Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007


НазваниеПавел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007
страница4/38
Дата публикации19.03.2013
Размер5.13 Mb.
ТипДокументы
userdocs.ru > Военное дело > Документы
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   38

^ 18. Закон "включения еврея"
Любое зятеянное дело — я не говорю, удястся оно или не удастся — может осуществиться по-настоящему всерьез, если в составе исполнителей есть хоть один еврей.

Сталин рассказывал: "Я как нарком пришел к Ленину и говорю: "Я назначаю такую-то комиссию. Перечисляю ему того-то и того-то… Владимир Ильич мне и говорит: "Ни одного еврейчика? Нет, ничего не выйдет!"

^ 19. Закон "власти любимого"
У того, кого мы любим, всегда есть власть над нами.

20. Закон "вложения ожиданий"

"Если мы принимаем людей такими, какие они есть, мы делаем их хуже. Если же мы относимся к ним так, как будто они таковы, какими им следует быть, мы помогаем им стать такими, какими они в состоянии стать"

Иоганн Вольфганг Гете

При изучении работы школьных учителей оказалось, что когда они много ожидают от своих учеников, то уже одного этого достаточно, чтобы вызвать рост коэффициента интеллекта (IQ — ай кью) на 25 пунктов.

Имея в виду необходимость повышения самооценки человека, попавшего в трудную ситуацию, целесообразно похвалить, поднять его в собственных глазах и во мнении окружающих. Аналогичную роль может сыграть также любое вознаграждение. И наоборот, упреки даже за фактически допущенные ошибки деморализуют человека, вселяют в него неуверенность в своих силах. Он начинает относиться к неудачам, как к неизбежному. Следствия подобной деморализации могут проявляться в ожесточении, равнодушии, унынии, от этого напряженность возрастает еще больше. Следует авансировать человека доверием и обращаться с ним как с достойным, это способствует его совершенствованию.

В "Братьях Карамазовых" Ф. М. Достоевского Карамазов-отец говорит: "^ Ведь если б только я был уверен, когда вхожу, что меня за милейшего и умнейшего человека сейчас же примут, — Господи! Какой бы я тогда был добрый человек! "

Интересны, поучительны и многозначительны изыскания, которые провел Дейл Карнеги (1888–1955). В биографиях знаменитых людей он обнаружил моменты, когда поддерживающая вера окружающих в их (этих людях) большое и даже великое предназначение подарили миру, к примеру, прекрасного певца и замечательного писателя:
"Полвека назад один десятилетний мальчик работал на фабрике в Неаполе. Он страстно хотел стать певцом, но его первый учитель охладил его. "Ты не можешь петь, заявил он. — У тебя совсем нет голоса. Он звучит, как ветер в оконных ставнях".

Однако мать мальчика — простая, бедная крестьянка обняла его и ободрила. "Я знаю, что ты можешь петь, сказала она. — Я уже замечаю твои успехи". Она ходила босиком, чтобы сэкономить деньги на оплату его уроков пения. Эта похвала и поддержка матери-крестьянки изменила жизнь мальчика. Возможно, вы слышали о нем. Его звали Энрико Карузо.

Много лет назад молодой человек, живший в Лондоне, стремился стать писателем. У него было столь мало уверенности в своей способности писать, что из боязни быть высмеянным он послал свою первую рукопись по почте глубокой ночью, тайком выскользнув для этого из дома.

Все его рассказы неизменно отклонялись редакциями.

Наконец, наступил великий день — один из них был принят. Правда, ему не заплатили за него ни шилинга, но один редактор похвалил его. Один редактор выразил ему свое одобрение. Юноша был настолько возбужден, что бесцельно бродил по улицам и слезы катились по его щекам.

Похвала и признание, ставшие следствием того, что какой-то из его рассказов попал в печать, изменили всю его судьбу, ибо, не случись этого, он, возможно, провел бы всю свою жизнь, работая на кишевших крысами фабриках.

Возможно, вы тоже слышали об этом юноше. Его звали Чарлз Диккенс.

История изобилует замечательными примерами чудотворного действия похвалы".
В то же время здесь, как всегда и везде, нужна разумная осторожность, потому что люди часто склонны воспринимать несоответствия чьим-то ожиданиям как неподтверждение ценности своей личности.

А вообще, повышение самооценки до такого уровня, когда у человека появляется уверенность в том, что уж ктокто, а он-то сможет справиться с данной ситуацией, ведет к смягчению столь часто в каждом из нас внутренней напряженности. Однажды, посмотрев тренировку советских футболистов, звезда "кожаного мяча" бразилец Пеле сказал, что знает, почему они играют так плохо — тренировки посвящены устранению недостатков, а надо развивать достоинства. По мнению этого футболиста, у него и его товарищей масса недостатков, но мало кто их замечает, потому что то, что у них получается лучше всего, они умеют делать в совершенстве, а те недостатки, что остались, — лишь продолжение их достоинств.

Универсальность применения закона "вложения ожиданий" можно найти и в практике рекламы.

Графически четкая композиция текста в этом газетном сообщении умело дополняет психологически точным заключительным акцентом о "правильном выборе".

Каждый, прочитавший объявление до конца, получает собственную поощрительную порцию подпитки его реноме и как бы избранности из всех, заметивших данную информацию.

Фирма ненавязчиво намекает, что она верит в разум именно этого потенциального клиента.

Когда Гете выводил свою формулу, психологические эксперименты еще не ставились. Тем более это интересно сегодня, когда науки о человеке уже обладают необходимым потенциалом и инструментарием, чтобы подвести под умозрительные и интуитивные конструкции солидный фундамент незыблемости «факта» и неопровержимой "строгости".

Исследование, проведенное Е. В. Сосейко (Залюбовской) под руководством Г. М. Андреевой и Ч. Янотека, пожалуй, одно из наиболее интересных.

В круг, образованный десятью сидящими людьми, вводился «наблюдатель», получивший инструкцию запомнить как можно большее число присутствующих. Ему предоставлялась возможность смотреть на каждого в течение 2–3 секунд, после чего он удалялся в соседнее помещение и отчитывался о своих впечатлениях. Первая фаза эксперимента состояла из десяти таких экспозиций и десяти последующих самоотчегов. Затем объявлялся перерыв, во время которого для каждого испытуемого подсчитывался средний уровень его «запоминаемости» и производилась дезинформация. Если этот уровень был ниже теоретического среднего (Ncp = 5), то испытуемому сообщалось, что его запомнили девять «наблюдателей», если этот уровень превышал теоретическое среднее — один «наблюдатель». После перерыва, длившегося 20–30 минут, проводилась вторая фаза, в — точности дублировавшая первую. В какой мере такая дезинформация вела к формированию у испытуемых новых ожиданий относительно своей «запоминаемости», выяснялось с помощью вопроса, задававшегося после эксперимента. Было выявлено, что «запоминаемость» испытуемых, получивших в перерыве «понижающую» дезинформацию, во второй фазе значимо снизилась; «запоминаемость» испытуемых, получивших «повышенную» дезинформацию, во второй фазе значимо возросла; «запоминаемость» же испытуемых контрольной группы не претерпела значительных изменений.

^ 21. Закон внутреннего заселения"
Наш собственный интимный мир можно уподобить некоему жилому сооружению с множеством комнат, которые все имеют своего постояльца. То есть там живут отдельные черты нашей натуры, только нам свойственной личности.

И естественно, когда в квартиру или в комнату вламывается чужак, то мы открываем дверь на глубину цепочки и, желая узнать "кто там?", невольно представляем себя непрошенному гостю.

Очевидно, эту процедурность внутреннего мира людей и «засек» американский психолог, профессор университета Сент-Луис Саул Розенцвейг, потому что именно он создал любопытную методику «выманивания» из людей фундаментальных основ их душевно-психологического базиса. Основная идея взятия в человеке пробы создание словесных и рисуночных ситуаций «потрясения», гнетущего напряжения, тревожности, отчаяния, гнева (или, по-научному, "фрустраций").

Например, ситуация: два молодых человека; один из них говорит: "Я вчера пошел в кафе с твоей девушкой.

Она мне сказала, что ты занят". Испытуемый должен написать ответ другого человека.

Или изображена другая ситуация: стоит человек, пальто которого забрызгал проезжающий автомобиль. Испытуемый должен написать, какова будет реакция человека.

Детский вариант. Изображена ситуация, где ребенок тянется к конфете, а мать ему говорит: "Извини меня, пожалуйста, но эта конфета предназначена для твоей маленькой сестренки". Или маленький мальчик играет на барабане. Отец говорит ему: "Ты не шуми, мама спит".

Необходимо записать ответ ребенка.

^ 22. Закон "внушения"
По сути дела, это прием вщтреннего искушения, при котором человек, получая зримые подтверждения глуСекреты поведения людей боко сидящего в нем желания, совершает сам в себе процесс самоубеждения через переход факторов внешней атрибутики в увлекательную идентификацию чувствуемого, но — великодушно и неподвластно — не отвергаемого самообмана.

Игра "в убеждение" с тем, кто хочет быть убеждаемым, дает нам поле реализации данного правила; и близкая аналогия здесь — удовольствие от почесываний того места, которое чешется.

На лекции выдающегося психоневролога П.Флейшига, состоявшейся в Лейпциге в 1924 г., была инспирирована любопытная клиническая ситуация.

Демонстрировалась девушка, вообразившая, что у нее стеклянный зад. Боясь «разбить» его, она не садилась и не ложилась на спину. П. Флейшиг пообещал пациентке удалить все стеклянные части оперативным путем. Больную в присутствии студентов уложили на стол, на лицо была наложена эфирная маска, один из ассистентов разбил над пациенткой стеклянный сосуд, профессор произвел соответствующее словесное закрепление, после которого больная встала, свободно села на предложенный стул и объявила, что она чувствует себя полностью выздоровевшей.

^ 23. Закон ивоздаяния"

"Общество победившее почти всегда проигрывает столько же, сколько и общество побежденное".

(П. Н. Ткачев)


24. Закон войны "на два фронта"
Психика человека не в состоянии удерживать с одиняковым внимянием и отвстственностью за положительный итог дела, превышающие числом единицу.

Вот почему подбросить человеку (властителю, полководцу, крупному политику) "второй фронт" (не говоря уже о «третьем», «четвертом» и т. д. фронтах) — значит подвести его к проигрышу, поражению, разгрому.

^ 25. Закон "воспроизведения рабства"
Относительно замкнутые корпоративно-структурированные человеческие сообщества, будь то школа, профессиональное училище, дом проживания студентов, армейская казарма, исправительное учреждение или «база» преступного клана — везде в них воспроизводятся или реанимируются самые архаичные и изуверские способы организации общежития. Здесь можно наблюдать самые дикие формы эксплуатации человека человеком: элементы неприкрытого рабства, когда лица, принадлежащие к низшему социальному рангу, выполняют всю грязную работу за своих «господ», обстирывают и кормят их, возят на себе в туалет, тешат шутовскими выходками и т. п.

Это один из незыблемых эффектов "совместности".

Групповое единство держится на балансе количества составляющих членов, разнообразия талантов и интересов, автоматической (ну, почти что на уровне инстинктивной данности) подчиненности одних и старшинства других.

Форма явления может разниться, но диапазон ее задан: от "уважения к старшим" до традиционной "дедовщины".

^ 26. Закон "востребования ожидания"
Мы все хотим только то, что хотим, и потому даже малейшее отклонение в поведении других людей от этого нашего настроения не рационализирует наш интерес, связанный с ними, а, напротив, убивает его.

Знаменитый французский художник и известнейший карикатурист XIX века Оноре Домье (р. 1808) всю жизнь был беден и привычно нуждался.

Возможно, его произведениями и заинтересовались бы богатые коллекционеры и он смог бы отказаться от работы в газетах, дававшей ему средства к существованию.

Но он ничего не смыслил в делах. Однажды его друг Добиньи, зная, в каких стесненных обстоятельствах находится Домье, в письме известил его о том, что к нему зайдет один американский коллекционер, и предупредил, что тот покупает только дорогие картины.

Несколько дней спустя американец действительно пришел в мастерскую художника и, выбрав одну из картин, спросил:

— Сколько?

Покраснев от смущения, Домье пробормотал:

— Пять тысяч франков,

— Беру, — сказал коллекционер.

— А эта?

Холодный пот выступил у Домье на лбу, решимость покинула его и после долгих колебаний он, наконец, выдавил из себя:

— 600 франков.

— Нет, я раздумал, — сказал американец и ушел, чтобы больше уже никогда не вернуться.

Что и говорить, не было коммерческой жилки у Домье. Но главное, чего он не знал, это закона "востребования ожидания".

^ 27. Закон "всплывающей связи"
Любые события, информация, предмет — какие бы, сколько бы и как бы они ни были представлены человеку — всегда могут и будут им выстроены в цепочку связанного смысла, вплоть до уникально-парадоксальных значений. Разрозненность восприятия исключается. Это значит, что прием информации всегда сопровождается дополнительным или иным значением, нежели то, что было в намерениях сообщающего.

В прежние времена, к примеру, большое распространение имела салонная игра, где каждый участник, не зная, что написали его предшественники, добавляет к уже написанному еще одну фразу, после чего загибает листок, чтобы следующему не было видно, что написано, и передает листок дальше. В конце игры написанное читается как связный текст.

^ 28. Закон "встречного ошарашивания"
Интерпретацией этого закона могла быть формула:

Ты хочешь удивить меня вопросом? Тогда я тебя удивлю ответом.

Пытаясь произвести ошеломляющее впечатление на других, люди вкладывают — а иначе и нельзя, и не получится — всю свою энергию и внимание в этот процесс. В результате, на некоторое время они остаются без привычной «сторожевой» оболочки. Если хотите одолеть их, превозмочь своей силой, своим влиянием, дать или навязать им правила своей игры, то это надо делать, мгновенно именно в эти минуты. Порывисто, цепким, очень точным броском.

Наилучший — по психологическому описанию действия — пример к этому закону, по-видимому, можно найти в романе Артура Хейли «Отель» (1964).

Случай вполне стандартный. Богатая и именитая чета герцогов Кройдонских приезжает в Новый Орлеан и останавливается в престижной гостинице «Сент-Грегори». Отправившись в один из вечеров на прогулку по городу в своем черном «ягуаре», супруги совершают наезд на женщину и ребенка со смертельным исходом. С места происшествия их машина скрылась, и кажется, что уже никому не проникнуть в эту тайну. Полиция сбилась с ног в поисках преступников, но все без толку. Хотя нет… Детективу отеля Огилви удалось «вычислить» этих людей. Без приглашения он пришел в их номер. А далее было вот что.

"Герцогиня сидела в кресле с высокой прямой спинкой. Детектив встал перед ней.

— Так вот, — сказал он. — Вы сшибли тех двоих и удрали.

Герцогиня в упор посмотрела на него.

— О чем это вы говорите?

— Не будем играть в прятки, леди. Я разговариваю с вами серьезно, — он вытащил новую сигару и откусил конец. — Вы читали газеты. Да и по радио тоже только об этом и разговор.

На щеках герцогини Кройдонской, до того совершенно бескровных, появились два ярких пятна.

— Ваши намеки возмутительны и нелепы…

— Сказано: хватит! — с внезапной яростью рявкнул он, отбрасывая видимость любезности. И, повернувшись к герцогу спиной, словно его туг не было, Огилви помахал нераскуренной сигарой у носа своей жертвы. — Послушайте-ка лучше меня, ваша пресветлая светлость! Весь город поднят на ноги: полиция, мэр, детективы. И если они найдут преступников, тех, кто убил ребенка и мать, а потом удрал, голубчиков притянут к ответу, кто бы они ни были, есть у них там титулы или нет. Ну, а я кое-что знаю, и если поступать по правилам, так не успеете вы глазом моргнуть, как тут появится взвод полицейских. Но я решил поступить по совести и сначала прийти к вам, чтоб вы мне рассказали, как оно было, — поросячьи глазки мигнули и снова стали жесткими. — Если же вы хотите, чтоб было иначе, так и скажите.

Но недаром за плечами герцогини Кройдонской стояло три с половиной века врожденного высокомерия — ее нелегко было запугать. Вскочив на ноги, герцогиня смотрела на грубияна гневными, горящими серо-зелеными глазами. От тона ее дрогнул бы даже тот, кто хорошо ее знал.

— Ах вы чудовище, шантажист! Да как вы смеете!

При всей своей самоуверенности Огилви на мгновение заколебался. Но тут вмешался герцог:

— Боюсь, дорогая, это не пройдет, хотя сыграно превосходно. — И повернувшись к Огилви, он продолжил: Ваши обвинения справедливы. Я действительно во всем виноват. Это я вел машину и задавил ребенка.

— Вот так-то будет лучше, — сказал Огилви, раскуривая сигару. — Теперь мы на правильном пути.

Подчиняясь неизбежному, герцогиня устало опустилась в кресло. Сжав руки, чтобы скрыть дрожь, она спросила:

— Так что же вам известно?

— Сейчас выложу, — Огилви не спеша, лениво выпустил клуб синего сигарного дыма и иронически посмотрел на герцогиню: а ну, посмей возразить! Но она ничего не сказала, лишь сморщила от отвращения нос. — Вчера вечером вы, ваша светлость, — продолжал Огилви, указывая на герцога, — еще засветло отправились к «Линди» в Ирландский кварта. Вы поехали туда на своем роскошном «ягуаре», вместе с приятельницей, по крайней мере, я думаю, вы так ее называете, чтобы не применять другого слова, — и Огилви, осклабясь, посмотрел на герцогиню.

— Продолжайте же! — резко сказал герцог.

— Так вот, — наглая жирная физиономия снова обратилась к нему, — насколько мне известно, вы выиграли сотню в карты, потом спустили ее в баре. Вы разменяли уже вторую сотню — такой шел пир, только держись! — когда ваша жена нагрянула туда на такси.

— Откуда вы все это знаете?

— Сейчас скажу: я живу, герцог, в этом городе и работаю в этом отеле уже давно. И у меня повсюду друзья. Я делаю им одолжение, и они платят мне тем же — сообщают, на чем можно подработать и где. Нет такого человека в нашем отеле, который бы набедокурил, а я бы об этом не знал. Большинство и не подозревают, что я все знаю, они и меня-то не знают.

Считают, что об их маленьких секретах никто не догадывается, да так оно и бывает — за исключением подобных случаев.

— Понятно, — холодно произнес герцог.

— Вот только одно мне хотелось бы выяснить, — продолжал Огилви. — Я очень любопытный по натуре человек, мэм. Как это вы поняли, где может находиться ваш муж?

— Вы и так слишком много знаете, — сухо ответила герцогиня. — Думаю, что это к делу не относится. Мой муж имеет обыкновение делать пометки в книжке, когда разговаривает по телефону. Потом он нередко забывает уничтожить свои записи.

Детектив осуждающе щелкнул языком.

— Такая наивная беспечность, герцог, а смотрите, до чего она вас довела. Ну, об остальном догадаться нетрудно.

Вы с супругой отправились домой и сели за руль, хотя, учитывая ваше состояние, видимо, было бы разумнее доверить машину герцогине.

— Моя жена не водит машину.

Огилви понимающе кивнул.

— Это все объясняет. По-видимому, вы хоть и были пьяны, но держались…

— Значит, вы ровным счетом ничего не знаете! — перебила его герцогиня. — Не знаете наверняка! И ничего не можете доказать…

— Леди, я могу доказать все, что мне нужно.

— Пусть он лучше закончит, дорогая, — остановил ее герцог.

— Вот это верно, — сказал Огилви. — Посидите-ка и послушайте. Вчера вечером я заметил, что вы вышли к лифтам по лестнице, ведущей из гаража, а не через вестибюль. Выглядели вы оба незавидно. Я сам приехал незадолго до того, и меня это сразу насторожило: отчего вы так взволнованы. Я ведь уже сказал вам, что по по натуре я человек любопытный.

— Продолжайте, — чуть слышно произнесла герцогиня.

— Вскоре разнесся слух о несчастном случае. По наитию я спустился в гараж и спокойненько осмотрел вашу машину. Вы может и не знаете, она стоит в самом дальнем углу за колонной, так что, когда работяги проходят мимо, они не видят ее.

Герцог облизнул пересохшие губы.

— По-моему, теперь это уже не имеет значения.

— Может вы и правы, — согласился Огилви. — Так или иначе, то, что я обнаружил, заставило меня предпринять небольшую прогулку в полицейский участок, где меня тоже все хорошо знают, — он замолчал, раскуривая сигару, а его собеседники угрюмо ждали продолжения. Когда кончик сигары зарделся, Огилви внимательно осмотрел его и продолжал: — Там у них оказалось три вещественных доказательства. Ободок от фары, который, должно быть, отскочил в тот момент, когда машина сбила ребенка и женщину. Осколки стекла от фары. И след на одежде ребенка.

— След чего?

— Если провести тряпкой по чему-то твердому, герцогиня, особенно если поверхность к тому же лакированная, как например, крыло машины, на тряпке останется след — будто отпечатки пальцев. Полицейские лаборанты исследуют его, как отпечатки пальцев: посыплют порошком, и все сразу видно.

— Очень интересно, — сказал герцог, словно разговор шел о чем-то вовсе не относившимся к нему лично. — Я этого раньше не знал.

— Да, это известно немногим. Но сейчас, как я понимаю, это не имеет значения. На вашей машине разбита фара и утерян ободок. Те, что находятся в полиции, конечно, совпадут с вашими, так что можно и не возиться со следами от машины и с кровью. Ах да, чуть не забыл: ведь машина-то у вас вся в крови, хоть она и не очень видна на черном лаке.

— О Боже! — Герцогиня закрыла лицо руками и отвернулась.

— Что же вы нам предлагаете? — спросил герцог.

Толстяк потер руки, посмотрел на свои короткие мясистые пальцы.

— Я ведь уже сказал, что пришел вас послушать.

— Ну, а что я могу вам сказать? — в голосе герцога звучала безнадежность. — Вы все знаете, — он попытался гордо распрямить плечи, но из этого ничего не получилось. — Так что зовите полицию и поставим на этом точку.

— Ну, зачем же так? Спешить ни к чему, — задумчиво, своим визгливым фальцетом произнес детектив. — Что сделано, то сделано. Бегите хоть куда, ни ребенка, ни матери уже не вернуть. К тому же в полицейском участке с вами, герцог, не станут церемониться — вам там будет не по душе. Нет, сэр, совсем не по душе.

Герцог и герцогиня медленно подняли на него глаза.

— Я-то надеялся, — продолжал Огилви, — что вы сами кое-что предложите.

— Я вас не понимаю, — неуверенно начал герцог.

— Зато я все понимаю, — сказала герцогиня. Вам нужны деньги, не так ли? И вы явились сюда шантажировать нас.

Если она рассчитывала ошеломить Огилви, то ошибалась. Детектив лишь пожал плечами.

— Как бы вы это ни называли, мэм, все равно. Я пришел лишь затем, чтобы помочь вам выбраться из беды.

Ведь и мне нужно жить.

— Значит, за деньги вы согласны хранить про себя то, что вам известно?

— Пожалуй, что да.

— Но судя по тому, что вы сказали, — начала герцогиня, вновь обретя утраченную было уверенность в себе, — мы от этого ничего не выиграем. Машину в любом случае опознают.

— С этим вам, пожалуй, надо считаться. Но есть основания думать, что ее могут и не опознать. Я вам еще не все сказал.

— Так скажите, пожалуйста.

— Я сам не все до конца продумал, — сказал Огилви. — Но когда вы сбили ребенка, вы мчались из города, а не в город.

— Мы просто ошиблись направлением, — сказала герцогиня. — Но потом нам как-то удалось развернуться.

Это не трудно в Новом Орлеане, где столько извилистых улиц. Мы свернули в какую-то боковую улицу и добрались до отеля.

— Я так и думал, — Огилви кивнул. — Но в полиции до этого еще не доперли. Они ищут вас за пределами города.

Поэтому прочесывают сейчас пригороды и ближайшие городки. Они доберутся, конечно, и до Нового Орлеана, но не теперь.

— Сколько времени может до этого пройти?

— Дня три-четыре. Им еще надо осмотреть немало мест.

— А что нам даст… эта отсрочка?

— Кое-что может дать, — сказал Огилви. — При условии, что никто не обнаружит вашей машины, а она у, вас так запрятана, что вам тут может повезти. Особенно, если бы удалось угнать ее отсюда.

— Вы хотите сказать: из этого штата?

— Вообще с Юга.

— Но ведь это не так просто!

— Конечно, не просто, мэм. Во всех штатах вокруг в Техасе, Арканзасе, Миссисипи, Алабаме, да и в других тоже — получены указания искать машину с такими повреждениями, как на вашем "ягуаре".

Герцогиня задумалась.

— А нельзя ли для начала отремонтировать ее? — спросила она. — Если бы кто-нибудь взялся за это, мы бы хорошо заплатили.

Детектив отрицательно затряс головой.

— Это все равно, что добровольно явиться в полицейский участок и выложить все начистоту. Всем мастерским в штате Луизиана приказано немедленно вызвать полицию, если машина, нуждающаяся в таком ремонте, как ваша, заедет к ним. И они это сделают, будьте уверены. Вы, братцы, крепко влипли.

Герцогиня Кройдонская держала себя в руках: только не спешить с решением. Она понимала, как важно сейчас спокойно все взвесить. В последние минуты разговор принял такой характер, словно речь шла о незначительном происшествии, а не о том, что было вопросом жизни или смерти. Что ж, будем продолжать и дальше в том же духе.

Она понимала, что снова, как всегда, ей придется решать все самой — супруг ее лишь напряженно вслушивался в разговор между нею и этим мерзким толстяком. Что поделаешь! Приходится мириться с неизбежным. Главное сейчас — предвидеть все возможные осложнения.

— А эта деталь от машины, которая, как вы говорите, попала в руки полиции, — спросила она под влиянием вдруг пришедшей в голову мысли, как она называется?

— Обод от фары.

— И по нему можно найти машину?

Огилви утвердительно кивнул.

— В полиции легко могут определить, от какой он машины, марку, модель, год выпуска — все установят, более или менее точно. То же можно сказать и про стекло. Правда, машина у вас иностранной марки, так что на это может уйти несколько дней.

— Ну, а потом? — допытывалась герцогиня. — В полиции поймут, что надо искать "ягуар"?

— Думаю, что да.

Сегодня вторник. Судя по тому, что говорит этот человек, у них есть время до пятницы, а возможно, и до субботы. Итак, хладнокровно рассуждала герцогиня, все сводится к одному. Предположим, этого детектива удастся подкупить, тогда их единственная надежда на спасение — надежда весьма слабая — как можно быстрее угнать отсюда машину. Если ее можно было бы перебросить на север, в один из больших городов, где никто не знает о трагедии, случившейся в Новом Орлеане, и никто их не ищет, ее можно будет спокойно отремонтировать и уничтожить следы преступления. Тогда, даже если со временем на герцога и герцогиню Кройдонских и падет подозрение, доказать все равно уже ничего будет нельзя. Но как угнать отсюда машину?

По всей вероятности, этот неотесанный детектив говорит правду не только в Луизиане, но и во всех других штатах, через которые машине придется проезжать, полиция предупреждена и поднята на ноги. Каждый полицейский пост на шоссе знает, что ищут машину с поврежденной фарой и утерянным ободом. Не исключено, что на дорогах будут даже выставлены заставы. И наверняка найдется какой-нибудь остроглазый полицейский, от которого не уйдешь.

И тем не менее машину можно угнать. Если ехать только ночью, а днем затаиться где-нибудь. По дороге достаточно таких мест, где можно съехать с шоссе и спрятаться до темноты. Спору нет, это опасно, но не опаснее, чем сидеть в Новом Орлеане и ждать, ибо здесь машину наверняка найдут. Есть и боковые дороги. Можно выбрать наиболее затерянную и проехать по ней, не привлекая внимания.

Но есть и другие сложности… о них тоже нужно подумать. Ехать окольными дорогами трудно без знания местности. А ни герцог, ни герцогиня ее не знают. И картами не умеют пользоваться. К тому же, если они остановятся для заправки, — а останавливаться придется, — акцент и манеры наверняка выдадут их, они попадут под подозрение. И все же… надо рисковать.

А может быть, не надо?

Герцогиня повернулась к Огилви.

— Сколько вы хотите?

Внезапность вопроса застала детектива врасплох.

— Ну… Я думаю, вы люди неплохо обеспеченные…

— Я спрашиваю: сколько? — холодно повторила герцогиня. Поросячьи глазки моргнули.

— Десять тысяч долларов.

Хотя сумма вдвое превышала то, что ожидала услышать герцогиня, в лице ее ни одна жилка не дрогнула.

— Допустим, мы дадим вам эту немыслимую сумму. Что мы получим взамен?

Толстяк даже растерялся.

— Я уже сказал вам: буду молчать про то, что знаю.

— А если мы откажемся?

Огилви пожал плечами.

— Тогда я спущусь в вестибюль и сниму телефонную трубку.

— Нет, — слово прозвучало, как приговор. — Мы не станем вам платить.

Герцог Кройдонский заерзал на стуле, одутловатая физиономия детектива побагровела.

— Но послушайте, леди…

Властным жестом она оборвала его.

— Ничего я не желаю слушать. Это вы будете слушать меня, — она смотрела в упор на детектива, ее красивое, с высокими скулами лицо застыло в надменности. — Мы ничего не выгадаем, если заплатим вам деньги, — разве что оттяжку на несколько дней. Вы сами достаточно ясно нам это объяснили.

— Но ведь это даст вам все-таки шанс…

— Молчать! — Голос герцогини разрезал воздух, как хлыст. Глаза буравили детектива. Проглотив обиду, Огилви подчинился.

Герцогиня знала: сейчас может произойти самое важное в ее жизни. Действовать надо безошибочно, без колебаний, не отвлекаясь на пустяки. Когда играешь ва-банк, нужно и ставить по-крупному. И она решила использовать жадность толстяка. Но сделать надо так, чтобы исход не оставлял сомнений.

— Нет, десять тысяч мы не дадим, — решительно заявила герцогиня. — Мы дадим двадцать пять.

Глаза детектива чуть не вылезли из орбит.

— Но за это, — ровным тоном продолжала герцогиня, — вы угоните нашу машину на север.

Огилви не мигая смотрел на нее.

— Итак, двадцать пять тысяч долларов, — повторила она. — Десять тысяч сейчас. Остальные пятнадцать при встрече в Чикаго.

Толстяк по-прежнему молчал — лишь облизнул пересохшие губы. Глазки его недоверчиво смотрели на герцогиню. В комнате стояла тишина.

Наконец под пристальным взглядом герцога Огилви едва заметно кивнул.

Никто по-прежнему не нарушал молчания.

— Эта сигара раздражает вас, герцогиня? — вдруг спросил Огилви.

Она кивнула, и он тут же затушил сигару".
1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   38

Похожие:

Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconПавел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007
Мы учимся, чтобы знать, живем, чтобы понимать, работаем, чтобы уметь. Но, случается, до конца жизни чувствуем, что нам недостает...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconОрганизационное поведение
Задача любого руководи­теля состоит в стимулировании продуктивного поведения подчиненных. Решение этой задачи невозможно без при­менения...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconСекреты профессиональных переговорщиков
...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconАнатолий Протопопов Трактат о любви, как её понимает жуткий зануда
Вначале сжато рассматриваются биологические предпосылки; затем освещаются инстинктивные критерии выбора брачного партнера у людей;...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconПрограмма курса
Этика. Деловая этика. Этические принципы и нормы поведения деловых людей. Профессиональная этика. Управленческая этика: понятие,...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconКодексы профессионального поведения и этики
Члены Американской ассоциации маркетинга выражают приверженность нормам этического поведения в своей профессиональной деятельности....
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconКодекс единый закон, в котором собраны нормы права, регулирующие...
Мораль – совокупность представлений людей о добре и зле, справедливом и несправедливом, о должных нормах общения между людьми. Совокупность...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconВирджиния Исаевич Эндрюс Секреты утра
Серия «Лотос» предлагает вниманию читателей новый роман известной американской писательницы Вирджинии Эндрюс «Секреты утра», в котором...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconЭнтони Роберт Главные секреты абсолютной уверенности в себе
Я написал эту книгу с целью помочь вам жить более плодотворно, делясь с вами наблюдениями, накопленными благодаря личному опыту и...
Павел Таранов Секреты поведения людей «Секреты поведения людей»: Москва; 2007 iconЛ. В. Крушинский некоторые этапы интеграции в формировании поведения животных
Основной акцент в исследованиях Павлова сделан, однако, не на изучении закономерностей поведения, а на изучении закономерностей механизма...
Вы можете разместить ссылку на наш сайт:
Школьные материалы


При копировании материала укажите ссылку © 2020
контакты
userdocs.ru
Главная страница