь предлагается обозначить то, что будет рассматриваться как благоприятный исход военных действий.

^ 1. ТО, ЧТО НЕВОЗМОЖНО ОСУЩЕСТВИТЬ

Прежде чем приступить к обсуждению того, к чему мы должны стремиться в случае войны с СССР, следует обозначить то, на что нам рассчитывать не стоит.

Прежде всего, следует отметить, что оккупация и военный контроль над всей территорией СССР не будут для нас выгодными и не будут иметь практической пользы. Это обусловлено размерами территории, численностью населения, различием языка и традиций (что является барьером между ними и нами) и невозможностью подобрать лояльный управленческий аппарат для организации местной власти.

Во-вторых (и это вытекает из первого допущения), мы должны признать, что советские лидеры не пойдут на безоговорочную капитуляцию. Возможно, что под давлением безуспешных военных действий советское государство может дезинтегрироваться, как это произошло с царским режимом во время Первой мировой войны. Но даже это маловероятно. А если этого не произойдет, мы не сможем быть уверенными в том, что нам удастся уничтожить советскую власть другими средствами, кроме как крупномасштабными военными действиями, направленными на установление контроля над всей территорией России. Пример со странами Оси показал, что даже несмотря на то, что территории, подконтрольные этим режимам, подвергались постоянным атакам, сами эти режимы проявили неуступчивость и упорство. В случае давления советские лидеры смогут заключить компромиссное мирное соглашение, даже такое, которое не будет отвечать их собственным интересам. Но безоговорочная капитуляция маловероятна, так как будет означать полную власть противника на их территории. Скорее они попытаются укрыться где-нибудь в отдаленных уголках Сибири и обрекут себя, подобно Гитлеру, на неизбежную смерть под огнем противника.

Велика вероятность того, что если мы сможем проявить заботу, насколько это возможно в рамках войны, и не будем отягощать жизнь советских людей военной политикой, которая будет жестока по отношению к ним и поставит их перед лицом трудностей, то мы сможем рассчитывать на распад Советского Союза в ходе продолжающейся войны. Это, безусловно, пойдет нам на пользу. Однако это не означает, что мы можем быть уверены в полном свержении советского режима, в смысле утрачивания им власти над всей нынешней территорией Советского Союза.

Хотя Россия и переживала недолгие периоды либерализма, концепции демократии незнакомы большинству ее населения, особенно тем, кто профессионально занимается политикой. В настоящее время среди русской эмиграции существует несколько интересных и достаточно влиятельных политических группировок, которые в той или иной степени декларируют приверженность либерализму. Для нас приход к власти в России любой из этих группировок выглядит предпочтительнее, чем нынешнее правительство. Но никому не известно, насколько либеральными будут эти группировки после прихода к власти, смогут ли они удержать власть в своих руках, не прибегая к полицейским методам и террору. Деятельность людей, стоящих у власти, часто обусловлена сложившейся ситуацией, а не идеями, двигавшими этими людьми, когда они находились в оппозиции. Передавая власть одной из подобных политических группировок, мы никогда не сможем быть уверенными в том, что эта власть будет реализовываться ими так, что это вызовет одобрение у наших собственных граждан. Так что в случае подобного выбора это будет ставка на удачу. Более того, мы возьмем на себя ответственность, с которой, возможно, мы не сможем справиться должным образом.

В завершение стоит отметить, что мы не сможем привить этим группировкам наши концепции демократии за короткий период времени. Политическая психология любого режима, даже того, который чутко реагирует на настроения народа, отражает психологию этого народа. Пример Германии и Японии четко продемонстрировал, что психология и облик великих народов не могут измениться за короткий срок по желанию или по приказу другой державы, даже в случае полного поражения и подчинения. Подобное изменение может произойти только в ходе глубинных органических политических процессов. Лучшее, что одна страна может сделать для того, чтобы подобные изменения произошли в другой, — это изменить влияние, которое оказывается на людей в этой стране, позволив им реагировать на подобные изменения так, как им того хочется.

Все вышесказанное говорит о том, что после успешного проведения военных операций на территории России не следует надеяться на то, что нам удастся создать там полностью подконтрольную систему власти, которая будет стремиться к нашим политическим идеалам. Следует учесть, что велика вероятность того, что нам в той или иной степени придется иметь дело с русскими властями, деятельность которых мы не будем одобрять. Они будут ставить цели, отличающиеся от наших, однако мы должны будем считаться с их взглядами и стремлениями независимо от того, нравятся они нам или нет. Говоря другими словами, нам не стоит надеяться на то, что нам удастся полностью подчинить себе всю территорию России, чего мы пытались добиться в Германии и Японии. Кроме того, следует признать, к какому бы соглашению мы ни пришли, это должно быть политическое соглашение, достигнутое путем переговоров.

На этом мы закончим обсуждение неосуществимых задач и перейдем к обсуждению того, что возможно и желательно добиться в случае войны с СССР. Эти задачи, равно как и задачи мирного времени, вытекают из основных целей, изложенных в главе III.

^ 2. ЛИКВИДАЦИЯ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ

Первостепенной военной задачей, стоящей перед нами, должна стать ликвидация советского военного влияния и господства на сопредельных территориях, никогда не входивших в состав Российского государства.

Очевидно, что успешное окончание нами военных действий автоматически приведет к достижению данной задачи на территориях государств-сателлитов, если не всех, то большинства. Следствием поражения советских войск вполне может стать подрыв доверия к коммунистическим правительствам восточноевропейских стран, что может привести их свержению. Возможно, останутся районы, где будет преобладать политический «титоизм», т. е. отдельные политические режимы, носящие чисто национальный и локальный характер. Возможно, мы сможем достичь этого хитростью. Без поддержки России подобные режимы либо исчезнут сами, либо со временем эволюционируют в нормальные политические режимы с не большим и с не меньшим уровнем шовинизма и экстремизма, чем тот, который присущ этим государствам. Естественно, мы будем настаивать на разрыве всех соглашений с аномальной Россией на этих территориях (например, соглашений о военном сотрудничестве и т. п.).

Однако мы опять сталкиваемся со следующей проблемой: очевидно, что мы хотим добиться в результате военных действий изменения границ Советского Союза, однако не понятно — насколько они должны быть существенными. Стоит признать, что сейчас мы не можем ответить на данный вопрос. Ответ на этот вопрос зависит от того, какой режим предполагается установить на той или иной территории после окончания военных действий. Если устанавливаемый режим в какой-то мере будет придерживаться принципов либерализма во внутренней политике и умеренности во внешней, представляется возможным оставить под его контролем большую часть, а может быть, и всю территорию, полученную Советским Союзом в ходе последней войны. Если же, что более вероятно, власти России не проявят приверженности либерализму и не откажутся от враждебных действий, возможно, придется изменить границы весьма существенно. Мы должны оставить этот вопрос открытым до тех пор, пока военная и политическая ситуация в России не откроет перед нами полную картину тех условий, в которых нам придется действовать.

Мы также столкнемся с проблемой советского мифа и идеологического влияния советского правительства на народы, живущие за пределами государств-сателлитов. Решение данной проблемы прежде всего будет зависеть от того, будет ли нынешняя Всесоюзная коммунистическая партия по-прежнему контролировать часть территорий СССР после окончания войны. Мы уже знаем, что этого нельзя исключать. Если коммунистическая власть исчезнет, данный вопрос будет автоматически решен. Правда, следует иметь в виду, что Советы понимают, что неудачное завершение войны нанесет решительный удар советской власти и их влиянию.

Как бы то ни было, мы не должны полагаться на случайность. Следует признать, что основной нашей задачей в отношении СССР во время войны будет полное уничтожение системы отношений, в результате которой лидеры Всесоюзной коммунистической партии способны оказывать моральное и дисциплинарное воздействие на граждан или группы граждан в странах, не контролируемых коммунистами.

^ 3. ИЗМЕНЕНИЕ СОВЕТСКОЙ КОНЦЕПЦИИ
МЕЖДУНАРОДНЫХ СВЯЗЕЙ


Следующая проблема связана с концепцией управления послевоенной русской политикой. Как мы можем убедиться в том, что политический курс России соответствует описанному выше и желательному с нашей точки зрения? Это и есть ключевая проблема наших военных целей по отношению к России, и ей следует уделить самое серьезное внимание.

Сначала может показаться, что это проблема будущего советской власти, точнее, власти коммунистической партии в Советском Союзе. Это чрезвычайно сложный вопрос, на который нет простого ответа. Мы уже знаем, что даже если мы и будем приветствовать распад Советского Союза или даже стремиться к этому, мы не можем быть уверены в том, что нам удастся достичь этой цели. Следовательно, мы должны рассматривать это как задачу-максимум, а не как задачу-минимум.

Если предположить, что после завершения военной операции существование советской власти на части территории СССР будет для нас выгодным, то каковым должно быть наше отношение к ней? Сможем ли мы вообще найти с ней общий язык? Если да, то на каких условиях?

Прежде всего необходимо отметить, что мы не будем готовы заключить мир и/или восстановить общепринятые дипломатические отношения с каким бы то ни было режимом в России, во главе которого будут стоять нынешние лидеры советского государства или люди, разделяющие их взгляды и принципы. Мы уже имеем горький опыт, когда на протяжении 15 предыдущих лет мы пытались сотрудничать с подобным режимом на основе нормальных дипломатических отношений. Если мы будем вынуждены прибегнуть к войне для того, чтобы защититься от последствий их политического курса и их действий, наш народ не простит ни советским лидерам подобное развитие событий, ни нам — попытку возобновить мирный процесс.

С другой стороны, если после завершения военных действий на какой-то части советской территории сохранится коммунистический режим, мы должны будем считаться с ним. Он в меру своих собственных возможностей останется потенциальной угрозой стабильности самой России и всему миру в целом. Самое малое, что мы могли бы сделать, — следить за тем, чтобы возможности этого режима были ограниченными и он не мог нанести серьезный ущерб, а мы или дружественные нам силы были бы способны контролировать ситуацию.

Для этого потребуется соблюдение двух условий. Первое — это физическое ограничение возможностей подобного режима вступать в войну или представлять угрозу другим государствам или другим режимам на территории России. Если военные действия приведут к значительному сокращению территорий, подконтрольных коммунистам, а такое сокращение лишит их основных военно-индустриальных ресурсов, подобное ограничение станет возможным автоматически. Если же подконтрольные им территории не уменьшатся, то подобного результата можно будет добиться путем уничтожения индустриальных и экономически важных объектов с воздуха. Возможно, потребуется применение обоих средств. Однако может сложиться так, что мы не сможем считать нашу военную операцию успешной, если под контролем коммунистов останутся существенные индустриальные мощности Советского Союза, которые позволят им вести на равных войну с любым соседним государством или с любой властью, которая может быть установлена на исконно русских территориях.

Если советская власть удержится на всей исконно русской территории, то вторым условием будет наличие договоренностей, определяющих военные отношения с нами и с сопредельными государствами. Другими словами, возможно, нам понадобится заключить с ними подобие договора. Это может казаться неприятным, но вполне возможно, что нашим интересам больше будет отвечать именно подобное соглашение, нежели крупномасштабная военная операция, необходимая для полного уничтожения советской власти.

Можно смело утверждать, что условия подобных договоренностей должны быть жесткими и носить явный оскорбительный характер по отношению к данному коммунистическому режиму. Они должны быть подобны условиям Брест-Литовского мирного договора, подписанного в 1918 году, который, кстати, необходимо изучить в контексте нынешней проблемы. То, что немцы заключили данный договор, еще не значит, что они действительно рассчитывали на то, что советский режим будет существовать долго. Они расценивали это как соглашение, делающее советский режим неопасным для них и ставящее его перед лицом выживания. Советы понимали, что это и есть цель Германии. Они крайне неохотно подписали договор и не упускали возможности нарушить его. Однако немецкое превосходство в силе было очевидным, а их расчеты — реалистичными. Если бы вскоре после заключения Брест-Литовского мира Германия не проиграла на Западном фронте, вряд ли Советам удалось бы как-то препятствовать осуществлению первоначальных планов Германии в отношении России. Именно так и стоит поступить нашему правительству на поздних стадиях вооруженного конфликта с СССР.

Предположить суть подобных соглашений сейчас невозможно. Чем меньше территории останется под контролем советского режима, тем проще будет ставить перед ним условия. В худшем случае, если Советы смогут удержать все или почти все территории, нам следует потребовать:

(а) ^ Военные условия (сдача оборудования, эвакуация из основных зон и т. п.), направленные на обеспечение военной беспомощности в течение долгого периода времени.

(б) ^ Условия, направленные на возникновение существенной экономической зависимости от внешнего мира.

(в) Условия, направленные на обеспечение свободы или предоставление федерального статуса национальным меньшинствам (как минимум мы должны настаивать на полном освобождении стран Балтии и предоставлении федерального статуса Украине с тем, чтобы украинские власти имели достаточную степень автономии).

(г) ^ Условия, направленные на разрушение железного занавеса и обеспечение проникновения либеральных идей и контакта народов, живущих за железным занавесом и за его пределами.

Это все, что касается наших приоритетов в отношении советской власти. Однако перед нами по-прежнему стоит вопрос, что делать с некоммунистической властью, которая может быть установлена на части или на всей территории России как следствие военных действий.

Прежде всего, стоит отметить, что вне зависимости от идеологической основы любого некоммунистического режима и вне зависимости от того, насколько он будет придерживаться идеалов либерализма и демократии, мы должны будем в той или иной форме обеспечить то, о чем уже говорилось выше. Т. е. даже если установившийся режим будет некоммунистическим и формально дружественным по отношению к нам, мы должны будем обеспечить следующее:

(а) Отсутствие у подобного режима большой военной мощи.

(б) Его сильную экономическую зависимость от внешнего мира.

(в) Соблюдение им прав национальных меньшинств.

(г) Отсутствие попыток установить подобие железного занавеса при контактах с внешним миром.

Если нам придется иметь дело с режимом, борющимся с коммунизмом и дружественным по отношению к нам, то мы, без сомнения, должны будем делать все, чтобы выполнение вышеописанных условий не было для него унизительным. Однако в той или иной форме нам все-таки придется следить за их соблюдением, если мы хотим мира и стабильности во всем мире.

Следовательно, мы можем смело говорить, что наша задача — следить за тем, чтобы в случае войны с Советским Союзом режим, который установится на территории России после войны:

(а) Не обрел военную мощь, достаточную для угрозы соседним государствам.

(б) Не имел той степени экономической свободы, которая позволит обрести подобную военную мощь без помощи западных стран.

(в) Не отрицал автономности и права на самоуправление основных национальных меньшинств.

(г) Не поддерживал что-то, что в какой-то степени напоминает нынешний железный занавес.

Если соблюдение данных условий будут обеспечено, мы сможем допустить любую политическую ситуацию, которая может стать следствием войны. Вне зависимости от того, будет ли советское правительство контролировать большую часть территории России, или оно будет контролировать меньшую, или оно вообще исчезнет, мы в любом случае обеспечим свою безопасность. Мы также будем в безопасности, даже если первоначальные демократические устремления нового правительства окажутся недолговечными и оно постепенно откатится к асоциальным концепциям развития международных связей, которым нынешнее поколение советских граждан было обучено.

Вышеуказанного должно быть достаточно для изложения наших военных задач в случае, если в результате военных действий политические процессы в России пойдут своим собственным курсом. Мы также не должны принимать на себя большую ответственность за политическое будущее этой страны. Однако есть еще вопросы, на которые необходимо ответить. Они касаются ситуации, при которой стремительное и полное падение советской власти вызовет хаос в стране. Это заставит нас, как победителей, сделать политический выбор и принять те решения, которые повлияют на формирование политического будущего страны. В таком случае мы столкнемся с тремя основными проблемами.

^ 4. РАЗДРОБЛЕННОСТЬ ИЛИ ТЕРРИТОРИАЛЬНАЯ
ЦЕЛОСТНОСТЬ


Прежде всего важно определить, что именно при подобном развитии ситуации будет для нас более выгодным: сохранение территории Советского Союза под управлением одного режима или территориальная и политическая раздробленность. Более того, если территории останутся под единым управлением (по крайней мере в своем большинстве), то каковой должна быть степень федерализации будущего правительства России? И что делать с основными меньшинствами, например с Украиной?

Мы уже касались проблемы Балтийских стран. Балтийские страны не должны остаться под властью коммунистов после окончания войны. Если сопредельные Балтийским странам территории будут подконтрольны некоммунистическим российским властям, то нам следует исходить из пожеланий балтийских народов и из степени умеренности, которая будет присуща новой российской власти, по отношению к Балтийским странам.

В случае Украины мы сталкиваемся с другой проблемой. Украина — это наиболее продвинутая страна, которая находилась под властью России в последнее время. Как правило, Украина была недовольна российской властью. Украинские националистические организации вели бурную деятельность за границей. Очевидно, что Украина должна быть освобождена от влияния России, она должна развиваться как самостоятельное независимое государство.

Однако нам следует обращаться с подобным утверждением крайне осторожно. Его простота может быть осуждена в рамках реалий Восточной Европы.

Очевидно, что Украина была не в восторге от российского правления. Также очевидно, что что-то должно быть сделано для защиты позиций Украины в будущем. Однако не стоит упускать из виду и следующее. До тех пор пока украинцы являлись важной и особой составляющей Российской империи, они не демонстрировали признаков нации, способной взять на себя ответственность независимости перед лицом великорусской оппозиции.

У Украины нет четких этнических или географических рамок. Сейчас население Украины, которое в основном складывалось из людей, бежавших от российского или польского деспотизма, незаметно растворяется среди тех же русских и поляков. Какой-либо четкой границы между русскими и украинцами нет, и провести ее не представляется возможным. Города на территории Украины были в основном русскими или еврейскими. Так что основой чувства национальной самобытности является чувство «отличия», основанное на своеобразном крестьянском диалекте и незначительных различиях в традициях и фольклоре. Политическая агитация — это работа нескольких «романтиков-интеллектуалов», которые не имеют большого представления об ответственности правительства.

Экономика Украины тесно связана с экономикой всей России. Там никогда не было экономической обособленности, и с тех пор как эти территории были отвоеваны от кочевников-татар, экономика соответствовала оседлому образу жизни населения. Поэтому попытки отделения украинской экономики от экономики России и ее дальнейшего развития как самостоятельной будут столь же неестественными и столь же пагубными для нее, как, например, попытки отделить Кукурузный пояс, включая промышленную зону Великих Озер, от экономики США.

Более того, народы, говорящие на украинском диалекте, были разобщены, так же как и те, кто говорил на белорусском диалекте. В Восточной Европе основным фактором, определяющим национальную принадлежность, всегда была религия. Если и можно провести какие-либо границы, то это должны быть границы между приверженцами католицизма и приверженцами православия.

В конце концов, мы также не можем быть безразличны к чувствам самих великороссов. Они были основной национальной составляющей в Российской империи, они являются таковой и в Советском Союзе. Эта нация останется на этих территориях основной вне зависимости от того или иного статуса. Следовательно, любой политический курс США, рассчитанный на долгосрочную перспективу, должен строиться на принципах сотрудничества с ними. Территория Украины является частью их национального наследия, и они прекрасно это осознают. Поэтому решение о полном отделении Украины от остальной России вызовет лишь протесты и негодование, и по этой причине его осуществление возможно только с помощью силы. Однако существует вероятность того, что великороссы будут вынуждены смириться с вновь обретенной независимостью Балтийских стран, так как они спокойно относились к независимости этих территорий от русского влияния в течение долгого времени в прошлом, и на подсознательном уровне они осознают, что эти народы способны справиться с требованиями, предъявляемыми к независимым государствам. В случае с украинцами ситуация иная. Они слишком близки к русским, и это не позволяет им позиционировать себя как что-то отличное от русских, и хорошо это или плохо, но судьба вынуждает их иметь соответствующие отношения с Россией.

Кажется очевидным, что оптимальным вариантом будут отношения, построенные на принципе федерализма, при котором Украина будет иметь определенную степень политической и культурной свободы, но будет зависимой в экономическом и военном плане. Подобная модель отношений будет отвечать и интересам русских. Следовательно, скорее всего, цели США в отношении Украины могут осуществляться в указанных рамках.

Следует отметить, что данный вопрос имеет гораздо большее значение в долгосрочной перспективе, чем может сейчас показаться. Группы украинских и русских эмигрантов, стоящих в оппозиции к нынешней власти, уже сейчас борются за поддержку США. Манера, в которой они запрашивают у нас помощь, может оказать существенное влияние на развитие движения, борющегося за политическую свободу в России. Поэтому нам важно принять определенное решение и четко следовать выбранной линии. Мы не должны занимать прорусскую или проукраинскую позицию. Наша позиция должна признавать исторические, географические и экономические реалии, и, исходя из этого, мы должны будем подыскать для украинцев приемлемое и достойное положение среди народов Российской империи, неотъемлемой частью которой они всегда являлись.

Однако следует подчеркнуть, что хотя мы и не должны преднамеренно стремиться к усилению сепаратистских настроений на Украине (о чем говорилось выше), тем не менее мы также не должны препятствовать какому-либо независимому режиму на Украине, если таковой появится там без нашего вмешательства. Так как если мы будем противиться этому, то это будет означать для нас нежелательную ответственность за вмешательство в развитие России. Кроме того, Россия постоянно будет бросать вызов подобному режиму. Если бы Украина смогла успешно обеспечивать себя, это позволяло бы говорить, что вышеприведенный анализ был неточным и что Украина имеет моральное право на независимый статус. Мы должны занимать нейтральные позиции до тех пор, пока наши военные или экономические интересы не будут как-либо затронуты. Нам следует начинать выступать за федеральное устройство только в том случае, если станет очевидным, что ситуация зашла в тупик. То же самое можно сказать и о попытках достижения независимости любыми другими национальными меньшинствами, проживающими на территории России. Однако нам представляется маловероятным, что какие-либо меньшинства смогли бы реально сохранять независимость в течение какого-либо времени. Но стоит им лишь попытаться (а вполне вероятно, что народы Кавказа именно так и поступят), — наше отношение к этому должно быть таким же, как и в случае Украины. Нам стоит проявлять осторожность и не противостоять подобным попыткам, так как это навсегда лишит нас симпатии тех или иных национальных меньшинств. С другой стороны, мы не должны считать себя обязанными помогать им, особенно если станет ясно, что для этого нужна наша военная помощь.

^ 5. ВЫБОР НОВЫХ ПРАВЯЩИХ ЭЛИТ

В случае распада СССР мы однозначно столкнемся с проблемой необходимости оказать поддержку какой-либо из конкурирующих политических групп, которые сейчас составляют оппозицию. Избежать оказания поддержки какой-либо одной в ущерб другим будет практически невозможно. Но многое будет зависеть от нас и от нашей концепции, которую мы будем пытаться претворить в жизнь.

Мы уже убедились в том, что среди нынешней оппозиции нет ни одной политической группы, которой мы могли бы оказать нашу полную поддержку и взять на себя ответственность за ее действия, если бы она намеревалась захватить власть в России.

С другой стороны, нам следует ожидать, что подобные группы будут пытаться втянуть нас во внутренние дела России и требовать от нас всяческой поддержки. В свете этого мы должны приложить все усилия, чтобы избежать ответственности за принятие решений относительно того, кто будет править Россией после падения советского режима. Лучшее, что мы можем сделать в подобной ситуации, это позволить всем изгнанным из России силам вернуться туда как можно скорее и следить за тем, чтобы у них были более или менее равные возможности в борьбе за власть. Наша основная задача — предоставить русскому народу возможность самому сделать свой выбор и не влиять на него. Нам следует оставаться беспристрастными и следить лишь за тем, чтобы все претендующие на власть стороны или группы имели одинаковые возможности донести свою точку зрения до народа при помощи средств массовой информации. Кроме того, нам не следует исключать насилия и вражды между этими группами. В подобном случае нам ни в коем случае не стоит вмешиваться, если только не будут затронуты наши военные интересы или если какая-либо из этих групп не попытается установить свою власть репрессивными методами, которые затронут не только их политических конкурентов, но и население в целом.

^ 6. ПРОБЛЕМА ДЕКОММУНИЗАЦИИ

На всех территориях, где господствовал советский режим, мы столкнемся с остающимися представителями советского аппарата.

Возможно, что в случае отступления советских сил с нынешних территорий Советского Союза местные партийные аппараты начнут уходить в подполье, как они делали это в ходе последней войны на территориях, завоеванных немцами. Возможно, они приобретут форму партизанских и повстанческих организаций. С этой точки зрения эта проблема не будет представлять для нас особой сложности: нам лишь надо будет предоставить некоммунистическим властям необходимую военную помощь и разрешить этому правительству бороться с подобными коммунистическими организациями методами, которые применялись в ходе гражданской войны в России.

Более серьезной проблемой могут стать члены небольших коммунистических организаций, которых удастся рассекретить, или кто пожелает сдаться нам или русским властям, которым будет подконтрольна та или иная территория.

Нам не следует брать на себя ответственность за ликвидацию таких людей, равно как и отдавать подобные приказы местным властям. Мы будем иметь право требовать их разоружения и недопущения на ключевые позиции в правительстве, если мы не будем полностью уверены в том, что они изменили свои взгляды. Правда, следует отметить, что подобная проблема — это в первую очередь проблема власти, которая придет на смену коммунистам. Эта власть сможет лучше нас оценить степень опасности для нее, исходящей от бывших коммунистов. Она и выберет наилучшие способы ликвидации подобных элементов, чтобы обезопасить себя от них. Мы же, со своей стороны, должны обеспечить свободу освобожденных от коммунистов территорий, не допустить их повторного прихода к власти на этих территориях. Более того, мы не должны быть вовлечены в вопрос декоммунизации.

Основная причина этого заключается в том, что политические процессы, происходящие в России, непредсказуемы и необъяснимы. Они достаточно сложны, и в них нет ничего, что можно было бы принимать на веру, как правило, в них все крайне неоднозначно. Нынешний властный аппарат во многом состоит из людей, кто хотел бы принимать участие в управлении страной и вполне для этой цели подходит. Так что вполне возможно, что новому режиму придется прибегнуть к услугам подобных людей, чтобы вообще быть в состоянии править. Более того, мы не сможем оценить мотивы каждого отдельного человека, которые побудили его примкнуть к коммунистическому движению. Мы также не сможем оценить степень их взаимодействия с коммунистическим режимом, которая может считаться приемлемой для других членов общества. Поэтому делать какие-либо категоричные заявления по этому поводу было бы для нас опасным. Мы всегда должны помнить о том, что те, кто гоним иностранными властями, в глазах местного населения неизбежно становятся мучениками, хотя в противном случае они были бы лишь объектом насмешек.

Будет куда разумнее лишь следить за тем, чтобы на территориях, освобожденных от коммунистического гнета, бывшие коммунистические деятели не имели возможности для создания вооруженных группировок, деятельность которых была бы направлена на захват власти. Кроме того, мы должны следить за тем, чтобы новые власти имели достаточно сил для противостояния подобным группировкам, если на то будет необходимость.

Мы можем говорить, что мы не намерены своими силами решать вопросы декоммунизации освобожденных территорий. Мы должны оставить решение этого вопроса местной власти, которая сменит коммунистов.
Совершенно секретно
1   ...   5   6   7   8   9   10   11   12   ...   23

Похожие:

И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России icon-
В. Путиным". В администрации Б. Обамы на посту специального помощника президента по вопросам национальной безопасности и директора...
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России iconНовейшая история России. Часть 1914-1945 гг
Временное правительство в России: основные направления внутренней и внешней политики
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России icon1. 1 — Полный вариант (А. Н.)
Остальные произведения публикуются на русском языке впервые. Тексты Арто снабжены подробными комментариями. В приложение включены...
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России iconГеоргий Владимирович Вернадский, Михаил Михайлович Карпович
Книга предназначена для широкого круга читателей. На русском языке издается впервые
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России iconМасааки Хацуми Великий Мастер Тогакурэ-рю
Масааки Хацуми, 34-й Великий Мастер школы Тогакурэ-рю и основатель Международной организации Будзинкан Хонбу Додзё поделится с читателем...
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России icon1939-1945 (ссср, США и Великобритании): председателя снк СССР и....
Ливадийском дворце близ Ялты. На Ялтинской конференции были согласованы планы окончательного разгрома Германии, определено отношение...
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России iconДанная книга уникальна. В ней впервые изложена методика применения...
Это прежде всего практическое пособие, в котором собрано огромное количество практических методик, апробированных в детских садах,...
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России iconЛюбовь и другие диссонансы
Или может? Что сулит им встреча? Страсть? Нежность? Разочарование? И какую музыку они услышат, если поверят в любовь?Эта книга о стереотипах,...
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России iconИстория башкир
Первая книга напечатана во времена Российской империи, а вторая в советский период. Первая книга написана на общем для народов Урало-Поволжья...
И. М. Ильинский Книга эта по-своему уникальна: в ней впервые на русском языке публикуются некогда совершенно секретные документы внешней политики и стратегии США 1945-1950 годов в отношении России iconВ книгу включены произведения крупнейших западных мыслителей которые...
Рассчитана на пропагандистов, преподавателей и студентов вузов, на всех интересующихся атеистической проблематикой
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница